Примерно половина обучения на курсе «Включи меня!» позади, и мне вспоминается один из первых комментариев, когда я опубликовала про бесплатный набор на этот курс, а мне написали, что его стоит пройти и платно, благо, что цена посильная, а количество невероятно полезной информации не перестает удивлять.

У нас все лекции читает Екатерина Евгеньевна Мень, и мне хочется сказать, что я вот — евангелист инклюзии и за полное принятие, но даже мне случалось на лекциях почувствовать, насколько я далека от действительного participation — участия (следующая стадия за инклюзией). Когда вот эта культура инклюзии не просто взята за основу здорового и гармоничного общества, но и не подлежит сомнениям, в силу количества исследований и метаанализа из самых разных, но всегда доказательно научных источников с абсолютной и бесспорной аргументацией. Курс хотя бы ради этого стоит пройти — чтобы проникнуться позицией принятия и рассмотреть эту форму со всех сторон. Я обязательно еще напишу пост тезисно по всему прослушанному, но сейчас мне хочется выделить блок по тьюторству.

Мне очень понравилось пояснение к профессии тьютора применительно реализованной в Школе 1465 технологии ресурсного класса. Рамки для профессии — конечно же, Профстандарт. Но содержание и приемы встраиваются в тот формат, на котором базируется сама технология: индивидуальная образовательная программа, ресурсная зона, обратная инклюзия, обогащенная среда, альтернативная коммуникация (всё на базе методов АВА) => выстраиваем индивидуальный темп и объем включения => и выходим в общее образование.

Тьютор — тот человек, который постоянно думает о пространстве, где находится его тьюторант, так как это пространство отражается на состоянии ребенка. Все пять чувств можно задействовать для стимуляции обучения, и Екатерина Евгеньевна подробно нам рассказала, что стоит учитывать и какое здесь может быть поле для творчества.

Кадровое обеспечение технологии: координатор, ресурсный учитель и тьюторы. Мы разобрали, что делает координатор с его разных позиций, и как взаимодействуют между собой ресурсно-тьюторская служба, родители, администрация, педагоги. Какова роль ресурсного учителя и какую именно деятельность он ведет во взаимодействии с учениками, родителями учеников, командой тьюторов и регулярным педсоставом. Также мы узнали о рамочных показателях функциональности тьюторской службы.

Есть довольно неожиданная деталь в работе тьютора — необходимо предусмотреть ротацию специалистов. У тьюторанта к тьютору может сформироваться привязанность, поэтому необходимо действовать и оставаться в рамках педагога и друга, но не близкого человека, без которого тьюторанту будет сложно. Помним о том, что главная цель тьютора — стать ненужным, поэтому регулярная ротация в том числе может способствовать развитию самостоятельности и увеличению уровня адаптации.

Также поговорили о разных ролях тьютора в зависимости от места назначения:
— в общеобразовательной среде: медиатор (социальное сопровождение, академическая адаптация); наблюдатель и коллектор (сбор данных для анализа).
— в ресурсной зоне: индивидуальный учитель (репетиторство, поведенческий тренаж).

Не забыли и про важную для всех участников генерализацию навыка. Работу тьютора можно оптимизировать с неожиданной стороны — предложить совмещать деятельность по дополнительной квалификации тьютора (например, логопед, фитнес-инструктор, музыкальный терапевт), это в том числе для профилактики выгорания. Ну и закончили лекцию, обсуждая функции тьютора и лайфхаки, которые оказались очень практикоприменимыми в нашей деятельности.

На курсе еще есть группы для тьюторов (у них отдельные лекции идут, более углубленные) и учителей ресурсной зоны. Набор каждый год в октябре, думаю, что в следующем году надо будет обязательно пойти отдельно в группу тьюторов, чтобы прокачаться уже по непосредственной деятельности.

Прекрасная Людмила Петрановская записала видео на тему: «Плохое поведение ребенка, как способ привлечь внимание» (вот тут аудио можно послушать). Я вчера добралась до этого видео, послушала и, несмотря на то, что оно адресовано родителям и про их взаимоотношения с ребенком/детьми, я категорически его советую послушать и специалистам тоже.

Мне кажется, что именно в этом видео есть отлично разобранные кейсы с советами в контексте прикладного анализа поведения. Ну, самая простая ситуация — ребенок закричал, а вы ему дали конфетку, лишь бы перестал — кажется, сейчас уже все знают, что именно таким образом поведение «крикуна» подкрепляется. Нет, мы так не делаем, мы работаем превентивно и делаем всё, чтобы крика избежать изначально. А если уж он случился, то разговариваем, ну и далее по списку, в зависимости от каждой ситуации в отдельности (и степени погруженности в АВА-терапию, например).

Еще в очередной раз надо сказать, что АВА — это не какие-то методики для детей с особенностями развития или «исправления поведения», это наука о поведенческих законах, которые работают вообще со всеми, везде и всюду в принципе. Стоит хотя бы знать, как и почему это работает, и вот это видео Людмилы Владимировны очень здорово в тему экологично погружает. Не вдаваясь в специфику АВА о том, что у нежелательного поведения четыре функции (избегание, требование ценности/желаемого, коммуникация, сенсорная стимуляция), можно поразмышлять и на доступном, бытовом уровне, чтобы что-то предпринять и заменить неприемлемую реакцию на альтернативную форму.

На выходные у меня для вас несколько текстов от моего любимого медиа о детско-родительских отношениях и родительстве в целом — «Нет, это нормально»:

1. Самый проникновенный и душераздирающий текст о родительстве и жизни с ребенком с аутизмом. Мне кажется, вот такие тексты надо обязательно читать всем — и специалистам, работающим с детьми в том числе, для понимания, насколько может быть сложно справляться даже с самыми простыми вещами. Очень здорово, что в этом тексте (как и в других) упоминается прикладной анализ поведения, потому что первой реакцией (проф.деформация) было — это же работа терапистов, почему не пошли раньше, а, вот погодите, пошли таки, но не всегда всё гладко, но как же похвально, что мама следует всем поведенческим тактикам (не поощрять во время мелтдаунов), несмотря на всю сложность происходящего. Текст, который хочется добавить в золотой фонд для чтения всем и каждому.

2. Еще одна история мамы ребенка с аутизмом. Интересна эта история тем, что сама мама — дочь родителей с нарушениями слуха, поэтому с самого детства знает, что такое дефицитарность, инклюзия, принятие, сложности в обучении и дальнейшем трудоустройстве. Это в том числе помогло быстро перейти к принятию диагноза у своего ребенка и начать раннее вмешательство по Денверской модели, что позволило быстро скомпенсировать дефициты в коммуникации и социализировать ребенка. Немного печалит абзац про тьюторов, хотя в нем высказана отчасти правильная мысль, но, видимо, есть последствия и негативного опыта, которые проецированы на профессию (тьютор — не нянька, конечно же и не тень, это педагог, работающий с индивидуальной траекторией развития ребенка).

3. История мамы ребенка с СДВГ — про то, что слишком много в жизни ее ребенка «слишком». Для кого-то это выглядит как невоспитанность, несдержанность, неумение вести себя, а для мамы ребенка с гиперактивностью — понимание, что он не может иначе.

4. История мамы с ребенком с синдромом Аспергера. Сейчас уже стараются уйти от понятия высокофункциональный аутизм, но термин всё еще остается в понятийном аппарате. Интересная история с долей романтизации, примерно как у героя Шелдона из сериала «Теория большого взрыва», который мы сейчас с сыном пересматриваем. Прямо под кальку особенности поведения, речи и взаимодействия с другими людьми. Я вот только со второго просмотра понимаю, насколько герой Шелдона — тяжелый человек для окружающих, потому что, когда такое видишь впервые, то стереотипное восхищение академическим интеллектом не позволяет разглядеть дефицитарность коммуникации, которая столь же явно показана создателями сериала.

Завершу подборку цитатой из первого текста:
«С тех пор прошел год. Вася выправился, мы много занимались с дефектологом, логопедом, ходили на поведенческую терапию, но большей частью занималась я с ним сама. Я читала книжки и лекции, я пробовала разные методы и упражнения, и ребенок расцветал. Ночные крики кончились. А смеха стало больше, чем криков. Но смех мои соседи не замечают. И прохожие не замечают, как он смеется, когда его кружат на каруселях. Ничего этого вы не замечаете. Зато, если раз в день он ляжет на землю и закричит, а у меня кончатся силы. и я скажу матерное слово, просто в воздух, просто, чтобы прийти в себя, — сбегутся все и скажут, что нельзя так разговаривать».

Я в прошлые выходные написала терапистке благодарность за ее труд, потому что вижу, насколько сильно изменился ребенок после того, как начал работать с ней. А она мне ответила, что это очень здорово, потому что ей наоборот казалось, что ничего не двигается с места. Нам бывает сложно отследить вот такие моменты, даже если мы ведем аналитику с четким подсчетом реакций и проработками навыков. А родителям и вовсе бывает невозможно такие моменты заметить, потому что психологически неуспехи воспринимаются гораздо острее и реакции на них ярче. Надо бы не забывать об этом и ситуацию выправлять в позитивное русло.

Нужно больше текстов про позитивный опыт АВА-терапии, поэтому вот текст от аутичной мамы ребенка с аутизмом.

Довольно взвешенный стиль повествования, который не просто убеждает, а приводит аргументы, подкрепляя их конкретными примерами из жизни семьи.

Действительно, очень сложно сказать что-то против того, что ребенку необходима функциональная речь или даже так — умение пользоваться речью для достижения желаемого вместо проявления нежелательного поведения, да и в целом для эффективности жизни. Очень сложно спорить с тем, насколько всем вокруг становится лучше, когда ребенок способен самостоятельно одеться (особенно, зимой!). И, собственно, самому ребенку тоже. Сложно спорить с тем, сколько возможностей открывается, если ребенок умеет эффективно взаимодействовать с людьми (а если не только со взрослыми, но и с детьми, так и вовсе целый новый мир).

Нам ошибочно кажется, что если ребенок сидит в уголочке, катает машинку и ничего не просит, то ему и так хорошо. Просто у него опыт очень ограниченный. Вот представьте, если вам с вашим опытом предложили бы сесть в уголочке на несколько часов и покатать машинку, что бы вы почувствовали? Возможно, вы скажете, что это было бы счастье — я сижу в уголочке, меня никто не трогает, и я в своих мыслях. Но тут есть одна маленькая большая проблема — это ваш выбор из множества доступных вам действий и деятельности. А у детей, которым этот самый мир во всем его многообразии не открывают, такого выбора не возникает в принципе. Хорошо это или плохо — решать, конечно, каждому в отдельности. Только у каждого человека есть неотъемлемое право пользоваться всем спектром возможностей, которые ему могут быть предложены и предоставлены окружающим миром и живущими в нем людьми.

И одна цитата из текста мне показалась особенно важной — она о том, под каким углом смотреть на реабилитацию ребенка с особенностями развития: «Чарли получает ПАП-терапию не потому, что мы хотим, чтобы он был “нормальным”. Мы хотим, чтобы он был в безопасности, был самостоятельным, мог сообщать другим людям о своих потребностях и чтобы в его жизни (и да, в нашей жизни тоже) было меньше негативных переживаний».

Учитель-дефектолог, логопед, эксперт ЦЛП «Особое детство» Татьяна Бондарь рассказывает про урок в группе подготовки к школе. Очень классное и живое выступление, практически применимое, для меня лично было своеобразным чек-листом в отношении своих уроков, которые я провожу, ну и взять на заметку несколько лайфхаков.

Татьяна рассуждает о том, что такое урок и как представляет себе урок педагог (а что происходит на самом деле :) и почему детям с особенностями может быть сложно.
Причин может быть несколько:
— на уроке очень много формальных ограничений, которых нет на других занятиях;
— надо сидеть неподвижно от звонка до звонка;
— надо молчать и отвечать на те вопросы, которые задает учитель, выполнять конкретные задания;
— не отвлекаться.

Центральная фигура на уроке — учитель. Дети и сопровождающие находятся в другой позиции. Учитель, как актер, должен владеть залом (аудиторией). Урок нужно организовывать как общий процесс, то есть подвести детей к тому, чтобы действовать вместе. Но и не забывать, что каждый из ребят самостоятелен в разной степени и каждый со своими особенностями. Надо учитывать скорость выполнения заданий у каждого ребенка, степень понимания темы — от этого зависит количество повторений, пояснений и вариантов подачи материала.

Речь учителя должна быть предельно четкой, понятной и конкретной. Например, на вопрос «Какой сегодня день?», можно ожидать получение самых разных ответов, вроде «холодный, прекрасный, 21 число, день космонавтики» и так далее. Поэтому надо четко продумывать формулировку вопроса, исходя из того, что конкретно мы хотим услышать в ответ.

На уроках ребята должны получать новую информацию. Но прежде всего надо научить учиться на уроке. Наработать учебные навыки, которые нужны для обучения в школе.

Татьяна также напомнила про части урока: организационный момент, постановку целей и задач урока, основную часть и заключительную. На уроке должно быть интересно, это во многом зависит от того самого организационного момента. Можно взять какое-то общее для всех яркое впечатление и начать с него, можно это использовать в качестве поощрения, можно придумать индивидуальные сюрпризы для каждого ребенка — собрать внимание детей и не забывать про ситуации успеха.

Очень важный момент — про темп урока: надо, чтобы темп был адекватным. Это становится понятным по тому, как дети включаются в общую деятельность. Бывает, что урок провисает, если кто-то долго выполняет задание, когда все другие закончили, а бывает, что кто-то быстро заканчивает и ждет остальных, надо предусмотреть способы выравнивания темпа для всей группы, исходя из индивидуального темпа обучающихся.

Содержание урока зависит от того, какая группа детей на подготовке. Далее Татьяна разбирает подробно возможные темы урока, разделение по предметным областям, но главное из этого в том, что любое обучения для ребят должно быть функциональным. Не просто перекладывать кубики из стаканчиков, а сначала понять, зачем это может пригодиться ребенку в реальной жизни. Не просто ровные линии рисовать, а с какой-то конкретной целью, например, писать дальше буквы. Тема одежды не абстрактная, а научиться надевать шапку на голову самостоятельно. И так далее. Постоянно задавать себе вопрос об осмысленности прохождения материала. И всё содержание урока привязывать к практическому опыту детей.

Немало разговоров с воспитателями у меня начинались со слов: «С этим ребенком что-то не так, он делает то-то и так-то, скажи, как мне ему/ей помочь?». Где-то глубоко внутри воспитатель обычно про себя думает: «И всем нам, кто вокруг него, как помочь».

Ну потому что, да, инклюзия — это не про то, что все должны терпеть какие-то неудобства, это про то, чтобы всем участникам социума было комфортно, безопасно и спокойно (ну или активно, в зависимости от переживаемой ситуации, но в любом случае в позитивном ключе). И толерантность, и принятие вовсе не о том, что давайте мы все молча насладимся истерикой ребенка или пусть он как-то асоциально ведет себя в обществе, а мы будем снисходительны, потому что инклюзия. Нет, нет и еще раз нет.

Все близкие такому «неудобному» ребенку люди должны иметь максимум информации, как ему помочь, как компенсировать дефициты и раскрыть ресурсы, а не закрыться дома и больше никогда не появляться на людях. Другое дело, что не у всех семей есть ресурсы, чтобы информацией эффективно распорядиться, а еще финансовая сторона вопроса, а еще стигма, дискриминация, обида и прочие стадии, которые идут до принятия.

Поэтому я почти всегда задаю воспитателям встречный вопрос, говорили ли с родителями. Мне кажется очень важным доносить до родителей информацию о том, что по предположению педагогов/специалистов их ребенку нужна помощь, а также эту самую помощь предлагать. Особенно, если речь идет о дошкольной организации, где как раз таки наиболее ярко проявляется дефицитарность, если она присутствует в принципе.

Вот есть неплохой текст с советами, как говорить с родителями ребенка о его возможном аутизме (здесь можно подставить и любые другие сомнения об особенностях, которые могут быть вне видимой инвалидности). Советы в контексте того, что такой запрос пришел от бабушки, которая заподозрила аутизм у внука и не знает, как обсудить это с невесткой. Но часть рекомендаций совершенно точно можно взять на заметку и педагогам.

Про скрининговые тесты (это такие инструменты первичной диагностики, по ним нельзя ставить диагноз, но можно определить степень вероятности диагноза, с которой надо/не надо обратиться уже к специалисту). Добавлю здесь ссылки на них, очень советую по ним пройтись перед подобными разговорами, чтобы иметь еще один аргумент. Ну или дать ссылку родителям, чтобы они проверили всё сами.

Опросник M-CHAT — модифицированный скрининговый тест на аутизм для детей раннего возраста. Используется для обследования на выявление детей с риском развития заболевания в возрасте от 1,5 до 2,5 лет (16-30 месяцев).

Далее по возрасту тест ATEC — используется для оценки динамики улучшений детей с аутизмом.

Также есть тест C.A.R.S. — диагностическая шкала детского аутизма. Это один из наиболее распространенных тестов на аутизм в США. Служит для начального скрининга признаков заболевания и степени тяжести. Основанием для ответов служит поведение ребенка, его общение и игры.

Тест ASSQ — cкрининговый тест ASSQ предназначен для предварительного выявления аутичных черт у детей в возрасте 6-16 лет. Может быть использован как родителями, которые подозревают РАС у ребенка, так и просто взрослыми людьми для самодиагностики (в этом случае заполняется либо самим человеком, либо его родителями по воспоминаниям о детстве).

На всякий случай напоминаю, что сегодня (8 декабря) в 18-00 пройдет показ фильма «В школе философов» (À l'école des Philosophes, Швейцария, 2018, реж. Фернан Мельгар, 97 мин.). Он будет проходить в Библиотеке им. Н.А. Некрасова по адресу: город Москва, улица Бауманская, 58/25, стр. 14 (м. «Бауманская»). Подробнее я уже рассказывала выше.

После фильма, то есть примерно в 19-30 будет дискуссия с моим участием. К сожалению, моя научная руководительница не сможет присутствовать, да и мне самой кажется, если кто-то в этот холодный зимний вечер придет, тот будет герой. Сейчас что-то очень многие болеют, я, если честно, не помню, чтобы когда-то раньше настолько часто отовсюду такие «новости» слышала. Поэтому берегите себя, пожалуйста, здоровье — это чуть ли не самое важное для всех нас.

Когда и если будет ссылка на трансляцию, я ее здесь на канале опубликую. Правда, я очень переживаю за всю неформальность такой встречи, как это всё получится и получится ли что-то вообще, хоть разговоры про кино и инклюзию — одни из самых любимых моих тем. В общем, заходите, если будете рядом, будем обмениваться впечатлениями про кино и рассказывать истории.

Это был очень необычный и странный опыт, который мне довольно сложно сейчас отрефлексировать, но это тоже опыт, которым хочется поделиться. На показ фильма с последующей со мной дискуссией, о чем сообщала записью выше, сегодня пришли в общем пять человек, один ушел сразу, когда узнал, что за фильм будет, трое ушли почти в середине фильма. До конца фильм досмотрела одна девушка, которая ушла на титрах.

Возможно, здесь сработала совокупность факторов — тема, которая не очень популярна среди широкой публики и спикеры, конечно. Маленькие авторские каналы вообще никак не поддерживаются большими сообществами. Меня никогда не репостят какие-то крупные и активные блоги, не знаю, в чем тут причина. В целом есть такая особенность, когда маленьким авторским каналам помогать в продвижении никто не хочет, видимо, это эффект «мы сами до всего добрались, вот и ты попробуй» или что-то вроде, хотя, это странная позиция для мира людей, постоянно говорящих об инклюзии. До сих пор помню, как в одном из чатов мне сказали пойти сначала кучу вебинаров и лекций посмотреть, а потом уже своё «компетентное» мнение выражать. Ну да ладно.

Есть, конечно, фактор организации, но мне бы не хотелось его брать в расчет, так как они сделали максимум для того, чтобы всё прошло хорошо и всем было удобно. Библиотека прекрасная, было здорово заглянуть туда, сейчас это прямо целые новые миры с компьютерами, оборудованными для работы местами и диванчиками для отдыха.

Ну и еще забавно попасть в клуб, о котором как раз на днях заговорил весь твиттер, а я увидела эту запись совершенно случайно именно в тот момент, когда ждала начала показа фильма :)

На выходные предлагаю вам посмотреть выпуск передачи «Нормальная жизнь» с Ирой Воробьевой, Нютой Федермессер, Машей Грековой и еще двумя героями, которые появятся в конце выпуска сюрпризом. Это разговор о нормализации жизни людей с ментальными особенностями (психическими заболеваниями).

Нюта рассказывает, как она в качестве исследовательско-журналисткой работы попала в ПНИ, чтобы понять систему изнутри. Выяснилось, что существует очень много стереотипов вокруг «жителей» интерната, что у них практически нет шансов оттуда выйти и уж тем более начать нормальную жизнь, восстановив свою дееспособность вместе с другими правами.

Маша Грекова рассказала о своем инклюзивном кафе «Огурцы» и пространстве «Нормальное место». Вот тут можно посмотреть интервью с Машей и виртуально заглянуть в кафе, а если вы — житель Петербурга, то и реально туда зайти. Я там бывала каждый раз, когда приезжала в Питер, у меня оттуда есть моя любимая кружка, сделанная в мастерских «Простые вещи», которую я, конечно, увезу с собой на край света, потому что очень ее люблю за ее необычность и нестандартную форму. В «Огурцах» работают люди с разными особенностями, Маша рассказывает о том, какая там атмосфера и почему не надо везде развешивать таблички о том, что это за кафе и чем оно отличается от других (ничем, разве что там мега-уютное место и очень вкусно кормят).

Нюта много говорит о том, что такое инклюзия и как правильно (позитивно) включать самых разных людей в обычную жизнь, зачем это им и всем нам нужно. Разговор очень насыщенный, информативный и дополняющий к тому, о чем говорим мы — затрагивая в основном сегмент образования, а тут про жизнь вообще, в целом. Ну и, конечно, о том, что у каждого человека должна быть возможность реализации своих прав, положенных ему по закону. Вот про эту самую возможность инклюзия в том числе.

Очень скоро в Москве откроется инклюзивное кафе «Разные зерна», я с нетерпением жду открытия и надеюсь успеть заглянуть туда. Можно на канале кафе следить за анонсом.

Давно не было на канале что-то про искусство и инклюзию, исправляюсь. Узнала о мероприятии, на которое сама очень планирую сходить и надеюсь, что вам оно тоже покажется интересным.

18 декабря в 19-30 в Еврейском музее и Центре толерантности, который я уже давным-давно собираюсь посетить и никак не соберусь, будет представлен перформанс «Беспредметная живопись: что дальше? В поисках смысла».
Я несколько раз вчитывалась в релиз перформанса, так и не смогла точно представить, что именно будет происходить, будет ли это интерактивным, но стало понятно вот что. Инклюзивный театр, как одна из форм инклюзивного искусства, подкидывает или, лучше сказать, дарит нашему обществу идею о том, что те изменения, которые инклюзия привносит в негибкий и консервативный, полный незыблемых установок и стереотипов социум — это очень похоже на то, как классическое искусство, академическая живопись сопротивлялись искусству авангарда и супрематизма. Ведь сколько людей спорят (до сих пор!) о значимости (или наоборот) «Черного квадрата», беспредметного мира Малевича и других художников-авангардистов. Что это меняет? Зачем это было нужно? Вы всё портите! Это же примитивно! Кто-нибудь понимает, что хотел сказать автор? И так далее. Столько же и наше общество спорит об инклюзии. Зачем это нужно? Что хотели сказать те, кто эту инклюзию придумали? Это всем только мешает! Вы ничего не понимаете, оставьте всё как есть! И так далее. Невероятное созвучие этих двух миров, никогда не задумывалась об этом, и вот появилась возможность это как-то переосмыслить с неожиданных ракурсов.

Вроде бы после показа предусмотрено обсуждение. А еще перед показом можно побродить по самой выставке «Мир как беспредметность. Рождение нового искусства: Казимир Малевич, Павел Филонов, Марк Шагал, Анна Лепорская и другие», а так как 18 декабря — это воскресенье, то можно запланировать и другие активности, которые музей предоставляет и прогулку рядом (надеюсь, что снег выпадет снова и на этот раз дождем его не зальет!).

Свежее интервью с Димой Зицером, появление которого в сетевом пространстве я стараюсь никогда не пропускать — разговор психолога с педагогом.

Оно не самое удачное, в основном, из-за того, что собеседники немного на разных волнах, но есть несколько важных частей. Дима, как и обычно рассуждает о том, что любовь — это действие, а педагогика — очень практична. Очень интересная часть про страх, который лежит в основе родительства и побуждает родителей вести себя по отношению к ребенку далеко не лучшим образом. Почему родители кричат на детей — как продолжение рассуждения, и тут хочется, конечно, чтобы и специалисты эту часть послушали, потому что она про всех взрослых, которые кричат на детей, в том числе советы, как перестать это делать.

Ну и очень крутая часть про свободу и ответственность. Когда эта самая ответственность появляется и зачем ей нужна свобода? К чему приводят ограничения сладкого и почему конфеты должны быть в свободном доступе, как при таком положении вещей должна быть устроена жизнь в семье? От конфет перешли к компьютерам и телефонам, потому что всё это лежит в одной плоскости ограничений, которые можно обосновать только властью родителей, а не тем, что они «хотят как лучше» (одна из самых опасных фраз родительства). Послушайте обязательно, кажется, у Димы лучше всего получается на простом и понятном языке объяснить, как стать гуманным и демократичным родителем (специалистом, работающим с детьми и педагогом в том числе!), чтобы жизнь у всех была эффективнее и интереснее.

Делюсь с вами одним очень классным сайтом, который еще планируют доработать, но и сейчас там есть, что посмотреть, почитать, взять в работу — Омнибус.
Изначально это образовательный проект Центра проблем аутизма для детей с РАС, их родителей и педагогов ресурсных классов, но главная страница сайта еще не вся с активными ссылками, поэтому стоит посмотреть ее полезную часть.

Там загружены три лекции, которые звучали на международной конференции «Аутизм: вызовы и решения»: о методе обучения отдельными блоками, о техниках и методиках ПАП в образовательной системе и про эффективное вмешательство в условиях класса.

Есть несколько постеров и комиксов в разделе «Наглядные пособия».

Ну и самая интересная для меня часть — статьи и профильные материалы. Я их прочитала все, и вам очень советую, это может даже быть заменой одной хорошей книге.

Например, «Эффективные стратегии в инклюзии» — это не только статья, но и анимированная инструкция с 21 советом, как улучшить работу в классе, которую можно применять в любых условиях образовательного процесса, то есть, независимо от того, какой именно класс и какой у него статус. Можно сохранить эти стратегии-советы в качестве шпаргалок и организовать обучение/пространство в школе/саду/центре/классе так, чтобы всем было удобно и комфортно обучаться.

Очень дискуссионная статья на злободневную тему про миф о высокой стоимости инклюзии. Дискуссионная, так как основана на том, что все педагоги и специалисты, включенные в процесс, в нем заинтересованы, но статья достаточно грамотная и интересная для изучения.

Инструкция из 10 правил по переговорам об индивидуальном образовательном маршруте (программе). Не просто советы, а примеры реакций на различные конфликтные ситуации в обсуждении составления ИОП.

10 преимуществ обучения на основе знаний о мозге. Очень вдохновляющая статья, с отсылками к оригиналам текстов, где кратко, емко и иногда неожиданно описаны техники, которые позволяют сделать процесс обучения более эффективным и интересным! Самый классный принцип — мозг развивается лучше во взаимодействии с мозгом других учеников. «Групповая работа в классе и групповые проекты вне класса помогают детям учиться у других. На протяжении веков многие учителя думали, что учеников мотивирует соревнование, но эксперты по обучению на основе знаний о мозге считают, что кооперация зачастую лучший способ учиться».

Одна из главных статей для тьюторов — как обучить детей самостоятельной работе (пять лучших стратегий обучения с пошаговыми практическими советами). И похожая статья для взрослых с РАС — про ту-ду листы и повышение самостоятельности с помощью составления списка дел.

Пять универсальных практик, которые позволят справиться с деструктивным поведением дошкольников и младших школьников.

Как помочь справиться ребенку с тревожностью перед новым учебным годом (да и в целом перед какими-то новыми процессами).

Статья о стратегиях вмешательства при нежелательном поведении в школе. И еще одна — про битье головой и самоповреждающее поведение детей с РАС — что делать и как помочь.

А вот это уже для педагогов и специалистов из цикла заботы о себе: как гореть и не выгорать (15 рекомендаций, о которых вы наверняка уже слышали, но может быть откроете что-то новенькое, что действительно поможет) и довольно интересный взгляд на процесс обучения детей — работать над отношениями, а не результатами тестов.
«Это подборка советов о том, как заботиться о себе, и идей, как выстраивать и укреплять свою собственную «сеть поддержки». Вместе эти стратегии помогут вам сохранить физическое и эмоциональное здоровье и поддержать пламенную страсть к обучению, не сгорев при этом в её огне».

В заключении почитайте про «Позитивный словарь учителя», я следом добавлю картинки из этого словаря, которые можно распечатать и использовать при общении с детьми.

У меня небольшие изменения в ведении документации тьютора, о которой я подробно расписала вот в этом посте. Там в 9 пункте «Мониторинг результатов формирования навыков» приведено в гугл-доке, а это значило, что подсчет результатов необходимо было делать вручную. Теперь я сделала гугл-таблицу и вставила этот лист в «Папку тьютора». Там приведены навыки, которые я брала для ребят подготовительной группы (дошкольный уровень), вы можете проставить всё, что необходимо вам. Если есть какие-то навыки, над которыми вы с тьюторантами работаете по АВА-методике, тоже можно (нужно) туда добавить. Эта таблица не про академическую успеваемость (хотя, эти пункты тоже есть), на что любят быть нацелены наши программы со своими предметными и целевыми результатами. Эта таблица про то, насколько тьюторанты готовы к самостоятельной жизни в целом. Про их социально-бытовую готовность, про взаимодействие и общение, про понимание и ориентировку в пространстве и степень адаптации к новым обстоятельствам.

Например, мои тьюторанты перешли по продленному детству в другую группу в этом году, там другие воспитатели, другие дети, другая площадка для прогулок, другие пространства — всё другое. И вот как раз по результатам мониторинга в пространстве я поняла, что адаптация прошла очень быстро и довольно успешно (и это уже в первый мониторинг).

У нас мониторинг проводится 4 раза за учебный год, вы можете поставить свою частоту, можно ориентироваться на отчетность для администрации и ее требования, можете сделать такой чек-лист для себя лично и родителей, например.

Соответственно, суммирующие результаты необходимо перенести в таблицу «Сводная» и построить диаграммы для наглядности. Автоматического переноса нет, так как всё зависит от периодов, которые вы сравниваете, поэтому тут только вручную.

Еще такой момент: не надо запрашивать право на доступ, просто берете нужный лист, выбираете в меню «Файл — Создать копию» и на ваш компьютер скопируется таблица, с которой вы можете работать. Либо «Файл — Скачать» и тут можно выбрать любой документ, в котором вам будет удобно работать, тот же Excel, например.

Все измененные ссылки в наш главный пост по всему самому важному на канале для работы тьютора я добавила. Надеюсь, что это будет всем полезным, особенно, когда и если работа только начинается и вопросов по документации особенно много.

Я уже рассказывала про канал Дарьи Иванченко — логопеда и дефектолога. Даша как-то написала отличный текст для нашего канала, как найти компетентного логопеда, а на днях Дарья опубликовала у себя на канале ответ на еще один мой вопрос, который я задавала когда-то по итогам бурной дискуссии на одном из учебных курсов и из личного опыта.

Предмет дискуссии состоял в том, нужно ли из ребенка речь «вытягивать». То есть, вот у нас есть ребенок, у которого вербальная речь присутствует. Но только и исключительно по запросу. Эхолалии могут быть (то есть, повторение сказанного за взрослым или фраз из мультиков, фильмов и прочее). Ребенку может быть прикольным что-то там самому себе говорить, но у него совсем нет функциональной речи. Никакой. Ну либо есть, но настолько минимальная, что непонятно, как он с ней живет и удовлетворяет все свои потребности. Точнее, это-то понятно, потому что родители умеют ребенка с полу-вздоха понимать, а в садиках-школах все зарегламентировано так, что там и хотеть-то чего-то не особо захочешь, итак каждая минута расписана, что делать надо.

Так идет время, сменяются логопеды, дефектологи, еще кто-то, но функциональная речь не появляется (разговор, конечно, о навыке, который сформирован и обобщен, то есть, проявляется в разных ситуациях, окружении, с разными людьми, примерно, как у нас — мы всегда будем использовать речь, при любых обстоятельствах, даже если нас не будут понимать, мы все равно будем использовать жесты и продолжать что-то говорить вербально).

Дарья очень хорошо, на мой взгляд, написала, почему родители или специалисты могут настаивать на «вытягивании речи», а не обращаться к альтернативным и дополнительным средствам коммуникации. И в дополнение добавила, почему в (любой) ситуации общения неговорящий ребенок или не пользующийся вербальной речью функционально, должен занимать активную позицию — так как только так мы можем говорить именно о процессе коммуникации и никак иначе. Коммуникация случается только тогда, когда собеседники не просто слышат и понимают друг друга, но и имеют возможность выражать в ответ собственные мысли. Любым доступным им способом.

Единственное, что хочется добавить к сказанному. О чем мы говорили на лекциях в магистратуре и из личной практики. Если ребенок с нарушением слуха обучается языку жестов и больше у него нет никакого другого способа коммуникации, например, его не обучают чтению по губам или печати (если с вербальной речью совсем никак), то тут может возникнуть барьер в общении с другими людьми, потому что язык жестов понимает очень ограниченное количество людей на планете по сравнению со всем населением. Поэтому, любая альтернативная коммуникация должна предусматривать понятный способ общения с неподготовленными людьми. Именно поэтому неслышащих людей всё же стараются обучить вербальным способам общения, но тут всё зависит от множества факторов, поэтому печать на планшете также отлично может подойти. А вот альбомы с карточками PECS — это универсальный способ, так как картинки с подписями понимают абсолютно все — от детей до любых взрослых.

Классная статья о сверстниковом тьюторстве. Три истории о том, как типично развивающиеся братья и сестры становятся наставниками своим сиблингам с РАС. О сверстниковом тьюторстве я уже здесь рассказывала (выступление Екатерины Мень), но там была теоретическая часть, а тут, в статье — ее практическая реализация.

Мне в некоторых случаях это кажется довольно естественной историей в инклюзивной группе (чем дальше, тем более странным становится это словосочетание, кажется, что это должно быть просто «группа», и все понимают, что в группе инклюзия, потому что это — естественное течение вещей в мире). Например, в группе дошкольников почти всегда есть такая активистка, которая помогает воспитателю, рада помочь остальным ребятам, когда выполнила все задания первой, ну и в целом, такая правая рука руководителя.

И вот предложить бы ей быть наставником сверстнику с РАС, которому нужна помощь. Но далеко не всегда для этой роли может подойти вот такой активный ребенок. Тут ведь главное не только быть, условно говоря, «лучшим из лучших» (не в контексте академических знаний, а в контексте, что всё делаешь быстро и идешь на шаг впереди сверстников, поэтому остается время на дополнительную помощь). Здесь еще очень важна эмпатия, принятие и социофиличность.

То есть, не просто «помогаешь отстающему», а на равных взаимодействуешь со сверстником, предлагая ему помощь там, где это действительно необходимо и одновременно обучаясь у него каким-то навыкам, что может быть интересным и полезным для жизни.

Еще я знаю, что так бывает: воспитатель просит типично развивающегося ребенка помочь ребенку с особенностями развития (многие, наверное, слышали «ты за ним проследи, чтобы он в нужную сторону свернул» в каком-нибудь танце для подготовки к празднику). И типичные дети рады бы, но, когда дело доходит до конкретных действий, теряются, потому что взрослые могут взять ребенка за руку или помочь как-то физически, а сверстнику это сложно — он пока еще (к нашему огромному счастью) не может ни с того, ни с сего применить физическое воздействие к своему товарищу. Просто потому, что взрослому так хочется. И вот тут важна модель поведения взрослых, наблюдая за которой, типичный сверстник понимает, что ему необходимо сделать: сначала скажи, предупреди, спроси, объясни, а потом уже делай вместе и с полученным согласием. Дети дошкольного возраста, для которых могут быть слишком сложны эти социальные танцы, всё равно умудряются найти свои способы взаимодействия, но лично я такое видела только у одного ребенка с РАС по отношению к другому ребенку, у которого были бОльшие сложности.

С типично развивающимися детьми такая история всё еще не очень типична, но в целом, вижу ее очень перспективной и жизнеспособной. Как минимум, ученики московской школы №1465 — яркое тому подтверждение.

Я написала о своих итогах года в личном блоге, а тут мне бы хотелось немного слов сказать о профессиональном и рабочем.

23 января 2022 года был создан этот канал. За почти год он вырос аж до 2,5 тысяч участников, и меня это очень радует. У меня сложилась некоторая система в публикации постов — каждый будний день в 13-00 по московскому времени, правда, последние пару недель она нарушилась, так как переезд отнял все силы и ресурсы.

Еще про итоги этого непростого года. В этом году я закончила магистратуру по специальности «Тьюторское сопровождение в инклюзивном образовании» в МГППУ. Я прошла курсы повышения квалификации по тьюторству с использованием методов АВА Натальи Фощуновой. Сейчас обучаюсь на двух курсах: «Включи меня!» в МИП и «Я — тьютор» в АНО Центре «Моя планета». Я проделала очень масштабный путь для повышения своего профессионализма в очень редкой и значимой деятельности и продолжаю быть евангелистом инклюзии, занимаясь просветительской деятельностью на этом канале.

Я выиграла в национальном чемпионате Абилимпикс, заняла 1 место в компетенции «Дошкольное воспитание». Это было стрессово, нервно, сложно, но как же драйвово, когда слышишь свою фамилию после слов «ииии первое место у нас уходит Москве! Мантлер Марине Владимировне!». Классно.

Я закончила очень важный для меня жизненный этап на работе, когда увидела результаты всей своей деятельности. Ребята (тьюторанты) безумно крутые и большие молодцы. Я очень надеюсь, что это удастся сохранить и преумножить во всех позитивных смыслах.

Сейчас я пока не представляю, каким будет мой дальнейший путь и каким образом он будет связан с инклюзией и тьюторством. Но я совершенно точно буду заканчивать обучение на курсах, смотреть видео, читать статьи, книги, заниматься самообразованием и рассказывать обо всем на канале. Возможно, будет и практический опыт, которым я смогу здесь поделиться, в любом случае уже накопленное никуда не денется и, я очень надеюсь, обязательно мне еще пригодится.

Спасибо всем читателям, активным пользователям и тем, кто задает вопросы, оставляет комментарии. Нам всем приходится жить в довольно непростое время, но я очень надеюсь, что мы обязательно со всем справимся. Пусть в новом году все задуманные проекты будут реализованы, а инклюзия станет привычной и естественной формой для взаимодействия всех людей на этой планете ❤️

Отгремела премия «Оскар-2023», и я, как фанат этой премии уже на протяжении нескольких лет, постаралась и в этом году посмотреть все фильмы-номинанты на лучший фильм года. У меня еще два непросмотренных фильма, надеюсь, в ближайшие дни этот свой гештальт закрыть, а пока хочу рассказать про один из номинантов на лучший анимационный фильм — «Морской монстр» (победил, правда, другой — «Пиноккио»). Если вы еще не смотрели этот мультик про розовое чудище, которое оказывается совсем не чудищем (а просто его люди довели), то я очень советую этот пробел восполнить. Мультфильм прекрасный, визуальный ряд потрясающий, привычный юмор тоже присутствует, а герои действуют настолько же предсказуемо, насколько удивительно :)

А теперь главное — почему я советую этот мульт именно в этом канале? Там есть одна сцена, которая супер-важная для нашей с вами профессии и взаимодействия с детьми с особенностями. Хорошо бы это спрятать под спойлер, но тогда будет слишком много рябить в записи, поэтому, если не хотите себе спойлерить, то проскрольте, а потом, после просмотра, прочитайте. Возможно, вы и сами заметите этот момент, так будет даже интереснее.

Исходные данные такие: морское чудище плывет в океане и должно приплыть к острову. На чудище сверху плывут мужчина и девочка. Мужчина внезапно видит кусочек земли и понимает, что надо срочно поворачивать направо. Он забирается на нос чудищу и начинает ему кричать — поворачивай направо, на-пра-во, НАПРАВО! Всё это сопровождается размахиванием рук, ором и последующей злостью от того, что его чудище не понимает вообще. Совсем. Вот никак. Что происходит дальше: мужчина уходит, а на нос забирается девочка. Привязывает себя веревкой так, чтобы можно было повиснуть в воздухе, изображает плывущее чудище и… делает поворот телом направо. Чудище, конечно, мгновенно понимает, что от него требуют и разворачивается.

Даже не знаю, можно ли еще более очевидно, прозрачно и интересно интерпретировать вариацию того, что если твою речь не понимают, то кричать и размахивать руками бесполезно, а уж злиться тем более. А вот найти альтернативный способ донести нужную информацию, а еще лучше — вариант общения с помощью таких вот альтернативных способов — одно из лучших решений для продуктивного взаимодействия. Поэтому, когда не получается общаться с помощью привычной нам вербальной речи, просто необходимо поискать/предоставить альтернативные способы коммуникации. Уже много раз на этом канале звучало, но напишу еще раз — нет, они не замедлят появление речи, но дадут детям/людям без функциональной коммуникации возможность продуктивно взаимодействовать с миром, не прибегая к нежелательному поведению.