Выбор между «американским» в самом плохом смысле слова и «иранским» (а там вообще хорошего нет) поведением — развилка, на которой сейчас находится путинизм, и о которой в любом случае еще будут вспоминать, имея в виду, что Владимир Путин, как, в общем, всегда, выбрал худший вариант, да и, сказать прямо, какого-то невероятного взаимного противоречия между ними нет, одно другому не мешает — разбомбив центр Киева «орешником», можно и внутри России закрутить гайки еще на несколько оборотов, а, отвлекшись от внешней экспансии на укрепление режима, можно потом с новыми силами на кого-нибудь напасть — на ту же Прибалтику (и бросать бункерные бомбы хоть бы и на Каю Каллас). Тут секрет в том, что Владимир Путин будет становиться хуже вне зависимости от того, что конкретно будет делать Трамп или другие западные лидеры, и реальной зависимости здесь на самом деле нет — есть именно тот вотэбаутизм, который полезен только для оправданий. Нет никаких оснований думать, что если бы в 2011 году не убили Каддафи, в России бы так и продолжилась игра в модернизацию и демократизацию — да даже хронологически, ливийский диктатор погиб в октябре, а рокировка Путина и Медведева случилась в сентябре, когда этого аргумента — «они убили Каддафи, поэтому Путин выбрал жесткую линию» — просто не существовало.