Когда человек совершил ошибку, он ее пытается исправить и делает вполне понятный шаг. Обидел кого-то - загладит чем-то: словом, подарком. Но вот на этом все не кончается. У него теперь есть кусочек: "я ошибся и вот так был вынужден заглаживать вину". Из этого кусочка тоже будет действие. Это самое сложное, загадочное и опасное, потому что случается порой очень не сразу и очень непредсказуемо. Наши стенания: "Почему он так поступил?" - попытка получить откуда-то ответ. Но не получишь, не отышещь источинк этого действия - он бывает запрятан слишком далеко.

Пропорции говоримого и делаемого проживают такие перепетии: от тех, кто больше говорит, автоматически ожидают больше действия. Те, кто молчат, на них внимания не обращают и это части молчунов выгодно, это именно то, к чему они стремятся и почему молчат.
Так выясняется пул "говорунов" - те, кто говорят, а делать не собираются. А те, кто говорят и делают много будут двигаться, шуметь. Но их будет сильно напрягать сообщество молчунов и неделателей. Это самая большая и самая пустая печаль говоряще-и-делающих.
А вот раскодирование молчунов происходит не так быстро. Среди них, да, бОльшая часть не говорит, чтобы избежать работы. Но среди них бывают запрятаны человеческие жемчужины: те, кто молчат и говорят только когда чувствуют, что пора, надо. Вот их отыскать - самая интересная задача. Но у ловца жемчуга не такие большие уловы.

В распространенном стереотипе, что зарабатывать надо чем больше, тем лучше, скрыта опасность. Каждая величина заработка содержит в себе пропорцию нервов, на нее расходуемую. Поэтому полезно постепенное увеличение дохода и нервности. Когда приходит кандидат на должность с сильно малооплачиваемой работы, то он не готов к такому резкому повышению нервотрепки. Он не закален и будет тормозить работу под свой уровень психологической устойчивости. До него еще долго не дойдет, об чем он должен беспокоиться в принципе. Наниматели мало об этом думают и знают

На самом деле из гаджетов надо вытащить не детей, а их родителей

Строгость наказания показывает веру наказывающего в наказуемого. Нам теоретически кажется, что любимчикам дают легкие наказания. Отнюдь это не так.

Отношение к эмоциональности весьма сложное: одних за это обожают, других за это презирают. Кому-то позволено быть вспыльчивым, раздражительным, даже истеричным, другому - не простительно.
Все дело в том, что бывает до и после эмоционального всплеска.
Если эмоциональный всплеск стал разрядкой какого-то существенного действия, шага, поступка, либо эмоциональный всплеск предваряет существенное действие, шаг, поступок, то тогда это простительно. Тогда присказка "ну, он творческий человек" - и есть простительная форма.
Однако, случается (не знаю насколько часто), что творческий человек перестает делать талантливые, сущностные действия, шаги, поступки, а истеричность остается. Она становится непереносимой и непростительной даже в малых дозах.
Всякая эмоциональность, не сопровождающая творческие акты - под запретом!

О пользе смены профессий сказано давно и определенно: это хорошо, ибо одна профессия может стать источником рефлексии другой, давать материал для развития, углубления, утоньшения и пр. и пр. Важно, чтобы эти профессии никак не соприкасались. Если же не дай Бог это не две профессии, а два разных способа существования в одной, когда есть ответвление для подхалтурить, подработать... Ну, например, архитектор большого проекта может делать что-то облегченное для дизайнеров, что-то частное, без изысков, но быстрое и дающее заработок. Или клинический психолог вдруг начал подрабатывать на вебинарах...
В этом случае как правило низкий стандарт такого ответвления начинает неминуемо просачиваться в профессиональную основную деятельность. Все становится пустым, ориентируемым на потребу толпы, с залихватскими благоглупостями. Теряется навык фундаментального поведения.

В родном городе, в родном дому мысли рождаются во многом от вещей. Взял в руки вещь, посмотрел ли на нее и вспыхнули воспоминания о том, кто подарил или научил пользоваться. Идешь, едешь по улице и дома отзываются историями, с этими домами связанными, в этих домах произошедшие. Приятное шевеление памяти. А вот в путешествии все эти мысли уходят и новые улицы и пейзажи должны родить новые мысли, такая возможность есть. И рождаются они если созрели в родной, знакомой, означкованной обстановке, но не могли выйти наружу, будучи заслоненными шевелениями памяти. Если таких мыслей не рождается, то значит, что родное пространство тебя поглотило и присвоило полностью - ты стал его частью.

Начинать значительно проще, чем продолжать.
Но чтобы продолжать, надо уметь связывать появляющееся с тем, что есть или пересобрать то, что накоплено. Или углубить. А никто не сказал тебе как это делать. Нужно еще и изобрести этот способ. Но так зарождается и нарабатывается мудрость

Превратить дело, которым зарабатываешь в дело, ради которого готов зарабатывать - установка на горизонтальную карьеру

Доброта становится сама собой только со смелостью. Трус не может быть добрым

Быть у большого человека любимцем значит не меньше, чем проклятие

В поездках, в общении с людьми из других городов и стран, улавливаеть начинаешь вместе с ними, вслед за ними, на их фоне свою региональную особенность - иркуцкость. Как она складывается - в этом есть тайна жизни. Эту тайну хочется как-то разгадывать. Для нас - это проект Фасадник, как инструмент прикосновения к этой тайне.
То, что эта тайна не раскрыта, свидетельствует тот факт, что до сих пор не написано хорошей песни об Иркутске

Поэты, писатели, пастыри, учителя веками облекали в стихи и притчи тайну человеческого участия в жизни Другого. Из мрака эгоизма манили, подталкивали в это измерение... И вдруг пришла наука и заявила: от общения с другим вырабатывается окситоцин, который дает нам положительные эмоции. Столкнули в мрак эгоизма.

Мысль о новой жизни в свое время ушла из деревни в город, обустроилась там и изжилась. Куда пойдет она теперь? Что создаст?

Общение держится на вопросах

Попытка быть современным делает человека скучным, застревание в своем времени делает человека скучным...Пребывание человека в своем важном, где он не лжет и не халтурит, делает его по-настоящему современным, отражающим свое время и нескучным, ибо он будет дерзким

Правда жизни может быть найдена с помощью любой вещи

Чтобы тебя не оплакивали, надо стать бессмертным

В детстве зависть не так губительна. Ребенок нивелирует действие этого порока мечтой о том, что все это у него будет и даже больше, и даже лучше. Когда жизненный пасьянс разложен, такой мечты может уже и не родиться, и тогда зависть начнет свое губительное дело

Попытки создавать какие-то сообщества на демократических основаниях терпят крах, потому что демократический стиль общения требует, чтобы у каждого внутри жил диктатор, строго блюдущий за высказыванием и действием. Пока такого внутреннего диктатора нет и демократический стиль понимается как "каждый может говорить и делать чего хочет, и в этом уже есть ценность", то получается базар и все разваливается. Первыми бегут из таких сообществ умные люди.
Хорошо, когда есть диктатор. Можно назвать более мягко - Авторитет (хотя 90-е наложили на это слово свой флер). Он как крейсер тащит свою тему и точку зрения, и ее можно подхватить. Его видят все! Он - в центре! На него направлено и уважение, симпатия, и - ненависть. Но он все это выдерживает. А выдержать это можно только если быть волшебником, магом, шаманом.
Возникающее несогласие с его идеями позволяет обдумывать, обосновывать свое и пытаться его встроить в этот канал. Это уже сотрудничество. Напряженное. Неравноправное. Но - сотрудничество и ученичество