Кассация исключила организованную группу
 
Суд первой инстанции свои выводы о действиях Б. в составе организованной группы основывал на наличии признаков устойчивости и организованности. При этом устойчивость обосновал длительностью деятельности группы, отличительным признаком организованной группы, по мнению суда, являлось наличие единого преступного умысла и цели. Отметил суд также функциональное распределение ролей между участниками, руководящую и координирующую роль Б., меры конспирации, которые заключались в использовании поддельных документов, переводе денежных средств на карты соучастников, снятии их в банкоматах и передаче их наличными, организации присутствия неработающих лиц на месте работы при проверке.
 
Наличие у осуждённых и неустановленных соучастников взаимоотношений, распределение между ними ролей для достижения единого результата, стабильность состава сами по себе ещё не свидетельствует о наличии необходимых признаков организованной преступной группы.

Учитывая, что Б. являлась начальником участка, а ФИО и неустановленные лица находились в её прямом подчинении и являлись работниками участка, её руководящая роль основывалась не на иерархии и структуре преступной группы, а лишь на служебном положении, что и определяло характер взаимоотношений, функциональное распределение ролей, основанное на должностных обязанностях, и стабильность состава участников.
 
Указанные судом в качестве мер конспирации действия фактически являлись способом совершения преступления и распоряжения похищенным имуществом.

Наличие единого умысла и цели не является характеристикой исключительно организованной группы. Одна лишь длительность осуществления преступной деятельности также не может свидетельствовать о наличии организованной группы.
 
Следует также отметить, что фактические обстоятельства совершения преступлений, связанных с трудоустройством ФИО1 и ФИО2, и преступления, связанного с трудоустройством ФИО3, полностью идентичны и отличаются лишь продолжительностью времени трудоустройства и размером похищенных денежных средств. При этом в приговоре не приведено убедительных мотивов квалификации действий Б. в одном случае как совершение преступления организованной группой, а в другом – группой лиц по предварительному сговору.
 
Таким образом, установленные судом обстоятельства совершения Б. преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ, в том числе, отсутствие сведений о сплочённости участников, о наличии между ними устойчивых связей и некой иерархии, не обусловленных трудовыми отношениями, не подтверждают выводы судов о том, что она действовала в составе организованной группы.
 
Указанные судом первой инстанции обстоятельства не свидетельствуют о должной степени организации группы, позволяющей установить наличие указанного квалифицирующего признака.

Фактически судом первой инстанции установлено, что Б. действовала в составе группы лиц по предварительному сговору, что подтверждается её совместными и согласованными с другими соучастниками действиями, направленными на выполнение объективной стороны преступления.
 
Учитывая изложенное, квалифицирующий признак совершение преступления в составе организованной группы по двум преступлениям, предусмотренным ч. 4 ст. 159 УК РФ, подлежит исключению.
 
Определение 2 КСОЮ от 18.09.2025 №77-2255/2025
 
#2КСОЮ #соучастие

Редчайший случай результативного представления новых доказательств в кассацию

В ходе расследования уголовного дела адвокатом Ж. заявлялось ходатайство о проведении осмотра салона автомобиля KIA Sportage с целью обнаружения в салоне автомобиля карты памяти видеорегистратора, на предмет установления фактической обстановки на месте ДТП. Постановлением следователя в удовлетворении ходатайства отказано. [На мой взгляд, это обстоятельство – как раз то, что склонило КСОЮ принять новые доказательства].
 
После вступления приговора в законную силу вещественное доказательство автомобиль KIA Sportage был возвращен осуждённому Т., который в ходе осмотра автомобиля обнаружил карту памяти видеорегистратора.
 
В соответствии с п. 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 июня 2019 года № 19 "О применении норм главы 47.1 УПК РФ, регулирующих производство в суде кассационной инстанции", при разбирательстве в суде кассационной инстанции могут быть рассмотрены не только материалы, имеющиеся в уголовном деле, но и дополнительные материалы, поступившие с жалобой либо представленные сторонами, если они содержат сведения, имеющие значение для правильного разрешения дела, и не свидетельствуют о наличии новых или вновь открывшихся обстоятельств. [И вот под этим процессуальным соусом о "дополнительных материалах" в дело принимаются по сути новые доказательства.]
 
Защитником осуждённого Т. адвокатом Ж. был представлен в суд кассационной инстанции акт экспертного исследования ФБУ Башкирская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции РФ карты памяти видеорегистратора, находившегося в автомобиле КIА SPORTAGE, которым в момент ДТП управлял Т., который на момент рассмотрения дела не был представлен, поэтому суд не имел возможности оценить его.
 
Изложенные в этом документе сведения имеют значение для правильного разрешения дела, и могли повлиять на исход дела. Судом апелляционной инстанции эти обстоятельства также не были учтены.
 
[И отправляя дело на новый круг апелляции 6 КСОЮ изменил его территориальную подсудность на ВС Удмуртской Республики, так как] из общедоступных источников следует, что Указом Президента РФ ФИО назначена судьёй Верховного Суда Республики Башкортостан, что с учётом недоведения до сведения суда первой инстанции указанной информации потерпевшей ФИО2, подтвердившей факт родства в судебном заседании суда апелляционной инстанции, может поставить под сомнение объективность и беспристрастность судебного разбирательства в Верховном Суде Республики Башкортостан.
 
Постановление 6 КСОЮ от 26.06.2025 №77-1911/2025
 
На новом апелляционном круге ВС Удмуртской Республики отменил приговор и направил дело на новое рассмотрение в первую инстанцию.
 
#6КСОЮ #доказательства

У нас нет культуры допроса — в этом просто не видят ценности: прежде всего сами судьи. Удобно же перенести содержание следственных протоколов допросов в приговор — с приоритетом перед услышанным face to face в судебном заседании.

А ещё судье удобно допросить под инкриминируемую фабулу потерпевшего, если прокурор не может/не хочет/профессионально не способен сам сделать это.

Недавний случай: государственный обвинитель в судебном заседании первой инстанции задаёт три дежурных вопроса (в стиле "что вы можете сообщить по делу"), не получает никаких внятных ответов — и тут судья перехватывает допрос и, как шахтёр, добывающий уголь в канализации, начинает из потерпевшего вытаскивать показания.

Поскольку коллега взял на себя кассирование приговора по сути, мне оставалось во второй жалобе углубиться в процесс, написав inter alia следующее:

Показания Б. получены в ходе судебного заседания 25.11.2024 года. Из протокола судебного заседания следует, что государственный обвинитель задал лишь три общих вопроса, получив на них краткие общие ответы без указания конкретных обстоятельств по делу. Каких-либо вопросов по обстоятельствам, инкриминируемых В., государственный обвинитель Б. не задавал.

После этого председательствующий подменил своим допросом допрос прокурора, задал потерпевшему Б. 53 вопроса по юридически значимым обстоятельствам дела, бремя доказывания которых (в том числе путём получения от потерпевшего показаний в ходе допроса) возложено в силу ч.2 ст.14, ч.3 ст.15 УПК РФ только на сторону обвинения, а не на суд.

Потерпевший Б. в ответ именно на вопросы председательствующего по делу, а не государственного обвинителя сообщил сведения по обстоятельствам, входящим в предмет доказывания по данному уголовному делу. В дальнейшем сведения, полученные от Б. именно на вопросы суда, были положены в основу обвинительного приговора.

Среди 53 вопросов судом были заданы, в частности, следующие (прокурор указанные обстоятельства до этого вообще не выяснял): <...>

Таким образом, выясняя вместо государственного обвинителя все необходимые юридически значимые обстоятельства, которые обязана доказывать именно сторона обвинения, суд возложил на себя не свойственную ему функцию обвинения, полностью получив от Б. показания против В., чем нарушил не только принцип состязательности, закреплённый в ч.3 ст.15 УПК РФ, но и положения ч.3 ст.278 УПК РФ, согласно которым первой задаёт вопросы свидетелю та сторона, по ходатайству которой он вызван в судебное заседание. Судья задаёт вопросы свидетелю после его допроса сторонами.


9 КСОЮ отвечает:

Действия председательствующего при допросе потерпевшего не вышли за пределы предоставленных ему ст. 277 и 278 УПК РФ полномочий. УПК РФ не ограничивает суд в количестве или содержании задаваемых вопросов, а активность суда в выяснении обстоятельств дела не может сама по себе расцениваться как отступление от принципа состязательности.

Как усматривается из протокола судебного заседания, государственный обвинитель провел первоначальный допрос потерпевшего, а последующие уточняющие вопросы суда были направлены на установление юридически значимых обстоятельств, входящих в предмет доказывания. Стороне защиты было представлено право задавать вопросы потерпевшему, чем, судя по протоколу судебного заседания, она активно пользовалась, в связи с чем указанное адвокатом Никоновым М.А. нарушение предусмотренного ст.277 и ч.3 ст.278 УПК РФ порядка допроса потерпевшего, на исход дела не повлияло и основанием к отмене приговора не является.

При таких формулировках не знаешь, что и думать — например, о том, что деградация уголовного процесса происходит не сама собой, и не в последнюю очередь благодаря тем, кто как раз должен удерживать стандарты правосудия.

#допрос #выверты

"Скоростная" подмена болеющего адвоката по соглашению адвокатом по назначению – отмена

20 мая 2024 года в судебное заседание, назначенное на 9 часов, подсудимая П. и её защитник по соглашению – адвокат Х. не явились, судебное заседание было отложено на 21 мая 2024 года на 11 часов 00 минут.

При этом 20 мая 2024 года в 9 часов 46 минут [в суд] поступило ходатайство адвоката Х. об отложении судебного заседания, назначенного на 20 мая 2024 года, в связи с её болезнью.

В этот день в 16 часов 30 минут поступило повторное ходатайство адвоката Х. об отложении судебного заседания в связи с заболеванием с приложением информации об открытии больничного листа с 20 мая 2024 года на 6 дней.

21 мая 2024 года в 11 часов П. и адвокат Х. в судебное заседание не явились, причина неявки не известна.

Мировой судья вынес постановление о принудительном приводе П. на судебный участок 21 мая 2024 года к 14 часам. После доставления П. в 15 часов судебное заседание было продолжено, и мировой судья в связи с неявкой адвоката Х. поставил на обсуждение вопрос о назначении защитника П.

П. возражала против замены защитника Х., которая "защищает её давно и все знает по делу", просила отложить судебное заседание, так как Х. болеет.

Мировой судья вынес постановление о назначении П. защитника, сославшись на то, что действия Х., которая систематически не являлась в судебные заседания, расцениваются как недобросовестное отношение к принятым на себя поручениям и нежелание осуществлять взятую на себя защиту П.; указал, что о дате, месте и времени рассмотрения дела 20 и 21 мая Х. извещена надлежащим образом, 20 мая 2024 года направила ходатайство об отложении после закрытия судебного заседания, а 21 мая 2024 года в судебное заседание не явилась и каких-либо ходатайств не заявила.

В судебном заседании объявлен перерыв для направления данного постановления куратору АП Костромской области в Судиславском районе.

В 15 часов 20 минут после перерыва судебное заседание было продолжено с участием назначенного судом адвоката Г., которая обратилась с заявлением о невозможности её участия в производстве по делу, поскольку П. возражает против её участия, так как у неё заключено соглашение с адвокатом Х., от которой подсудимая не отказалась.

Мировой судья, рассмотрев заявление адвоката Г., вынес постановление, которым отказал в удовлетворении ходатайства о самоотводе и продолжил судебное заседание с участием адвоката по назначению. [Просто подчеркну: защитник по 51 УПК был назначен 21 мая в 15:00, адвокат Г. явилась в суд в 15:20. Следов её заявления о самоустранении ввиду явного нарушения порядка назначения адвоката с последующим выходом из зала с/з – что не равно заявлению о самоотводе – или хотя бы об отложении для ознакомления с делом и согласования позиции с подзащитной в касс.постановлении нет. Не знаю, это позиция АП Костромской области "если судья не отпускает - не выходи" или самого адвоката, но вот так он поучаствовал в нарушении права на защиту. Дисциплинарно может быть довольно рискованно].

Таким образом, 21 мая 2024 года мировой судья провёл прения и рассмотрел дело в отсутствие адвоката Х., с которой у П. было заключено соглашение, с вынесением 22 мая 2024 года приговора.

Суд кассационной инстанции приходит к выводу о нарушении права на защиту П.

Мировой судья, располагая сведениями о болезни адвоката Х., о которой сообщила адвокат в ходатайстве 20 мая 2024 года, не проверил эту информацию.

При установлении причины отсутствия адвоката Х., которая имела больничный лист с 20 по 25 мая 2024 года, утверждение о злоупотреблении адвокатом своим правом и нежелании осуществлять защиту П., является необоснованным.

П. не была согласна на защиту её интересов назначенным ей адвокатом Г., поскольку у неё было заключено соглашение с адвокатом Х., и просила отложить судебное заседание.

Положения ч. 3 ст. 50 УПК РФ П. не разъяснялись, возможность произвести замену неявившегося адвоката Х. другим защитником, свободно выбранным осуждённой, мировым судьёй П. не предоставлялась.

Постановление 2 КСОЮ от 30.06.2025 №77-1610/2025

#2КСОЮ #процесс #дела_адвокатские

Добровольная выдача пороха — прекращение в кассации по примечанию к ст.222.1 УК РФ

К. обнаружил 7 полимерных мешков с дымным и бездымным порохом, общей массой 119 040 гр., которые незаконно хранил до сентября 2023 года на участке местности. Об указанном факте К. добровольно сообщил в объяснении и заявил о готовности показать участок местности в лесопосадке, где в скрытых от посторонних лиц условиях хранился порох.

Как следует из материалов уголовного дела, ранее сотрудники правоохранительных органов такой информацией не обладали.

При участии К. был осмотрен участок местности — лесной массив, где в указанном осуждённым месте были обнаружены названные им предметы, укрытые ветками и сухой травой. Протоколом обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств подтверждены данные обстоятельства и факт изъятия сотрудниками УФСБ веществ, содержащих взрывчатые вещества метательного действия (дымный и бездымный порох).

Избранную осуждённым признательную позицию по делу суд первой инстанции признал в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, в виде активного способствования расследований преступлений.

Суд апелляционной инстанции, установив, что указанные пояснения К. дал добровольно при наличии возможности выбора иных вариантов своего поведения, дополнительно признал в качестве смягчающего наказание обстоятельства по данному преступлению явку с повинной.

Таким образом, в ходе судебного разбирательства нашло своё подтверждение, что К. при реальной возможности дальнейшего хранения незаконных предметов добровольно сообщил правоохранительном органам о местонахождении взрывчатого вещества метательного действия (дымного и бездымного пороха), которое было спрятано в визуально неопределяемом месте - оборудованной в лесном массиве яме, скрытой под ветками и листвой, т. е. фактически выдал его сотрудникам УФСБ.

Осуществление ОРМ «обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» в данном случае было направлено на изъятие добровольно выданных К. предметов, являлось производным от его пояснений мероприятием.

Изложенное свидетельствует о том, что суд установил обстоятельства, указанные в примечании к ст. 222.1 УК РФ, однако в нарушение положений ст. 299 УПК РФ не разрешил вопрос о возможности освобождения К. от уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 222.1 УК РФ в соответствии с примечанием 1 к ст. 222.1 УК РФ.

В связи с тем, что освобождение К. от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием в соответствии с примечанием 1 к ст. 222.1 УК РФ не означает отсутствия в этих его действиях состава преступления, прекращение уголовного преследования по указанному основанию не влечёт за ним права на реабилитацию.

Определение 2 КСОЮ от 29.07.2025 №77-2120/2025

***
Пример, в котором выкристаллизованы сформировавшиеся на практике совокупно применяемые признаки добровольной выдачи:
◾️Сокрытость хранимых предметов от третьих лиц (тайник, визуально не определяемое место, а не открытая для свободного доступа местность).
◾️Отсутствие информации об этом предмете (его конкретизация не важна) и месте (это главное) у правоохранительных органов.
◾️Реальная возможность дальнейшего хранения запрещённых предметов (пожалуй, самый оценочный признак).
◾️Добровольность сообщения при наличии возможности вариантов поведения.
◾️Производность конкретных поисковых действий (обыск/выемка/ОРМ) от сообщённой информации.

#2КСОЮ #квалификация #добровольная_выдача

В сегодняшнем интервью Краснова "Ъ" глазу зацепиться не за что ("за всё хорошее против всего плохого", "мы за единство практики" — как вы его будете обеспечивать по всей вертикали, если внутри самого ВС РФ не можете этого сделать...?), кроме одного момента:

реформирования требует и существующая система обжалования судебных решений. Например, все вступившие в законную силу акты мировых судей в настоящее время могут пересматриваться только в девяти кассационных судах. Не секрет, что это создает определенные препятствия для доступа к правосудию тех граждан, которые из-за логистических, финансовых и других трудностей просто не в состоянии приехать в эти суды для участия в процессах. Например, при обжаловании решений мировых судей Красноярского края их пересмотр осуществляется в городе Кемерово, расстояние до которого измеряется тысячами километров. В свою очередь, региональные суды субъектов, на которые возложена ответственность за качество правосудия в регионах, фактически лишены полномочий по контролю за законностью и обоснованностью решений мировых судей. Считаю, что необходимо установить порядок обжалования и пересмотра вступивших в законную силу актов мировых судей президиумами судов субъектов.

Сейчас худо-бедно сформировались лестницы обжалования и пристраивать к ним ещё одну — это весьма странное архитектурно-процессуальное решение.

Во-первых, это откат к тому, от чего пытались уйти за счёт окружной кассации, — вынос дела за пределы субъекта. А то первая, вторая и третья инстанция в одном и том же регионе — too much.

Во-вторых, не очень понятно, чем дела из, скажем, Железнодорожного районного суда Красноярска, проходящие через КСОЮ, хуже или лучше дел от мировых судей того же района, которые расположены в 10 минутах неторопливой рыси от районного суда, — ради рассмотрения которых предлагается реанимировать президиумы?

Я понимаю, что инстанционная структура — отдельный бич российской судебной системы (не самый страшный, хотя и весьма показательный — реформаторам удаётся с ним совладать с переменным успехом), но такое количество возможных линий обжалования — это какой-то Кандинский в поздней фазе.

Возможно, у меня "оптика" адвоката по уголовным делам, а цивилистам как раз лучше было бы работать с дополнительной лестницей, но пока вижу так.

Экспертиза от «дочки» потерпевшей компании и неполнота экспертизы: два круга с разворотом

Поковыряться в экспертизах — одно из моих любимых адвокатских занятий. И подчас поиск практики выносит на очень интересные истории.

Московский областной суд сносит приговор о хищении у «Роскосмоса», сбрасывает дело прокурору и пишет:

Cледствием неоднократно были предприняты попытки для проведения комплексной технико-экономической судебной экспертизы, с целью установления реальности выполненных работ ЗАО «ЦТП» [обвиняемые И. и Р. - гендиректор и замгендиректора этого ЗАО] в рамках договоров, заключённых с ФГУП «ЦЭНКИ», их научной ценности, соответствия работ техническим заданиям, фактической стоимости выполненных работ, установления возможных фактов дублирования выполненных работ в рамках указанных договоров, с работами, выполненными ФГУП «ЦНИИмаш» в рамках договоров, заключенных с ГК «Роскосмос» и ОАО «РКК Энергия».

[В итоге по делу] проведена комплексная научно-техническая и финансово-экономическая экспертиза в АО «Организация «Агат», которое входит в Госкорпорацию «Роскосмос», является её дочерним предприятием.

На ряд поставленных перед экспертами вопросов эксперты ответов не дали, сославшись на недостаточность в отчётных материалах исходной документации/информации.

Также указали, что более точную оценку научной составляющей работ по представленным на экспертизу отчётным материалам выполнить не представляется возможным с учётом отсутствия соответствующей компетенции экспертов, привлекаемых к экспертизе.

Эксперты пришли к выводу, что работы ЗАО «ЦТП» могут быть расценены как идентичные работам, выполненным ФГУП «ЦНИИмаш».

Поскольку экспертное заключение не дало ответа на поставленные следователем вопросы и мер, предпринятых следователем по поиску специалистов для участия в его проведении и истребовании дополнительных данных недостаточно, при этом для принятия решения об обоснованности квалификацией действий И. и Р. по ч.4 ст.159 УК РФ необходимо разрешение вопросов, требующих специальных познаний, суд лишён возможности постановить по делу законное и обоснованное решение.

1 КСОЮ возвращает дело от прокурора в апелляцию с краткой формулировкой, констатируя неполноту экспертизы, но обходя вопрос о законности проведения экспертизы «дочкой» потерпевшей компании:

Неполнота проведённого экспертного исследования не может служить основанием для возвращения уголовного дела прокурору для устранения препятствий в его рассмотрении, поскольку эти нарушения при их наличии могут и должны быть устранены при рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

На новом круге в апелляционном определении Московского областного суда пропадают вопросы и к неполноте экспертизы (для её восполнения, судя по тексту определения, ничего к новому кругу так и не сделано), и к проведению экспертизы «дочкой» потерпевшего «Роскосмоса»:

Оснований не согласиться с оценкой данной судом заключению комплексной научно-технической и финансово-экономической судебной экспертизы судебная коллегия не находит. Судом в приговоре дана подробная оценка данному доказательству с точки зрения допустимости, достоверности данного доказательства. <…> Предыдущее участие экспертов в производстве по уголовному делу в качестве специалиста не является основанием для отвода [Вывод 1 КСОЮ согласуется с подходом КС РФ из Определения №297-О от 20.02.2014]. <…> Каких-либо нарушений требований Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, которые могли бы служить основанием для отмены приговора, допущено не было, в том числе при производстве экспертизы.

После этого 1 КСОЮ отвечает на жалобы защиты в этой части так:

Несмотря на то, что АО «Организация «[Агат]», как и АО «<данные изъяты>», входят в Госкорпорацию «[Роскосмос]», они являются самостоятельными юридическими лицами, действуют на основании федеральных законов, сотрудники указанных акционерных обществ не находятся в трудовых отношениях с ГК «[Роскосмос]», как и в прямом подчинении Госкорпорации.

#1КСОЮ #процесс #экспертиза

Преступное сообщество "отвалилось" в кассации

Суд при описании преступного деяния, указал, что созданное Т. преступное сообщество было чётко структурировано и состояло из трёх территориально и функционально обособленных структурных подразделений.

В описательно-мотивировочной части приговора суд пришёл к выводу об излишне вменённом Т. признака руководства входящими в преступное сообщество структурными подразделениями, поскольку по мнению суда первой инстанции, Т. осуществлял общее руководство созданным им преступным сообществом, состоящим из трёх структурных подразделений. Вместе с тем, суд оставил без надлежащего внимания разъяснения, изложенные в п.4 ПП ВС РФ от 10 июня 2010 года №12, не установил кто являлся руководителем структурных подразделений, объединённых для решения общих задач как при совершении конкретных преступлений, так и при обеспечении деятельности преступного сообщества.

Судом также не установлено в чем выразились координации преступных действий; создании устойчивых связей между различными самостоятельно действующими организованными группами или разделе сфер преступного влияния и преступных доходов между ними; участии в собрании организаторов, руководителей (лидеров) или иных представителей организованных групп.

Судом установлено, что преступное сообщество отличалось организованностью, структурированностью, иерархией подразделений, установленными правилами взаимоотношений, согласованностью действий и стабильностью состава, а также имело место разделение ролей и распределение по функционально-территориальному признаку.

Одновременно с этим перечисленные выше действия осуждённых отнесены судом и к распределению ролей, характерному для организованной группы, а именно: что Т. создал организованную преступную группу и руководил ею; Щ. принимал участие в системном администрировании [интернет-]магазина, публиковал информацию на «витрине» магазина о возможности приобретения поддельных банковских билетов ЦБ РФ, по информации, предоставленной Т., размещал сведения о местонахождении тайников–закладок с поддельными банковскими билетами ЦБ РФ; Ю. совместно с неустановленным лицом принимал участие в хранении, перевозке и сбыте партий поддельных банковских билетов ЦБ РФ; Г. совместно с неустановленным лицом принимал участие в хранении, перевозке и сбыте партий поддельных банковских билетов ЦБ РФ. Таким образом, указание судом о выполнении членами группы определённых функций свидетельствует о распределении ролей в организованной группе, а не о создании преступных подразделений преступного сообщества, руководители которых подчинялись бы руководителю преступного сообщества.

Также судом структурированность в преступном сообществе, организованном Т., не установлена. Не установлено, какие конкретно действия были предприняты для бесперебойного функционирования преступного сообщества, в организации материально-технического обеспечения, в разработке способов совершения и сокрытия совершенных преступлений, в принятии мер безопасности в отношении членов преступного сообщества, в вербовке новых участников, внедрение членов преступного сообщества в какие-либо органы.

Представленная совокупность доказательств не подтверждает, что степень организованности группы в составе вышеуказанных лиц, достигла признаков, свойственных преступному сообществу (преступной организации), что исключает квалификацию действий всех осужденных по ст.210 УК РФ.

Определение 6 КСОЮ от 05.09.2025 №77-2151/2025

#6КСОЮ #квалификация #соучастие

"Чужие" протоколы нельзя в "дочернее" дело
 
Суд, обосновывая в приговоре выводы о виновности Е. в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. "г" ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, привёл в качестве доказательств <…> протокол осмотра места происшествия, согласно которому, осмотрен участок местности, который является местом приобретения наркотического средства ФИО16; протокол осмотра места происшествия, согласно которому осмотрен участок местности, который является местом остановки ФИО16 сотрудниками полиции; протокол личного досмотра, из которого следует, что 5 октября 2023 года в служебном кабинете № ОП по г. Одинцово УМВД России по Одинцовскому городскому округу Московской области был проведён личный досмотр ФИО16, в ходе которого у последнего в наружном кармане сумки темнозелёного цвета, надетой на нем через плечо, был обнаружен полиэтиленовый пакет с веществом внутри.
 
Вместе с тем, как следует из материалов уголовного дела, такое лицо, как ФИО16, не являлось участником уголовного судопроизводства по уголовному делу в отношении Е., в связи с чем протоколы произведённых с его участием следственных и процессуальных действий не могли быть использованы при установлении обстоятельств совершения Е. инкриминированного ему деяния и положены в основу приговора в качестве доказательств его виновности.
 
При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу о том, что при рассмотрении уголовного дела в отношении Е. суд первой инстанции допустил существенные нарушения уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела, в связи с чем состоявшийся по делу приговор подлежит отмене, а уголовное дело — передаче на новое судебное рассмотрение.
 
Определение 1 КСОЮ от 19.06.2025 №77-1877/2025

#1КСОЮ #процесс #доказательства