Петушиный крик Мельниченко

Текст Андрея Мельниченко в британском The Economist – не что иное, как политический манифест иностранного (компрадорского) капитала в России. Сам Мельниченко – образцовый компрадорский олигарх, а точнее – зиц председатель группы компаний (химические удобрения), находящихся в основном в России, но управляющихся из Швейцарии, а зарегистрированных на Кипре и британских Бермудах. В марте 2022 года Мельниченко попал под санкции и фактически утратил контроль над управлением "своим" бизнесом за рубежом, после чего попытался переоформить всё на жену, но её тоже обложили санкциями. Британские суды арестовали активы Мельниченко, а российским дочкам через европейских регуляторов ограничили экспорт. В этих условиях бизнес сильно просел, настолько сильно, что Мельниченко требует от российского государства налоговой амнистии и особых условий кредитования. Такова наша колониальная действительность.

Мельниченко описывает 5 сценариев будущего России (4 негативных и 1 по его мнению позитивный).

Негативные сценарии :

1. Реинтеграция России в западный мировой порядок на вассальных условиях.

2. Вхождение России в орбиту влияния Китая в роли сырьевого придатка.

3. Гражданский конфликт и распад России (полевые командиры, борьба за ресурсы и опасность применения ядерного оружия).

4.Изоляция России по северокорейскому образцу (милитаризм, цензура, репрессии).

"Позитивный" сценарий (построение "суверенной" России руками компрадорского капитала) на деле не что иное как продолжение существования колониальной системы управления под новой вывеской (Путинизм 2.0, Суверенная демократия 2.0). Такая Россия будет, по мнению Мельниченко, предсказуемой для внешнего мира (то есть послушной и покорной). "Позитивный" сценарий абсолютно капитулянский по сути, а описывая его Мельниченко 32 раза употребляет слово "суверенитет", маскируя таким образом его пораженческую суть. "Суверенитет" Мельниченко – это суверенная власть комрадорских кошельков иностранного капитала, неверно именуемых российским олигархатом.

"Позитивный" сценарий пр Мельниченко в принципе является капитулянской декларацией Война устраивает Запад, ВСУ (пока успешно) реализуют стратегию уничтожения критической для войны инфраструктуры и останавливаться не собираются, а Запад будет снабжать ВСУ всем для этого необходимым. Компрадорский капитал устами Мельниченко кричит: "Сдаемся! Готовы на любые, даже худшие условия!"

Попавшие под удар дронов-камикадзе FP-2 танкеры в Азовском море.

В целом, в условиях вальяжного подхода к противодроновой борьбе подобная ситуация вполне закономерна.

Повторим, большая часть судов до своего пункта назначения доходит, однако за эту рисковую операцию по решению топливного кризиса в Крыму придётся платить соответствующую цену, которую можно было как минимум снизить, удосужившись своевременно обратить внимание как на ручные пусковые для зенитных дронов, так и на БЭКи-носители зенитных дронов, или же обилие автоматизированных (и не только) пулемётных турелей, пригодных как для борьбы с БЭКами, так и летающими дронами-камикадзе.

Мы вступили в новую эру доминации дронов на поле боя, и, к сожалению, в отличие от противника, мы по всей видимости в полной мере не отдаём отчёт о всех возможностях в этой области.

Осведомитель

Объясните кто-нибудь человеку, который получает зарплату из наших с вами налогов и рассказывает сказки по телевизору, что если у нас не будет бензина, то желающих подписать контракт в Красную Армию явно не прибавится (а скорее всего, убавится).

А если у нас всё так хорошо и контрактников так много, то почему нельзя уволиться тем, чем контракты давно закончились? Ну и зачем платить бешеные деньги за контракт, если желающих пойти и так много? (а мы напомним, что подписали контракт на три месяца, не получив за это никаких выплат).

Или контракт в Красную Армию он считает мобилизацией (которую ничего не мешает провести после думских выборов, сказав избирателям, что мы не поддерживаем, а потом сообщив, что так получилось)?

Единственные здравые проекты, куда мы призываем двигаться - это Войска Беспилотных систем / отряды БАРСа / Редута (доброкор, где контракты заканчиваются).

Неужели из родственников Соловьева некому пойти на СВО? И показать всем своим примером как подписывается контракт для службы не в отрядах «у своих друзей», а в действующие части и работающие подразделения, на общих основаниях.

Может сотрудники УПС ФСБ, курирующие данный проект, объяснят пропагандисту, что его действия не вызывают никакого патриотизма, но только раздражение у людей?

Знаете, чем хорошо отсутствие в стране бензина? Тем, что больше людей придет заключать контракт с Минобороны. Именно в такой людоедской логике высказывается с экрана главный пропагандист Соловьев.

В топливном дефиците телеведущий разглядел моральную победу над странами Европы:

"Да они могут сделать так, что у нас вообще бензина не будет. Это закончится только тем, что количество людей, которые подпишут контракт с Красной армией, вырастет в разы".

И привел в пример, как в одном из военных подразделений Ленобласти после ударов по Усть-Луге выросло количество желающих заключить контракт.

Даже демонизируемые по контрасту со "стабильностью" 90-е удостоились похвалы Соловьева - дескать, тогда выстояли, значит и без бензина стерпим.

Циничная риторика, эксплуатирующая патриотические образы в целях оправдания провалов власти в организации обороны нефтяных стратегических объектов. Конечно, от этого телеведущего такое слышать не впервой. Но все это очень выпукло демонстрирует, насколько официозу наплевать на чаяния и благополучие граждан, да и на их жизни тоже.
____
Поддержать канал:
+7 964 762-93-40, Т-Банк

Брат Ветеран прав, когда говорит о том, что одной из ключевых экзистенциальных проблем СВО является идеологическая составляющая, заключающаяся в отсутствии четко сформулированной долгосрочной мотивации. Мобилизационно-пропагандистский эффект ранее заявленных абстрактных и широко интерпретируемых целей спецоперации давно исчерпан за годы затяженых боевых действий высокой интенсивности.

Проще говоря, перед обществом и Армией не стоит очевидной сверхзадачи, ради которой Россия идет на значительные жертвы и риски. Вкупе с растущей усталостью от конфликта и раздражением от проблем, чье решение затягивается, саботируется или вовсе не проводится, это конвертируется в социально-политический кризис и общее падение духа.

Жесткий настрой на Победу может культивироваться на уровне замкнутых низовых сообществ, привыкших воевать с опорой на себя. Однако такой задор невозможно экстраполировать на большую часть страны без соответствующей воли сверху. А для этого верхам нужно однозначно понимать для себя — что такое Победа и как к ней надо двигаться. Сейчас наличие такого понимания поставлено под сомнение.

Однако, в отличие от Ветерана, я бы попробовал предложить эту идеологическую сверхзадачу в качестве чего-то большего, чем просто "Киев должен быть разрушен". Это хорошо для культивирования ментальности уверенной борьбы с врагом, но основано на деструктиве. Должно быть и некое позитивное измерение: мир, безопасность, развитие, справедливость. Что-то, ради чего хочется не только умирать, а еще и жить.

Однако все исчерпывается далеко не только идеологией. Ветеран привел и два других момента: отсутствие прагматичного экономического подхода и отсутствие широкой государственной поддержки рационализаторских предложений. И это не менее важно, поскольку даже если у России вдруг внезапно возникнет конкретный идеологический стержень, без работы по этим двум направлениям из тупика все равно нельзя выйти.

СВО доказала, что традиционный подход в виде абсолютной монополии текущих элит на принятие военно-экономических решений не может привести к желаемым прорывным результатам. Его необходимо менять, расширяя участие тех, кто самостоятельно и без внешней поддержки смог добиться внятных успехов. Конечно, это означает готовность к самокритике и конкуренции.

Однако альтернатива самокритике и конкуренции — поэтапное сползание в пропасть. Причем не только для сильных мира сего, но для всего государства в целом. По сути, это действительно вопрос экзистенциального характера. И поскольку он стоит именно в такой плоскости, морального права на контррациональную борьбу за привилегии просто нет. Формула Победы — в подлинном единении народа, ВС и верхов. А подлинное единение немыслимо без компромиссов и умения поставить коллективные интересы выше личных.