Сегодня ушёл Генрих Павлович Падва. Мы не были знакомы, поэтому личных воспоминаний и разговоров у меня нет — но есть книга, которая была прочитана буквально за день, когда только вышла. Из неё вряд ли можно подсмотреть что-то для жалоб (как у Мове в "За кулисами защиты"), для ведения дел (как у Арии в "Мозаике"), она не такая ершистая, как "Записки адвоката" Каминской или "Записки строптивого адвоката" Когана. Наоборот — совсем личная, камерная, Г.П. много пишет про школьные и студенческие годы, семью, колорит работы провинциального адвоката в 1950-ые и '60-ые (Падва начинал в Погорелом Городище, затем Торжок, Калинин — почти двадцать лет), потом уже Москва... А ещё обращение в КС РФ — и в итоге Постановление №3-П от 02.02.1999 о моратории на смертную казнь, противником которой Г.П. был со своих первых дел.

Спокойствие и достоинство.

Когда КСОЮ исключают алкоопьянение как отягчающее обстоятельство

📌Определение 7 КСОЮ от 25.03.2025 №77-1009/2025:

Суд первой инстанции свое решение в указанной части [о признании алкогольного опьянения отягчающим обстоятельством] должным образом не мотивировал, каких-либо убедительных доказательств, подтверждающих необходимость признания указанного состояния в момент совершения преступления отягчающим наказание осужденных обстоятельством не привел, поскольку вопрос о влиянии состояния алкогольного опьянения на поведение К. и Е. в момент совершения преступления в судебном заседании не выяснялся, осуждённые по данному обстоятельству не допрашивались.

Из признанных судом в качестве допустимых доказательств показаний К. и Е. в период предварительного расследования также не следует, что состояние алкогольного опьянения повлияло на их поведение.

Напротив, оба осуждённых утверждали, что причиной конфликта и совершения преступления явились неприязненные отношения к потерпевшему.

При таких данных вывод суда о том, что именно это состояние способствовало совершению преступления К. и Е., является лишь предположением суда и ничем объективно не подтверждается.

📌Постановление 1 КСОЮ от 11.04.2023 №77-1558/2023:

Судом установлено, что Ш. тайно похитил имущество ФИО. Из материалов дела следует, что Ш. совместно с потерпевшей и иными лицами употребляли спиртные напитки, после чего он уснул.

Согласно протоколу судебного заседания осуждённый, не оспаривая обстоятельства совершения преступления, указал, что преступление он мог бы совершить и не будучи в состоянии опьянения.

Установленные и приведенных в приговоре фактические данные свидетельствуют о том, что преступление было совершено Ш. из корыстных побуждений, в связи с чем обусловленность данного преступления состоянием опьянения осужденного, равно как и оказание иного влияния такого состояния на его поведение во время совершения преступления не получили должной оценки.

📌Постановление 2 КСОЮ от 21.09.2023 №77-3032/2023:

Суд, признав отягчающим наказание обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, не принял во внимание, что в описании преступного деяния отсутствует указание на то, что преступление совершено Ч. в состоянии опьянения, дело рассмотрено в особом порядке судебного разбирательства, соответственно, доказательства, в том числе и о нахождении Ч. в состоянии опьянения, не исследовались.

📌Постановление 5 КСОЮ от 22.12.2025 №77-1525/2025:

В описании преступного деяния в приговоре не указано, что в момент совершения преступления С. находился в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. Между тем, суд признал данное обстоятельство в качестве отягчающего наказание, никак не мотивировав этот вывод, чем допустил существенное нарушение уголовного закона, повлиявшее на исход дела и повлекшее назначение несправедливого наказания.

#1КСОЮ #2КСОЮ
#5КСОЮ #7КСОЮ #наказание

Две ошибки адвоката-кассатора, которые стоили ему дисциплинарного производства

Когда веду для коллег семинары по кассации, то всегда рекомендую: во-первых, не переписывайте "тупо" апелляционную жалобу в кассационную; во-вторых, если позиция у подзащитного к кассации поменялась — отслеживайте это, согласовывайтесь, а то и подавайте жалобу либо за его подписью, либо получайте расписку (прямо на экземпляре жалобы для адвокатского производства или отдельно). Это имеет не только процессуальные последствия, но и дисциплинарные.

Хорошая иллюстрация — декабрьское решение Совета АП г.Москвы. Ситуация хотя и немного вывернутая, но понятная, а проявленные там подходы ложатся и в более типовые случаи.

6 апреля в отношении Г. вынесен приговор. Вину Г. признавал. Защищал Г. по соглашению адвокат Т.

В тот же день Г. дал адвокату Т. письменное поручение обжаловать приговор в кассацию, а в апелляцию – не обжаловать.

8 апреля осуждённый Г. подал апелляционную жалобу на приговор, которую сам же и отозвал 12 апреля.

22 апреля в районный суд поступила кассационная жалоба адвоката Т. на приговор.

В мае Г. вновь подал апелляционные жалобы на приговор, просил восстановить срок на их подачу. Суды ему неоднократно отказывали, но путём обжалования он всё-таки дожал до восстановления срока.

Дождавшись результатов этого пинг-понга, судья I инстанции, возвратил адвокату Т. его кассационную жалобу, мотивируя тем, что Г. восстановлен срок на апелляционное обжалование.

Московский городской суд рассмотрел апелляционные жалобы Г. и оставил приговор без изменения. Адвокат Т. в рассмотрении дела не участвовал.

После этого в суд I инстанции поступила кассационная жалоба Т. только на приговор, содержание которой полностью совпадает с содержанием ранее возвращённой судом кассационной жалобы.

Помимо прочего, заявитель Г. выдвигает в отношении адвоката Т. дисциплинарные обвинения в подаче кассационной жалобы "полуторагодовалой давности", противоречащей изменившейся позиции Г. и его интересам, и в непринятии в мер по согласованию защитительной позиции с Г., в том числе в целях изменения или отзыва поданной адвокатом Т. кассационной жалобы.

Совет АП г.Москвы согласился с заключением квалификационной комиссии и указал:

Адвокат Т. не отрицал своей осведомлённости о том, что уже после достижения между ним и доверителем Г. договорённости о подаче кассационной жалобы на приговор минуя стадию апелляционного обжалования, последний всё-таки подал апелляционную жалобу на приговор суда, а срок на подачу апелляционной жалобы Г. был восстановлен Московским городским судом.

Не отрицал адвокат Т. и того, что ему поступали апелляционные жалобы Г. и его нового защитника, из которых ему было известно, как о содержащейся в этих жалобах защитительной позиции и доводах в её подтверждение, так и о решении суда апелляционной инстанции.

При таких обстоятельствах адвокат Т. как профессиональный участник уголовного судопроизводства был обязан не только привести ранее согласованную с Г. кассационную жалобу в соответствие с действующим законодательством, но и учесть позицию Г., содержащуюся в его апелляционных жалобах, скорректировать доводы своей кассационной жалобы и принять меры к её повторному согласованию с Г. Однако адвокат Т. ничего этого не сделал, уклонившись от исполнения профессиональных обязанностей.

По этим причинам Совет отклоняет как несостоятельный и голословный довод адвоката Т. о том, что он согласовал вопрос о повторной подаче кассационной жалобы в той же редакции с доверителем Г. Этот довод ничем не подтверждён, заявитель Г. указанные обстоятельства отрицает, при этом в первоначальных письменных объяснениях адвоката Т. данные утверждения отсутствовали.

Кроме того, адвокат Т., являясь профессиональным советником по правовым вопросам, не мог не понимать, что его кассационная жалоба не соответствует позиции подзащитного Г. в суде апелляционной инстанции и, следовательно, в таком виде данная жалоба не могла быть согласована Г. и подана адвокатом Т. как его защитником.

#дисциплинарная_практика

Действия риэлтора переквалифицированы со ст.160 УК РФ на ст.330 УК РФ, а после отмены в кассации вынесен оправдательный приговор
 
История настолько забористая в деталях о судьбах денег и квартир, что лучше сначала прочитать обвинительный приговор первого круга (правда, нужно продраться через бессмысленную и беспощадную анонимизацию). Апелляция его оставляет без/без. Дело доходит до 3 КСОЮ:
 

По приговору суда T., обвиняемая по ч. 3 ст. 160 УК РФ, признана виновной в том, что оказывая риэлторские услуги А. по доверенности заключила с Л. предварительный договор цессии, по условиям которого обязалась заключить основной договор по приобретению в собственность А. квартиры, передав продавцу задаток в размере 300 000 рублей наличными за счёт денежных средств, ранее полученных от продажи квартиры А. Однако после этого предварительный договор не был заключён, квартира для А. приобретена не была, тем не менее, Е. оставшимися полученными от продажи А. [её] квартиры денежными средствами в сумме 900 000 рублей распорядилась по своему усмотрению, выйдя за пределы предоставленных ей полномочий, причинив потерпевшей имущественный ущерб в сумме 900 000 рублей. Наследниками потерпевшей А. оспаривается правомерность вышеуказанных действий Е.
 
Действия Е. были квалифицированы судом по ч. 1 ст. 330 УК РФ. Между тем, самоуправные действия предполагают их совершение вопреки установленному законом или иным нормативным правовым актом порядку. Самовольно осуществляются только такие действия, правомерность которых оспаривается организацией или гражданином, а не только связанные с осуществлением лицом своего действительного или предполагаемого права. Оспаривание действий возможно как в момент их совершения, так и впоследствии, в установленном законом порядке.
 
Суд апелляционной инстанции доводам стороны защиты <…> мотивированной оценки не дал, в частности, доводам о не указании при изложении преступного деяния всех признаков состава преступления, вопреки какому закону или нормативно-правовому акту действовала Е., в нарушение какого существующего порядка совершила самовольные действия, какое действительное или предполагаемое право осуществляла, совершая эти действия, каким образом потерпевшая (кто именно) эти действия оспаривала или была с ними не согласна. Не получили оценки суда апелляционной инстанции доводы апелляционной жалобы об отсутствии в приговоре указания на субъективную сторону совершенного Е. преступления, квалифицированного по ч. 1 ст. 330 УК РФ.
 
Определение 3 КСОЮ от 06.03.2025 №77-367/2025

 
3 КСОЮ сбрасывает дело вниз в апелляцию, которая, в свою очередь, сбрасывает его в первую инстанцию, переписывая аргументацию петербургских судей и добавляя немного своей (в столь же общих фразах):
 

Судом первой инстанции не учтено, что по смыслу закона состав уголовно наказуемого самоуправства предполагает наступление в результате действий виновного общественно опасных последствий. Обязательным признаком объективной стороны преступления, предусмотренного ч.1 ст.330 УК РФ, является причинение потерпевшему существенного вреда, и это обстоятельство в силу ст. 73 УПК РФ подлежит доказыванию при производстве по уголовному делу.
 
Также в нарушение уголовно-процессуального закона при описании преступного деяния по ч.1 ст.330 УК РФ суд первой инстанции не указал мотив совершённого Е. преступления, не отразил субъективную сторону и все признаки состава преступления, вопреки какому закону или нормативно-правовому акту действовала Е., в нарушение какого существующего порядка совершила самовольные действия, какое действительное или предполагаемое право осуществляла, совершая эти действия, каким образом потерпевшая (кто именно) эти действия оспаривала или была с ними не согласна.
 
Апелляционное определение ВС Республики Коми от 26.05.2025 №22-745/2025

 
На новом круге вынесен оправдательный приговор — и мне очень интересно, что там будет написано с учётом конкретики дела.
 
#3КСОЮ #квалификация 
#самоуправство #оправдательный