🗣 Публикуем тезисы презентаций зарубежных номинантов на Политическую премию РАСО @politteh «Гамбургский счёт». Часть 2

Лора Чкония:

• Повестка партии «Умконто ве сизве» является довольно радикальной: партия предложила отказ от конституции, экспроприацию земли без компенсации, расширение политических полномочий племенных лидеров. Однако с момента своего создания «Умконто ве сизве» сталкивалась с внутрипартийными конфликтами и сложностями.

• Главой «Умконто ве сизве» является экс-президент ЮАР Джейкоб Зума, представитель зулусов — крупнейшего этноса в стране. Зума возглавлял правящую партию «Африканский национальный конгресс» (АНК), но был вынужден уйти в отставку. Поэтому у политика есть личная повестка против АНК, а цель «Умконто ве сизве» — дестабилизация правящей партии.

• В ходе предвыборной кампании Зуме удалось использовать свою идентичность и мобилизовать зулусов. Также важную роль сыграла историческая отсылка: название и атрибуты партии восходят к созданному в 1961 году вооружённому крылу АНК. «Умконто ве сизве» стала надеждой в первую очередь для слоёв населения, живущих в трущобах, которые уверены, что их положение сможет исправить только радикальная политика.

Иван Копытцев:

• Причинами избрания Бассиру Файя в Сенегале являются: (1) протест молодёжи; (2) наличие объективного спроса на структурные преобразования; (3) разлад в среде правящей элиты. По слухам, накануне выборов между президентом и премьер-министром возникли противоречия.

• В успехе Файя инструменты электоральной кампании носят вторичный характер, ведь сама кампания длилась всего восемь дней и проходила на фоне протестов. Основную роль сыграло противодействие электората односторонним шагам Маки Салла — попыткам перенести выборы, организовать национальный диалог, который оказался неэффективным.

• Новую власть не стоит отождествлять с наступлением новой эпохи, эти люди — представители сенегальской элиты. Также прослеживается тенденция, согласно которой партия PASTEF, ранее отрицавшая подобный подход, вступает в сделки с другими силами для укрепления своих позиций. Наконец, предполагается, что президент поддерживает связи с семьёй бывшего главы государства.

Запись презентации доступна по ссылке.

🇩🇪 Причины распада правящей коалиции в Германии — статья Артёма Соколова @GeRussia:

• С первых дней работы социал-демократы, «Зелёные» и либералы спорили о том, каким курсом должна идти Германия. Поначалу крупных конфликтов «светофорному» правительству удавалось избегать. Олаф Шольц по праву считался одним из опытнейших немецких политиков и довольно быстро пресекал попытки к «расползанию» коалиции.

• Эскалация украинского кризиса ненадолго заставила «светофор» и вовсе забыть о разногласиях. Объявленная канцлером «смена эпох» мобилизовала даже часть оппозиции. Власти полагали, что кризис не продлится долго и завершится стратегическим поражением России.

• Вопреки расчётам немецких властей, события на Украине не стали универсальным обоснованием для проведения в ФРГ непростых реформ и формирования нового мироощущения у элит и общества в целом. Напротив, правительство Шольца оказалось в ситуации, когда ему не хватало средств для борьбы с инфляцией, последствиями энергетического кризиса и падением промышленного производства.

• К 2024 году не осталось политических сил, заинтересованных в продолжении работы правительства. Высокие результаты «Альтернативы для Германии» и «Союза Сары Вагенкнехт» на выборах в восточных землях показали рост недовольства населения политикой Берлина. Глава ХДС Мерц подтвердил свои претензии на лидерство и готовность побороться за кресло канцлера.

• Избрание Трампа, намеревающегося пересмотреть отношения Америки с её европейскими союзниками, к которым у него есть масса претензий, стало для Берлина сигналом: с периодом политической неопределённости пора заканчивать. Обсуждать эти вопросы с непростым собеседником правительство Шольца было не готово.

• Досрочные выборы, которые состоятся в начале 2025 года, вероятно, возродят «большую» коалицию из ХДС/ХСС и СДПГ. От Мерца будут ждать быстрого решения тех проблем, которые заметны на уровне повседневной жизни немецких обывателей.

• Впрочем, избирательные кампании будут готовиться в спешке, а значит, велика вероятность ошибок. Перед выборами 2021 года, которые проводились в сравнительно спокойной атмосфере, промахи предвыборных штабов ХДС и «Зелёных» стоили «экологам» потери претензий на статус новой «народной» партии, а христианским демократам и вовсе кресла федерального канцлера.

Читать статью для @profilejournal

👥 Как протесты в Абхазии стали способом смены власти в республике — статья Сергея Маркедонова @DonskoyCossack:

• В начале февраля 2025 года в Абхазии состоятся досрочные президентские выборы. Если бы не внутриполитический кризис, захлестнувший республику, они прошли бы по плану — в марте. Сегодня в экспертных кругах популярна шутка, что в абхазскую Конституцию необходимо внести следующую поправку: «Президент Абхазии избирается всеобщим, равным, тайным, прямым голосованием и отрешается от должности посредством протестных акций».

• В каждой шутке, как известно, есть доля истины. На протяжении последних 10 лет руководители Абхазии трижды покидали свои посты, не доработав до конца положенных президентских каденций. В июне 2014 года вследствие массовых протестных акций произошла отставка Александра Анкваба; в январе 2020 года пришёл черёд Рауля Хаджимбы. Впрочем, тут была своя изюминка: этот политик проработал до конца свой первый президентский срок, но ушёл в отставку уже через четыре месяца после переизбрания. И вот теперь, после новой волны протестов, о своём уходе с поста главы республики заявил Аслан Бжания.

• Уже стало общим местом рассмотрение этих сюжетов в контексте непрекращающегося противостояния России и Запада, в котором те или иные силы выступают как прокси Москвы или Вашингтона. Но в Абхазии внутреннее противостояние не имеет геополитической основы, прежде всего потому, что республика имеет ограниченную международную легитимацию.

• Абхазия застряла на переходе от конфликтной повестки к повестке развития. Внутренних источников для модернизации у неё нет и не предвидится. Доходов от туризма не хватает — республика давно не является всесоюзной здравницей. Грузинские инвестиции для неё неприемлемы в силу опыта борьбы за самоопределение, а турецкие невозможны: во-первых, из-за нежелания Анкары признавать Абхазию, а во-вторых, из-за вовлечения в этом случае в российско-турецкую конкуренцию с вероятными издержками для самого населения республики. Значит, Россия остаётся единственным источником развития и модернизации.

• С этим не спорят ни власти, ни оппозиция. Споры начинаются вокруг цены вопроса. Абхазы, титульная нация в республике, на протяжении полутора веков испытали три мощных этнодемографических потрясения. В итоге в обществе и политической элите силён страх остаться в меньшинстве на своей земле при отсутствии другой родины и, как следствие, необходимость дополнять любую политэкономическую дискуссию основательными социально-психологическими аргументами. Добавим к этому факторы экологии, сохранения исторического наследия и уникальной этнической культуры.

• Таковы абхазские весы, которые время от времени ещё испытывают на себе влияние глобальных трансформаций, ибо Абхазия и российско-абхазское асимметричное союзничество развиваются не в вакууме. Когда оппозиция становится властью, она стремится ускорить модернизацию даже ценой отказа от уникальности республики, но когда она снова возвращается к критике президента и правительства, то становится главным экологом и блюстителем национального своеобразия. И всё это — на фоне дефицита политической культуры согласования и компромисса.

• Нельзя не заметить, что во время всех прошлых кризисов абхазские политики доказали, что умеют не пересекать красные линии. Но перманентного балансирования на грани недостаточно. Важно общими усилиями найти решение непростой задачи — развитие в условиях ограниченной глобализации с сохранением этнокультурного и природного своеобразия республики без форсированных «скачков» и попыток построить эксклюзивную властную систему.

Читать статью для @forbesrussia

🇺🇸 Украинский кризис в свете нового президентского срока Трампа — комментарий Николая Силаева:

• Власти Украины опасаются не предполагаемых решений избранного президента США Дональда Трампа сократить поставки оружия и денег Киеву, а реальных успехов российской армии в зоне военных действий.

• Трамп нам не друг, но остаётся врагом наших врагов. Вряд ли он прекратит накачивать Украину деньгами и оружием, но, вероятно, не будет наращивать поставки. При этом решение об отправке Киеву 60 млрд долларов, принятое в начале 2024 года, он исполнит.

• План Трампа по Украине, обсуждавшийся им и членами его команды, не учитывает позицию России. Украина и Запад могут придумывать какие угодно планы, но если они не будут соответствовать условиям президента России, то окажутся просто нежизнеспособными.

Читать комментарий для @tass_agency

🇷🇺🇮🇷 Перспективы взаимодействия России и Ирана в Центральной Азии — дискуссия с участием Александра Князева @orientalreviewAK:

• В центральноазиатском регионе Иран можно назвать ситуативным союзником для России. Позитивное взаимодействие Москвы и Тегерана в Центральной Азии происходило в 1990–2000 годах, сейчас присутствие Ирана в регионе минимально. Курс «Взгляд на Восток», объявленный покойным президентом Раиси, выглядит приостановленным — как минимум после смены команды исполнительной власти в ИРИ.

• Если эскалация на Ближнем Востоке будет поставлена на паузу, кабинет нынешнего президента Масуда Пезешкиана сосредоточит внимание на попытках сотрудничества с западными странами и Центральная Азия не будет в числе приоритетов. Прозападный курс президента нельзя исключать и в том, что касается сотрудничества с Россией.

• Вряд ли для России существуют возможности сотрудничества с Ираном в Центральной Азии, но также низка вероятность каких-либо вызовов для России в регионе с иранской стороны — хотя бы в силу элементарной региональной слабости ИРИ. Нет никаких признаков того, что эта ситуация изменится, что «Взгляд на Восток» будет устойчивым приоритетом иранской внешней политики.

Читать материалы дискуссии на площадке @mediatorCIS

🇦🇺 Система противодействия иностранному вмешательству в Австралии — статья Анны Киреевой:

• Принятие законодательства по противодействию иностранному вмешательству и создание системы профильных институтов были связаны с возникшим в 2017 году нарративом о вмешательстве КНР во внутренние дела Австралии с помощью агентов влияния. В результате широкой общественно-политической дискуссии проблема нежелательного иностранного влияния приобрела большой резонанс и стала причиной секьюритизации трансграничных связей с Китаем.

• Принятое законодательство было направлено не на конкретное государство, а на предотвращение иностранного вмешательства со стороны любого принципала. Единственным исключением стало заявление главы Австралийской службы безопасности и разведки Майка Беджеса о том, что одной из трёх-четырёх стран, которые замешаны в попытках иностранного вмешательства во внутренние дела государства, является Иран.

• Однако в докладе Совместного парламентского комитета по разведке и безопасности, выпущенном в 2024 году, отмечается, что уровень использования специализированного реестра был невысоким и поэтому его вряд ли можно считать эффективным. Самый главный, с точки зрения авторов доклада, недостаток — большое количество лазеек. Это привело к тому, что не представляющая опасности деятельность регистрировалась, а серьёзные вопросы оставались без внимания.

• Несмотря на определённые дефекты в законодательстве, в нём заложен механизм регулярной оценки со стороны профильных парламентских комитетов и пересмотра по итогам накопления правоприменительной практики. Все основные политические силы Австралии — Лейбористская, Либеральная и Национальная партии — привержены цели реформирования системы противодействия иностранному вмешательству.

Читать статью для @mgimo_university

Развитие отношений России и Афганистана в текущих условиях — комментарий Георгия Мачитидзе:

• Москва могла бы предоставлять афганскому правительству разведывательные данные для борьбы с террористами. Кроме того, Россия могла бы оказать медийную помощь Афганистану, чтобы нивелировать пропаганду ИГ*.

• Ранее талибы* отказывались сотрудничать с Россией в области безопасности и полагались лишь на собственные силы. Но с тех пор террористическая угроза расползлась на соседние страны.

• ИГ* обладает сильными медийными ресурсами, что позволяет им влиять на умы молодёжи в Центральной Азии. Россия же обладает опытом и силами в контрпропаганде.

• Пока Афганистан не решит проблему с безопасностью, российские предприятия вряд ли будут вкладывать деньги в экономические проекты страны.

Читать комментарий для @vedomosti

* Талибан и ИГ признаны террористическими и запрещены в России.

📖 Старый континент в новом мире

Второй выпуск журнала «Сравнительная политика» посвящён рассмотрению реалий европейской политической жизни в контексте отношений России и зарубежной Европы.

• По мнению главного редактора журнала Оксаны Гаман-Голутвиной, инициированный (прежде всего политическим руководством Евросоюза) разрыв с Российской Федерацией — не только экономический и политический, но и культурный — стал весьма болезненным для отечественного социума. Сейчас ключевым вопросом европейского бытия является возможность сохранения его цивилизационной и политико-экономической субъектности.

• Юрий Боровский анализирует энергетическую обеспеченность и современное понимание Россией, КНР, США и ЕС концепта энергобезопасности. Проведённое исследование показывает существенную разницу подходов, обусловленную различиями в ресурсной состоятельности. Если Россия и КНР демонстрируют открытость к международному энергетическому сотрудничеству, то США и ЕС больше настроены на продвижение собственных интересов в энергетической сфере, в том числе через конфронтацию.

• Яна Лексютина исследует эволюцию подхода ЕС к Центральной Азии от «доброжелательного наблюдателя» к геополитическому игроку. Автор приходит к выводу, что в сложившейся геополитической ситуации Центральная Азии не имеет самостоятельного значения для Брюсселя: политика в отношении региона строится через призму и в соответствии с логикой конфронтации с Россией и хеджирования рисков, связанных с Китаем.

• Юлия Мельникова @russiancouncil оценивает значимость фактора Европейского союза при формировании внешней политики Германии в отношении КНР в начале 2020-х годов. Если изначально ФРГ транслировала на уровень ЕС собственные нормы взаимодействия с Китаем, чтобы обеспечить себе наиболее выгодные условия сотрудничества с последним, то сегодня Германия перенимает общеевропейские стандарты, адаптируя национальную позицию к позиции Евросоюза.

• Артём Соколов @GeRussia рассматривает проблемы антикризисного реагирования франко-германского тандема после 2022 года. По мнению исследователя, руководство ФРГ предприняло попытку использовать украинский кризис как причину запуска ранее откладываемых реформ в Германии и как источник объяснений экономических и социальных трудностей, в то время как французское руководство, столкнувшись с серией внутренних кризисов, предпочло увязывать их с внешнеполитическим измерением в ограниченном объёме.

• Филипп Трунов анализирует особенности участия Германии в подготовке армий Афганистана, Мали и Украины. Автор приходит к выводу, что запуском нового военно-тренировочного трека ФРГ стремится компенсировать «узкие места» и (или) вынужденную потерю предыдущих направлений деятельности по реформе сектора безопасности.

• Статья Анастасии Посаженниковой посвящена содействию развитию как инструменту внешней политики стран Бенилюкс. Эксперт полагает, что подходы стран Бенилюкс различаются и характеризуются комплексностью и изменчивостью во времени. Стремление к экономической выгоде может служить объяснением по крайней мере некоторым географическим и функциональным приоритетам данной политики — выделению в качестве ключевых партнёров государств, где расположены представительства компаний стран Бенилюкс, или специализации на сферах содействия развитию, где может быть обеспечено вовлечение этих компаний.

• В рубрике «Интервью» Вячеслав Сутырин и Алексей Громыко обсуждают отношения России и Европы на новом витке межгосударственного соперничества. По мнению директора Института Европы РАН @instofeu, ЕС продолжает импортировать внешние риски на свою территорию, в том числе с помощью педалирования украинского кризиса. Догматичный курс на расширение Евросоюза и НАТО за счёт Украины и других стран постсоветского пространства лишь повышает уязвимость этих объединений и организаций в плане безопасности.

Новый номер и архивные выпуски доступны на сайте журнала.

🇬🇪 Протесты в Грузии — комментарии Николая Силаева:

• Реальная роль Зурабишвили сводится лишь к тому, что она ещё некоторое время будет президентом и в этом статусе может делать какие-то официальные заявления. Собственных сторонников у неё нет, и весь смысл состоит только в должности. После выборов нового президента она спокойно уедет во Францию.

• Оппозиции же трудно выбрать своего лидера. Отличие происходящего в Грузии от событий на Украине в том, что украинские власти в 2013 году стеснялись отдавать полиции ясные приказы, а нынешние власти Грузии не стесняются.

• Протесты постепенно выдохнутся, всех активистов задержат, а против лидеров заведут уголовные дела. Если Саломе Зурабишвили не заявит, что уходит в отставку, то она станет обвиняемой по уголовному делу ввиду узурпации или захвата власти. Оппозицию не устроит никакой новый кандидат.

• Оппозиция хочет, чтобы провели ещё одни выборы, где они победят. Ни одно разумное правительство на это не пойдёт под угрозой разгромить центр города. Если оно соглашается, то это уже не правительство.

• Учреждение коллегии выборщиков — ещё одна мера по урезанию полномочий президента и предотвращению конфликтов номинального главы государства с премьером. Учитывая расстановку сил в парламенте, новый президент будет лоялен «Грузинской мечте». Это должно укрепить политическую систему Грузии, сделать её более устойчивой к политическим кризисам.

Читать комментарии (1, 2) для @izvestia и комментарий для @rt_russian

🇩🇪 Германия разрывается между помощью Украине и мирным процессом — комментарий Артёма Соколова @GeRussia:

• В значительной степени и визит Шольца, и поездка Бербок — уже часть предвыборной кампании ведущих политических сил ФРГ перед досрочными выборами. На них вопросы внешней политики будут играть важную роль: выборы в Европарламент и в восточных землях 2024 года показали, что значительная часть немецких избирателей недовольна нынешней позицией Берлина по украинскому кризису.

• Так, избиратели, в частности, выступают за более активную дипломатическую роль Берлина в урегулировании конфликта. Поэтому поездки Шольца и Бербок — попытка показать, что ФРГ не только поставляет оружие и спонсирует Киев.

• В данном контексте совершенно не важно, какой результат будут иметь эти поездки. В последнее время появились различные сигналы не только из ФРГ о попытках всё же выйти на переговорный трек, и все заинтересованные стороны уже обозначили свои позиции. Но сейчас говорить о чём-то большем преждевременно.

Читать комментарий для @vedomosti

📖 Востоковедение в Центральной Евразии: восемь путей развития

В рамках совместного проекта ИВ РАН и МГИМО по программе «Приоритет 2030» авторский коллектив из шести исследователей подготовил коллективную монографию «Востоковедение в Центральной Евразии: восемь путей развития» (ответственные редакторы — Андрей Быков, Василий Кузнецов @cais_ivran, научный редактор — Максим Сучков @postamerica).

В книге впервые в отечественной историографии было проанализировано развитие востоковедения в качестве научной и образовательной дисциплины в Азербайджане, Армении, Белоруссии, Грузии, Казахстане, Киргизии, Таджикистане и Узбекистане в постсоветский период.

Авторы предприняли попытку сравнения основных тенденций развития востоковедения в каждой из перечисленных стран, выявления характерных для всех или некоторых из них общих черт. Также авторский коллектив определил проблемные зоны востоковедных исследований в каждой из национальных школ и показали наиболее сильные направления в них. При подготовке были использованы материалы СМИ, официальных органов, а также интервью с ведущими востоковедами.

Книга может представлять интерес для профессиональных востоковедов, политологов, историков, филологов, а также всех интересующихся развитием востоковедения на постсоветском пространстве.

Читать книгу — на сайте МГИМО.

🇫🇷 Противодействие внешнему вмешательству в деятельность университетов Франции — статья Ирины Болговой:

• Основополагающие условия, в которых разворачиваются риторика и практика противодействия вмешательству во Франции, связаны со спецификой сферы высшего образования и науки, которая характеризуется значительной автономией учреждений, свободой мнений и их выражения. В результате, по словам вовлечённых чиновников, министерство народного образования имеет очень ограниченные возможности регулирования.

• В документах, посвящённых проблеме вмешательства в университетскую и академическую среду, часто упоминается о «наивности» сообщества, из-за чего оно становится уязвимым перед внешним влиянием. Поэтому все регулирующие рекомендации строятся вокруг необходимости повышать осведомлённость о методах вмешательства и определять наиболее уязвимые с точки зрения национальной безопасности направления.

• В условиях роста сомнений в привлекательности либеральной модели среди самих элит Евросоюза активизируются попытки списать внутреннюю неудовлетворённость на результат вмешательства внешних сил. Проявления подрывной деятельности против европейских ценностей ищут в социальных институтах, обеспечивающих воспроизводство либерального консенсуса. В результате в фокус повестки борьбы с иностранным влиянием попадает система образования, выступающая ключевым элементом социализации граждан.

• Здесь они сталкиваются с противоречием: рестриктивные меры обернутся дискредитацией самих либеральных оснований и поставят под угрозу развитие, условиями для которого являются международное сотрудничество и академическая мобильность. В качестве спасительной полумеры остаются механизмы публичной стигматизации и рекомендательной регламентации, которые признаны удержать общественные настроения от фрагментации.

Читать статью для @mgimo_university

🇷🇺🇲🇩🇬🇪 Отношения России с Молдавией и Грузией в свете прошедших выборов — интервью с Сергеем Маркедоновым @DonskoyCossack:

• Основная ошибка Санду заключается в том, что она попыталась выразить исключительную приверженность Западу. Однако фактор России в прагматичном смысле также важен. Прежние экономические отношения России с Молдавией обеспечивали определённые преимущества и выгоды для молдавских граждан.

• Молдавия — парламентская республика, поэтому парламентские выборы там играют значимую роль: если у президента нет большинства, то у парламента появляются серьёзные прерогативы. Поэтому сейчас оппозиции нужно структурироваться, создать диалог и антикризисную команду, которая может выйти на выборы с качественными лозунгами и выиграть.

• Долгое время в России существовало представление о том, что страны бывшего СССР не представляют серьёзной значимости, что это пространство менее важно даже в исследовательском ключе. Однако сегодня общественное мнение в этих странах играет всё более важную роль, а для России работа с общественным настроением становится необходимым инструментом для укрепления своих позиций.

• Для восстановления стратегических партнёрских отношений России важно услышать молдавский народ и его волю. То же самое касается Грузии: грузинскому «глубинному народу» нужно самоорганизоваться и показать, что у него есть лидеры. Страну должны представлять яркие политики, которые решали бы вопросы реального выхода из кризиса, а не занимались внутренними разборками.

Смотреть интервью для @rusputnikmd

⚔️ Преддверие глобального конфликта или contra spem spero?

Третий выпуск журнала «Сравнительная политика» посвящён военно-политической тематике:

• По мнению главного редактора журнала Оксаны Гаман-Голутвиной, для России проблема безопасности — исторически ключевой вопрос, определённый геополитическим расположением государства с протяжёнными сухопутными границами. Это отразилось на конфигурации российской государственности с её традиционным акцентом на жёсткой иерархии управления, строго вертикальном алгоритме принятия решений и централизации территориального устройства, вследствие чего иерархизация выступала не просто атрибутом исторической эволюции России, но архетипической формой организации политического пространства страны.

• Исследование Ростислава Туровского, Марины Суховой и Карины Функ посвящено ротации силовых элит в регионах России. Авторами был собран биографический материал по всем руководителям органов прокуратуры и МВД в субъектах РФ в постсоветский период, позволивший выявить основные закономерности назначений соответствующих региональных руководителей, их переходов между регионами и замещения позиций в органах власти и бизнесе после отставки.

• Никита Белухин и Владислав Воротников проводят сравнительный анализ отношений стран Северной Европы со странами Балтии в 1989-2004 годах и с Украиной с 2014 года по настоящее время. В обоих случаях страны Северной Европы, несмотря на принципиально разную военно-политическую ситуацию, приняли схожие шаги по отказу от прежней умеренности внешней политики, пересмотру внешнеполитических и оборонных концепций и большей интеграции в евроатлантические структуры.

• Алексей Чихачёв рассматривает оборонную политику Франции в 2022-2024 годах. Автор приходит к выводу, что, несмотря на провозглашение президентом Макроном перехода к «военной экономике», в оборонной политике Пятой республики сохраняется курс на преемственность: некоторые новшества действительно имеют место, но сама модель военного строительства осталась без изменений.

• Константин Богданов и Дмитрий Стефанович @vatfor анализируют тенденции в сфере военной безопасности на «северном фланге» противостояния России и коллективного Запада. Авторы приходят к выводу, что оптимальное решение могло бы лежать в области контрбалансирования фактических угроз, формирующихся в Балто-Арктическом регионе вследствие присоединения Швеции и Финляндии к НАТО, за счёт потенциалов, которые либо не задействованы непосредственно в проведении СВО, либо могут легко использоваться на обоих направлениях там при постоянном базировании в северо-западном регионе.

• Статья Романа Устинова @ViennaMissionRu посвящена новым форматам ядерного сотрудничества США — альянсу AUKUS и анонсированной в 2024 году политике «расширенного сдерживания» с Республикой Корея. Из проведённого анализа следует, что эти форматы подтачивают режим ДНЯО, размывая его значение: из Договора выхолащивается уникальный международно-правовой инструментарий, который позволял на протяжении более полувека останавливать распространение ядерного оружия, а также «выбиваются» те нормы, которые лежали в основе его существования.

• Евгений Учаев и Артём Квартальнов рассматривают попытки макросекьюритизации ядерного оружия и изменения климата. Авторы полагают, что попытки макросекьюритизации, с одной стороны, оказываются попытками делегитимации и институциональной трансформации системы суверенных государств. С другой — социальная структура этой системы подталкивает действующих в ней акторов «этернализовать» глобальные угрозы, то есть интерпретировать ЯО и изменение климата как совместимые с бесконечным существованием человечества.

• Завершает номер интервью директора ИМИ МГИМО @imi_mgimo, шеф-редактора журнала «Сравнительная политика» Максима Сучкова @postamerica с академиком РАН Андреем Кокошиным, в прошлом занимавшим посты первого заместителя Министра обороны РФ, секретаря Совета обороны, секретаря Совета безопасности РФ.

Новый номер и архивные выпуски доступны на сайте журнала.

Перспективные направления российско-афганского сотрудничества — интервью с Александром Князевым @orientalreviewAK:

• Визит Шойгу в Афганистан был связан с проблемой неполных двусторонних отношений между Афганистаном и Россией. Правящее движение талибов* является в России запрещённой организацией, на ряд его руководителей наложены санкции Совбеза ООН. Существует двусмысленная ситуация: установление более плодотворного сотрудничества с Афганистаном входит в круг интересов Москвы, и по ряду причин это нужно делать неотложно, но с другой стороны — Талибан* запрещён.

• Большой интерес у многих внешних игроков вызывают минеральные ресурсы Афганистана, и Россия не является исключением. Советские исследователи провели самую масштабную геологоразведку в Афганистане, и это является значимым преимуществом для Москвы. Помимо этого, Россия обладает необходимыми технологиями и специалистами для участия в добыче нефти и газа в роли оператора.

• Однако ресурсное направление не является ключевым. Больший интерес представляет сфера транспорта, в частности инициированный Узбекистаном проект Трансафганской железнодорожной магистрали, который предоставит России доступ к транзиту в Пакистан. Включение Москвы становится особенно актуальным, учитывая использование советских технологических стандартов в строительстве. На начальном этапе компания РЖД проявляла интерес к проекту в качестве подрядчика, сейчас существует необходимость стать его полноценным участником.

• С приходом талибов* ситуация с безопасностью в Афганистане заметно улучшилась: боевые действия прекратились, а борьба с криминалом сделала обстановку в стране более спокойной. При этом в сфере безопасности стране продолжает оказываться иностранная поддержка: афганские правоохранительные службы сотрудничают с Ираном, а также работают по линии СНГ и ОДКБ. Россия могла бы усилить это сотрудничество, предоставляя технические возможности разведки, информационную и технологическую помощь, а также участвуя в обучении афганских специалистов.

Смотреть интервью для @sputniklive

* Движение признано террористической организацией, запрещено в России.

🇮🇳 Модернизация национальной экономики Индии — доклад Натальи Галищевой и Марии Рещиковой:

• С началом политики либерализации система государственного капитализма претерпела существенные изменения. Руководствуясь принципом "minimum government, maximum governance", правительство Индии сохранило роль «включённого наблюдателя», призванного создавать подходящие условия для деловой среды и обеспечивать необходимые общественные блага и инфраструктуру для поддержания частной инициативы и конкуренции.

• Важнейшие принципы индийской модели модернизации — ориентация на внутренний рынок и стимулирование внутреннего потребительского спроса. Это необходимо для удовлетворения возрастающих потребностей населения, а также позволяет сохранять баланс во внешнеэкономических связях. Индия стремится достичь хозяйственной независимости на базе ускоренного экономического развития, современной инфраструктуры, технологий и эффективного использования человеческих ресурсов.

• Современная внешнеэкономическая политика Индии позволяет ей использовать преимущества активной интеграции страны в мировое хозяйство. Сегодня ПИИ являются одним из драйверов индийской экономики, обеспечивая приток необходимых финансовых ресурсов и технологий. Но руководство страны, осознавая все риски, предпринимает шаги для предотвращения чрезмерной зависимости национальной экономики от зарубежных инвесторов.

• Одним из центральных элементов национальной стратегии всегда являлся социальный аспект. На национальном уровне реализуется множество программ и схем, направленных на качественное развитие человеческих ресурсов. Это свидетельствует об осознании индийским руководством первостепенности фактора использования демографического потенциала страны для превращения её в одного из глобальных лидеров.

• В Индии мелкая промышленность выполняет важнейшую общественную функцию, являясь источником занятости для большого числа индийских граждан. Поэтому государство ориентировано не только на развитие тяжёлой промышленности, но и на поддержку традиционных форм хозяйствования. Это происходит в том числе с целью стимулирования процесса трансформации микропредприятий в современное мелкое производство и перехода предпринимателей из неформального сектора в организованный.

Читать доклад на Портале МГИМО @mgimo_university

🇷🇸 Демонтаж югославского наследия: дискуссия о закрытии мавзолея Тито в Сербии — статья Анастасии Малешевич:

• В сербском обществе не без влияния со стороны Евросоюза и процесса евроинтеграции укрепляется антитоталитарная парадигма, построенная на пересмотре содержания и итогов Второй мировой войны. Она заменяет антифашизм уравниванием нацизма и коммунизма, фактическим следствием чего становится реабилитация и героизация всех без исключения жертв коммунистов. В условиях возрастающей политической и экономической зависимости Сербии от западных стран, которая приобретает неоколониальные черты, раскол по линии сопротивление — коллаборация выглядит как метафора совсем другой эпохи.

• В общественной дискуссии о закрытии мавзолея Тито можно выделить несколько групп акторов: (1) радикальные антикоммунисты — активные сторонники закрытия мавзолея, отстаивающие тотальное уничтожение всех символов прежнего строя; (2) наиболее многочисленная группа — сторонники центристской, прагматичной линии — выступают против закрытия мавзолея и перемещения останков Тито из Сербии, но не считают, что этим символам нужно придавать особенное значение; (3) антиревизионистский сегмент, представители которого отстаивают защиту «Дома цветов» не как туристического объекта из прошлого, а с опорой на содержание стоящей за ним символики.

• Феномен либеральной апологии Тито считается оригинальной особенностью именно республик бывшей Югославии, но он строится на образе СФРЮ как прогрессивной и почти западной страны. Проблема заключается в том, что большинство либерально и леволиберально ориентированных представителей сербского общества поддерживают вступление в Евросоюз, а европейская антитоталитарная парадигма пока что не делает исключений для югославского случая, но, возможно, в будущем появится ниша для этого.

Читать статью для @russiancouncil

🌐 Изменение отношения к революциям, суверенитету и территориальному влиянию — подкаст с Николаем Силаевым:

• За 20 лет в отношении революции как способа социально-политических изменений трансформировались эмоции наблюдателей за происходящим. Их можно описать фразой: «Это всё уже было, это всё уже начинает немножко приедаться». Сейчас в Грузии хоть и старательно создаётся, но в действительности не наблюдается образ всеобщей поддержки и жажды перемен со стороны широкой публики, отсутствует повсеместный призыв к смене власти.

• Также отсутствует и былая идеологическая монополия Запада, технически выражавшаяся в его медийной монополии. Напротив, имеет место сильный и убедительный идеологический вызов Западу. На смену доминированию либерализма как идеологии в последние годы приходит подъём национализма, предполагающий осуществление оценки политического режима не за пределами, а внутри страны.

• Провокационная позиция партии «Грузинская мечта» стала следствием негибкости ЕС и США. Партия хотела договориться с европейским и американским партнёрами, однако её призывы не были услышаны. Точка зрения «мечтателей» сложнее, чем простой разворот от ЕС. Речь идёт не об этом, а о сотрудничестве не с Европой Брюсселя, а с консервативной Европой.

• В современных условиях нет понятного пути развития, который мог бы что-то гарантировать. Это проблема не столько малых стран, сколько общая. В этой связи для малых стран вопрос заключается в том, можно ли к кому-то примыкать и к кому именно, для больших — могут ли они предложить проект развития. Ранее наблюдалась сверхопека больших стран в отношении малых стран, сейчас же — преимущественно дефицит и предложений, и опеки. Распространяется позиция «каждый сам за себя, каждый сам для себя».

• Стабильность границ эпохи второй половины двадцатого века задана не внутренними характеристиками государств, а характеристиками международной системы, создававшей эффективное ограничение процессов возможного пересмотра существующих границ. В условиях, когда мировой порядок стал рассыпаться, стали рассыпаться и границы. Исчезли те надёжные гарантии нерушимости границ, не столько юридические, сколько силовые, которые присутствовали раньше.

• Набирает популярность логика становления порядка без принятия на себя ответственности за новые обширные территории и новое население. Не исключено, что будут вспоминаться прочно забытые модели управления пространствами за пределами национальных границ, такие как протекторат. Наверное, они не получат юридического оформления, но их применение де-факто вполне возможно.

Слушать подкаст «Мировой факультет» @ru_global

🇺🇸 Сможет ли Трамп превратить США в криптовалютную империю — статья Элины Сидоренко @cryptoelina:

• В рамках предвыборной кампании Трамп заявлял, что намерен превратить Америку в «криптовалютную столицу планеты» и «биткоин-сверхдержаву мира». Он обещал создать все условия для развития майнинга в США, выступил против ужесточения регулирования частных цифровых валют и политики создания цифровой валюты центральных банков, выдвинул идеи смягчения режима хранения и оборота криптовалюты, а также отказа государства от контроля над криптовалютными транзакциями физических и юридических лиц.

• Условно можно выделить четыре блока программных заявлений Трампа в части развития криптовалютной экономики. Во-первых, это кадровая реформа финансовых регуляторных агентств США. Во-вторых, это дерегуляция крипторынка. В-третьих, это реформирование законодательства и создание преференций для участников криптоиндустрии. В-четвёртых, это создание национального резерва биткоинов.

• Мировое профильное сообщество с энтузиазмом восприняло предложения Трампа о смягчении режима оборота криптоактивов. По мнению экспертов, создание национального биткоин-резерва и упрощение регулирования виртуальных валют поспособствуют массовому принятию криптовалют как среди институциональных, так и розничных инвесторов, а политика США станет примером для других стран.

• Ожидается, что на внутригосударственном уровне политика Трампа в отношении криптовалют может дать такие результаты, как увеличение институциональных инвестиций в криптовалюты, более активную интеграцию блокчейн-технологий в традиционные финансовые системы, стимулирование инноваций и развитие криптовалютных технологий, которые могут значительно повысить производительность в различных секторах экономики, ускорение массового принятия криптовалют благодаря чёткому и лояльному регулированию.

• В глобальном масштабе благоволение Трампа криптовалютам должно облегчить международные транзакции и создать возможности для новых партнёрств. Для иностранных инвесторов это может означать упрощение трансграничных переводов и снижение транзакционных издержек в перспективе от 3 до 5 лет, увеличение прозрачности и ликвидности на международных рынках, развитие сотрудничества с американскими компаниями.

• Пока Трамп никаких реальных шагов на криптовалютном направлении не сделал. Единственное его решение, имеющее хоть какое-то отношение к этой сфере, — назначение Илона Маска и Вивека Рамасвами в новый консультативный орган — Департамент эффективности правительства, который, однако, ещё не создан. Как бы то ни было, криптовалютная индустрия с большим энтузиазмом восприняла обещания Трампа и ждёт от него действий, способствующих легализации расчётов в цифровой валюте.

• Стоит отметить, что существуют как обстоятельства в пользу того, что обещания Трампа послужат началом кардинального изменения криптовалютной экономики и формирования образа США как криптовалютной сверхдержавы, так и ряд обстоятельств, которые заставляют усомниться в том, что Соединённые Штаты действительно превратятся в мировой центр криптоиндустрии.

Читать статью для @profilejournal