В ссоре, споре, дискуссии как только берется высокий регистр - сразу по этому каналу начинает пролазить ложь, высокомерие и еще чего-нибудь, за что потом обязательно бывает стыдно. Если воспринимать это как сигнал остановиться, то сожалений будет меньше

Подлинно сочувствовать мы можем только бедам, которые с нами тоже случались и ощущаются нами ежеминутно: потеря близкого человека, болезнь. Но мы не можем сочувствовать таким бедам, которые не носят такого статуса, в моменте они нам казались таковыми, а потом что-то произошло и эта беда стала неприятностью, а то и радостью. Этот опыт мешает нам быть сочувствующими. Мы стараемся другого ободрить: все пройдет, время лечит, радость неудач... Но это не помогает. Человек ищет сочувствия, которого мы не можем дать.

Лето опасно накоплением раздражительности. Чем больше ты радуешься лету, тем более раздражительным ты будешь зимой, тоскуя по этой радости.

А ведь старость - это то, что случается не с каждым, только со счастливчиками

Есть некая приятная нега в бессвязных разговорах, что называется "без повестки". Все чувствуют себя расслабленно, все довольны моментом. Как только появляется повестка, так сразу обнаруживается пристрастие каждого к своей повестке и невозможность слышать иную, в ней быть и из нее исходить. Держаться за свою - проще, но бесполезней. А еще и социум бубнит: молодец, стоит на своем, отстаивает свое, ведет к своему... Какая недальновидность!
По опыту консультанта знаю: чужая повестка может дать очень много открытий чудных.
Собственно обусловленность собственной повесткой не дает возможности для консультации.
Наверное, наставничество может открывать эти двери

Утром встретила человека, который смотрел передачу о проблеме детей, которые проводят время в гаджетах, и он был в полной уверенности, что мир значительно изменился, человек изменился, все - другое.
Вечером встретила человека, который читает "Былое и думы" Герцена и он восклицает: Боже мой, 150 лет прошло - ничего не изменилось!
Завершился день встречей с человеком, который пытается что-то изменить. У него ступор и отчаяние - столкновение с силами супротив любого развития направленными

Страдания на тему "Куда уходит детство...", рисующие детство как исключительно радостное время, в которое надо как-то вернуться, ведут куда-то не туда. Мир детства не так привлекателен, если посмотреть на принципы, его организующие: в нем правит фантазия, подражание и условность. Наблюдая за ребенком, все больше в нем видишь отражений взрослых, чем его самого. Его индивидуальность зачастую растворяется, не формируется, жестоко подавляется. Сам ребенок этим процессом управлять не может. А вот возраст взрослости дает такие возможности. Но взгляд, будучи обращенным назад, в романтику детства, не берет эти возможности

В нашей жизни полно вещей, которые ее украшают, но которые социально не одобряемые. Алкоголь, азарт, запрещенные тексты и разговоры...

Думаешь, почему одному человеку какой-то порок прощается, а другому - нет. Возможно потому, что у второго этот порок сочетается с каким-то еще и вот сочетание уже делает его непереносимым. Вот, к примеру: глупость и настырность. В отдельности можно простить, но сочетание - это уже невыносимо!

Когда хочется, чтобы тебя услышали, важное что-то собираешься человеку (особенно ребенку) сообщить, то чаще всего делаешь такую ошибку: останавливаешься, внимательно смотришь на него, делаешь важное лицо, интонацию и - произносишь! Все это чаще всего тут же отрицается, не воспринимается. Все понятые важные вещи прозвучали для нас вскользь, походя...

Заметно, что у молодых людей нет вкуса к литературе, в литературе. Думаю, что это оттого, что настоящим читателем становишься тогда, когда встречаешься с книгой, которая начинает влиять на твою жизнь. Это чувство и дает вкус к чтению и дальше ты уже охотишься за такими книгами, они начинают прирастать к влиянию той самой первой книги. Формируется характер и формируется вкус в литературе

Обычный человек, когда теряет силы, устает, теряет оптимизм, становится ворчливым, недовольным - вкус жизни изменился. Необычный человек заметен по тому, что не теряет от усталости оптимизма. Собственно, необычность свою можно таким образом тренировать

Хорошо, когда в юности тебе попала книга, которую как бы рано читать в этом возрсте. Что означает, что в твоей жизни, в твоей действительности нет еще никакого материала, который начинает перекличку с текстом и тогда ты воспринимаешь эту книгу как саму себя, без дополнительных интерпретаций. С этим восприятием потом удается эту книгу перечитывать. Большая радость!

Спасение от жизненных невзгод и разочарований лежит в Деле, которым ты занят, причем на глубине. На том уровне, когда профессия, дело начинает открывать тебе суть вещей, которая ни из какой другой роли не видна. Это держит в этом самом деле, ни за какие коврижки ты его поменять не готов, хоть и не очень оно прибыльное может быть. Наступающая эра дилетантов затребует другого механизма спасения. Каким же он будет? Будет ли?

Интересна тенденция: свои дарования, домашние увлечения люди массово хотят обратить в профессию. Кажется, что это легкий хлеб.
Однажды открывается, что этот хлеб значительно труднее.
Однажды новое поколение свои домашние увлечения выведет на арену - что это будет?
Каждому поколению это выпадает:
в 90-х актуализировались одни способности
в 2000-х - другие
в 2020- х - другие
То есть, всегда это истории, не связанные с профессиями существующими, к которым устремляются в вузах молодые

Задаюсь вопросом, почему в поединках судейство так резко реагирует на шутку и почти всегда отрицательно.
Шутка всегда "облегчает" ситуацию, снимает напряженность и серьезность. Да! Это так. В этом, может быть, основной упрек судей - им хочется, чтобы игралась вся серьезность ситуации, шутящий может быть выглядит как убегающий с ковра.
Однако, это не примитивное "облегчение" и уж тем паче не бегство с ковра. Тот, кто умеет правильно пошутить, как-то иначе склеивает слова и события, придает им новое значение и оно весьма неопределенно, то есть позволяет пойти по многим маршрутам. Однако, подхватить шутку - это еще сложнее, чем ее сделать. Вот вторая сторона не справляется и прячется от своего бессилия за как бы строгостью и серьезностью отношения к событиям и жизни. Судьи на его стороне, ибо тоже, чтобы не напрягать мозги - не хотят идти за шуткой и может быть даже сердятся, что их куда-то подталкивают идти.

Есть поговорка: делай все, как в последний раз.
Мне кажется, что это ложная посылка.
Я бы сказала: делай все, как в первый раз.
Все "первое" нами помнится весь век. Первая любовь, первая потеря, первая учительница, первое стихотворение, первая неудача... То, что мы делаем в повторе, случается с нами вторично, делается во многом по уже сложившемуся после первого раза стереотипу. Из ощущения действия выхолащивается нечто, что было присуще первому разу. Наверное, удивление жизнью.
Если это первое случается нежданно-негаданно, без предварительного ожидания и осмысления. А если же случается то, что ты ожидаешь, а значит, представляешь себе, прогнозируешь и всегда - ошибешься! - это дает то чувство удивления, вопрошания, возмущения (от чего-то же сложились те ожидания и это обмануло). Эти эмоции прикрепляют событие в памяти, становятся частью картины мира, делают ее богаче. Делайте все как в первый раз!
И разве что со страданиями так поступать не следует. Первое страдание очень разрушительно, рвет судьбу на части. Со следующими страданиями мы уже обходиться умеем, перетерпевая, осторожно от него капсулируясь. Вернуть себе остроту первого страдания - это как-то по-мозахистски, можно и не выдюжить

А ведь только занимаясь не своим делом, можно выстроить свою схему принципов, осознать их, подлинно принять. Занимаясь своим делом, эти открытия тоже придут, но позже и мучительней, потому что всегда должна следовать проверка "на вшивость", которая будет проблематизировать свое дело

Когда человек совершил ошибку, он ее пытается исправить и делает вполне понятный шаг. Обидел кого-то - загладит чем-то: словом, подарком. Но вот на этом все не кончается. У него теперь есть кусочек: "я ошибся и вот так был вынужден заглаживать вину". Из этого кусочка тоже будет действие. Это самое сложное, загадочное и опасное, потому что случается порой очень не сразу и очень непредсказуемо. Наши стенания: "Почему он так поступил?" - попытка получить откуда-то ответ. Но не получишь, не отышещь источинк этого действия - он бывает запрятан слишком далеко.

Пропорции говоримого и делаемого проживают такие перепетии: от тех, кто больше говорит, автоматически ожидают больше действия. Те, кто молчат, на них внимания не обращают и это части молчунов выгодно, это именно то, к чему они стремятся и почему молчат.
Так выясняется пул "говорунов" - те, кто говорят, а делать не собираются. А те, кто говорят и делают много будут двигаться, шуметь. Но их будет сильно напрягать сообщество молчунов и неделателей. Это самая большая и самая пустая печаль говоряще-и-делающих.
А вот раскодирование молчунов происходит не так быстро. Среди них, да, бОльшая часть не говорит, чтобы избежать работы. Но среди них бывают запрятаны человеческие жемчужины: те, кто молчат и говорят только когда чувствуют, что пора, надо. Вот их отыскать - самая интересная задача. Но у ловца жемчуга не такие большие уловы.

В распространенном стереотипе, что зарабатывать надо чем больше, тем лучше, скрыта опасность. Каждая величина заработка содержит в себе пропорцию нервов, на нее расходуемую. Поэтому полезно постепенное увеличение дохода и нервности. Когда приходит кандидат на должность с сильно малооплачиваемой работы, то он не готов к такому резкому повышению нервотрепки. Он не закален и будет тормозить работу под свой уровень психологической устойчивости. До него еще долго не дойдет, об чем он должен беспокоиться в принципе. Наниматели мало об этом думают и знают