Взяла себя в руки и дочитала The Guernsey Literary and Potato Peel Pie Society, который в русском переводе куда-то потерял название острова и стал просто "Клубом любителей книг и пирогов из картофельных очистков" (ну ок).
⠀
Я не очень большой фанат эпистолярных романов, особенно когда количество персонажей в какой-то момент разбухает так, что разобраться, кто кому о чем пишет, становится решительно невозможно. Но тут, помимо какой-то мешанины из Синди, Сьюзан и Сюзанны (Сидни - мужчина, а зачем в сюжете Сьюзан, я так и не поняла до конца), адресаты бодренько разбиваются по характерам, после чего уже сложно перепутать любителя Сенеки с наваривающей из неведомых трав тоники Изолой, и каждый (или почти каждый) из героев получает свой голос, свою роль и свою историю.
⠀
Вообще-то, это книга о войне, а их я тоже не очень люблю, но она так легко и чисто начинается, что в какой-то момент невольно ждешь от нее отражения небезызвестной "Весь невидимый нам свет", где все, что было, случилось далеко и как-то совсем уже не с вами. В "Клубе", правда, все-таки случается жесть, и описана она так буднично, и обрамлена такими ясными, источающими свет страницами — что оттого еще сильнее бьет под дых.
⠀
В целом, это такое медитативное чтение, потому что даже телеграммы капслоком не добавляют сюда ни грамма напряжения. К чему дергаться, когда все уже случилось, все мертвы, кто был дорог, а остальная жизнь как-то невнятно размазалась по соленому морю? Удивительно цельное занятие — дочитал, всплакнул, чуть порадовался, можно жить дальше. Главное, никогда не зацикливаться на тех, у кого "жить дальше" закончилось сотню страниц тому.
⠀
Я не очень большой фанат эпистолярных романов, особенно когда количество персонажей в какой-то момент разбухает так, что разобраться, кто кому о чем пишет, становится решительно невозможно. Но тут, помимо какой-то мешанины из Синди, Сьюзан и Сюзанны (Сидни - мужчина, а зачем в сюжете Сьюзан, я так и не поняла до конца), адресаты бодренько разбиваются по характерам, после чего уже сложно перепутать любителя Сенеки с наваривающей из неведомых трав тоники Изолой, и каждый (или почти каждый) из героев получает свой голос, свою роль и свою историю.
⠀
Вообще-то, это книга о войне, а их я тоже не очень люблю, но она так легко и чисто начинается, что в какой-то момент невольно ждешь от нее отражения небезызвестной "Весь невидимый нам свет", где все, что было, случилось далеко и как-то совсем уже не с вами. В "Клубе", правда, все-таки случается жесть, и описана она так буднично, и обрамлена такими ясными, источающими свет страницами — что оттого еще сильнее бьет под дых.
⠀
В целом, это такое медитативное чтение, потому что даже телеграммы капслоком не добавляют сюда ни грамма напряжения. К чему дергаться, когда все уже случилось, все мертвы, кто был дорог, а остальная жизнь как-то невнятно размазалась по соленому морю? Удивительно цельное занятие — дочитал, всплакнул, чуть порадовался, можно жить дальше. Главное, никогда не зацикливаться на тех, у кого "жить дальше" закончилось сотню страниц тому.
Моя решимость не покупать новые книги разбилась о рифы, потому что вчера, как оказалось, вышел Imaginary Friend от Стивена Чбоски (того самого, который написал “Тяжело быть тихоней”), и там, кажется, есть все, что только можно пожелать от книжки в октябре: странный городок, пропавший и нашедшийся мальчик, голос-который-никто-кроме-тебя-не-слышит и полные, пухленькие 720 страниц под обложкой с кривоватыми веточками.
⠀
А первое предложение так и вообще будто бы написали мне в подарок ко Дню рождения:
Don’t leave the street. They can’t get you if you don’t leave the street.
⠀
Вся трепещу, в общем. Если не разочаруюсь, это прям будет книжечка года.
⠀
А первое предложение так и вообще будто бы написали мне в подарок ко Дню рождения:
Don’t leave the street. They can’t get you if you don’t leave the street.
⠀
Вся трепещу, в общем. Если не разочаруюсь, это прям будет книжечка года.
"Призрак дома на холме", конечно, уже содержит все, что только можно пожелать себе к концу октября: большой и заброшенный дом с неправильными углами, кучку смельчаков, которые считают, что готовность встретить потустороннее их как-то спасет, долгие темные ночи, нависающие холмы, немножко безумия — и (куда же без этого) громкий, требовательный стук в дверь по ночам.
⠀
Людей тут мало, и все они — отличные, талантливо сделанные снимки людей. На этих фото видно все — вот тут тебе немножечко социального принятия, а тут большой и жирный прогиб в характере, а здесь — присмотритесь! — у нас чудеснейшее описание брака через один диалог.
⠀
Что еще? Книжка очень короткая. Ее легко и надо читать за один вечер, особенно темный вечер, особенно — если за окном шелестят последние листья.
⠀
А еще? По ней есть сериал. Говорят, хороший, но мне, если честно, уже на первой серии стало так страшно, что я не решилась смотреть дальше.
⠀
В общем, все просто отлично. Один недостаток — октября ещё больше недели, а я уже все, кажется, хорошее в нем прочитала.
⠀
Людей тут мало, и все они — отличные, талантливо сделанные снимки людей. На этих фото видно все — вот тут тебе немножечко социального принятия, а тут большой и жирный прогиб в характере, а здесь — присмотритесь! — у нас чудеснейшее описание брака через один диалог.
⠀
Что еще? Книжка очень короткая. Ее легко и надо читать за один вечер, особенно темный вечер, особенно — если за окном шелестят последние листья.
⠀
А еще? По ней есть сериал. Говорят, хороший, но мне, если честно, уже на первой серии стало так страшно, что я не решилась смотреть дальше.
⠀
В общем, все просто отлично. Один недостаток — октября ещё больше недели, а я уже все, кажется, хорошее в нем прочитала.
Я уже как-то попривыкла грустно вздыхать, что увеличение в жизни количества игр постоянно сказывается на прочитанных книгах, и как бы хорошо было любить только что-то одно, а недавно поняла, что ни фига не хорошо было бы — потому что где бы я была, если бы Dragon Age не напоминал, что на полке еще парочка непрочитанных фэнтези, или если бы после фильма с Кирой Найтли мне не захотелось вдруг прочитать Джейн Остин, или если бы какой-нибудь Silent Hill не толкал меня в объятья хоррора снова и снова.
⠀
Или вот как когда пару дней назад я достала из закромов библиотеки ПСки SOMA, которую уже и не помню, на какой распродаже мы взяли, и все эти брожения по подводной станции как-то повернулись у меня в голове в отложенную на очень сильно потом историю про "Шесть пробуждений", так что я бросила Диккенса, Таррт и Байетт одновременно (!) и поскакала читать про клонов на космическом корабле и убийство, убийство, убийство!
⠀
Не знаю, какими связями они между собой сцепились, но где бы я была, если бы эти две удивительные вещи не скрашивали мне каждый послеработний вечер, заслонив собой даже Покемонов и не делали бы мир совсем чуток, но заметно, все-таки, лучше в том ужасном положении дел, когда мне, внезапно, нельзя даже погладить моего крошку-кота.
⠀
Или вот как когда пару дней назад я достала из закромов библиотеки ПСки SOMA, которую уже и не помню, на какой распродаже мы взяли, и все эти брожения по подводной станции как-то повернулись у меня в голове в отложенную на очень сильно потом историю про "Шесть пробуждений", так что я бросила Диккенса, Таррт и Байетт одновременно (!) и поскакала читать про клонов на космическом корабле и убийство, убийство, убийство!
⠀
Не знаю, какими связями они между собой сцепились, но где бы я была, если бы эти две удивительные вещи не скрашивали мне каждый послеработний вечер, заслонив собой даже Покемонов и не делали бы мир совсем чуток, но заметно, все-таки, лучше в том ужасном положении дел, когда мне, внезапно, нельзя даже погладить моего крошку-кота.
Сейчас, конечно, очень надо перечитывать "Противостояние" Кинга, но каждый раз, когда это желание стучится мне в голову, я напоминаю себе, что книг много, меня мало, а перечитывать вечно одно и то же не получится. Пишу это, а на читалке открыта вторая часть ГП.
⠀
Но, в общем, если вы еще не читали "Противостояние", то как будто сейчас самое время. Берите самую-самую полную версию, чтобы страничек побольше, а буковки помельче, и как раз будет чем заняться, пока паника не утихнет.
⠀
Кинг удивительным образом, даже когда у него почти все в книжке умерли, умудряется рассказывать истории, от которых не хочется лечь рядом и сдохнуть, а, наоборот, хочется как-то продолжать дышать, что называется, полной грудью.
⠀
Удивительное ощущение жизни от произведения, в котором, в общем-то, значимую долю сюжета все постепенно уходят в закат.
⠀
А еще тут, конечно, есть все что надо читателю не прямо сейчас, а вообще, как мне кажется, всегда: эпидемия, в которую легко поверить, последние выжившие, которые слишком быстро становятся как родные, постоянное ощущение першения в горле и много-много деталей и описаний, в которые так удобно заворачиваться вечерком, как в одеялко, и чувствовать себя лучше.
В общем, хорошая книжка.
⠀
Но, в общем, если вы еще не читали "Противостояние", то как будто сейчас самое время. Берите самую-самую полную версию, чтобы страничек побольше, а буковки помельче, и как раз будет чем заняться, пока паника не утихнет.
⠀
Кинг удивительным образом, даже когда у него почти все в книжке умерли, умудряется рассказывать истории, от которых не хочется лечь рядом и сдохнуть, а, наоборот, хочется как-то продолжать дышать, что называется, полной грудью.
⠀
Удивительное ощущение жизни от произведения, в котором, в общем-то, значимую долю сюжета все постепенно уходят в закат.
⠀
А еще тут, конечно, есть все что надо читателю не прямо сейчас, а вообще, как мне кажется, всегда: эпидемия, в которую легко поверить, последние выжившие, которые слишком быстро становятся как родные, постоянное ощущение першения в горле и много-много деталей и описаний, в которые так удобно заворачиваться вечерком, как в одеялко, и чувствовать себя лучше.
В общем, хорошая книжка.
В "Иллиаде" есть забавный момент, когда Гера решает усыпить Зевса, чтобы, пока он спит, чуть подпортить жизнь троянцам. Ну усыпить, конечно, его можно, только после бурной любви, так что Гера надевает пояс Афродиты (потому что мы знаем, что именно Гере надо что-то там еще надевать, чтобы соблазнить Зевса, в то время как остальные люди и предметы Греции справляются с этим просто, ну, существуя), подговаривает бога сна и идет к Зевсу.
Зевс, завидев пояс, сильно возгорается страстью (пояс волшебный, конечно же), приобнимает Геру и начинает ей заливать: пошли возляжем, я тебя так хочу, я так никого не хотел никогда, даже вот ту и ту, и еще ту свою даму. И начинает тут же перечислять жене всех своих любовниц, и перечисляет их несколько стихов подряд, в деталях, чтобы даже если Гера о ком-то не знала, чтобы уж теперь она поняла, что вот у него были приключения, а теперь он, значит, ее хочет сильнее.
Я на этом моменте, хоть эту Зевса и не очень люблю, но сильно подавилась переживаниями. И что Зевс вообще проснулся, а не отправился прямиком...куда там отправляются мертвые боги, была удивлена.
Но мне прям интересно, он, вот это вот перечисляя, правда думал, что она сейчас растает и будет в восторге? Зевс вот точно такой дурак, как его описывают мифы? Или это просто Гомер добавил для фана (и для занимания места, потому что, конечно, если не отстрочить сюжет страничными перечислениями всех нимф-подружек матери Ахилла, то эта поэмка очень быстро превратится в стишок)?
В общем, очень забавная штука. Переживаю за Гектора, хоть и знаю (или потому что знаю), чем для него все закончится. Но он, в отличие от Ахилла, хотя бы воюет, а не сопли жует.
Зевс, завидев пояс, сильно возгорается страстью (пояс волшебный, конечно же), приобнимает Геру и начинает ей заливать: пошли возляжем, я тебя так хочу, я так никого не хотел никогда, даже вот ту и ту, и еще ту свою даму. И начинает тут же перечислять жене всех своих любовниц, и перечисляет их несколько стихов подряд, в деталях, чтобы даже если Гера о ком-то не знала, чтобы уж теперь она поняла, что вот у него были приключения, а теперь он, значит, ее хочет сильнее.
Я на этом моменте, хоть эту Зевса и не очень люблю, но сильно подавилась переживаниями. И что Зевс вообще проснулся, а не отправился прямиком...куда там отправляются мертвые боги, была удивлена.
Но мне прям интересно, он, вот это вот перечисляя, правда думал, что она сейчас растает и будет в восторге? Зевс вот точно такой дурак, как его описывают мифы? Или это просто Гомер добавил для фана (и для занимания места, потому что, конечно, если не отстрочить сюжет страничными перечислениями всех нимф-подружек матери Ахилла, то эта поэмка очень быстро превратится в стишок)?
В общем, очень забавная штука. Переживаю за Гектора, хоть и знаю (или потому что знаю), чем для него все закончится. Но он, в отличие от Ахилла, хотя бы воюет, а не сопли жует.
Всем известно, что игры помогают сбежать от суровой реальности. Я сбегаю как могу.
Именно поэтому в Animal Crossing я взяла кредит на постройку дома, и теперь должна банку 2.5 миллиона. Платить можно со счета или из кармашка. Раньше было удобно хранить деньги на счету, потому что в конце месяца тебе прилетали проценты за депозит. Но недавно еноты сказали, что ситуация в мире сложная, и проценты понизили — теперь хранить деньги в банке совсем невыгодно. Но если они в банке, я хотя бы не могу потратить их на новые шмотки — уже неплохо. Пока что мой долг уменьшается очень медленно: именно потому что я трачу большую часть денег на шмотки. Или семена цветов. Или кусты. Честно говоря, я не очень понимаю, куда уходят мои деньги. Точно не на биржу — потому что когда открывается биржа, у меня всегда в кармане жалкие пару монет. На счету в банке — и вовсе говорить не о чем.
В Persona 5 полегче. Там хотя бы не надо выплачивать кредит. Там все просто — надо спасти мир. Но, конечно, на это надо оружие, так что почти каждый день после школы я иду на подработку. Потом надо зайти в прачечную, постирать упавшую с монстров грязную броню — очищенная она порой становится чем-то совершенно невероятным. Потом хотелось бы поучиться, так как экзамены никто не отменял — но обычно в это время кошка уже гонит меня спать. А на следующее утро рано вставать, в метро надо успеть почитать, если удастся урвать свободное место, и на занятиях лучше внимательно слушать, потому что потом будут экзамены, на которых спросят все, что учили во время семестра. Где-то урвать время, чтобы стать добрее — потому что если ты недостаточно добр, то даже не можешь заговорить с девушкой, а мне нравится эта девушка, я хочу ее утешить, она уже месяц ждет, когда я наконец стану добрее и смогу сказать ей то самое, важное и эффективное "Да не парься, все будет хорошо". А потом я точно спасу мир.
И все, побег от реальности удался.
Именно поэтому в Animal Crossing я взяла кредит на постройку дома, и теперь должна банку 2.5 миллиона. Платить можно со счета или из кармашка. Раньше было удобно хранить деньги на счету, потому что в конце месяца тебе прилетали проценты за депозит. Но недавно еноты сказали, что ситуация в мире сложная, и проценты понизили — теперь хранить деньги в банке совсем невыгодно. Но если они в банке, я хотя бы не могу потратить их на новые шмотки — уже неплохо. Пока что мой долг уменьшается очень медленно: именно потому что я трачу большую часть денег на шмотки. Или семена цветов. Или кусты. Честно говоря, я не очень понимаю, куда уходят мои деньги. Точно не на биржу — потому что когда открывается биржа, у меня всегда в кармане жалкие пару монет. На счету в банке — и вовсе говорить не о чем.
В Persona 5 полегче. Там хотя бы не надо выплачивать кредит. Там все просто — надо спасти мир. Но, конечно, на это надо оружие, так что почти каждый день после школы я иду на подработку. Потом надо зайти в прачечную, постирать упавшую с монстров грязную броню — очищенная она порой становится чем-то совершенно невероятным. Потом хотелось бы поучиться, так как экзамены никто не отменял — но обычно в это время кошка уже гонит меня спать. А на следующее утро рано вставать, в метро надо успеть почитать, если удастся урвать свободное место, и на занятиях лучше внимательно слушать, потому что потом будут экзамены, на которых спросят все, что учили во время семестра. Где-то урвать время, чтобы стать добрее — потому что если ты недостаточно добр, то даже не можешь заговорить с девушкой, а мне нравится эта девушка, я хочу ее утешить, она уже месяц ждет, когда я наконец стану добрее и смогу сказать ей то самое, важное и эффективное "Да не парься, все будет хорошо". А потом я точно спасу мир.
И все, побег от реальности удался.
В мире творится какая-то дичь, но вот зато вышла пятая часть "Сумерек".
Или нет, давайте не так.
В мире творится какая-то дичь, так еще и вышла пятая часть "Сумерек".
Ну как пятая, технически это первая, но от лица Эдварда, и примерно в полтора раза толще — видимо, вампиры ноют больше, чем девочки-подростки.
Мне когда-то не очень понравились "Сумерки", но это не остановило меня от того, чтобы прочитать всю сагу, и чем больше проходит времени, тем я как-то постфактум сильнее прикипаю душой к Белле и ее истории, и тем больше мне кажется, что, будь я более счастливым и свободным подростком, то очень даже и полюбила бы эти книжки, вместо того чтобы гордо подчитывать их в метро между учебником по теоретической фонетике и очередным каким-то постмодернистским романом, сильно-сильно задирая к небу филологический нос.
Конечно, мы никогда уже не станем теми же самыми подростками, но с парочкой лет терапии за плечами, и пятые "Сумерки", они примерно такие же: вроде бы и хотят быть снова наивными и ранимыми, но точно никогда не смогут, тем более, что и их читатели, и общество в целом за прошедшие годы успели знатно повзрослеть.
Когда вместо крошки Беллы за репортера столетний вампир Эдвард с каменной кожей, как-то намного сложнее забыться и следить за историей как за первой, но роковой любовью, и намного проще снова и снова подмечать, как поведение вампира отдает...ну, поведением вампира, и речь тут совсем не о любви, а о каком-то неприятном преследовании, контроле и совсем уж нетактичном вмешательстве в чужую жизнь.
В общем, очень интересно и ностальгично, но как-то местами крипово. Так что в мире творится какая-то дичь, но зато/еще и, вышла пятая часть "Сумерек". Тут уж каждый сам решает, "зато" это, или "еще и".
Или нет, давайте не так.
В мире творится какая-то дичь, так еще и вышла пятая часть "Сумерек".
Ну как пятая, технически это первая, но от лица Эдварда, и примерно в полтора раза толще — видимо, вампиры ноют больше, чем девочки-подростки.
Мне когда-то не очень понравились "Сумерки", но это не остановило меня от того, чтобы прочитать всю сагу, и чем больше проходит времени, тем я как-то постфактум сильнее прикипаю душой к Белле и ее истории, и тем больше мне кажется, что, будь я более счастливым и свободным подростком, то очень даже и полюбила бы эти книжки, вместо того чтобы гордо подчитывать их в метро между учебником по теоретической фонетике и очередным каким-то постмодернистским романом, сильно-сильно задирая к небу филологический нос.
Конечно, мы никогда уже не станем теми же самыми подростками, но с парочкой лет терапии за плечами, и пятые "Сумерки", они примерно такие же: вроде бы и хотят быть снова наивными и ранимыми, но точно никогда не смогут, тем более, что и их читатели, и общество в целом за прошедшие годы успели знатно повзрослеть.
Когда вместо крошки Беллы за репортера столетний вампир Эдвард с каменной кожей, как-то намного сложнее забыться и следить за историей как за первой, но роковой любовью, и намного проще снова и снова подмечать, как поведение вампира отдает...ну, поведением вампира, и речь тут совсем не о любви, а о каком-то неприятном преследовании, контроле и совсем уж нетактичном вмешательстве в чужую жизнь.
В общем, очень интересно и ностальгично, но как-то местами крипово. Так что в мире творится какая-то дичь, но зато/еще и, вышла пятая часть "Сумерек". Тут уж каждый сам решает, "зато" это, или "еще и".
Ну вот теперь заживем!
Оказалось, что на днях мир стал еще чуточку чище, потому что
на android и ios вдруг выскочила во всей своей пляжной красе вторая Данганронпа, а первую, которая вышла месяцем раньше, можно даже прикупить сейчас со скидкой!
Обещают и третью, но первые две и без третьей отлично справляются со связной, классной, безумно интересной, но, конечно, совершенно безумной историей, в которой есть плюшевый медведь, школьные убийства и прям вот такие хорошие милые механики для допросов несовершеннолетних, как мы все тихоченко любим, но вечно стесняемся признаться.
Выпуклые со всех сторон, кроме графики, персонажи умирают разными классными способами, вы это дело расследуете, а на фоне задорно и пошло шутит плюшевый мишка. И если это не лучший способ провести выходные, то я даже и не знаю, что тогда делать.
Оказалось, что на днях мир стал еще чуточку чище, потому что
на android и ios вдруг выскочила во всей своей пляжной красе вторая Данганронпа, а первую, которая вышла месяцем раньше, можно даже прикупить сейчас со скидкой!
Обещают и третью, но первые две и без третьей отлично справляются со связной, классной, безумно интересной, но, конечно, совершенно безумной историей, в которой есть плюшевый медведь, школьные убийства и прям вот такие хорошие милые механики для допросов несовершеннолетних, как мы все тихоченко любим, но вечно стесняемся признаться.
Выпуклые со всех сторон, кроме графики, персонажи умирают разными классными способами, вы это дело расследуете, а на фоне задорно и пошло шутит плюшевый мишка. И если это не лучший способ провести выходные, то я даже и не знаю, что тогда делать.
Никогда такого не было, и вот опять. Дочитала вчера The Mirror and the Light Хилари Мантел - так вот, соберите меня, пожалуйста, из четырех Ань, каждая из которых грустно роняет слезы в пакет в углу комнаты.
Не знаю, кто там придумал, что книжки такие хорошие, но когда книжки про реально существовавших людей такие хорошие, и ты примерно с самого начала знаешь, что все персонажи где-то под конец умрут (а многие умрут раньше), то очень сложно собраться с чувствами, когда они, таки, ожидаемо, умирают. Ну потому что кто мешал ей сделать так, чтобы в конце все остались счастливы?!
В общем, десять лет назад Хилари Мантел написала первую часть трилогии о Томасе Кромвеле, а потом оно все как-то закрутилось: два Букера, две роскошные книжки, восемь лет ожидания заключительной части трилогии... Ну вот она вышла, эта заключительная часть, и это, конечно, самая замечательная книжка на свете, о которой надо написать хорошо и по-умному, но у меня никогда не получится. Я просто ее очень люблю.
Мне всегда удивительно, как книжки, в которых весь сюжет можно за пять минут прочитать в Википедии, так плотно схватывают внимание, что и оторваться нельзя, и гуглить как-то уже и не хочется.
Какой силы талант надо иметь, чтобы затасканная киношниками судьба Анны Болейн держала в напряжении добрых пятьсот страниц? Сколько усилий вложить в исследования, чтобы на выходе Генрих VIII, о котором уже, кажется, сказали все что можно, вдруг повернулся к читателю другой стороной и оказался таким объемным, плотным, живым парнем, что его хочется то обнять, то ударить, а то и вообще закрыть книжку и перестать разговаривать.
Очень-очень расстроена, что так решительно дочитала за выходные. Главное утешение 2020 закончилось, впереди только бесконечные перечитывания старого и проверенного. Ну и маленькая надежда на новую Роулинг - но это, конечно, совсем-совсем не то же самое.
Не знаю, кто там придумал, что книжки такие хорошие, но когда книжки про реально существовавших людей такие хорошие, и ты примерно с самого начала знаешь, что все персонажи где-то под конец умрут (а многие умрут раньше), то очень сложно собраться с чувствами, когда они, таки, ожидаемо, умирают. Ну потому что кто мешал ей сделать так, чтобы в конце все остались счастливы?!
В общем, десять лет назад Хилари Мантел написала первую часть трилогии о Томасе Кромвеле, а потом оно все как-то закрутилось: два Букера, две роскошные книжки, восемь лет ожидания заключительной части трилогии... Ну вот она вышла, эта заключительная часть, и это, конечно, самая замечательная книжка на свете, о которой надо написать хорошо и по-умному, но у меня никогда не получится. Я просто ее очень люблю.
Мне всегда удивительно, как книжки, в которых весь сюжет можно за пять минут прочитать в Википедии, так плотно схватывают внимание, что и оторваться нельзя, и гуглить как-то уже и не хочется.
Какой силы талант надо иметь, чтобы затасканная киношниками судьба Анны Болейн держала в напряжении добрых пятьсот страниц? Сколько усилий вложить в исследования, чтобы на выходе Генрих VIII, о котором уже, кажется, сказали все что можно, вдруг повернулся к читателю другой стороной и оказался таким объемным, плотным, живым парнем, что его хочется то обнять, то ударить, а то и вообще закрыть книжку и перестать разговаривать.
Очень-очень расстроена, что так решительно дочитала за выходные. Главное утешение 2020 закончилось, впереди только бесконечные перечитывания старого и проверенного. Ну и маленькая надежда на новую Роулинг - но это, конечно, совсем-совсем не то же самое.
Во-первых, конечно, сегодня в шесть утра мне на читалку упала новая часть цикла про Корморана Страйка (это там где Роулинг играет в автора детективов, а читатели молча ждут следующую часть), и я еще не прочитала ни строчечки, но очень предвкушаю. Вопрос дня - сколько на самом деле мне нужно часов поспать ночью, чтобы завтра быть свеженькой работоспособной булочкой?
Во-вторых, очень намерена к концу года добить Worm, что сложно, потому что в нем а) 7000 страниц и б)он очень интересный, но читая его часами, я чувствую очень мало отдачи. Ну то есть ты сидишь и читаешь, читаешь, читаешь...о, два процента прочитала, но уже конец дня. Так что читаю по одному проценту в день каждый день (режим!) и стараюсь себя контролировать. Понимаете, он прям ОЧЕНЬ интересный. Но мне все еще надо оставаться работоспособной булочкой.
В третьих, и это важно: никак не могу отделаться от мысли, что в новой части "Сумерек" описаны отношения кота с человеком. Ну то есть:
Эдвард очень любит Беллу - я очень люблю Копенгагена.
Эдвард боится, что может нечаянно убить Беллу, ведь он сильнее ее - я уверена, что Копенагаген если и умрет, то потому что кто-то на него случайно наступит.
Эдвард считает, что Белла очень вкусно пахнет - а вы нюхали Копенгагена?
Эдвард постоянно смотрит, как Белла спит - я большую часть дня смотрю, как спит мой кот (тут, конечно, дело еще в том, что он, ну, спит достаточно много).
Эдвард не выходит на солнце, а Белла любит солнце - снова оно! Копенгаген обожает солнце, я прячусь, потому что моя кожа на солнце покрывается сияющими волшебными ожогами.
У Эдварда есть соперник за любовь Беллы - у меня есть Саша, и иногда мне кажется, что кот любит его больше меня.
Понимаете?!
Но книжка все равно очень, сильно очень, ну оооочень нудная. К счастью, у меня теперь есть новая часть про Корморана Страйка. Ну и Worm, конечно же
Во-вторых, очень намерена к концу года добить Worm, что сложно, потому что в нем а) 7000 страниц и б)он очень интересный, но читая его часами, я чувствую очень мало отдачи. Ну то есть ты сидишь и читаешь, читаешь, читаешь...о, два процента прочитала, но уже конец дня. Так что читаю по одному проценту в день каждый день (режим!) и стараюсь себя контролировать. Понимаете, он прям ОЧЕНЬ интересный. Но мне все еще надо оставаться работоспособной булочкой.
В третьих, и это важно: никак не могу отделаться от мысли, что в новой части "Сумерек" описаны отношения кота с человеком. Ну то есть:
Эдвард очень любит Беллу - я очень люблю Копенгагена.
Эдвард боится, что может нечаянно убить Беллу, ведь он сильнее ее - я уверена, что Копенагаген если и умрет, то потому что кто-то на него случайно наступит.
Эдвард считает, что Белла очень вкусно пахнет - а вы нюхали Копенгагена?
Эдвард постоянно смотрит, как Белла спит - я большую часть дня смотрю, как спит мой кот (тут, конечно, дело еще в том, что он, ну, спит достаточно много).
Эдвард не выходит на солнце, а Белла любит солнце - снова оно! Копенгаген обожает солнце, я прячусь, потому что моя кожа на солнце покрывается сияющими волшебными ожогами.
У Эдварда есть соперник за любовь Беллы - у меня есть Саша, и иногда мне кажется, что кот любит его больше меня.
Понимаете?!
Но книжка все равно очень, сильно очень, ну оооочень нудная. К счастью, у меня теперь есть новая часть про Корморана Страйка. Ну и Worm, конечно же