Как это про вас?
65 subscribers
289 photos
10 videos
2 files
53 links
Заметки психолога о работе, жизни и ценностях

Здесь словами о трудном и воодушевляющем. Иногда мемы

Запись тут @polina_mishulovich
Download Telegram
- Патрик, ну подумай...
- Я не умею думать! Я художник! Художники не думают!
Вы сегодня
Anonymous Poll
58%
Художник
42%
Мыслитель
Начала приводить в порядок всё, что есть в этом канале и обнаружила текст о том, как иной раз трудно бывает называть вещи своими именами. Я здесь разбираю это на примере отношений/неотношений, но, вы же понимаете, почему тема крайне актуальна сейчас.
Знаете, древние люди очень трепетно относились к именам - кому попало своё имя не называли, к выбору имени для детей подходили крайне серьезно и всё такое. До нас донеслись некоторые отголоски прошлого. Например, одна особенность языческого сознания - то, что не названо, не существует. Но если в древности не давать имени ребёнку до его рождения было вполне оправдано (кто его знает, родится ли, выживет ли), то в наши дни проявляется эта штука намного более странно. Наиболее часто я сталкиваюсь с этим доисторическим принципом, когда речь заходит об отношениях. Что, кроме него, движет прекрасными мужчинами и не только, со всей серьёзностью заявляющими "Да, мы спим вместе, проводим вместе много времени, она всегда поддерживает меня, мы так общаемся уже несколько лет, но у нас не отношения"? Конечно, ведь отношения - это лишь то, что названо словом "отношения". Можно, наверное, договориться с кем-то, что у вас "отношения", и ничего не делать, не встречаться, не общаться, жить на разных планетах и не взаимодействовать вообще никогда, потому что слово решает всё, слово, а не действия? Только вот согласитесь ли вы на это? А если нет, что же такого страшного назвать уже существующее явление подходящим ему именем? Другой пример - отказ называть (и точно так же - признавать существование) своими именами тяжёлые заболевания, не только свои, но и близких, особенно - детей. Здесь работает та же древняя психологическая защита - неназванное не существует, пока я не произношу это вслух, этого нет. Но, как и в случае с отношениями, реальности все равно, она уже есть. И да, называть, а значит, и признавать, проблему бывает очень и очень страшно, но путь к решению её начинается именно с признания, с принятия - да, это так. Может, поэтому в языческом сознании бытовало ещё одно верование - если я знаю чьё- то имя, я обладаю властью над его носителем.

#roadelic_отношения #roadelic_пересмотр_убеждений
Мысли последней рабочей недели

С точки зрения теории привязанности существует два выхода из фрустрации: изменение фрустрирующей ситуации и её принятие. То есть если обстоятельства складываются не так, как я хочу, я могу повлиять на обстоятельства и добиться своего (если это возможно) или поплакать о несбывшиеся и принять обстоятельства и себя в них (если повлиять не в моих силах). Всё как в молитве о душевном покое)

Третий вариант - нарастание раздражения, злости, отчаяния - происходит, когда я не могу ни повлиять на ситуацию, ни принять её. Это история о сопротивлении там, где оно не может ни к чему привести, но продолжается. Это история о той самой сдохшей лошади, с которой никак не выходит слезть. Это перформанс с киданием на кирпичную стену, в котором повреждения получает только тот, кто кидается, а не стена.

С точки зрения теории привязанности, в которой речь идёт в первую очередь о детях и отношениях, третий вариант - абсолютно бессмысленнен и неконструктивен. Он говорит о невозможности пролить слёзы тщетности, перейти к принятию и движению дальше. Он заставляет вновь и вновь пытаться влиять на ситуацию, которая находится вне моего контроля. Он воспринимается как знак того, что что-то идёт не так.

И казалось бы, всё верно. Лошадь сдохла - слезь. Кирпичная стена не подвинется, остановись. Ты сделал всё, что мог, ты не можешь больше, смирись уже и живи свою жизнь. Да, она будет не такой, как ты хотел, но что поделать, бывает. Прими это.

Только часто, очень часто слезть с лошади не даёт то, что в другой теории, в психотерапии принятия и ответственности, называется ценностями. И вот тут, когда о ценностях идёт речь, принятие может не наступить даже в самой безнадежной ситуации. И нужно ли его от себя требовать - для меня большой вопрос.

Потому что одна история сопротивляться окончанию изживших себя отношений, и совсем другая - стоять на принципах воспитания без насилия своего ребенка против родительской семьи, которые "тебя же вырастили, и нормально". Одно дело отказываться принять свой диагноз, и другое - отказываться вестись на манипуляции начальства в коллективе, где все так делают. Ну и так далее, понимаете?

И выбор пытаться принять или следовать ценностям - всегда сложный. Особенно если правда за ценностями значит - об стену, снова и снова. И что бы ты ни выбрал, это достойно уважения.
На трехдневном семинаре Зимбардо я была на своём третьем курсе.
752. Тут психологи сделали бот бесплатной психологический поддержки — на украинском, русском и беларуском.

Пишут:

«Для всех, кому сейчас нужно справиться со стрессом и собраться с силами. Помогает и тем, кто срочно уехал из своей страны, и тем, кто находится в зоне боевых действий, и тем, кто сейчас в безопасности.

Запустили 2 недели назад, уже более 7 000 человек использовали бот. По отзывам работает эффективно.

Проект благотворительный. В команде — профессиональные кризисные психологи. Техники и рекомендации те же, что они используют прямо сейчас, помогая людям.

Используйте сами, передавайте тем, кому сейчас нужна поддержка. Если сами готовы помочь команде бота, пишите в телеграме @MikhailKelim».

Бот тут: https://t.me/faino_psy_bot
Немного об этике. То, что отзывается мне.
...Конечно, у каждой культуры есть свои принципы, но психоанализ также основан на определенной этике. Неважно, что эта этика возникла на Западе: те, кто хочет практиковать анализ, должны практиковать эту этику.

Эта этика заключается в том, чтобы не отыгрывать (acting out) свои импульсы насилия и угнетения, которые, безусловно, существуют в каждом из нас. Мы должны распознавать их на бессознательном уровне, не воплощая в реальность.

Я не знаю, являются ли эти принципы западными или универсальными, но это основные принципы психоанализа. В противном случае вам лучше заняться другой работой.

Я вспомнил, что ранее обсуждался случай, который принес психоаналитик из этой группы. Пациент был социопатом, который торговал наркотиками, и я полагаю, что из доходов от торговли наркотиками он также оплачивал свой анализ.

Я сказал аналитику, что, по моему мнению, она должна была поставить как sine qua non (непременное условие) анализа тот факт, что он должен отказаться от этой деятельности. Иначе, по сути, аналитик пользовалась деньгами, заработанными на преступлении, она de facto была соучастницей.

Обычно мои комментарии хорошо принимаются российскими коллегами, но, к моему изумлению, этот не был принят. По их мнению, проблема того, как пациент финансирует свой анализ, не имеет значения.

Вот в чем разница, и я не думаю, что она заключается между западной демократией и восточной демократией.

Психоанализ - это социальная связь, и, как все социальные связи, он встроен в этические принципы, которые в основном являются этическими принципами государства, в котором живут аналитик и его анализанды.

Даже психоаналитик не может быть беспристрастным.


Текст психоаналитика Сержио Бенвенуто (02/03/2022)

#этика
Новые данные исследований младенческого восприятия речи, на мой взгляд, подтверждают точку зрения нежно мною любимых французских детских психоаналитиков (Франсуазы Дольто и её последовательниц) - дети понимают речь намного раньше, чем представляют себе это взрослые. Дети с рождения - существа, обладающие речью и воспринимающие мир с помощью речи среди прочего. И с детьми, даже очень маленькими, можно и нужно говорить словами, и объяснять им происходящее с ними словами, и спрашивать об их желаниях словами, и в целом использовать слова в общении с детьми не меньше, чем в общении со взрослыми. Мы очень мало знаем о т.н. доречевом периоде развития, и детский психоанализ во многом строился на предположениях. Тем ценнее обнаруживать подтверждения сейчас, когда у нас появляются способы исследовать ранее недоступное.