А как правильно, Белковский или Галковский?

В апреле ненадолго вернемся, чтобы поговорить о надзорном капитализме! Лекцию прочтет ответсек moloko plus Паша Никулин

Интернет начинался как пространство свободы — в 1996 году Джон Перри Барлоу объявил его местом, свободным «от гигантов из плоти и стали».

Сейчас слова Барлоу о свободном глобальном социальном пространстве звучат во многом утопично и наивно. Каждое действие в сети сегодня можно отследить, а затем монетизировать.

Как это произошло?

На лекции проследим эволюцию цифрового капитализма: от краха «доткомов» и поиска новых бизнес-моделей до формирования экономики, сделавшей наши данные и наше внимание ключевым ресурсом. Разберем ключевые моменты новейшей истории, повлиявших на развитие интернета, — теракты 11 сентября и распространение массовой слежки, появление соцсетей и смартфонов, скандал с вмешательством хакеров в американские выборы.

Обсудим концепцию надзорного капитализма Шошанны Зубофф, посмотрим, как работают современные платформы — от рекомендательных алгоритмов до систем социального рейтинга. И попробуем понять, что общего у дисциплинарного общества Фуко, общества контроля Делёза и сегодняшнего общества цифрового.

Когда: 24 апреля, 19:30

Цена: 500 рублей

Формат: онлайн (ссылка на трансляцию придет за час до начала события)

Ссылка для регистрации: https://moloko-plus.timepad.ru/event/3912724/

Ужас

Глава Череповца Андрей Накрошаев выступил с официальным заявлением о ситуации в городе после массовой атаки БПЛА. Сирены и оповещение не включали, потому что атаки шли на промышленные площадки и имели локальный характер.

При обнаружении фрагментов БПЛА ни в коем случае нельзя приближаться к ним и фотографировать. При обнаружении звоните 112.

Если видео не грузится, смотрите его на городском канале в MAX

⚡️Кремль не будет поздравлять Мадьяра с победой на парламентских выборах в Венгрии, это недружественная страна, заявил Песков.

Свежий @kashinplus (полный текст и аудио - для подписчиков; подписывайтесь):

Тут ведь еще в чем дело, если говорить о политтехнологиях. Иностранец, агитирующий на экзотических для него выборах — это ведь понятная и много раз повторенная история, но бывают иностранцы, и бывают иностранцы, огромная на самом деле разница. Скажем, на знаменитых губернаторских выборах в Красноярске, выигранных генералом Лебедем, агитировать за него приезжал из Франции Ален Делон, и всем было, конечно, понятно, что Делон и о Красноярске впервые в жизни слышит, и лично на Лебедя ему плевать, но при этом избиратель видит, что Лебедь настолько крут, что ему хватило денег и возможностей вытащить к себе в Сибирь мировую знаменитость, и это вполне убедительный аргумент, чтобы голосовать за Лебедя. А бывают иностранцы формата «финский политик посетил Крым», про которых потом, как правило, выясняется, что и не финский, и не политик, и вообще непонятно откуда взялся, зато поел, по крайней мере, ну и на пляж сходил. Когда российская антивоенная феминистка Леля Нордик едет в Будапешт выступать на антиорбановском мероприятии — это на что больше похоже, на Делона в Красноярске или на финского политика в Крыму? В этом смысле роль венгерской кампании в истории российской антипутинской среды может быть вполне судьбоносной — превращение в международный бродячий цирк, наверное, выглядит печально, но с другой стороны — а какой есть выбор? За неимением российских точек приложения тут или в РДК нужно записываться, или да, на митинг в Венгрию — там, по крайней мере, нет зиг, телесных наказаний, перераспределения зарплат и отправок в штурм. А в цирке при должном старании и таланте можно завоевать мировую славу.