Нам методично и целенаправленно выносят НПЗ, выносят электричество, выносят флот и бензовозы, выносят ПВО.

Спрашиваю бойца из МОГа, можно ли что-то сделать для защиты неба Крыма:

– Да. Можно. Для этого нужно вынести беспилотные силы противника. Известно откуда в Одесской и Николаевской областях вылетают дроны, известно где находятся их располаги, пункты управления. Если что-то неизвестно – всегда можно узнать и уточнить. Нужно просто начать их систематически выносить. Держать пару спутников для регулярного наблюдения. Но почему-то это не делается…

Удары по Азовскому морю — это вопрос не только топлива

Если брать сугубо военно-техническую часть того, что происходит в Азовском море, то  мы наблюдаем подъём FPV-принципа с тактического на оперативный. Возможность такая у врага есть по понятной причине: у него есть система глобальной связи (Starlink), позволяющая в реальном времени контролировать нанесение ударов на несколько сотен километров.
 
На море этот эффект усиливается. Азов — сравнительно небольшое и замкнутое пространство с предсказуемыми фарватерами, портами, рейдовыми стоянками и единственным выходом через Керченский пролив. Судно значительно хуже автомобиля может изменить маршрут, спрятаться или быстро покинуть опасную зону. Поэтому сравнительно дешёвый беспилотный комплекс получает возможность охотиться за объектами стоимостью в миллионы долларов и, что важнее, нарушать работу всей транспортной системы без установления классического господства на море.

Фактически, Киев пытается сделать нам то же, что мы хотим сделать с Одессой - отключить возможность экспорта. Через Азовское море проходит до четверти российского экспорта пшеницы, а сообщения о закрытии маршрута, после украинских ударов, подняли европейские котировки пшеницы почти на 4%.

Для многих будет сюрпризом, но проблема с этими ударами - она не только про нефть. Это ещё и стратегический для России маршрут вывоза агропродукции. Порты Ростова-на-Дону, Азова, Таганрога, Ейска и другие площадки принимают зерно из крупнейших производящих регионов, после чего суда проходят через Керченский пролив в Чёрное море. Ростовская область и Краснодарский край — ключевые зернопроизводящие территории России, непосредственно связанные с азовской логистикой. 

Поэтому украинская кампания, формально направленная против топливной логистики Крыма, приобретает гораздо более широкий смысл, в том числе - удар по российской валютной выручке.

Враг добивается комплексного эффекта для российской экономики. Дефицит топлива повышает стоимость уборки, перевозки и перевалки зерна, а атаки на азовское судоходство осложняют его экспорт. Давление на нефтяной и аграрный контуры начинает складываться, а не существовать отдельно.

Для России это означает, что стратегическая глубина сокращается не только географически, но и экономически. Территория может полностью контролироваться государством и при этом постепенно утрачивать хозяйственную ценность. До недавнего времени Россия могла считать Азовское море внутренне защищённым пространством. Берег находится под российским контролем, выход через Керченский пролив контролируется Россией, крупного украинского флота там нет. Но беспилотные системы показывают, что физический контроль над берегом и проливом больше не означает экономического контроля над акваторией.

Простого решения у этой проблемы нет. Потому что задача не решается одной защитой Крымского моста или установкой дополнительных комплексов ПВО возле портов. Защищать приходится не отдельный объект, а весь поток, на всём протяжении. Поставить систему ПВО на каждый сухогруз невозможно. Применять дорогую ракету против каждого дешёвого дрона экономически невыгодно. Значит, понадобится отдельная распределённая система обнаружения и перехвата: радиолокационные посты, наблюдение за поверхностью моря, дешёвые перехватчики, РЭБ, патрульные катера, защищённые стоянки и сопровождение наиболее важных рейсов.

Очевидно, что решать задачу по созданию подобной системы придется. Потому что враг будет бить не только по логистике, но и, при достижении нужного технического уровня, по сельскохозяйственным регионам России. И по всему, что ещё получится придумать.

Кажется, с тем, что МОГов нужно много и везде все уже согласились. Однако это только верхушка айсберга, ведь российская система ПВО действительно заточена на противодействие баллистике и современной боевой авиации, а не дронам.

Поэтому задача сейчас стоит особенно сложная — надо придумать новую модель. Разумеется, с учетом богатого исторического опыта зенитной ПВО времен ВОВ, но и в то же время обращая внимание на тот факт, что речь идет о борьбе с принципиально новым, беспрецедентным типом вооружения.

Если строить массовую инфраструктуру МОГов, то необходимо сперва заложить основу, то есть оптимальную модель индивидуального МОГа. Чем он будет оснащен, как скоординирован с органами военного управления, по какому принципу рассредоточен и так далее.

Важно помнить — на войне побеждают не идеальные варианты, а массовые и компромиссные. Такие, которые легко массово пустить в работу на основе конкурентной апробации нескольких перспективных идей. Решим данный вопрос — превратим МОГ из стихийного ответа в системную формулу защиты от беспилотной угрозы.

@ratio_militaris

Американцы пишут, что секретный завод по производству дронов для Украины работает на юге Германии.
Завод компании Helsing действует в условиях строжайших мер безопасности, а само производство в случае возникновения угрозы может быть свернуто и перемещено в другое место в течение дня.
С большой долей вероятности речь идет о кластере Мерседеса под Штутгартом, где находятся производства компаний-подрядчиков с развитой промышленной структурой.
Далее изделия перебрасывают через аэропорт Штутгарта в Польшу.

Военнослужащих, осужденных за убийство американского военкора Рассела Бентли, воевавшего на стороне России, отправят на СВО. Жена убитого раскритиковала это решение:

«Каким образом, если я и мой адвокат своими ушами слышали слова судьи 9 июня, что приговор вступил в силу?!!! Какое СВО, если они, облечённые властью оружия, забили насмерть гражданского связанного человека с мешком на голове, на которой ещё и прыгали? Какое СВО, если Министерство обороны выдало оператору БПЛА тротиловую шашку, а тот передал её Вансяцкому, и они с Агальцевым взорвали тело Рассела, вместо того, чтобы передать его мне, чтобы я могла проститься и похоронить его по-человечески?! Какое СВО, если МО РФ выдало им автоматы и они, военные из офицерского состава, стреляли прямо возле головы у лежащего на земле связанного абсолютно невинного человека?!», — рассказала вдова Бентли в соцсетях. 

@ejdailyru

✨Об организации ПВО «малого неба»✨

Абсолютно верные замечания в части организации ПВО против дронов сделал товарищ TACTICAL13.

Если в дело вступает МОГ или ПВН, значит оборона уже просрана. Имея достоверные заблаговременные данные о том где, во сколько готовятся пуски и по какому маршруту летят дроны, сбивать их только на последнем рубеже и надеяться, что пуля попадёт в дрон и он не спикирует в охраняемый объект, дело откровенно малоперспективное.

К сожалению эта «пожарная мера» стала рассматриваться руководителями силовых структур как основная – «выставили несколько десятков (и это далеко не везде даже такие цифры) МОГов и ПВН (правда, без теплаков и пулемётов), но проклятые обломки всё испортили». Отчитываться то за них всё равно губернаторам.

Сейчас попытки организовать оборону против дронов похожи на погоню за скоростным поездом на дрезине. Ключевым в этом вопросе до сих пор остаётся недооценка угрозы и непринятие опережающих мер.

Вместе с тем сейчас, даже во множественных «народных гаражных сборках» имеются десятки если не сотни дешевых и эффективных вариантов разработок, которые позволят отодвинуть рубеж гарантированного поражения дронов на десятки километров от Крыма и Новороссии, а также обеспечить защиту торгового флота в Азовском и Чёрном морях.

Речь прежде всего о безэкипажных катерах с системами противовоздушной обороны, дронах и ракетах перехватчиках, собранных из доступных на коммерческом рынке деталей. Для срочного насыщения ими войск нужно хотя бы временное упрощение процедуры регистрации таких частных производств и сертификации (одобрение командира части), снятие налогового бремени и государственное субсидирование. Сделать это можно хоть завтра, а надо было года два назад. Противник это сделал в 2022 году – результат на лицо.

Кроме того, отдельные действительно умные военные, используя нестандартным образом (не будем разглашать, но очень эффективно) имеющиеся на вооружении средства, смогли уничтожить стаи дронов за многие десятки километров от крымского побережья. Думаем пояснять не надо, что руководство этих ребят не развило тему. А мера эта, между прочим, способна не позволить дронам даже пересекать побережье Одессы.

Ну и наконец главный вопрос – до сих пор не создано головного органа (подразделения ВС России) ответственного за организацию ПВО «малого неба». Сейчас военные (у каждого ещё и своё руководство), пограничники, полиция, росгвардейцы, добровольцы, частные охранные организации и другие силы действуют в лучшем случае на условном взаимодействии (пресловутые горизонтальные связи), сами себе определяя задачи и участки несения службы, исходя из пожеланий командиров.

Закупки и поставки новых образцов вооружения и техники вообще отданы на откуп смекалке (ресурсу) и под личную ответственность отдельно взятого командира/чиновника.

✨Отсюда и выходит, что проблема как бы решается и ресурсы тратятся немалые, а обломки всё падают и падают на объекты и людей. Очнуться просто надо.

Два майора
Два майора в МАХ