сжала руки под темной вуалью.
«отчего ты сегодня бледна ?»
— оттого, что я терпкой печалью
напоила его допьяна.
как забуду ?
он вышел, шатаясь,
искривился мучительно рот.
я сбежала, перил не касаясь,
я бежала за ним до ворот.
задыхаясь, я крикнула:
«шутка все, что было.
уйдешь,
я умру».
улыбнулся спокойно и жутко
и сказал мне:

«не стой на ветру».

возможно, причина, по которой эта ночь выглядит такой красивой, не в этих звездах или огнях, а в нас самих.

и течет твоя душа в мою.

«некоторым мечтам лучше бы не сбываться».

запись в дневнике, 1913

где-то через полчаса мне захотелось кого-нибудь увидеть.
когда долго смотришь на море, начинаешь скучать по людям, а когда долго смотришь на людей — по морю.

какое сердце надо иметь,
я не знаю,

чтобы такого, как я,

суметь
полюбить.

на горизонте темно,

я лежу в листве,

темный-темный сентябрь,

на земле темно
и
в небе тоже темно,

и темно внутри.

пожалуйста, не уезжай.

люблю ли я тебя ?

я люблю, люблю, несмотря ни на что и благодаря всему, любил, люблю и буду любить, будешь ли ты груба со мной или ласкова, моя или чужая.

всё равно люблю.

я не испытывал страха смерти.

быть может, думал я, она уже произошла.

«если бы только моё сердце было таким холодным, какой я притворяюсь,
возможно, я смогла бы пережить это».

господь создавал тебя по частям из того, что особенно мной ценимо.

«и все же в его смелости и силе воли было нечто такое, что чарует каждую женщину, особенно когда ей внушают, что все это только из любви к ней».

считают, что признаться в любви — это как сдаться в плен.

ужас перед самим собой не имеет границ.

«завтра утром, подумал я, надо будет пустить себе пулю в лоб».

с тобой — я весь.

без тебя — пустой.

даже тень моя не хочет идти за мной,

если
ты
не рядом.

иногда я ожидаю большего от других, потому что готов для них сделать столько же.

твоя дочь некрасива.
она так близко знакома с потерями,
носит в чреве целые города.

когда она была ребенком, никто в семье не обнимал ее.
она была щепкой, морской водой.
близкие сказали: она напоминает нам о войне.

на пятнадцатый день рождения ты научила ее
сплетать волосы в жгут,
и окуривать их ладаном.

ты заставила ее полоскать горло духами,
и пока она кашляла, сказала:
«милая, такие девушки, как ты
не должны пахнуть одиночеством и пустотой».

ты ее мать.
почему ты не предостерегла ее,
не держала ее на плаву, как прогнившую лодку,
не сказала ей, что мужчины не будут любить ее,
если она покрыта континентами,
если ее зубы – это колонии,
и ее бедра – это границы государств ?

какой мужчина захочет лечь,
и смотреть, как мир полыхает
в его спальне ?

лицо твоей дочери – это маленькая революция,
ее руки – гражданская война,
за каждым ухом – беженцы,
все тело засорено уродством.

но боже,
разве этот мир не подходит ей,
как идеальный наряд ?