⚰️ Богачи развлекались охотой на людей во время осады Сараево

🚩 Автор: Arsenio Krasni

История, похожая на сюжет психологического триллера Ларса фон Триера, уже давно известна жителям Балканского полуострова. Слухи о богатых и влиятельных гражданах Евросоюза и США, покупающих возможность пострелять по гражданским в Сараево, распространялись ещё в 1990-х. Но тогда, в хаосе гражданской войны, они ускользнули от внимания общественности.

Долгое время «человеческое сафари» оставалось скорее городской легендой. Но в 2022 году словенский режиссёр Милан Зупанич представил на балканском кинофестивале Аль-Джазиры документальный фильм, подробно и на основе многочисленных свидетельств рассказывающий об обстоятельствах «коммерческой» охоты на людей в Сараево 1993–1995 годов. Фильмом вдохновился итальянский журналист Эцио Гаваццени. Он три года работал над масштабным расследованием, собирал документы и свидетельства как с итальянской, так и с боснийской стороны, после чего обратился в Миланскую прокуратуру с требованием начать уголовное дело. Слушания свидетелей по делу “снайперов выходного дня” начнутся уже на следующей неделе.

По данным Гаваццени, таких “туристов” было как минимум пять человек. Они регулярно ездили на охоту, были близки к ультраправым кругам и хотели пощекотать себе нервы чем-то более адреналиновым, чем стрельба по животным. “Военные туристы” платили от 80 до 100 тысяч евро за экспедицию. В прайс-лист входила стрельба по гражданским, причём дети стоили дороже всего. Богачи собирались в Триесте, оттуда летели в Белград самолётами сербской авиакомпании Aviogenex, затем их конвоировали в Боснию, где они разбивали лагерь на холмах вокруг Сараево. Там и охотились.

Вероятнее всего, в подготовке стрельбищ и обеспечении безопасности этих поездок участвовали отдельные сербские военные. Конечно, это не было централизованной инициативой сербской армии, но без помощи её офицеров организация сараевского сафари представляется невозможной. Хорватский журналист Домагой Маргетич недавно обвинил в соучастии действующего президента Сербии, но достоверность материалов, связывающих Александра Вучича с этим преступлением, вызывает сомнения.

Одним из важнейших источников для расследования Гаваццени стал бывший агент боснийской разведки Эдин Субасич. Ориентируясь на сообщения пленного сербского офицера, он описывает психологический портрет охотников на людей: “Страстный охотник, испробовавший все существующие легальные типы сафари и теперь, в поисках адреналина, желающий заполучить человеческую голову как трофей; персонаж, который обожает оружие и в то же время является психопатом; бывший солдат, неспособный остановиться, одержимый жаждой крови, разбуженной предыдущими сражениями. В любом случае, все они принадлежат к кругу богатых и влиятельных людей в своих сообществах. У них есть ресурсы, позволяющие обеспечить защиту от возможного расследования, и политическое влияние, способное его остановить. Уровень риска быть раскрытыми и попасть на скамью подсудимых для всех участников минимизирован из-за превосходной организации.” Свидетельства Субасича дополняет Гаваццени: “Они уехали из Триеста на бойню и вернулись теми же достойными людьми в глазах окружающих. Это и есть безразличие зла: поиграть в Бога и остаться безнаказанным.”

Благодаря героическим усилиям и бесстрашию Зупанича, Гаваццени, других журналистов и свидетелей, у этих бесчеловечных маньяков, способных отнять человеческую жизнь ради извращённого удовольствия, впервые появляется реальный шанс не выйти сухими из воды — и получить в качестве "трофея" тюремную баланду.

Но остаётся немой вопрос: сколько ещё неопознанных жертв психопатической культуры вседозволенности, укоренившейся в кругах правящего класса? Сколько страшных преступлений совершают ежедневно улыбчивые успешные люди — «живые витрины» капиталистического счастья? И что нужно сделать, чтобы предотвратить появление новых антиутопических историй о зверствах богатых?

Ответ на этот вопрос, кажется, останется недостижимым до тех пор, пока сами понятия “богатые” и “правящий класс” продолжают определять правила игры.