🇷🇸 Протесты в Сербии против руководства страны — комментарий Анастасии Малешевич:

• Уровень недовольства граждан в Сербии критический, так что отставка правительства и другие уступки не решают проблему полностью. Протесты начались из-за нежелания власти наказать ответственных за трагедию на вокзале в Нови-Саде, но суть претензий сводится к тому, что нынешняя правящая элита сделала государство нефункциональным на всех уровнях.

• Никто не требует новых выборов, потому что уровень доверия к оппозиции почти такой же низкий, как к власти. Пока протесты не имеют политического центра, но их интенсивность продолжает расти.

• Укрепить свои позиции президент Вучич может только в том случае, если сам возглавит борьбу с коррумпированной элитой. Однако в его окружении настрой по отношению к протестующим агрессивный.

Читать комментарий для @vedomosti

⚔️ Кто станет новым «лидером мирового джихада» — статья Александра Князева @orientalreviewAK:

• Примерно в 2018 году большое число боевиков ИГ* перегруппировывались для продолжения террористической деятельности. Именно тогда западные и международные организации начали активную кампанию в странах Центральной Азии по возвращению своих «заблудших» граждан. Помимо возвращения семей было и много прецедентов с попытками «реабилитации» и самих боевиков. Анализ поведения людей, возвратившихся в страны своего происхождения, показывает, что существенная часть из них вовсе не отказывается от активности по пропаганде радикальных идей.

• В ставшую основой новой власти в Сирии группировку «Хайят Тахрир аш-Шам»* инкорпорированы боевики из разных группировок, и выходцы из стран Центральной Азии играют там далеко не последнюю роль. Сейчас ключевая задача ХТШ*, поддерживаемая Турцией и Западом, — стать устойчивой властью в Сирии, об этом говорит и риторика её лидеров, декларирующих отказ от мирового джихада. Вряд ли это навсегда, но пока боевики из других стран новому имиджу группировки в основном скорее мешают.

• Вероятно, уже начались привычные для этой среды перемещения между группировками, а также в другие потенциальные зоны активности, среди которых центральноазиатские страны, в которых есть немалый потенциальный местный мобилизационный ресурс. Центральная Азия не последнее место, куда уже в роли эмиссаров эти боевики гипотетически могут устремиться.

• Проблемой является само возвращение: большинство боевиков известны, будут легко идентифицированы местными спецслужбами и нейтрализованы. Кроме того, более действенным может оказаться пример их успеха в Сирии. ХТШ* в информационном пространстве сейчас перенимает своего рода эстафету лидера мирового «джихада». Информационное влияние именно с Ближнего Востока является главным фактором угрозы внутренней стабильности для стран Центральной Азии. На фоне победы международной террористической группировки её участники превращаются в важных проводников радикальной идеологии. Учитывается и то, что во всех странах региона существует радикальное подполье, где примеры успешности единомышленников в Сирии гипотетически могут использоваться для расширения числа сторонников.

• Ситуация в Афганистане с точки зрения безопасности может ухудшиться на фоне происходящего пограничного конфликта между Пакистаном и Афганистаном. У Исламабада может возникнуть искушение использовать террористический потенциал для создания «второго фронта» против афганской стороны. Однако Пакистану вряд ли выгодна серьёзная нестабильность в Афганистане поблизости от своих границ. Даже если пакистанская сторона решит для давления на действующее правительство Афганистана использовать террористические группировки, привлечение боевиков с Ближнего Востока вряд ли понадобится.

• Более долговременная и более реальная угроза для стран Центральной Азии, для Афганистана, для Ирана, России или Китая состоит в том, что падение режима Асада в Сирии усиливает позиции Турции не только на Ближнем Востоке, но и в других регионах Азии, включая Центральную. Прямое использование центральноазиатских или уйгурских боевиков непосредственно в странах Центральной Азии или в Китае выглядит пока маловероятным. Однако они могут быть на какое-то время частично законсервированы Анкарой на будущее. Таким образом, проблема центральноазиатских боевиков может пока сохранить свою ближневосточно направленную локальность.

Читать статью для @ng_ru

* Исламское государство и Хайят Тахрир аш-Шам признаны в России террористическими организациями и запрещены.

🧊 Междержавная конкуренция в Арктике в 2024 году — статья Никиты Липунова @Northern_Affairs:

• В 2024 году магистральными сюжетами международной арктической политики были ползучая милитаризация региона, борьба за лидерство в его освоении и судьба Арктического совета. Главная тенденция международных отношений в регионе — интенсивная междержавная конкуренция. Причём не только между Россией, другими арктическими и неарктическими странами, но также и внутри самого западного блока.

• В прошедшем году Россия продолжила воплощать в жизнь новую парадигму арктической политики — создавать благоприятные внешние условия для устойчивого развития Арктической зоны страны. После принятия в 2023 году обновлённой Концепции внешней политики, где Арктика занимает почётное второе место в иерархии региональных приоритетов, Москва акцентирует самодостаточность и ставит внешнюю политику в регионе на службу задачам внутреннего развития.

• В 2024 году продолжилось американское санкционное давление на российские проекты, в том числе на «Арктик СПГ-2». Ограничения в отношении СПГ впервые ввёл и Евросоюз, но это не помешало России нарастить экспорт СПГ, в том числе на западном направлении. На полную нейтрализацию негативных эффектов от западных ограничительных мер уйдёт время: России потребуется локализовать выпуск оборудования для производства и транспортировки СПГ, в том числе обеспечить торговый флот судами ледового класса.

• Вступление Швеции и Финляндии в НАТО усилило северо-восточный фланг альянса и сделало его более связанным в военно-оперативном отношении. Сами же северные страны активизировали оборонное сотрудничество в формате НОРДЕФКО и приняли стратегию «Видение 2030». Норвегия, Швеция и Финляндия договорились совместно развивать военно-транспортный коридор в Северном Калотте, который позволит оперативно перебрасывать войска союзников по НАТО с атлантического побережья Норвегии вглубь Финляндии вплоть до границы с Россией.

• Ползучая милитаризация наблюдалась и в Американской Арктике. Летом Пентагон опубликовал новую арктическую стратегию ведомства, в которой отметил стратегическое значение региона для США и выразил обеспокоенность российско-китайским сотрудничеством. Канада в 2024 году также обновила базовые доктринальные документы: оборонную стратегию с говорящим названием «Наш Север, сильный и свободный» и внешнеполитическую стратегию в Арктике, в которой были впервые акцентированы вызовы иностранного вмешательства.

• Междержавная конкуренция в Арктике проявляется преимущественно в борьбе за лидерство в её освоении путём развития технологий. В 2024 году на полях саммита НАТО США, Канада и Финляндия объявили о создании трёхстороннего консорциума для производства ледоколов под названием «Ледовый пакт». Его цель — объединить и распределить усилия трёх стран для разработки и производства десятков новых ледоколов, чтобы успешно конкурировать с Россией и ведущими азиатскими судостроителями — в первую очередь с Китаем.

• В области арктического многостороннего сотрудничества ключевой темой в 2024 году была судьба Арктического совета. Сохранение АС как международного формата и ограниченное возобновление его работы в условиях острой конфронтации Запада с Россией вселяет умеренный оптимизм и позволяет говорить о переиздании «арктической исключительности». Тем не менее перспективы новых больших прорывов пока туманны.

Читать статью для @mgimo_university

🇩🇪 Расколотое единство: 35 лет присоединения ГДР к ФРГ — доклад Артёма Соколова @GeRussia, Владислава Воротникова и Евгения Панкова @moreiceland:

• Если ГДР можно считать первой жертвой «либерального миропорядка», то именно внутренняя фрустрация в Германии и особенно в её восточных федеральных землях, начавшаяся во второй половине 2010-х годов, стала одним из первых признаков глубокого кризиса. Из главного бенефициара западоцентричной глобализации Берлин превратился в наиболее уязвимое перед новыми вызовами государство Запада. Германское лидерство в ЕС с опорой на франко-германский тандем и экономические связи с Восточной Европой начало пробуксовывать, едва развернувшись в полную силу в начале XXI века.

• Жители Восточной Германии стали свидетелями и участниками экономического освоения территории ГДР крупными западными корпорациями, которое сопровождалось устранением местных конкурентов и ростом безработицы. Они столкнулись с практикой преследования за политические взгляды, поломавшей многим карьеру и жизнь. Восточные немцы стали одними из первых жертв «культуры отмены»: их социальный опыт и система взглядов были обесценены в общественно-политическом пространстве.

• За проблемой региональных дифференциаций неизбежно скрываются две отличные друг от друга, но тесно связанные проблемы: (1) проблема объективных, эмпирически доказуемых различий между Западом и Востоком Германии; (2) проблема несоответствия Востока целевым ориентирам, концептам и конструктам, которые задаются Западом.

• Если в 1990-е годы между этими проблемами можно было поставить знак «плюс» и рассматривать их как два ключевых слагаемых вопроса германского единства, то сейчас всё больше признаков свидетельствуют в пользу того, что вторая проблема умножает первую. Несмотря на успехи в сближении Востока и Запада Германии, ключевые субъекты общественных дискуссий продолжают экзотизировать жителей «новых» федеральных земель.

В докладе использованы материалы Архива внешней политики Российской Федерации, большинство из которых вводится в научный оборот впервые. Они позволяют увидеть процессы 1989-1990 годов глазами советских дипломатов, находившихся в самой гуще событий. Архивные данные дополняет интервью Чрезвычайного и Полномочного Посланника 1 класса Владимира Поленова, долгое время проработавшего в ФРГ и ГДР, участника переговоров «2+4». Именно он является автором Договора о добрососедстве, партнерстве и сотрудничестве с ФРГ 1990 года, определившего основы российско-германских отношений на десятилетия вперёд.

Читать доклад на Портале МГИМО @mgimo_university

🎂 15 лет Фонду Горчакова

Поздравляем наших коллег и друзей из Фонда Горчакова @Gorchakov_Fund с 15-летием!

За 15 лет плодотворной работы Фонд стал не только ведущей площадкой для обсуждения актуальных международных вопросов, но и настоящим глобальным проводником международного сотрудничества по целому ряду направлений.

Организация реализует значимые образовательные и научные проекты, проводит форумы, конференции и дискуссии, способствующие формированию объективного взгляда на мировые процессы — вклад Фонда в развитие публичной дипломатии действительно неоценим.

За прошедшие годы эксперты и сотрудники ИМИ приняли участие в крупнейших международных семинарах, круглых столах и флагманских программах Фонда Горчакова, в числе которых Дипломатические семинары молодых специалистов, Внешнеполитические встречи памяти В.И. Чуркина, Диалог во имя будущего, Потсдамские встречи, Кавказский диалог и другие мероприятия.

В 2024 году Институт международных исследований выступил соорганизатором одной из старейших образовательных программ Фонда — Дипломатического семинара молодых специалистов. И уже четвёртый год подряд на базе МГИМО проводится программа стажировок иностранных специалистов-международников InteRussia.

Желаем нашим друзьям из Фонда Горчакова новых успехов, интересных проектов и вдохновляющих встреч, и пусть каждый следующий год работы принесёт ещё больше значимых достижений!🤍

#ФондГорчакова15

🇨🇳 Почему сегодня в Китае не любят вспоминать об антиковидных ограничениях — статья Ивана Зуенко @china80s:

• В Китае не любят вспоминать период ковида. Подлинного разбора полётов не произошло. И уж тем более никто из властей предержащих не признался в ошибках. Круговая порука коллективной безответственности обеспечила как руководству в центре, так и чиновникам на местах презумпцию невиновности.

• Между тем последствия трёхлетней борьбы с коронавирусом никуда не делись. Буксует экономика, за годы пандемии усилились разногласия между Китаем и его западными партнёрами. Но потенциально самые значимые изменения могут произойти в политической сфере. Из пандемии коронавируса Китай эпохи Си Цзиньпина вышел более слабым, чем был до неё.

• Как считается, распространение возникших в Ухане изначальных штаммов было с помощью жёстких профилактических мер полностью остановлено уже к весне 2020 года, то есть тогда, когда пандемия только охватывала остальной мир. Эти успехи стали возможны благодаря способности государства сконцентрировать значительные ресурсы для решения конкретных задач и самому наличию этих ресурсов.

• Сама ситуация, приведшая к выплеску общественного недовольства в 2022 году в виде стихийных демонстраций, была близка к критической. Понимание этого заставило власти, цитируя Ленина, «после шага вперёд сделать два шага назад». Кто именно отвечал за это решение, мы не знаем (и вряд ли когда-нибудь узнаем). Однако очевидно одно — прежняя монолитность Си-центричной системы дала трещину.

• Уже к январю 2023 года все ограничения, связанные с коронавирусом, были отменены. Китай массово переболел «чем-то простудным» (медицинская статистика с тех пор недоступна, поэтому число заболевших и умерших нам неизвестно) и, вероятно, приобрёл тот самый «коллективный иммунитет», который у стран победнее появился гораздо раньше. Внешне всё вроде бы стало как прежде.

• Однако с исторической точки зрения, возможно, главным итогом трёхлетней антиковидной кампании и её смазанного финала стало то, что эти события ознаменовали «надлом» в развитии пореформенной КНР. До них Китай последовательно наращивал мощь. Сейчас же он скорее топчется на месте. Результаты недавнего 3-го пленума Центрального комитета партии 20-го созыва свидетельствуют как о кризисе идей, касающихся развития страны, так и о небывалом в предыдущие годы уровне компромиссности формулировок. Целый ряд положений итогового коммюнике идёт вразрез с тем, что говорил и делал Си ранее.

Читать статью для @profilejournal

🌏 Влияние прекращения работы USAID* в Центральной Азии — комментарий Александра Князева @orientalreviewAK:

• Обойтись без программ помощи от Агентства США по международному развитию* Центральной Азии будет сложно, особенно в более бедных странах региона, однако вряд ли стоит в этом винить Трампа. В своё время руководство этих государств в том, что касается социальной сферы, заняло позиции иждивенцев, делегировав зарубежным спонсорам её большие сегменты. Появляется необходимость перевёрстывать бюджеты, искать ресурсы для восполнения возникающих лакун или новые внешние источники.

• Агентство США по международному развитию* помогало в социальной сфере в других странах не из гуманных соображений — это инструмент американской внешней политики. Это относится не только к USAID*, а ко всему огромному списку таких же организаций из Соединённых Штатов, Евросоюза, Японии, Южной Кореи. Как внешнеполитический инструмент эти организации оказывают долгосрочное воздействие на общество в развивающихся странах в интересах США, создавая жизненно важные зависимости.

• В любой из стран, лишившихся помощи Агентства по международному развитию*, нельзя исключать рост социальной напряжённости, а то и протестных настроений. Это может быть использовано созданными при содействии и поддержке USAID* и ему подобных неправительственных организаций как повод предъявить претензии к действующим властям. «‎Благодаря»‎ такому участию в обществе массово распространяются и утверждаются иждивенческие настроения, которые очень нелегко преодолеваются.

• Возможно, многим странам сейчас придётся в авральном режиме искать источники замещения этой помощи, обращаясь к России или Китаю, а также к другим государствам. Вероятно, какая-то поддержка будет оказана, однако это будут кратковременные решения. Стратегически необходимо перераспределение внутренних ресурсов в каждой стране, чтобы в такой важной сфере не зависеть от внешних источников.

Читать комментарий для @ng_ru

* деятельность организации прекращена и запрещена в России.

🇺🇸💰 Деньги для «демократии». Американская помощь постсоветским странам

В свете запуска процесса пересмотра иностранной помощи USAID* напоминаем об экспертном докладе Лаборатории интеллектуального анализа данных ИМИ @liad_mgimo под руководством Николая Силаева.

Аналитический материал подготовлен на основе открытых данных, размещенных на сайте ForeignAssistance. gov.

* деятельность организации прекращена и запрещена в России.

🌐 Климатическая политика новых участников БРИКС — аналитическая записка Никиты Липунова @Northern_Affairs:

• У каждой из новых стран БРИКС свой задел в области смягчения последствий изменения климата. Для одних климатическая политика представляется действенным внешнеполитическим инструментом (ОАЭ, Саудовская Аравия), для других — находится на периферии внутриполитической жизни и осложняется нестабильной национальной или международной обстановкой (Эфиопия, Иран). Четыре из пяти новых участников — нефтегазодобывающие страны, для которых энергопереход является серьёзным вызовом экономического и политического характера, а климатическая политика является вынужденной мерой.

• Россия может использовать свои традиционно сильные отрасли, чтобы содействовать борьбе новых участников БРИКС с изменением климата. Во-первых, в области энергоперехода — за счёт продолжения текущих и запуска новых проектов в сфере мирного атома. Во-вторых, Россия могла бы помочь новым участникам объединения в обеспечении продовольственной безопасности, причём за счёт экспорта не только различных видов продовольствия, но и сельскохозяйственных технологий.

• В то же время новым участникам БРИКС также есть чем поделиться с Россией. Во-первых, нефтедобывающие монархии Персидского залива и Египет активно развивают технологии по улавливанию и хранению углерода, что может представлять интерес для российского энергетического сектора. Во-вторых, в условиях санкций и прекращения сотрудничества с западными странами для России остро встал вопрос развития и иных низкоуглеродных технологий, в которых некоторые новые страны БРИКС достигли определённых успехов.

• Кроме того, участие пяти новых стран в БРИКС открывает для России большие возможности в совместном развитии «голубой» и «зелёной» водородной энергетики (Саудовская Аравия, Египет, ОАЭ), а также устойчивой мобильности. Взаимно полезным мог бы стать и обмен опытом по развитию регулируемых и добровольных углеродных рынков.

• БРИКС выступает за справедливую систему международных отношений, что должно найти отражение в его глобальном климатическом позиционировании. Через продвижение более справедливых путей энергоперехода и борьбу с чрезмерной политизацией и экономической инструментализацией климатической повестки объединение способно достичь лидерства в области борьбы с изменением климата и стать примером для развивающихся стран Глобального Юга, перехватив инициативу у развитых стран Запада.

Читать аналитическую записку для @russiancouncil

🌐 Политика Трампа, реакция России на концепцию «Америка прежде всего», ситуация в Сирии, взаимоотношения Ирана и Азербайджана — интервью с Сергеем Маркедоновым @DonskoyCossack:

• Прогнозы того, что американский век уходит, а американская гегемония — вчерашний день, далеки от реальности. Долгие годы Соединённые Штаты были «мировым правительством». Однако такое бремя слишком тяжело — американцы намерены переориентироваться на собственные интересы. Текущие решения Трампа являются попыткой отделить глобальное от американского — в пользу последнего. Трамп пытается выстраивать отношения со всеми вокруг на основе принципа «доверяй, но проверяй».

• В контексте перехода США к концепции «Америка прежде всего» тот факт, что Соединённые Штаты пытаются быть державой номер один в ущерб другим, достаточно давно беспокоит Россию. На протяжении последних нескольких десятилетий у Москвы и Вашингтона были как минимум три попытки выйти на более-менее нормальный режим взаимодействия — в 90-е годы, в 2001 году и в 2009-2013 годах. Однако Россию не устраивало, что американцы хоть и готовы пойти на сделку, но за её пределами не видят более общих сюжетов и серьёзных причинно-следственных связей.

• Некоторые полагают, что Москва надеется, что новые подходы Вашингтона, связанные с избавлением от роли глобального игрока и укреплением суверенитета, приведут к фокусировке на прагматике. Возможный прагматизм даёт надежды на какие-то уступки и компромиссы, когда оппонент воспринимается не как экзистенциальное зло, а как конкурент, с которым надо сосуществовать. С одной стороны, российская сторона демонстрирует определённую готовность к разговору, с другой — не к любому разговору, не к разговору как самоцели, в ходе которого могут быть сделаны необоснованные послабления.

• Российские власти рассматривают Саудовскую Аравию или ОАЭ в качестве места проведения встречи Путина и Трампа, потому что в последнее время традиционно нейтральные страны в Европе, Швейцария и Австрия, потеряли свой статус. Говоря о Саудовской Аравии и Арабских Эмиратах, можно вспомнить их инициативы по украинскому конфликту и роль в обменах военнопленными. Наработан «образ поведения над схваткой».

• В Сирии происходит переформатирование конфликтного поля. Старые игроки уходят, однако возникает вопрос, насколько новые акторы в состоянии «собрать» всю страну. В контексте сирийско-турецких взаимоотношений стоит отметить, что Сирия для Турции является ближним зарубежьем. Турция играла определённую роль в Сирии и раньше, но теперь её значение увеличивается, что создаёт проблемы для России не только на Ближнем Востоке, но и на пространстве ближнего зарубежья.

• В отношениях между Ираном и Азербайджаном накопилось много проблем. Для Тегерана важно обозначить позицию, что он является важным игроком и не приветствует силовых изменений границ. Баку рассматривает Тегеран как важного партнёра, но одновременно с этим и как оппонента, с которым, однако, не хочется переходить к конфронтации.

Смотреть интервью для @rusarminfo

🌍 Африка: отход от архетипа «мирового ребёнка» — интервью с Майей Никольской @swahililand:

• Африку по инерции воспринимают как не очень взрослого, не очень самостоятельного, не очень правосубъектного «малыша мировой цивилизации», однако сами африканцы хотят отойти от этого архетипа. На практике это выражается в том, что африканские лидеры постепенно перестают стремиться понравиться международному сообществу. В странах континента формируется запрос на подлинное знание о мире, очищенное от пропагандистской шелухи. Возможно, в ближайшие годы появится ряд крупных африканских СМИ.

• Не теряет актуальность вопрос, является ли Африка политически единой, и какие у неё шансы таковой стать. Идёт процесс укрепления национальной государственности, где-то процесс её становления. Велики противоречия между национальными лидерами. Пока нельзя сказать, что Африка консолидируется в качестве политического объединения, но она продолжит отстаивать коллективно свои интересы по различным глобальным вопросам и на глобальных площадках.

• Африканцы начинают влиять на формулировку отдельных пунктов международной повестки. В контексте вопросов биологической безопасности, биологического суверенитета во время пандемии африканские страны активно отстаивают императив трансфера медицинских технологий, пересмотр прав интеллектуальной собственности на жизненно важные лекарства. Важна и тематика изменения климата. Благодаря странам Африки этот вопрос стал рассматриваться в тесной связке с темой финансирования энергоперехода.

• Основа африканского курса в международных делах — прагматизм. Поскольку африканские государства зажаты в тисках противостояния между мировыми тяжеловесами, они вынуждены лавировать. Один из способов — тесное сотрудничество со средними державами. В контексте взаимодействия с различными институтами Глобального Юга отмечается важность выстраивания общего подхода. В этой системе нет жёсткой иерархии и есть возможность перестраивания, в том числе ad hoc.

• Африка может стать драйвером демократического процесса во всём мире. Речь идёт о подлинно инклюзивной демократии, которая вовлекает все слои общества. Стоит также отметить, что среди современного поколения африканцев распространена приверженность демократическим ценностям и институтам: широкому политическому участию и общественному консенсусу. Сейчас в Африке происходит движение к новому типу идентичности, который стирает этнические, клановые границы. Наблюдается отход от трайбализма в отдельных странах, а также новые типы связей, которые простраиваются в социумах.

Читать интервью для передачи «Международное обозрение» @ru_global

🇷🇺🇧🇾 Новые приоритеты развития Союзного государства — видеомост с участием Артёма Соколова @GeRussia:

• Несмотря на определённые значимые различия, Союзное государство можно сравнить с франко-германским тандемом. Эти форматы являются в известном смысле модельными для более широких интеграционных объединений, в которые входят соответственно Франция и Германия (Евросоюз) и Российская Федерация и Республика Беларусь (СНГ, ШОС, БРИКС).

• Наблюдая за кризисным состоянием франко-германских отношений, некоторые авторы отмечают, что они скатываются в формализм, забюрократизированность, что отношения утратили эмоциональную силу прежде всего в представлении молодого поколения. Для решения проблем предлагается провести работу по определению целей развития Евросоюза и франко-германского тандема в частности, но пока ответа на этот вопрос нет.

• Главный урок, который из этого можно извлечь, заключается в следующем. Любое интеграционное объединение важно рассматривать не только как проект с началом и завершением, но и как продолжительный процесс. За ним необходимо постоянно наблюдать, ведь именно в рамках этого процесса будут появляться новые вызовы.

• Наряду с большими идеями и проектами основой постоянного драйва является инициатива, общественная и на местах. Чем больше реализуется разных форматов на низовом и среднем уровнях, чем больше сфер социальной жизни они охватывают, тем большую общественную поддержку будет получать объединение. Это позволит ему сформировать образ будущего, который необходим для поступательного развития Союзного государства.

Смотреть запись видеомоста на площадке @sputnikby

🎓 День российской науки

8 февраля мы отмечаем День российской науки — профессиональный праздник, посвящённый достижениям отечественных учёных и исследователей. Он объединяет всех тех, чья жизнь неразрывно связана с научным знанием, тех, кто своим трудом и талантом способствует развитию российской научной мысли.

ИМИ гордится вкладом своих сотрудников в изучение актуальных проблем международных отношений и подготовку практических рекомендаций для внешней политики. Эксперты Института проводят фундаментальные и прикладные исследования, результаты которых находят отражение в авторитетных научных изданиях и аналитических докладах, способствуя формированию объективного взгляда на сложные процессы современности.

Мы поздравляем сотрудников ИМИ и всех причастных. Желаем новых открытий, творческого вдохновения и успехов в реализации научных проектов. Пусть ваши исследования продолжают служить на благо государства и общества!

🇷🇺 В День дипломатического работника @MID_Russia напоминаем о выпусках подкаста ИМИ «Внешняя политика» с российскими дипломатами:

• Жив ли «венский дух»? | Постоянный представитель России при международных организациях в Вене Михаил Ульянов @ulyanov_mikhail

• Гарантии МАГАТЭ и физическая ядерная безопасность объектов | Роман Устинов @ViennaMissionRu

• Есть ли будущее у Форума ОБСЕ по сотрудничеству в области безопасности? | Юлия Жданова @armscontrolrus

Подкаст ИМИ «Внешняя политика» на разных площадках:

Mave • Apple Podcasts • Яндекс.Музыка

🌐 Политика Абхазии на современном этапе — интервью с Сергеем Маркедоновым @DonskoyCossack:

• Госпереворот предполагает абсолютную смену власти, но сейчас мы наблюдаем её транзит. В результате событий ноября Аслан Бжания покидает пост президента, но его вице-президент продолжает исполнять обязанности, затем он уходит на избирательную кампанию — обязанности начинает исполнять премьер-министр Валерий Бганба, и фактически только премьер-министр Александр Анкваб уходит в отставку с президентом, — «сноса» власти не происходит.

• Существует мнение, что выступления в Абхазии являются антироссийскими, но это не так. Те, кто вышли против Бжании, — это люди, которые были во власти в 2020 году, люди, которые заключали договоры с Россией и имплементировали их. Потом они ушли в оппозицию, но нужно понимать, что власть и оппозиция часто меняются местами: те, кто недавно был оппозиционером, с приходом к власти начинают воспроизводить властные лозунги, и наоборот.

• Одна из важнейших системных проблем в Абхазии — переход от конфликтной повестки к мирной: до сих пор многие абхазские политики живут реалиями 90-х годов, конфликта с Грузией. Но сегодня важно думать о развитии, искать возможности сотрудничества и источники экономической помощи.

• Существует проблема коммуникации в российско-абхазских отношениях. Если бы открытости с российской стороны было больше, если бы не возникали ситуации, когда российские чиновники становятся заложниками внутриабхазских конфликтов, это способствовало бы уменьшению проблем. Россия является единственным источником экономической поддержки и содействия в области безопасности, и это важно доносить через коммуникацию.

• В контексте российско-абхазских отношений Абхазия стремится получить гарантии безопасности, именно поэтому все кандидаты в президенты страны говорят о пророссийском выборе. Что касается экономики, то абхазы выступают за реализацию своего собственного проекта, понимая, что он будет очень зависим от России.

Смотреть интервью для @radiogovoritmsk

🇩🇪 Прошедшие дебаты в ФРГ — статья Артёма Соколова @GeRussia:

• Прошедшие теледебаты между федеральным канцлером Олафом Шольцем и лидером ХДС Фридрихом Мерцем завершились стратегической ничьёй. Оба политика были хорошо подготовлены к разговору и не допустили в ходе дискуссии серьёзных ошибок.

• Последнее время немецкая политическая жизнь всё больше ориентируется на манипулирование эмоциями избирателей, призывая «голосовать сердцем» за идеологические конструкции. При этом предвыборные программы политических партий формально остаются весьма детализированными и создают ощущение вдумчивости в подходах к государственному управлению. Однако иллюзия серьёзности немецкой политики развеивается необязательностью перехода слов в дело.

• Политические симпатии и антипатии немецких граждан существуют в разных измерениях с содержанием внутриполитической дискуссии. Кроме того, дефицит субъектности ЕС и его отдельных государств оставляет немецким политикам ограниченное пространство для манёвра внутри страны и на международной арене. Длительные споры в конечном счёте обесцениваются вынужденными компромиссами при формировании правящей коалиции, согласованиями со всеми заинтересованными сторонами и корректируются меняющимися внешними обстоятельствами.

• Одни избиратели уходят к оппозиционной «Альтернативе для Германии», которая не столько предлагает простые решения проблем, сколько называет вещи своими именами. Другие же надеются вернуться во внешне спокойные времена Ангелы Меркель или Гельмута Коля. Они готовы по привычке голосовать за мейнстримовые ХДС и СДПГ.

• Для упрощения навигации в немецкой политике даже создано специальное приложение Wahl-O-Mat, которое должно помочь определиться с выбором партии. Геймификация избирательного процесса развлекает публику, однако переключает её внимание на теоретические и процедурные вопросы политической жизни ФРГ.

• Вопрос о последствиях возвращения к власти ХДС для России и её отношений с ФРГ зависит от внутригерманских раскладов лишь в определённой степени. В конечном счёте крайне большую роль играют логика развития украинского конфликта и баланс отношений внутри трансатлантического сообщества.

Читать статью для @izvestia

🇨🇳🌐 Ближневосточная политика внерегиональных игроков — городской завтрак РСМД @russiancouncil с участием Анны Киреевой:

• Китайский интерес к Ближнему Востоку во многом мотивирован энергетическими интересами и вопросами энергобезопасности: с 1993 года КНР является нетто-импортёром нефти, примерно 53% её импорта приходится на ближневосточный регион. Также Ближний Восток, особенно регион Персидского залива, является крупным рынком сбыта для китайских товаров. Например, за 2022 год китайский экспорт в регион составил 222 млрд долл. Более того, ближневосточные государства активно участвуют в китайской инициативе «Один пояс — один путь» (ОПОП), в связи с чем растёт и экспорт услуг, в частности цифровых.

• Ближневосточный регион занимает очень важное место в инициативе ОПОП, поскольку многие нефтеэкспортирующие монархии Персидского залива обладают финансовыми средствами для строительства ультрасовременной инфраструктуры. И они в ней заинтересованы. Это отражено в национальных проектах, где указываются амбициозные задачи национальной модернизации, ухода от модели государства-рантье. Китайские компании в этом процессе выступают как основные подрядчики.

• Также государства успешно наладили партнёрство в сфере нефтепереработки и нефтехимии (например, Sinopec тесно сотрудничает с Saudi Aramco), они строят огромное количество объектов энергетической инфраструктуры. Эти проекты представляют особый интерес, потому что стороны участвуют в них на долевых условиях, речь идёт о совместном инвестиционном сотрудничестве и разработке новых технологий. Такое взаимодействие позволило привлечь инвестиции в сам Китай: сегодня Saudi Aramco участвует в развитии нефтеперерабатывающего и нефтехимического комплекса на северо-востоке КНР.

• В отличие от многих других регионов мира, где реализуется китайская инициатива ОПОП, на Ближнем Востоке подавляющее большинство государств не строят проекты в кредит. Благодаря высоким доходам от нефтяной ренты страны Персидского залива могут себе позволить напрямую оплачивать инфраструктуру и реализацию различных проектов — соответственно, здесь не стоит вопрос о долговой зависимости.

• Длительное время Пекин старался поддерживать отношения со всеми государствами региона, не выбирать стороны в региональных конфликтах. По мере ослабления влияния США Китай начал более активно проводить свою внешнюю политику, позиционировать себя не только как нейтрального игрока, но как посредника, который предоставляет площадку для диалога государств. При этом КНР не вовлекается в содержание конфликтов, стараясь сохранять конструктивные отношения со сторонами.

• По мере роста китайско-американской конфронтации Пекин усилил риторику о том, что США являются основным источником проблем Ближнего Востока. Китай хотел бы видеть такой региональный порядок, где американские позиции не были бы непоколебимыми, а региональные государства решали бы проблемы своими силами. КНР надеется, что в таком порядке она смогла бы занимать место важного игрока, используя экономические связи. Всё больше в риторике Китая акцентируется внимание на то, что государство готово предоставлять площадку для диалога.

• Для КНР важно позиционировать себя как лидера стран Глобального Юга. Например, это наблюдается в том, что Китай изменил свою позицию по отношению к Израилю после начала войны в секторе Газа в 2023 году и стал довольно жёстко критиковать Израиль. Соответственно, американское вмешательство Пекином рассматривается как явление негативное и часто критикуется. План Трампа будет давать КНР большое моральное превосходство, позволять позиционировать себя в качестве страны, которая выступает за создание палестинского государства, а США — как государство, которое сеет хаос на Ближнем Востоке.

Смотреть запись городского завтрака @russiancouncil

🇷🇺🇺🇸 Телефонный разговор Путина и Трампа — статья Максима Сучкова @postamerica:

• Считается, что центральным сюжетом мировой политики является противостояние США и Китая. Их конкуренцией пронизаны мировая торговля, мир технологий, разработки в сфере искусственного интеллекта и нормативная регуляторика в области здравоохранения и климата. Но ни одного контакта американского и китайского лидеров не ждут с такой ажитацией, как контактов президентов России и США.

• Россия и, пожалуй, Индия — единственные крупные государства на карте мира, которые никогда не подвергались со стороны Трампа уничижительным высказываниям или обидным прозвищам. Если в отношении Индии такой настрой «вашингтонский истеблишмент» одобряет, то в отношении России этот настрой всегда играл против Трампа — мол, тут явно что-то нечисто. Тайна уважительного отношения Трампа к России не раскрыта со времён его первого президентства.

• Все пять личных встреч Путина и Трампа в период первой администрации американского президента были успешными с точки зрения двусторонней «химии» и содержания бесед. Все неприятности начинались потом, когда Трамп возвращался домой. Тема пресловутого российского вмешательства «утопила» не одну потенциально выигрышную для США и России инициативу Москвы — по Сирии, Украине, сотрудничеству в сфере контртерроризма, противоракетной обороны и нераспространения.

• Межличностная «химия», видимо, всё ещё присутствует — даже в отсутствие физического контакта. Но и противников нормализации российско-американских отношений по-прежнему много. Особенно опасливо стоит относиться к тем из них, кто инвестировал много денег и собственное политическое будущее в «российскую угрозу» и наверняка приложит максимум усилий, чтобы торпедировать любые альтернативные проекты безопасности в Европе. Никто из них не хочет уходить в историческое небытие, которое неизбежно, если Путин и Трамп сумеют договориться о взаимоприемлемых модальностях разрешения — а не просто урегулирования — украинской проблемы.

• Не случайно телефонный разговор состоялся накануне открытия Мюнхенской конференции по безопасности: «инвесторы в войну» получили неприятный сигнал, Путин и Трамп задали повестку тамошней дискуссии. Впрочем, всё это только начало сложного пути.

• Трамп пришёл сделать «снова великой» не Россию, а Америку, и действовать он будет исключительно в этой логике. Телефонный звонок Владимира Путина и Дональда Трампа даёт надежду на то, что будущее всё же настанет. А вот будет ли оно светлым и кого в него возьмут, предстоит договориться в ходе, вероятно, готовящейся личной встречи.

Читать статью для @kommersant

🌏 О роли Турции в Сирии и вероятности трансфера сирийских боевиков в страны Центральной Азии и в Афганистан — ситанализ с участием Александра Князева @orientalreviewAK, Георгия Мачитидзе и Ахмета Ярлыкапова:

Александр Князев @orientalreviewAK:

• Боевики из Сирии могут попасть в Центральную Азию только «по земле». Большинство из них находятся на контроле и при легальном переходе границ будут задержаны спецслужбами. Остаётся транзит через Афганистан, куда они могут попасть только через Пакистан.

• Гипотетически, при происходящем афганско-пакистанском пограничном конфликте у Исламабада может возникнуть искушение использовать боевиков как инструмент давления на Кабул, перебросить их на афганскую территорию. Но, во-первых, на территории Пакистана дислоцируется «Вилаят Хорасан»*, который наверняка связан с пакистанскими спецслужбами, это уже испытанная, своя, подконтрольная группировка. Во-вторых, Пакистану вряд ли нужна какая-то дополнительная нестабильность у собственной границы.

• В странах центральноазиатского региона есть внутренний экстремистский и террористический потенциал и реально существующее радикальное подполье. Надо рассматривать вероятность активизации этих подпольных групп применительно к каждой стране в отдельности.

• Теоретически вероятность появления боевиков с Ближнего Востока в Афганистане есть. Это может произойти, если США и в целом Запад сделают ставку на дестабилизацию в Афганистане. В этом случае ближневосточные боевики из неарабских стран, включая и центральноазиатские, могут просто включиться в новую эскалацию в этой стране.

Георгий Мачитидзе:

• Турция является главным бенефициаром произошедшего в Сирии. Президент Эрдоган добился своей цели, набрал политические очки внутри страны и на международной арене. В Сирии у власти находится полностью лояльное Анкаре правительство, это большое достижение для Турции.

• Приход к власти в Сирии исламистов может иметь демонстрационный эффект для части населения Центральной Азии, однако политические и социально-экономические условия в центральноазиатских странах иные, чем в Сирии. Влияние будет скорее ограниченным. Многое зависит от уровня воздействия местных исламистов в обществе и от степени устойчивости самих режимов.

Ахмет Ярлыкапов:

• Турция имеет очень сильное неформальное влияние в экстремистских и террористических группах. Она налаживала его в то время, когда набирало силу «Исламское государство»*. Весь трафик боевиков шёл через Стамбул, у турецких спецслужб есть среди них серьёзная агентура, которая может использовать потенциал исламистских групп в своих интересах.

• Идеология ныне руководящей Сирией группировки заключается в том, что они не собираются нести «доброе вечное» всему миру, а хотят строить его исключительно в Сирии. Люди из России и из стран Центральной Азии сейчас инкорпорируются в создаваемую сирийскую систему. Их переориентировали на необходимость устанавливать исламские порядки именно в Сирии.

Читать итоги ситанализа на сайте @eurasia24media

* Признаны в России террористическими организациями и запрещены.

🇦🇲🇪🇺 К чему приведёт начало вступления Армении в Евросоюз — комментарий Николая Силаева:

• ЕС заинтересован в запуске интеграции Армении в европейское пространство, но только ради самого этого процесса. Брюсселю важна демонстрация внешнеполитического поражения России на кавказском направлении, а Ереван ему в этом помогает.

• Для получения статуса кандидата в Евросоюз европейцы, скорее всего, потребуют от Армении присоединиться к антироссийским санкциям. Такой шаг может серьёзно ударить по экспортному потенциалу и экономике Армении.

• Армения постепенно сворачивает сотрудничество с ЕАЭС. После предупреждения России о несовместимости одновременного членства в двух организациях Ереван сделал выбор в пользу евроинтеграции. В повестке появляется вопрос скорости выхода Армении из ЕАЭС и юридическое оформление этого шага.

Читать комментарий для @vedomosti