Посыпание пеплом головы всегда вранье (можено и мягче выразиться: лишь слова, слова…) если нет четкого видения следующего шага, решающего проблему. То есть, в лучшем случае это можно считать шагом по направлению

Если бороться не с человеком, а за человека, то тогда с кем придется бороться? С собой!

Думала, что нет хуже Города на земле, чем Сингапур. Оказалось - есть - Дубай!

Всеядность текстов ликвидирует возможность рождения мысли

Непонятную, трудную книгу, если и читаем, то силимся полюбить. Лучше получается наоборот: попробовать читать так, чтобы автор тебя полюбил

То, над чем ты трудишься, должно быть тебе утешением, а не тем, с помощью чего ты пытаешься достичь славы, известности, статусности. Как только перевес случается в сторону достижений, настигает кара = такое событие - отрезвление, которое лишает тебя не достижений (они становятся в этот момент неважны), а - утешения. Поверьте, я знаю, о чем говорю.

В моменты неудач становится очевидным, что так выглядит точка выбора. Если заменить слово "неудача" на слово "выбор" в восприятии действительности, это дает и решимости, и силы, и интеллекта действовать. Но вот когда успех, удача, победа, мы совсем не воспринимаем это как "выбор". А потому пролетаем эту развилку и естественно - это не самый лучший выбор двигаться тем же макаром. Очевидно, нужно было пройти выбор. Но он так неочевиден, так не видны тропы этой развилки - все устлано победными букетами и венками... Венками, вот именно... Жизнь эту развилку предъявит потом в виде неудачи. Теперь - не пропустишь

Дар всегда еще и кара, а кара всегда еще и дар

Делаешь одно, а делается - другое

Не надо большого ума, чтобы в общении сокращать дистанцию или увеличивать ее. Даже можно сказать, что если делаешь это, то ума - нет. С умом - это когда первоначально выбрана и установлена такая дистанция, которую нет нужды менять. Причём делается это естественно, то есть хорошими манерами

Перейти с уровня конфликта «кто из нас больше прав», где исключительно генерятся аргументы, которые приводят к эскалации конфликта на уровень «я понимаю почему прав другой» можно через серединный путь, маркированный вопросом, который должна поставить каждая из сторон «а в чем я не прав». Это продуктивно потому, что резко исчезает дух соперничества. На пути, кто больше прав он особенно значимую роль играет. На пути «в чем я не прав» никто соперничать не станет. Ликвидация этого духа открывает возможность появления иного духа - может быть даже сотрудничества

Жизнь зарождается в женщине.

Искусство поздравлять - умудриться не искушать. Практически - невозможно

Многие слышали и даже пытались делать: определять свои сильные стороны. После этого задания не видела ни разу рекомендаций - а зачем? точнее - для чего? Как бы само собой разумеется, что для того, чтобы на них опираться. На деле такое опирание как выглядит? Вот, к примеру, выделал человек свою сильную сторону - умение видеть мелочи и детали. Собственно, в каждом деле на эти мелочи реагирует, в каждом деле срабатывает навык. Наблюдаю карьеру одного тренера, который в эту сильную сторону очень поверил и собственно именно в этом специализируется. Результат: вообще перестал видеть общую картинку. Целое стало не доступно - в принципе.
Мораль такова: сильную сторону надо определять лишь для того, чтобы найти ее оборотную сторону - слабость, которая ей сопутствует и начать работать с этой парочкой, именно этой парочкой. Сильная сторона поможет. Но может и помешать. Не гарантировано и тогда понадобятся иные средства. Но было бы желание их найти…

Тот, кто имеет Путь, Цель - любит уединение. Без них в уединении страшно или скучно

Всякое прекрасно сделанное, за что получаешь похвалы, содержит в себе твой труд, но и в какой-то мере содержит счастье, удачу. Иногда мы именуем это чудом. Без этой чудесности не бывает ничего поистине замечательного. А похвалы мы принимаем как будто это только нашим трудом сделано. Без того, чтобы это отличить, выделить, не может быть справедливости. А, выделивши, надо "отдать десятину". Хотя бы десятину в мир. Таковы могут быть мотивы к благотворительности.

В самолете невозможно получить чувство полета

Тяжельше всего воспитать в человеке бескорыстное желание отдавать. Ребенку самому не придет в голову желание отдать. Он хочет только брать. Заботливый родитель учит его делиться, указывая на пользу этого действия - с тобой тоже будут делиться. Ты - мне, я - тебе. Дальше обмена в жизни дело порой не движется. Это очень заметно в учебных группах, когда исключительно негативные чувства одолевают участников по отношению к тем, кто не участвует в проете, кто только берет, не вкладываясь взамен. Человек этот, привыкший по детсткой своей привычке лишь брать, не может открыть тайну общей жизни, не видит настоящего источника с живой водой. Ему можно посочувствовать и уж точно не корить его. Он слышит "получить можно лишь отдавая" как призыв к некой "инвестиции" все еще в залоге "Ты - мне, я - тебе". Взаимообмен увеличивается. Очень даже может быть. Тайна общей жизни не открывается.
Если появилось это таинственное чувство - бескорыстно отдавать, значит, у человека появилась забота об общей жизни, которая стала важнее своей собственной. Это свидетельствует о том, что он видит нечто, что эгоисту недоступно.

Почему движение, которое мы называем развитием, мы видим как движение вверх, а не в глубь? Когда-то родилась именно такая метафора и надо разгадать ее суть. Рассматривая физическую форму - поход, восхождение в горах. По мере восхождения вверх, если это СЕРЬЕЗНАЯ вершина, мы все меньше и меньше видим растительности, все меньше и меньше встретить животное. И вот мы доходим до точки, где есть только солнце и скала. Это точка начала. Так зачиналось бытие. "Да будет свет!". И "было Слово". Вот такая парадоксальная вещь: идешь вверх, а на самом деле идешь к основанию. С той лишь разницей, что до самой высокой горной вершины люди добрались, смогли сказать себе: мы здесь, куда шли. В горизонтальной карьере все время обманки: вот это суть, вот это суть... а через шаг понимаешь, что это была обманка. Какой-то не тот свет, какое-то не то слово... Для разгадывания всего этого нужно много досуга. Чтобы преодолеть украшенность жизни

Есть люди, которым мы говорим: а напишите книгу! Мы очень хотим почитать такую книгу. Написанную именно этим человеком. Хотя логически мы понимаем, что ничего нового он не напишет, что есть более серьезные авторы и может быть следовало бы почитать их. Но от этого желание такую книгу прочесть не исчезает. МЫ легко можем представить с каким удовольствием, с каким нетерпением, с каким любопытством, жаждой мы открыли бы ее первую страницу, сколько эмоций вызывало бы каждая мысль, увиденная в тексте. Мы бы задавались вопросом: от чего, от какого события этого человека родилась такая мысль. К нашему пониманию про этого человека прибавилось бы еще что-то, или что-то исчезло.
Собственно, каждую книгу, которую мы берем в руки, надо привести вот в такое состояние: желанности читать ее именно таким образом. А для этого любого автора надо сделать для себя именно таким знакомым, значимым, узнаваемым и познаваемым.
Ставя задачу именно так - цель за пределами чтения - само чтение становится на порядок плодотворней и занимательней.
Для понимания этой технологии надо представить, что книгу, которую ты сейчас читаешь, написал тот самый человек, кому мы говорим: напишите книгу! Можно пойти дальше: перечитать ее, представив, что ее написал другой, еще один наш знакомец.

Очень трудно научиться отдыхать. Уработаешься, упал лежать - это не отдыхать, это - "отходить" от работы. И вот если ты от нее "отходишь", то совершенно закономерно ты от нее отдаляешься, отходишь в прямом смысле, теряешь ее из виду, намеренно на нее не смотришь. Многие люди рассказывают как они забывают о работе на пляже и это хорошо. Фокус, как мне кажется, должен быть иной. Хотя форма может быть точно такая же: забыться на пляже в мыслях ниочем. Но отходить от работы надо, оставаясь с ней на связи на пружинке. Ты ее растягиваешь, а потом возникает сила, которая стремительно тянет тебя обратно. Вот такая сила должна возникать хоть на пляже, хоть на рыбалке. Иначе отдых сбивает тебя с пути, сил настоящих не дает. А работа при этом становится тупо заботой о хлебе насущном, что чаще всего превращается в мУку и оброк