📘 «Воскресение», глава XLV 📘

❓ Вопрос с подвохом.

О каком писателе говорит адвокат Фанарин в беседе с Нехлюдовым, сетуя на свой тяжелый труд ?
«… Ведь и мы тоже, как какой-то писатель говорит, оставляем кусочек мяса в чернильнице».

Какой-то писатель - это и есть сам Лев Николаевич. Такая вот пасхалочка :) 🐇📘

📌 Лев Николаевич вел обширную переписку с американцами.

Ему писали как обыватели с просьбой дать личный совет, так и видные политические, религиозные, общественные деятели того времени. Присылали газеты, свои произведения, деньги для поддержки крестьянства и различных религиозных течений, рассказывали о реакции американской публики на новые произведения автора и т.д. Толстой в ответных письмах высказывал свои соображения на филосовские, религиозные, этические проблемы времени. Да и совет мог дать. Правда такой, что адресат мог и опешить. 😳

1️⃣ Так, две негритянские школьницы просили Льва Николаевича высказаться о проблеме расовых отношений. Он посоветовал любить тех, кто их унижает и ненавидит.

2️⃣ Американский строитель, прочитав “Крейцерову сонату”, был под большим впечатлением. Он недавно женился и был очень смущен неловкостью, появившейся в отношениях с женой после первого интимного опыта. А также странным чувствам и переживаниям внутри себя.

Толстой ответил на письмо:

“...Вы спрашиваете, разумею ли я, что следует совершенно воздержаться от половых сношений? Отвечаю: да. Каждому мужчине и каждой женщине следует знать и верить, что для него или для нее было бы лучше оставаться совершенно целомудренными (как в браке, так и вне его) и вовсе не иметь половых сношений…”

📌 Факты о том, что Лев Николаевич - мировая суперзвезда и тогда, и сейчас.

В течение 16 лет Толстой переписывался с американцем Эрнестом Кросби, верным последователем его учения.
Кросби много хлопотал над изданием “Воскресения” в США. И в марте 1900 года писал Толстому:

➖ “Наконец-то Додд, Мид и Ко выпустили “Воскресение”.

А уже в ноябре того же года сообщает Льву Николаевичу, что:

➖ “Додд продал более 25 000 экземпляров “Воскресения”, несмотря на то, что появились два пиратских издания. Все это определенно говорит об интересе публики к радикальной критике существующего порядка вещей".

В марте 1903 года Кросби пишет:

➖“Две недели назад я посмотрел инсценировку “Воскресения” в нью-йоркском театре и остался очень доволен. В ней правдиво показано развитие характеров Нехлюдова и Масловой, и переполненный зрительный зал следил за действием с большим интересом”.

И чуть дальше добавляет:

➖ "На днях я слышал как уличный торговец кричал: “Воскресение! Популярный роман Графа Толстого, всего десять центов!”.

📌 История о "дурацком" доме

Но сначала предыстория.

Прямо напротив выхода со станции метро Арбатская, на улице Воздвиженка, под номером 16 расположился диковинный особняк. Невозможно пройти мимо, не разглядев его чудное убранство фасада. Здесь точно кроется какая-то интересная история, подумала я, впервые увидев особняк. И не ошиблась.

Именно о его строительстве вскользь упоминает Лев Николаевич Толстой в “Воскресение” - Дмитрий Нехлюдов, дивясь масштабу развернутой стройки, называет будущий особняк глупым ненужным дворцом какого-то глупого и ненужного человека.

Действительно, масштаб стройки на Воздвиженке сильно удивил москвичей, но еще больше впечатлил результат.
Да и сейчас дом поражает своей сумасшедшей оригинальностью.
Поэтому пару слов о владельце, архитекторе и истории дворца от момента создания до наших дней точно стоит сказать.

❗️Итак.

⬇️. ⬇️ ⬇️

📌 Часть первая. Владелец.
Арсений Абрамович Морозов.

Арсений был младшим и, конечно, как полагается самым непутевым сыном в семье. Семья эта принадлежала знатной и очень богатой династии промышленников Морозовых. Кутить Арсений мог себе позволить ровно столько, сколько хватало фантазии. К семейному делу он был равнодушен, им заправляли мать Варвара Алексеевна и старший брат Михаил Абрамович. Всю энергию Арсений отдавал своим экстравагантным прихотям. Сохранились истории о том, как Арсений глушил рыбу динамитом на Москве-реке, устраивал загонную охоту в Нескучном саду, кормил гостей черной икрой. В общем, всячески оправдывал славу прожигателя жизни.

Вряд ли Арсению были приятны сравнения со старшими братьями. Оба успешные предприниматели, щедрые меценаты, увлекающиеся коллекционированием предметов искусства. Про старших братьев, Михаила и Ивана, их выдающейся коллекции живописи можно писать бесконечно. Но сейчас речь об Арсении.

📌 Часть вторая.
«Раньше одна я знала, что ты - дурак, а теперь об этом узнает вся Москва».

На 25-летие Варвара Алексеевна подарила младшему сыну земельный участок.
Как им распорядиться Арсений не знал, но тут случай свел его с архитектором Виктором Мазыриным.
Душа Арсения требовала чего-то совсем не банального, метил он удивить потомков, не меньше.

Виктор Мазырин был именно тем, кто в желаниях Арсения мог помочь. Сам Мазырин увлекался мистицизмом, спиритизмом, чувствовал себя строителем египетских пирамид в прошлой жизни. На почве большой оригинальности Арсений и Мазырин сошлись и отправились за вдохновением в путешествие по Европе.

В Португалии, в городе Синтра, товарищи нашли тот самый дом - Palacio Nacional da Pena. Здесь фантазии было где разгуляться - готика, мавританский стиль, элементы Ренессанса, экзотические мотивы. Судьба проекта дома для Арсения была решена.

По возвращении в Москву начинается строительство.
И уже через 3 года готовый особняк собирает удивленные взгляды, насмешки и достаточно жесткую критику москвичей. Собственно, сама Варвара Алексеевна в сердцах сокрушалась, что теперь о том, что ее сын дурак знает вся Москва.

📌 Часть третья.
Live fast, die young

А что Арсений?

Арсений наслаждался жизнью, устраивал банкеты и кутежи в своем особняке, не отказывал себе ни в чем.
Женился, но брак не сложился, супруги разъехались. Арсений серьезно увлекся Ниной Коншиной, дамой с сомнительной репутацией аферистки. Кутежи отлично сочетались с увлечением эзотерикой. Арсений что-то там практиковал, воспитывал дух и, видимо, начал считать себя сверхчеловеком.

Однажды в компании друзей он поспорил, что стерпит любую боль и даже не подаст виду, благодаря своим мистическим упражнениям.
Для демонстрации умений Арсений выстрелил себе в ногу и прямо так, не позаботившись о ране, продолжил веселиться с друзьями. Спор Арсений выиграл, но что-то пошло не так. Через несколько дней Арсений умер от заражения крови. Ему было всего 35 лет.

Особняк и наследство в четыре миллиона рублей он, к слову, оставил по завещанию любовнице Нине. Законная супруга не смогла в суде оспорить это решение.

📌 Часть четвертая.
А потом случилась революция.

Особняк Арсения Морозова захватили анархисты в 1917 году, украсив его черным флагом и пулеметами.

Через пару лет в здание въехал Пролеткульт, организовав там 1-й рабочий театр. В особняке бывали Сергей Эйзенштейн и Владимир Маяковский. А Сергей Безруков, то есть, Сергей Есенин даже пожил там пару месяцев.

В советское время здесь располагались различные посольства, Дом Дружбы Народов. С 2006 года особняк является Домом приемов Правительства РФ. Простым смертным, увы, в него теперь не попасть.

📌 Леонид Осипович Пастернак.

❤️ Исключительно по невежеству своему я до недавнего времени знала только одного Пастернака - Бориса Леонидовича, поэта, автора “Доктора Живаго”. А ведь отец его был чудесным живописцем и портретистом, классным иллюстратором и, в общем-то, во всех смыслах выдающимся человеком своего времени.
Узнала я о Леониде Осиповиче Пастернаке случайно, увидев его иллюстрации к роману “Воскресение”.

Л.О. Пастернак, "Дебютантка", 1893 год

❤️ Вообще, со Львом Николаевичем Пастернака связывали особые отношения.

За год до личного знакомства, Леонид подал заявку на конкурс акварельных иллюстраций к роману “Война и мир”, который проводил журнал “Север”. Кандидатуру Леонида утвердили, он приступил к изучению исторического материала, начал работу над эскизами.

Первая же встреча с Толстым произошла весной 1983 года в Москве на одной из выставок передвижников. Пастернак представил здесь свою картину "Дебютантка".,

❤️ В один из дней Толстой почтил выставку своим вниманием, наделав много переполоха внезапным появлением. Пастернак, конечно, как и все остальные, был очень взволнован. Еще бы, сам Лев Николаевич Толстой! У “Дебютантки” Толстой остановился, а, узнав имя автора сказал: "Как же, как же, мне знакомо это имя, я слежу за его талантом".

Когда художника представили Толстому, он упомянул акварели для “Войны и мира”, над которыми как раз продолжал работать. Толстому стало интересно на них взглянуть, и Пастернак получил приглашение в московский дом Толстого.

❤️ Увидев те самые иллюстрации, Толстой заметил:

"Ведь вот как странно это бывает. Когда у белки уже нет зубов, ей преподносят орешки! А ведь когда-то, когда я писал "Войну и мир", я мечтал о таких иллюстрациях..."

Чета Пастернаков стала частыми гостями и в московском доме Толстых, и в Ясной Поляне.
Завершая работу над “Воскресением” в 1898 году, Лев Николаевич другого иллюстратора и представить себе не мог.

Всего Пастернак сделал 3️⃣3️⃣ иллюстрации к роману. Художник стал одним из первых читателей “Воскресения, каждую иллюстрацию он обсуждал с Толстым.

Именно за эти иллюстрации Пастернак в 1900 году на Всемирной выставке в Париже получил медаль и заказ от Люксембургского музея на одну картину из русской жизни.