Forwarded from Скромный Работник Гражданской Авиации. (Тимур Фаткулов)
Красот гор, которыми можно любоваться бесконечно. Мы «погнали» борт Ми-8 RA-24401 из Зырянки в Маган. Ему 35 лет. Нам предстояло пересечь Момский с Чреским хребты.
👍1
Forwarded from Скромный Работник Гражданской Авиации. (Тимур Фаткулов)
Ещё один пожар.
Этот очаг появился уже в районе посёлка Ситтэ, что к юго-востоку от Сангара. Вертолётчикам предстоит перебросить туда пожарных уже в ближайшее время.
Этот очаг появился уже в районе посёлка Ситтэ, что к юго-востоку от Сангара. Вертолётчикам предстоит перебросить туда пожарных уже в ближайшее время.
👍1
Forwarded from FlightMode
FlightMode подкаст
Беседа с Сергеем была настолько увлекательной, что нам не хватило одного выпуска, чтобы всё в него уместить. Поэтому мы собрались вновь и пообщались ещё на ряд интереснейших тем про вертолётный мир. Кто не слушал первый эпизод, то начните сначала с него, так будет понятней, о чём идёт речь и к каким моментам мы отсылаемся. А затем переходите ко второй части вертолётной истории, в которой мы поговорили о том:
• Почему работа вертолётчиков считается опасной
• Сан задания, неизведанные места и как резко всё может измениться за, казалось бы, короткий рейс
• Как ориентироваться на местности и не заблудиться даже зимой, когда небо и земля одного цвета
• Что делать, когда вылетели в пункт назначения, а обратно не вернуться?
• Как связаться с диспетчером, если в радиусе десятков километров нет ничего?
• Примеры, суеверия у вертолётчиков
• Специфика полётов на иномарке в сравнении с отечественной техникой
• Дефицит вертолётчиков в РФ
Ну и как всегда, слушайте там, где Вам больше всего нравится.
Беседа с Сергеем была настолько увлекательной, что нам не хватило одного выпуска, чтобы всё в него уместить. Поэтому мы собрались вновь и пообщались ещё на ряд интереснейших тем про вертолётный мир. Кто не слушал первый эпизод, то начните сначала с него, так будет понятней, о чём идёт речь и к каким моментам мы отсылаемся. А затем переходите ко второй части вертолётной истории, в которой мы поговорили о том:
• Почему работа вертолётчиков считается опасной
• Сан задания, неизведанные места и как резко всё может измениться за, казалось бы, короткий рейс
• Как ориентироваться на местности и не заблудиться даже зимой, когда небо и земля одного цвета
• Что делать, когда вылетели в пункт назначения, а обратно не вернуться?
• Как связаться с диспетчером, если в радиусе десятков километров нет ничего?
• Примеры, суеверия у вертолётчиков
• Специфика полётов на иномарке в сравнении с отечественной техникой
• Дефицит вертолётчиков в РФ
Ну и как всегда, слушайте там, где Вам больше всего нравится.
👍2
В середине XX века СССР и США изучали возможность использования ядерных двигателей на самолетах.
Их самым главным преимуществом стал низкий расход топлива – самолеты могли сутками находится в воздухе, чтобы в любой момент атаковать необходимые цели по всему миру.
Но одной из главных проблем такого самолета был выход радиоактивных излучений за пределы конструкции реактора. Было принято решение изолировать кабину пилотов, а оборудование, которое находится вне кабины, то есть рядом с реактором, обследовать.
В ходе испытаний впервые в СССР были определены реальная радиационная стойкость бортового авиационного оборудования и наиболее чувствительные изделия, элементы и материалы. После наземных испытаний приступили к летным. В них участвовал Ту-95ЛАЛ (летающая атомная лаборатория).
Дозиметрические и другие исследования в условиях полёта показали, что во время работы реактора дальность радиосвязи сокращается под воздействием потока нейтронов, а находящийся в специальных ёмкостях вне защищённой кабины кислород, которым экипаж дышит во время высотного полёта, подвергается активации.
В середине 1960-х программы разработки атомолётов в США и СССР были закрыты. Дешевле и проще было дозаправить самолет в воздухе. Также стали появляться межконтинентальные баллистические ракеты, которые уже не нуждались в доставке к месту сброса.
#inside_top
Их самым главным преимуществом стал низкий расход топлива – самолеты могли сутками находится в воздухе, чтобы в любой момент атаковать необходимые цели по всему миру.
Но одной из главных проблем такого самолета был выход радиоактивных излучений за пределы конструкции реактора. Было принято решение изолировать кабину пилотов, а оборудование, которое находится вне кабины, то есть рядом с реактором, обследовать.
В ходе испытаний впервые в СССР были определены реальная радиационная стойкость бортового авиационного оборудования и наиболее чувствительные изделия, элементы и материалы. После наземных испытаний приступили к летным. В них участвовал Ту-95ЛАЛ (летающая атомная лаборатория).
Дозиметрические и другие исследования в условиях полёта показали, что во время работы реактора дальность радиосвязи сокращается под воздействием потока нейтронов, а находящийся в специальных ёмкостях вне защищённой кабины кислород, которым экипаж дышит во время высотного полёта, подвергается активации.
В середине 1960-х программы разработки атомолётов в США и СССР были закрыты. Дешевле и проще было дозаправить самолет в воздухе. Также стали появляться межконтинентальные баллистические ракеты, которые уже не нуждались в доставке к месту сброса.
#inside_top
👍1
Forwarded from Угол атаки
Мы ознакомились с письмом ассоциации эксплуатантов воздушного транспорта (АЭВТ), в котором организация просит Минтранс изменить правила расследования авиапроисшествий. Также АЭВТ просит определить правовой порядок в трактовании полномочий Межгосударственного авиационного комитета (МАК). Мы решили разобраться, в чем же проблема МАК и почему ведомство хотят, по сути, упразднить.
Начнем с того, что МАК сейчас практически не получает адекватное финансирование, из-за чего возникает закономерная кадровая проблема. Средняя зарплата специалиста МАК по состоянию на 2018 г. равнялась 25 000р, из-за чего большую часть сотрудников ведомства составляют либо люди пенсионного возраста, либо вчерашние выпускники профильных вузов. Это, конечно, неплохо — состоявшиеся специалисты могут обучить будущих экспертов. Загвоздка в том, что эти новоиспеченные эксперты, с учетом нижайшего уровня зарплат, просто не захотят остаться в МАК. Будет ли новое ведомство получать большие суммы? Если нет, то кадровая проблема в новообразовавшейся структуре также не будет решена. Если же доп. финансирование выделят, то возникает вопрос: а почему нельзя было дать денег тому же МАК?
Также припомним невероятную продуктивность Федерального агентства воздушного транспорта (ФАВТ), которое в 2015 году получила все полномочия по сертификации авиационной техники. В итоге Федеральные авиационные правила по процедурам сертификации, которые должны были заменить имеющиеся правила АП-21 за авторством МАК, были опубликованы лишь в 2019 г., а нормы летной годности с 2015 года и вовсе не обновлялись. Стоит понимать, что нормы летной годности должны быть синхронизированы с аналогичными правилами EASA и FAA, однако сейчас, из-за вышеописанной бюрократической волокиты, нормы летной годности РФ отстают от всего мира на десятки лет. При таком раскладе новое ведомство вряд ли будет сформировано в кратчайшие сроки, при этом кто возьмется за расследование авиакатастроф в этот период вместо МАК — неизвестно.
Стоит понимать, что в России лишь МАК ведет тесную работу по обмену опытом с ICAO, FAA и EASA, чем не могут похвастаться нынешние авиационные власти в лице ФАВТ. Создается ощущение, что Минтранс просто хотят упразднить МАК и и обзавестись личным карманным органом по расследованию авиакатастроф, который будет лишен какой-либо независимости и изолирован от международного сотрудничества.
Так нужно ли упразднять МАК и создавать новое ведомство с его полномочиями? Авиакомпаниям, которые просят об изменениях действующих авиационных правилах по расследованию происшествий, это точно не поможет. Изменить сей печальное положение могла бы реформа МАК: достойное финансирование, создание института подготовки кадров и более четкое определение правового статуса комитета.
Начнем с того, что МАК сейчас практически не получает адекватное финансирование, из-за чего возникает закономерная кадровая проблема. Средняя зарплата специалиста МАК по состоянию на 2018 г. равнялась 25 000р, из-за чего большую часть сотрудников ведомства составляют либо люди пенсионного возраста, либо вчерашние выпускники профильных вузов. Это, конечно, неплохо — состоявшиеся специалисты могут обучить будущих экспертов. Загвоздка в том, что эти новоиспеченные эксперты, с учетом нижайшего уровня зарплат, просто не захотят остаться в МАК. Будет ли новое ведомство получать большие суммы? Если нет, то кадровая проблема в новообразовавшейся структуре также не будет решена. Если же доп. финансирование выделят, то возникает вопрос: а почему нельзя было дать денег тому же МАК?
Также припомним невероятную продуктивность Федерального агентства воздушного транспорта (ФАВТ), которое в 2015 году получила все полномочия по сертификации авиационной техники. В итоге Федеральные авиационные правила по процедурам сертификации, которые должны были заменить имеющиеся правила АП-21 за авторством МАК, были опубликованы лишь в 2019 г., а нормы летной годности с 2015 года и вовсе не обновлялись. Стоит понимать, что нормы летной годности должны быть синхронизированы с аналогичными правилами EASA и FAA, однако сейчас, из-за вышеописанной бюрократической волокиты, нормы летной годности РФ отстают от всего мира на десятки лет. При таком раскладе новое ведомство вряд ли будет сформировано в кратчайшие сроки, при этом кто возьмется за расследование авиакатастроф в этот период вместо МАК — неизвестно.
Стоит понимать, что в России лишь МАК ведет тесную работу по обмену опытом с ICAO, FAA и EASA, чем не могут похвастаться нынешние авиационные власти в лице ФАВТ. Создается ощущение, что Минтранс просто хотят упразднить МАК и и обзавестись личным карманным органом по расследованию авиакатастроф, который будет лишен какой-либо независимости и изолирован от международного сотрудничества.
Так нужно ли упразднять МАК и создавать новое ведомство с его полномочиями? Авиакомпаниям, которые просят об изменениях действующих авиационных правилах по расследованию происшествий, это точно не поможет. Изменить сей печальное положение могла бы реформа МАК: достойное финансирование, создание института подготовки кадров и более четкое определение правового статуса комитета.
👍1