Еще добавлю к написанному ранее о причастне праздника, Ядый Мою Плоть и пияй Мою Кровь во Мне пребывает и Аз в нем, рече Господь:

— обычно причастны являются строками из псалмов, но на Великий четверг (в качестве причастна — Вечери Твоея...), Великую субботу (причастен Воста яко спя Господь...), Пасху (причастен Тело Христово приимите...) и Преполовение причастнами служат не стихи из Ветхого Завета, а церковные композиции, отсылающие к Новому Завету;

— фраза «Ядый Мою Плоть...» использована в качестве locus theologicus в главной молитве литургии Преждеосвященных Даров, подобно установительным словам в анафорах полных литургий.

— первое ставит Преполовение в один ряд с завершением Страстной седмицы и Пасхой; второе — напоминает о днях Великого поста.

Вознесение Господне

1. Тропарь
ЦЕРКОВНОСЛАВЯНСКИЙ ТЕКСТ:
Вознеслся еси во славе, Христе Боже наш,
радость сотворивый учеником
обетованием Святаго Духа,
извещенным им бывшым* благословением,
яко Ты еси Сын Божий, Избавитель мира.

РУССКИЙ ПЕРЕВОД:
Ты вознесся во славе, Христе Боже наш,
обрадовав учеников обещанием
[подать им] Святого Духа,
— ведь [Твое] благословение** убедило их
[в том], что Ты — Сын Божий, Искупитель мiра.

* Буква Ы здесь — для разграничения множественного числа с ед., т.к. «бывшым» относится не к «благословению», а к «им». Конструкция здесь — дательный самостоятельный (соответствует Gen. Abs. греч. оригинала).

**Отсылка к словам: «И, подняв руки Свои, благословил их. И когда благословлял их, стал отдаляться от них и возноситься на небо» (Лк 24. 50–51).

2. Кондак
ЦЕРКОВНОСЛАВЯНСКИЙ ТЕКСТ:
Еже о нас исполнив смотрение,
и яже на земли соедниив небесным,
вознеслся еси во славе Христе Боже наш,
никакоже отлучаяся, но пребывая неотступный,
и вопия любящим Тя:
«Аз есмь с вами, и никтоже на вы».

РУССКИЙ ПЕРЕВОД:
Завершив относящееся к нам домостроительство (οἰκονομίαν),
и объединив земное с небесным,
Ты вознесся во славе, Христе Боже наш,
не претерпев разделения [двух природ]*,
но оставшись [в двух природах] неразлучно [ВОЗМОЖНО ИНОЕ ПРОЧТЕНИЕ: СМ. КОММЕНТАРИЙ],
и воскликнув возлюбившим Тебя:
«Я с вами, и никто против вас!»

* Церковнославянский перевод и существующие русские переводы предпочитают переводить причастие χωριζόμενος в смысле пространственного отделения: Христос, возносясь, не отлучается от земли. Но в таком случае возникает проблема с переводом причастия ἀδιάστατος, «слитно», «непрерывно». Возможно, преподобный Роман Сладкопевец, автор кондака, хотел подчеркнуть именно Богочеловеческий характер Вознесения: с одной стороны, человеческая природа не остается на земле, но действительно возносится в Божественную реальность; с другой стороны, в Вознесении на небо восходит не просто человек, но Богочеловек. Сам прп. Роман так и пишет: «Вместе с этим видимым возносимым [телом] восходит Мое незримое [Божество], ибо Я соединился с видимым [телом]» (9-й икос в переводе А. В. Похилько).

С другой стороны, как любезно указал мне свящ. М. Асмус, выражение καὶ/μὴ/[и т. п.]... καὶ/μὴ/[и т. п.]... χωριζόμενος («не отлучающийся ни [от Неба], ни [от земли]») встречается в ряде проповедей, приписываемых (ошибочно) свт. Иоанну Златоусту, где выражает ту мысль, что по Воплощении Сын Божий, находясь плотию на земле, отнюдь не переставал пребывать на небесах — по Божеству. Если прп. Роман действительно использует данное выражение в этом смысле — с учетом того, что μηδαμόθεν означает «ни оттуда, ни отсюда» (букв. «ниоткудуже», в церковнослав. неверно передано как «никакоже»), то в Вознесении оно приобретает зеркальное значение: покинув землю плотию, Сын Божий продолжает пребывать на ней — как Вездесущий Бог (а сакраментально — и Своими Телом и Кровью в Святых Дарах Евхаристии).

Кстати, полный кондак Вознесения очень интересен по содержанию.

Как известно, тропарь и кондак, которые в современном богослужении имеют сопоставимые объемы, по своему происхождению — фундаментально различные типы церковных гимнов.

Тропарь представляет собой моностроф, то есть он состоит только из самого себя. При этом у древних тропарей, как правило, финальная строка может использоваться сама по себе, в качестве припева к стихам того или иного псалма (так и у тропаря Вознесения: «Яко Ты еси Сын Божий, Избавитель мира» — это очень удобный припев). Многие тропари так и и исполнялись в древности: целиком тропарь пели в самом начале псалма и в его конце, а к стихам псалма добавляли лишь финальную строку. Можно вспомнить тропари между паремиями Рождества и Богоявления, они и сейчас так поются.

Кондак является многострофным произведением, состоящим из того или иного количества икосов (до 40). При этом икосы имеют одну и ту же финальную строку, но эта строка не использовалась как припев к псалму, в отличие от подобной строки в тропарях. Напротив, кондак исполнялся без всяких псалмов и представлял собой, по сути, большую проповедь в стихах, исполнявшуюся искусным певцом. Рефрен икосов придавал этой проповеди ритм и форму, а начиналась и завершалась она, подобно псалмам, пением вводной строфы. Эта вводная строфа называлась «проимий» или «кукулий», и она и есть то, что называют «кондаком» в позднейшей традиции.

Настоящий кондак — а не его проимий — Вознесению Господню авторства прп. Романа включает 18 икосов и представляет собой целую историю:
1) обращение к слушателям: давайте мысленно перенесемся на Елеонскую гору;
2–3) картина на Елеонской горе: Спаситель собрал учеников в круг и, «подняв руки как крылья, как орел накрыл гнездо, которое согревал», после чего рассказал им о предстоящем Вознесении;
4–6) апостолы очень расстроились и излили Спасителю свою скорбь;
7–9) Господь утешил их и разъяснил смысл предстоящего;
10–13) масштабная картина Вознесения;
14) слова ангелов к апостолам;
15–16) заключительные слова апостолов;
17) апостолы сходят с горы; завершение рассказа;
18) молитва апостолов (и слушателей кондака) за весь мир.

Очень советую прочесть русский перевод кондака — здесь можно найти переводы диак. С. Цветкова и А. В. Похилько; первый более тяжеловесен, второй более современен.

3. Другие песнопения праздничной службы

Как и всякая праздничная служба, последование в праздник Вознесения Господня включает множество замечательных песнопений (а по рукописям известно и еще немало других, не попавших в современные печатные Триоди).

Из двух канонов первый, авторства Иоанна монаха, более сосредоточен на богословии, а второй — прп. Иосифа Песнописца — на игре слов и изяществе речи (что, впрочем, можно оценить лишь в греческом оригинале, тогда как в церковнославянском переводе это начинает выглядеть, скорее, вычурно и затрудняет понимание).

Из стихир прокомментирую лишь последнюю — на хвалитех на «Слава и ныне»:

А) Родился еси яко Сам восхотел еси,
Б) явился еси яко Сам изволил еси:
В) пострадал еси плотию Боже наш,
Г) из мертвых воскресл еси поправ смерть.
Д) Вознеслся еси во славе, всяческая исполняяй,
Е) и послал еси нам Духа Божественнаго,
Ж) еже воспевати и славити Твое Божество.

Как видно, эта стихира, по сути, универсальна и посвящена всему циклу Господских праздников одновременно — или, иначе говоря, всему спасительному домостроительству (οἰκονομία — то, что по-церковнославянски обычно передается как «смотрение», то есть «забота, уход [за домом]»: Господь пришел в этот мир, чтобы навести в нем порядок) Господню: А — Рождество Христово, Б — Богоявление, В — Страсти Христовы и Распятие, Г — Воскресение Христово, Д — Вознесение, Е — Пятидесятница, Ж — церковное прославление Христа как Бога, в чем, собственно, и состоит христианское богослужение (ср. знаменитое свидетельство Плиния Младшего о первых христианах: «В известные дни, рано утром, они сходились вместе и пели песнь Христу, как Богу» (Ep. X. 96)).

Служба праздника Пятидесятницы, с пояснениями к славянскому тексту в сложных местах (т.е. либо непонятных современному читателю, либо неудачно переданных древними переводчиками) и параллельным переводом на русский:

50slavrus.pdf

Преображение Господне — самый поздний по времени установления из Господских двунадесятых праздников. Условна даже сама его дата: согласно евангельской истории, событие Преображения начало‌ собой путь Христа в Иерусалим, на добровольное страдание за жизнь мира; следовательно, Преображение состоялось вовсе не летом, а весной.

На «святой горе» (2 Петра 1. 18) апостолы Петр, Иаков и Иоанн услышали голос Отца Небесного: «Сей есть Сын Мой возлюбленный...» — это те же слова, что прозвучали при Крещении Христа на Иордане. А на гору Преображения, согласно Евангелию от Луки, Спаситель взошел, чтобы помолиться (Лк 9. 28). Позднее те же Петр, Иаков и Иоанн окажутся рядом со Спасителем во время другой его молитвы — в Гефсиманском саду, и так же «не будут знать, что говорить/отвечать» (ср. Мк 9. 6 и Мк 14. 40). Так что Преображение, находясь между Крещением и Страстями Спасителя, связывает их воедино не только по смыслу, но даже на уровне формулировок евангельского текста.

Само наименование Господа Иисуса «Сыном возлюбленным» отсылает еще к одной горе — горе Мориа, где Авраам готов был принести в жертву своего сына, Исаака. Исаак назван в еврейском тексте книги Бытия «единственным» (по-славянски это бы звучало как «единородный», ср.: «Единородный Сыне»), но в Септуагинте это передано как ἀγαπητός, «возлюбленный». По благоволению Отца Возлюбленный Сын приносит Себя в жертву за весь мир, и указание на это пронизывает евангельскую историю — от начала проповеди Христовой (открывшейся Крещением), через путь на Страсти (начавшийся в Преображении) и до самого восхождения на Крест.

Конечно, служба праздника наполнена разнообразными песнопениями. Я писал о некоторых из них год назад (там есть сообщения и выше того, что по ссылке). Они выражают всю многогранность праздника.

В нем предзнаменуется Крест Христов, а явление сияющей славы указывает на величие добровольного самоуничижения Господа во время Страстей, прежде чем вновь явить славу в Воскресении (недаром по древнейшим уставам на Преображение пели и гимн «Воскресение Христово видевше», чего в современном уставе нет).

Преображение свидетельствует, что Христос находится в центре всего Священного Писания: на горе стоят Моисей-Законодавец, Илия-пророк и Иисус — Новый Давид, что соответствует трем частям Ветхого Завета. Присутствуют и апостолы, авторы Завета Нового.

Фаворский свет — это и символ, и самая настоящая реальность жизни во Христе, к которой стремятся истинные подвижники, что в XIV веке было особенно глубоко показано святителем Григорием Паламой.

Однако у этого праздника имеется и другая, можно сказать, «народная», сторона: как известно, в этот день освящают первые плоды нового урожая: прежде всего, виноград, но также и яблоки, и прочее.

Традиция освящать первые плоды того или иного урожая — очень древняя. Она восходит к Ветхому Завету. Ветхозаветному священству не были выделены собственные поля и виноградники, в отличие от представителей других колен Израилевых. Оно должно было полностью посвятить себя молитве за народ. А народ в ответ обязан был отдавать священникам десятину от всего, что вырастил. Первые же плоды каждого из видов урожая приносились прямо в Храм в Иерусалиме.

Эта же практика — отдавать первые плоды в церковь — отражена в раннехристианских памятниках, то есть она не была отменена в апостольскую эпоху, в отличие от множества других ветхозаветных установлений.
Позднее, уже в византийскую эпоху, в Константинополе установился обычай, чтобы в день Преображения император обязательно посещал свой личный виноградник, чтобы принести Богу первые плоды, поскольку император стоит во главе всего народа.
По окончании праздничной службы в церкви император и его свита, в торжественной процессии, поднимались на борт специального великолепного дромона (корабля) и отправлялись в императорский виноградник, где и совершался чин освящения плодов.

Молитва на освящение винограда приоткрывает секрет: оказывается, не такая уж эта что сторона и «народная», но таинственная — ведь из винограда делается в том числе вино Евхаристии: «Благослови, Господи, плод сей лозный новый.... приносити Тебе Дар во очищение грехов Священным и Святым Телом Христа Твоего».

Интересно, что память об императорской традиции освящения нового винограда долго сохранялась даже на латинском Западе, где на Преображение Римские папы традиционно служили на новом вине либо выдавливали в вино для службы несколько ягод винограда нового урожая.

Как выглядел императорский дромон, неизвестно. Предположительно, по его образцу был первоначально построен церемониальный корабль венецианских дожей — Буцентавр.

На изображении представлен фрагмент картины венецианского художника XVIII в. Франческо Гварди «Отъезд Буцентавра в Лидо в День Вознесения».

А это — миниатюра из рукописи, где изображена битва византийцев на дромонах (разумеется, не на императорском, а на военных) с русами, прибывшими на своих кораблях.

С праздником!

Читатели задали мне вопрос, почему Преображение празднуется в начале августа (6 числа по юлианскому календарю), хотя само евангельское событие произошло где-то весной, за несколько недель до иудейской Пасхи, — так что датой праздника должна была бы стать, условно, Крестопоклонная неделя?
[Совсем, между прочим, не случаен выбор евангельского чтения для Крестопоклонной: от Марка, зачало 37 — тогда как зачало 38 как раз и содержит рассказ о Преображении].

Ответ на этот вопрос неизвестен. Достоверно лишь то, что праздник появился в Иерусалимской Церкви не ранее середины V века и не позднее VII века, и уже оттуда распространился как в греческом мире, так и в латинском.

Существует теория, что праздник Преображения был первоначально установлен в Армении свт. Григорием Просветителем вместо языческого праздника Вардавар (что переводится как «праздник роз», хотя восходит, скорее, к хеттскому [!] слову «поливать водой», что с древних времен составляло одну из традиций праздника). На Вардавар почитали некую богиню — вероятно, Анаит, дочь Арамазда (= армянская трансформация зороастрийского верховного бога-громовержца Ахурамазды); этот праздник отмечали и языческие жители Каппадокии, посвящая его Афродите либо Артемиде.

Предполагается, что свт. Григорий Просветитель в целях борьбы с язычеством предписал совершать на Вардавар службу в честь Спасителя, посвятив ее Преображению Господню, чтобы этим вытеснить языческую подоплеку празднества — но не его народные традиции. Армянская молодежь, кстати, и сейчас на Преображение поливает друг друга водой. [Еще одна традиция Вардавара — выпускать голубей, — связывает праздник с воспоминанием праотца Ноя, который посылал из ковчега голубицу. На потоп намекает и все то же поливание водой.]
Затем, якобы, этот праздник перешел в традицию Иерусалимской Церкви — и так далее.

Но более вероятна другая версия. Армянский Вардавар совершается спустя 50 дней после Пятидесятницы, то есть образует еще одну Пятидесятницу после Пасхи. Сохранились следы того, что в некоторых иудейских течениях эпохи Второго Храма, противостоявших саддукейству, — предположительно, к таким течениям был близок и св. Иоанн Предтеча, и его ученики, некоторые из которых затем сделались апостолами Христовыми, — календарь праздников в течение всего года был построен в форме серии из нескольких пятидесятниц. В частности, спустя 7 недель после Шавуот («[праздник] недель» = Пятидесятница после Пасхи) представители этих иудейских течений вновь устраивали торжественную молитву и, в частности, благодарили за новое вино. Нельзя не заметить некоторые совпадения: на Преображение новый виноград доныне благословляют православные (см. выше), а армянский Вардавар установлен как раз на воскресенье спустя 7 недель после Пятидесятницы.

Вполне может быть так, что этот мессианский, по сути, праздник, отмечавшийся еще благочестивыми иудеями эпохи Второго Храма, ожидавшими скорый приход Христа, после разрушения Храма и рассеяния иудеев долго сохранялся у христиан Святой Земли сначала как некое домашнее празднество, с благословением молодого вина, а около VI века был принят и в церковный обиход, с посвящением праздника Христу — Лозе Истинной (Ин 15), а конкретно — Преображению Господню, как событию, в котором переплетается очень много тем учения о Христе и которое при этом на тот момент еще не успело получить своего собственного празднования.

Вардавар у армян в наши дни.

Техническое к Успению

Как известно, помимо официальной службы Успению Пресвятой Богородицы, существует чин погребения Божией Матери. До революции он совершался в Гефсиманском скиту Троице-Сергиевой Лавры, был особенностью этого скита; но в наши дни он очень широко распространился в практике Русской Церкви. Этот чин переведен с позднего (перевод 19 века, оригинальный текст — времён туркократии) греческого чина, совершаемого в настоящей иерусалимской Гефсимании.

В Гефсимании этот чин совершается вместо праздничной всенощной — по сути, это и есть, собственно говоря, все та же всенощная, просто с дополнениями и некоторыми небольшими заменами. В России чин совершает кто во что горазд: кто вместо всенощной, кто накануне, кто вечером в день праздника, или на 2-й либо 3-й день, но речь не о том, а о некоторых текстах чина.

Главное дополнение в чине погребения, сравнительно с официальным текстом службы праздника, — припевы на 17-й кафизме, или похвалы (в рукописях они же называются величаниями либо макаризмами, от «Роди вси блажим (макарисомен) Тя...»; здесь, однако, возможна путаница: гораздо чаще этим термином обозначаются тропари на блаженнах). В приходском жаргоне говорят ещё «статии», что некорректно: «статия» это не припевы, а часть кафизмы (кафизма в данном случае разделена на три части).

Вообще говоря, в средневековые времена подобные припевы были известны и на другие праздники. Это, фактически, прототип будущих величаний, которые появились на очень позднем этапе (и у греков даже не прижились). Также они близко родственны припевам на 9-й песни канона утрени. Сама 17-я кафизма, украшенная припевами, могла исполняться посреди канона, по 6-й его песни, что недалеко от 9-й.

Так что на самом деле не так это и уникально — наличие особых припевов для 17-й кафизмы. Вернее, это уникально сейчас, поскольку помимо Успения эти припевы общеизвестны только для Великой субботы, но когда-то это было украшением для ряда праздников.

Поскольку среди православных праздников Успение — один из главных, припевы для 17-й кафизмы составлялись для его службы неоднократно. Видимо, само их наличие в какой-то момент и вызвало к жизни чин погребения.

Тот текст Успенских «похвал», который распространен сейчас, очень близко (и не всегда удачно) калькирует припевы Великой субботы. Существуют, впрочем, и альтернативные варианты: по-славянски, как минимум, еще один, а по-гречески — больше.

Написав все это, подхожу к сути своего технического сообщения. 17-я кафизма с припевами должна завершиться особым циклом тропарей — евлогитариями (они же «тропари по непорочных»). В современных богослужебных книгах имеются евлогитарии воскресные («Ангельский собор...») и субботние («Святых лик...»). В древних рукописях сохранились евлогитарии и для некоторых больших праздников.

В службе погребения из Гефсимании/Гефсиманского скита тоже приведены соответствующие евлогитарии. Но я решил перевести иные евлогитарии, из рукописи Sinait. gr. 30, XIV века. Это не полный набор евлогитариев оттуда — в рукописи их больше; также я переставил что-то местами, а на Слава: поместил тропарь из обычного воскресного цикла. Если вдруг кому-то пригодится такой вариант, можно скачать.

Файл обновлен; прошу тех, кто скачал предыдущую версию, удалить ее — и благодарю о. Михаила Асмуса за его помощь и участие.

Отдание праздника Успения Пресвятой Богородицы

У большинства двунадесятых праздников (а также некоторых памятей Цветной Триоди) есть многодневное попразднство — период, когда на службах повторяются те или иные песнопения из службы праздника, а также дополнительные песнопения, в эту службу не уместившиеся. Тем самым, важнейшие праздники приобретают особенный масштаб и существенно выходят за рамки обычных памятей, продолжающихся лишь сутки.

Как правило, многодневное попразднство длится неделю и завершается на 7-й либо на 8-й день праздника, включая саму дату торжества. Заключительный день этого периода называется «отданием»; на отдание служба праздника повторяется целиком, за опущением лишь следующих частей: паремий, литии и благословения хлебов на вечерне и полиелея, степенн и Евангелия — на утрене.

Однако отдание Успения происходит на 9-й день: 23 августа (по юлианскому календарю), то есть сегодня. Почему же попразднство Успения — столь продолжительно?

У этого есть вполне очевидный смысл. Когда кто-то из христиан умирает, по церковной традиции на девятый день совершается сугубое его поминовение. Но Успение — это день блаженной кончины Пресвятой Девы, а потому и 9-й день Успения выделен особо.

В греческой традиции день отдания Успения так и называется: Τα εννιάμερα της Παναγίας Θεοτόκου, «Девятины Пресвятой Богородицы». Как и на само Успение, в этот день проходят торжественные службы, часто архиерейские.

Накануне же, на вечерней службе, поются «энкомии», то есть особые припевы к 17-й кафизме, и совершается крестный ход с иконой, изображающей фигуру лежащей Пресвятой Богородицы. Это соответствует нашему чину Погребения плащаницы Пречистой. Вариантов текста энкомиев и порядка чина в целом у греков при этом сосуществует несколько.

К наступающему празднику Рождества Пресвятой Богородицы

1. Кратко о древнейшей службе праздника: здесь и здесь.

2. Тропарь праздника:
Рождество Твое, Богородице Дево, радость возвести всей вселенней: из Тебе бо возсия Солнце Правды, Христос Бог наш, и, разрушив клятву, даде благословение, и, упразднив смерть, дарова нам живот вечный.

ПЕРЕВОД:
Рождение Твое, Богородице [Дево]*, поведало** всему обитаемому миру*** радость: ведь из Тебя воссияло Солнце праведности — Христос Бог наш. И сняв проклятие****, Он подал <взамен> благословение, и обездвижив смерть, он даровал нам жизнь вечную.


* этого слова нет в ряде источников.
** греч. глагол μηνύω имеет значение «раскрывать секрет», «сообщать откровение».
*** «вселенней» в церковнославянском переводе тропаря соответствует οἰκουμένῃ оригинала; экумена — это заселенная людьми часть мира.
**** проклятие, которому люди подверглись из-за грехопадения праотцов.

Вновь обращу внимание на то, что этот древний тропарь перешел не только в последующую православную традицию, но и успел занять почетное место в латинской традиции задолго до разделения Церквей. Исполнения тропаря: в греческом оригинале византийским распевом; на церковнославянском языке: древнерусским знаменным распевом и позднейшим обиходным напевом; по латыни: грегорианским хоралом, в многоголосной версии Палестрины.