Господи, помилуй философию.
Я далёк от ИФ РАН, но даже до меня дошла куча информации о нашумевшем событии (увольнением Черняева) и последующей грязи, вылившаяся на институт.
Начинает от обвинении в некомпетентности, заканчивая тем, что все в институте проплачены госдепом США и вообще прозападная помойка...
Насколько же это отвратительно, когда серьезную философскую традицию пытаются уничтожить, чтобы построить на пепле фундамента «столп великой русской философии», в связи с политической ситуацией суть ясна и основные аргументы вытекают именно из политической сферы. Идеологическое насаждение антизападных идей, под эгидой А. Г. Дугина, набирает обороты. И я согласен с автором канала Лаконских щенков, что эта ситуация яйца выеденного не стоит, но подобные волнения в последствии могут вылиться в дальнейшие неприятные инциденты, особенно когда на ситуацию налетят падальщики в лице пропагандистов.
Может это как-то романтично, но я бы хотел, чтобы в такие трудные времена философия была фактором консолидации интеллектуалов, а не ещё одним полем для политических войн.
Я далёк от ИФ РАН, но даже до меня дошла куча информации о нашумевшем событии (увольнением Черняева) и последующей грязи, вылившаяся на институт.
Начинает от обвинении в некомпетентности, заканчивая тем, что все в институте проплачены госдепом США и вообще прозападная помойка...
Насколько же это отвратительно, когда серьезную философскую традицию пытаются уничтожить, чтобы построить на пепле фундамента «столп великой русской философии», в связи с политической ситуацией суть ясна и основные аргументы вытекают именно из политической сферы. Идеологическое насаждение антизападных идей, под эгидой А. Г. Дугина, набирает обороты. И я согласен с автором канала Лаконских щенков, что эта ситуация яйца выеденного не стоит, но подобные волнения в последствии могут вылиться в дальнейшие неприятные инциденты, особенно когда на ситуацию налетят падальщики в лице пропагандистов.
Может это как-то романтично, но я бы хотел, чтобы в такие трудные времена философия была фактором консолидации интеллектуалов, а не ещё одним полем для политических войн.
❤10🔥1
Пользуюсь возможностью сказать, что интервью Славы КПСС и Феди Букера одно из самых смешных, что я когда либо видел. Это такой сюр, когда взрослые дети рассказываю о своих метаироничных переключениях бунтующих детей.
Нассали в раковины студии ТНТ в центре Москвы? Расскажем это всем и посмеемся)
Нассали в раковины студии ТНТ в центре Москвы? Расскажем это всем и посмеемся)
❤10
«Об общественном договоре» Жан-Жака Руссо в наши дни считается одним из основополагающих текстов современной демократической мысли, ведь именно им вдохновлялась эпоха демократических революций, апогеем которых стала Великая Французская революция. Всем нам известно, что французские революционеры вдохновлялись идеями Руссо. Без него не обойдется ни один учебник по истории либерально-демократических идей. Однако, если изучить Руссо в контексте идей его времени, то складывается иная картина.
Из всех книг Руссо «Общественный договор» пользовался наименьшим успехом. Одной из причин стала его незавершенность, она была частью более обширного замысла, носившего название «Политические институты», в котором Руссо надеялся объяснить, как могут выжить небольшие государства в мире, где господствуют крупные коммерческие монархии. Руссо вовсе не стремился к повсеместному учреждению демократического правления. Собственно, он критиковал демократию как «власть для богов, а не для людей». Руссо был убежден, что аристократическая власть предпочтительнее демократии, если только у людей имеется коллективное право принимать либо отвергать законы, предложенные правительством. Достаточно лишь прочесть несколько трудов о различиях между суверенитетом и властью, изданных в Женеве до публикации «Общественного договора», чтобы понять, что Руссо почерпнул ряд своих идей из подобных источников. Еще более важно следующее обстоятельство. Руссо любил маленькие европейские государства и считал, что они находятся в кризисе из-за чрезмерной военной мощи крупных коммерческих монархий, приобретавших все больше имперских черт.
В этом контексте становится очевидной главная проблема, стоявшая перед философом: когда он формулировал различие между суверенитетом и властью, он имел в виду именно такие маленькие республики, как Женева. Руссо считал, что торговля в «неправильных» условиях ведет к роскоши, а роскошь разрушает мораль и религию. Он был убежден, что в крупных государствах люди теряют чувство сопричастности к человечеству и какое-либо общее чувство идентичности или коллективной цели. Задачей Руссо было сделать то, что до него пытались сделать такие авторы, как Франсуа Фенелон: добиться совместимости морали с коммерческим обществом и обратить вспять тенденцию современной политики становиться все более коррумпированной, а современных людей – все более эгоистичными и зацикленными на себе. Достижение такой цели, по убеждению Руссо, было бы возможно, только если бы удалось спасти малые государства Европы.
Современная жизнь, по Руссо, насквозь порочна и лжива, и такие государства, как Франция, никогда не смогут быть реформированы. Они непоправимо испорчены, а это означает, что Руссо никогда бы не признал Французскую революцию. Говоря более конкретно, он бы никогда не согласился с тем, что такое великое, но коррумпированное государство, как Франция, можно превратить в обширную демократию. Если мы хотим понять политические взгляды Руссо, нам необходимо ознакомиться с его работами, примыкающими к «Общественному договору», в первую очередь с его письмами, в которых он удовлетворял нескончаемые просьбы о советах, а также отвечал своим многочисленным критикам. Прочитав только «Общественный договор» и не изучив ни других сочинений философа, ни иных текстов, которые его занимали, мы сконструировали такого Руссо, которого никогда не существовало. Хуже того, мы не поняли бы ни одного из его доводов.
Из всех книг Руссо «Общественный договор» пользовался наименьшим успехом. Одной из причин стала его незавершенность, она была частью более обширного замысла, носившего название «Политические институты», в котором Руссо надеялся объяснить, как могут выжить небольшие государства в мире, где господствуют крупные коммерческие монархии. Руссо вовсе не стремился к повсеместному учреждению демократического правления. Собственно, он критиковал демократию как «власть для богов, а не для людей». Руссо был убежден, что аристократическая власть предпочтительнее демократии, если только у людей имеется коллективное право принимать либо отвергать законы, предложенные правительством. Достаточно лишь прочесть несколько трудов о различиях между суверенитетом и властью, изданных в Женеве до публикации «Общественного договора», чтобы понять, что Руссо почерпнул ряд своих идей из подобных источников. Еще более важно следующее обстоятельство. Руссо любил маленькие европейские государства и считал, что они находятся в кризисе из-за чрезмерной военной мощи крупных коммерческих монархий, приобретавших все больше имперских черт.
В этом контексте становится очевидной главная проблема, стоявшая перед философом: когда он формулировал различие между суверенитетом и властью, он имел в виду именно такие маленькие республики, как Женева. Руссо считал, что торговля в «неправильных» условиях ведет к роскоши, а роскошь разрушает мораль и религию. Он был убежден, что в крупных государствах люди теряют чувство сопричастности к человечеству и какое-либо общее чувство идентичности или коллективной цели. Задачей Руссо было сделать то, что до него пытались сделать такие авторы, как Франсуа Фенелон: добиться совместимости морали с коммерческим обществом и обратить вспять тенденцию современной политики становиться все более коррумпированной, а современных людей – все более эгоистичными и зацикленными на себе. Достижение такой цели, по убеждению Руссо, было бы возможно, только если бы удалось спасти малые государства Европы.
Современная жизнь, по Руссо, насквозь порочна и лжива, и такие государства, как Франция, никогда не смогут быть реформированы. Они непоправимо испорчены, а это означает, что Руссо никогда бы не признал Французскую революцию. Говоря более конкретно, он бы никогда не согласился с тем, что такое великое, но коррумпированное государство, как Франция, можно превратить в обширную демократию. Если мы хотим понять политические взгляды Руссо, нам необходимо ознакомиться с его работами, примыкающими к «Общественному договору», в первую очередь с его письмами, в которых он удовлетворял нескончаемые просьбы о советах, а также отвечал своим многочисленным критикам. Прочитав только «Общественный договор» и не изучив ни других сочинений философа, ни иных текстов, которые его занимали, мы сконструировали такого Руссо, которого никогда не существовало. Хуже того, мы не поняли бы ни одного из его доводов.
❤8👍1
В Американских тюрьмах с 1800-го года появилась крайне интересная практика – формирование тюремных газет, которые сообщали о тюремных программах, рассказывали о местных жителях и комментировали такие темы, как условно-досрочное освобождение и образование. В этих газетах, которых, на данный момент, крайне много представлено в университетских архивах различных штатов (рис. 1), разворачивалась целая жизнь по ту сторону свободы, это небольшая ширма, за которую можно тайком заглянуть, чтобы лицезреть иную жизнь.
Сначала можно подумать, что данные газетёнки находились в некоем вакууме без доступа наружу к обычному рядовому читателю. Можно даже решить, что попали они к нам исключительно через архивы, как исторический источник, но это не так. Некоторые тюремные журналы изначально, с момента выхода первого выпуска, были нацелены на внешнего читателя, ибо для поддержания стабильности выпуска номеров нужны были финансы, которых крайне не хватало заключенным. Поэтому выпуски журналов могли снабжаться ценой за выпуск или подписку, как это сделала популярная тюремная газета JABS из штата Вайоминг, начавшая свой выпуск в декабре 1915 года (рис. 2). Она с первых страниц заявила, что планирует стать «несектантским и неполитическим» изданием, которое «заключит честную сделку со всеми, кто выдержит это». Изначально все было не так радужно с изданием: «Возможно это первый и последний выпуск, если мы не получим поддержки» и «Раскошельтесь или мы замолчим» – вот так пишет редактор журнала, чтобы привлечь покупателей. За скромную цену в 500 долларов на 500 лет (или за годовую плату в 1,20 доллара) сторонние подписчики могли заглянуть по ту сторону свободы (рис. 3).
Очень иронично, что изначально заявлявшая как «неполитическая» газета уже в марте 1916 года в своем номере в качестве дизайна по всей газете были расставлена свастика (рис. 4). Конечно ясно, что на тот момент она не несла за собой никаких негативных коннотаций и не была связанна с всякими Арийскими художниками, но все равно забавно.
По мимо того, что в газете присутствовала просьба купить ее или подписаться, чего в принципе достаточно для заработка, JABS пошли дальше и кроме продажи журнала начали размещать в нем рекламу (рис. 5). Рекламу в тюремной газете, которая первоначально была закрытой внутри тюрьмы фикцией. Изначально газета предназначалась для скрашивания тюремного досуга (путем чтения и разгадывания кроссвордов (рис. 6)), а также, чтобы заключенные могли самовыражаться, путем написания статей, стихов и даже комиксов (внутри некоторых журналов были даже комиксы, например, в газете «Inside World» из шатат Миссисипи (рис. 7-8)), но, как мы видим, газета пошла дальше. Даже больше, у газеты JABS появился свой маскот (рис. 9), маскот у тюремной газеты в 1915 году, звучит бредово. Но, несмотря на это, он был и главной его функцией было выпрашивание денег, притом делал это очень интересным способом. Либо редакция, либо сам пёсик, просили «кинуть пару косточек» по такому-то адресу такую-то сумму (рис. 10).
А то, что эта газеты выходила как минимум до июля 1916 года (более старые выпуски я не нашел) свидетельствует, что на них был спрос и они смогли собрать деньги на продолжение выпуска. Из этого можно сделать вывод, что его покупали и за стенами тюрьмы, не будут же размещать рекламу для заключенных, правда?
Тюремная газета смогла выбраться из рамок простого самовыражения и встроится в капиталистические рельсы, зарабатывая на внутреннем интересе читателей, которым крайне хотелось бы услышать завывания тюремного жаргона в своей среде. Такая вот популярная тюремная антропология на подобии Бруно Латура. Из серьезных работ на данную тему (исследование «тюремной журналистики» и тюремных газет), есть «Jailhouse Journalism: The Fourth Estate Behind Bars» James McGrath Morris. Кому интересна тема и кто знает английский – вперед читать. Если у меня будет много желания, то может быть я еще вернусь к этой теме. Написав, например… видение какого-то события сквозь тюремные газеты, а что, звучит интересно.
Сначала можно подумать, что данные газетёнки находились в некоем вакууме без доступа наружу к обычному рядовому читателю. Можно даже решить, что попали они к нам исключительно через архивы, как исторический источник, но это не так. Некоторые тюремные журналы изначально, с момента выхода первого выпуска, были нацелены на внешнего читателя, ибо для поддержания стабильности выпуска номеров нужны были финансы, которых крайне не хватало заключенным. Поэтому выпуски журналов могли снабжаться ценой за выпуск или подписку, как это сделала популярная тюремная газета JABS из штата Вайоминг, начавшая свой выпуск в декабре 1915 года (рис. 2). Она с первых страниц заявила, что планирует стать «несектантским и неполитическим» изданием, которое «заключит честную сделку со всеми, кто выдержит это». Изначально все было не так радужно с изданием: «Возможно это первый и последний выпуск, если мы не получим поддержки» и «Раскошельтесь или мы замолчим» – вот так пишет редактор журнала, чтобы привлечь покупателей. За скромную цену в 500 долларов на 500 лет (или за годовую плату в 1,20 доллара) сторонние подписчики могли заглянуть по ту сторону свободы (рис. 3).
Очень иронично, что изначально заявлявшая как «неполитическая» газета уже в марте 1916 года в своем номере в качестве дизайна по всей газете были расставлена свастика (рис. 4). Конечно ясно, что на тот момент она не несла за собой никаких негативных коннотаций и не была связанна с всякими Арийскими художниками, но все равно забавно.
По мимо того, что в газете присутствовала просьба купить ее или подписаться, чего в принципе достаточно для заработка, JABS пошли дальше и кроме продажи журнала начали размещать в нем рекламу (рис. 5). Рекламу в тюремной газете, которая первоначально была закрытой внутри тюрьмы фикцией. Изначально газета предназначалась для скрашивания тюремного досуга (путем чтения и разгадывания кроссвордов (рис. 6)), а также, чтобы заключенные могли самовыражаться, путем написания статей, стихов и даже комиксов (внутри некоторых журналов были даже комиксы, например, в газете «Inside World» из шатат Миссисипи (рис. 7-8)), но, как мы видим, газета пошла дальше. Даже больше, у газеты JABS появился свой маскот (рис. 9), маскот у тюремной газеты в 1915 году, звучит бредово. Но, несмотря на это, он был и главной его функцией было выпрашивание денег, притом делал это очень интересным способом. Либо редакция, либо сам пёсик, просили «кинуть пару косточек» по такому-то адресу такую-то сумму (рис. 10).
А то, что эта газеты выходила как минимум до июля 1916 года (более старые выпуски я не нашел) свидетельствует, что на них был спрос и они смогли собрать деньги на продолжение выпуска. Из этого можно сделать вывод, что его покупали и за стенами тюрьмы, не будут же размещать рекламу для заключенных, правда?
Тюремная газета смогла выбраться из рамок простого самовыражения и встроится в капиталистические рельсы, зарабатывая на внутреннем интересе читателей, которым крайне хотелось бы услышать завывания тюремного жаргона в своей среде. Такая вот популярная тюремная антропология на подобии Бруно Латура. Из серьезных работ на данную тему (исследование «тюремной журналистики» и тюремных газет), есть «Jailhouse Journalism: The Fourth Estate Behind Bars» James McGrath Morris. Кому интересна тема и кто знает английский – вперед читать. Если у меня будет много желания, то может быть я еще вернусь к этой теме. Написав, например… видение какого-то события сквозь тюремные газеты, а что, звучит интересно.
❤8
рис. 1 - подборка обложек тюремных газет
рис. 2 - обложка первого номера JABS
рис. 3 - стоимость газеты JABS
рис. 4 - выпуск JABS со свастикой
рис. 5 - реклама в газете JABS
рис. 6 - кроссворд в газете Inside World
рис. 7-8 - комикс из газеты Inside World
рис. 9 - маскот газеты JABS
рис. 10 - маскот JABS просит денег)
рис. 2 - обложка первого номера JABS
рис. 3 - стоимость газеты JABS
рис. 4 - выпуск JABS со свастикой
рис. 5 - реклама в газете JABS
рис. 6 - кроссворд в газете Inside World
рис. 7-8 - комикс из газеты Inside World
рис. 9 - маскот газеты JABS
рис. 10 - маскот JABS просит денег)
❤6👍1
Давно ничего не постил, было лень, если честно) Но ладно, лучше поздно, чем никогда (все иллюстрации в комментариях)
ПРАКТИКА "МИЛОСЕРДИЯ" В КОЛЛЕДЖЕ "АВЕ МАРИЯ" 14 ВЕКА
Жизнь в колледжах Парижского университета была очаровательной и полной интересных подробностей преподавания и образования в средневековом Париже. В этой зарисовке я хочу рассказать о практике «милосердий» в колледже «Аве Марий» при Парижском университете отраженную в миниатюрах (коих насчитывает 33 шутки) рукописи MM.406
Вообще говоря, текстов, посвященных практике благотворительности и милосердия в университетской среде, у нас очень мало. Однако дух милосердия, которым были проникнуты основатели различных учреждений, добросовестно передавался через правила, предписывающие практические упражнения дел милосердия. Дух милосердия был значительно оживлен благодаря Книге милостыни Иннокентия III, который проявлял большой интерес к развитию колледжа Святого Фомы в Париже. Обязанность подавать милостыню бедным не только подчеркивалась на соборах, но и часто проповедовалась преподавателями Парижского университета в своих проповедях перед студентами.
Хотя в документах Парижского университета мы не находим много подробностей о реальной практике благотворительности, рукопись четырнадцатого века из Национального архива, MM.406, содержит очень реалистичные сцены различной благотворительной деятельности студентов. Он иллюстрирован 33 миниатюрами, занимающими десять листов, изображающими духовную жизнь колледжа Аве Мария. Сам колледж был основан в 1339 году Иоанном Юбантом и получил признание в 1346 году. Джон Хубант, клерк и советник короля Филиппа VI, учредил шесть стипендий для бедных парижских студентов в своем доме, расположенном в монастыре аббатства Сент-Луис.
Важно отметить, что из тридцати трех миниатюр, изображающих студенческую жизнь колледжа, десять посвящены практике телесных дел милосердия. В миниатюре номер 5 мы видим трёх учёных, одетых в серое. Тот, что посередине, наливает суп в блюдо бедного ребенка. Ежедневно студентам должны были давать семь тарелок супа, по три куска хлеба в каждой. Но студенты не должны довольствоваться просто выполнением обязанности кормить бедных. Другая миниатюра (6-я миниатюра) показывает нам, как студенты раздают обувь бедным. 8-я миниатюра показывает нам шестерых студентов в сопровождении учителя, обслуживающих бедных за столом Колледжа, поводом для этой милостыни стало празднование памяти основателя.
Большие праздники отмечались также актами практической благотворительности. В день Тела Христова раздавали тридцать две монеты или тридцать две порции хлеба тридцати двум беднякам (7 миниатюра). Праздники Господа нашего и Пресвятой Богородицы были дополнительным поводом для благотворительности. Пришлось везти из училища горячий суп, чтобы накормить голодных (изображено на 10 миниатюре). На миниатюре 11 изображены студенты, раздающие дрова беднякам, которые очень довольны, унося эти подарки, высоко ценимые в холодную погоду парижской зимы
Устав Колледжа не упустил из виду участь заключенных в тюрьме «старого Шатле». В 12 миниатюре мы видим «старый Шатле», символизируемый двумя башнями и четырьмя бедными заключенными с длинными бородами, радующимися милостыне, раздаваемой им учеными.
Миниатюры рукописи MM.406 представляют внутреннюю жизнь колледжа Аве Мария, а сопровождающий их текст указывает на то, что дух бедности был тесно связан с проявлением благотворительности. Мастера старались развивать щедрость, то прекрасное качество души, характерной чертой которого является избыток добрых дел и любви. Средневековые педагоги стремились развивать щедрость посредством практических упражнений, чтобы реализовать ту спонтанность, которая по своей природе свободна от всякого расчета, колебаний и озабоченности собой.
ПРАКТИКА "МИЛОСЕРДИЯ" В КОЛЛЕДЖЕ "АВЕ МАРИЯ" 14 ВЕКА
Жизнь в колледжах Парижского университета была очаровательной и полной интересных подробностей преподавания и образования в средневековом Париже. В этой зарисовке я хочу рассказать о практике «милосердий» в колледже «Аве Марий» при Парижском университете отраженную в миниатюрах (коих насчитывает 33 шутки) рукописи MM.406
Вообще говоря, текстов, посвященных практике благотворительности и милосердия в университетской среде, у нас очень мало. Однако дух милосердия, которым были проникнуты основатели различных учреждений, добросовестно передавался через правила, предписывающие практические упражнения дел милосердия. Дух милосердия был значительно оживлен благодаря Книге милостыни Иннокентия III, который проявлял большой интерес к развитию колледжа Святого Фомы в Париже. Обязанность подавать милостыню бедным не только подчеркивалась на соборах, но и часто проповедовалась преподавателями Парижского университета в своих проповедях перед студентами.
Хотя в документах Парижского университета мы не находим много подробностей о реальной практике благотворительности, рукопись четырнадцатого века из Национального архива, MM.406, содержит очень реалистичные сцены различной благотворительной деятельности студентов. Он иллюстрирован 33 миниатюрами, занимающими десять листов, изображающими духовную жизнь колледжа Аве Мария. Сам колледж был основан в 1339 году Иоанном Юбантом и получил признание в 1346 году. Джон Хубант, клерк и советник короля Филиппа VI, учредил шесть стипендий для бедных парижских студентов в своем доме, расположенном в монастыре аббатства Сент-Луис.
Важно отметить, что из тридцати трех миниатюр, изображающих студенческую жизнь колледжа, десять посвящены практике телесных дел милосердия. В миниатюре номер 5 мы видим трёх учёных, одетых в серое. Тот, что посередине, наливает суп в блюдо бедного ребенка. Ежедневно студентам должны были давать семь тарелок супа, по три куска хлеба в каждой. Но студенты не должны довольствоваться просто выполнением обязанности кормить бедных. Другая миниатюра (6-я миниатюра) показывает нам, как студенты раздают обувь бедным. 8-я миниатюра показывает нам шестерых студентов в сопровождении учителя, обслуживающих бедных за столом Колледжа, поводом для этой милостыни стало празднование памяти основателя.
Большие праздники отмечались также актами практической благотворительности. В день Тела Христова раздавали тридцать две монеты или тридцать две порции хлеба тридцати двум беднякам (7 миниатюра). Праздники Господа нашего и Пресвятой Богородицы были дополнительным поводом для благотворительности. Пришлось везти из училища горячий суп, чтобы накормить голодных (изображено на 10 миниатюре). На миниатюре 11 изображены студенты, раздающие дрова беднякам, которые очень довольны, унося эти подарки, высоко ценимые в холодную погоду парижской зимы
Устав Колледжа не упустил из виду участь заключенных в тюрьме «старого Шатле». В 12 миниатюре мы видим «старый Шатле», символизируемый двумя башнями и четырьмя бедными заключенными с длинными бородами, радующимися милостыне, раздаваемой им учеными.
Миниатюры рукописи MM.406 представляют внутреннюю жизнь колледжа Аве Мария, а сопровождающий их текст указывает на то, что дух бедности был тесно связан с проявлением благотворительности. Мастера старались развивать щедрость, то прекрасное качество души, характерной чертой которого является избыток добрых дел и любви. Средневековые педагоги стремились развивать щедрость посредством практических упражнений, чтобы реализовать ту спонтанность, которая по своей природе свободна от всякого расчета, колебаний и озабоченности собой.
❤6
Что-то прям желания в последнее время писать увеличилось, поэтому для дорогого друга, занимающегося военной историей США набросал небольшую зарисовку, совместив со своими интересами к Французской истории. К сожалению в тг нельзя писать слишком большие посты, поэтому сделал все в таком формате телеграфа https://telegra.ph/VLIYANIE-FRANCII-NA-VOENNOE-DELO-SSHA-VOKRUG-VOJNY-1812-1815-g-03-01
Прошу к прочтению, кому интересна тема
Прошу к прочтению, кому интересна тема
Telegraph
ВЛИЯНИЕ ФРАНЦИИ НА ВОЕННОЕ ДЕЛО США ВОКРУГ ВОЙНЫ 1812-1815 г.
Если говорит о влиянии Франции на ранний период истории США широкому кругу лиц будет известно лишь о политическом влиянии XVIII века на Конституцию и государственный строй, но этим далеко не кончается влияния Франции на США. В данной статье я рассмотрю военное…
❤4
О наболевшем
Господи, помилуй "великих" военных экспертов, которые с распирающей гордостью говорят о истребителях 5-го поколения, а конкретно про русский Су-57 и китайский J-20, сравнивая их с американским F-35. Ладно еще можно как-то оправдать j-20, он хотя бы уже на оснащении армии Китая, но сравнивать Cу-57, которых до сих пор не произвели и 10-ка (не включая прототипы и образцы) с американским F-35, которые более 10 лет находится в эксплуатации. Сотни высококлассных истребителей F-35 с новейшим оснащением хоть прямо сейчас готовы наносить высокоточные удары, пока российские лишь проходят испытания. Множественные конфликты 21-го века показали значимость высокоточной авиации, когда лишь ей возможно уничтожить не малую часть сухопутных сил, нанося противологистические удары. В данный момент Россия не может вести серьезную воздушную войну с передовыми технологиями. Прошло то время, когда российские МиГи были страхом для всего мира. К сожалению Россия не вынесла тех уроков из Ю. Осетии и Чечни, что вынесли США из Вьетнама, Афганистана и Ирака. За серьезными технологиями должны так же стоять высококачественная структура применения и тактика. Россия по примеру СССР идет в сторону долгостроев, которые выполняют статус для населения типа: "А у нас Су-57 сильнее ваших пендоских". Не нужно гнаться за превосходством над США, нужны лишь те технологии, которые смогут закрыть брешь в обороне, приспособленные под российскую специфику ведения войны. После Украинского военного конфликта российские войска претерпят серьезные изменения для адаптации под видения современной войны, иначе, открывшая свои слабости, Россия потерпит серьезный геополитический крах. Россия, начав войну, выложила не те карты и теперь, в ходе войны старается сложить новую колоду, что затрудняет выполнению поставленных задач.
Иногда буду выкладывать свои мыслив в раздел "О наболевшем", готов выслушать любое мнение, т.к. не являюсь современным военным экспертом.
В скоро времени выйдет пост про влиянии Франции на военное дело США с конца Англо-американская до начала Мексиканской войны. Там уже будет больше про то, как преподавалось военное дело.
Господи, помилуй "великих" военных экспертов, которые с распирающей гордостью говорят о истребителях 5-го поколения, а конкретно про русский Су-57 и китайский J-20, сравнивая их с американским F-35. Ладно еще можно как-то оправдать j-20, он хотя бы уже на оснащении армии Китая, но сравнивать Cу-57, которых до сих пор не произвели и 10-ка (не включая прототипы и образцы) с американским F-35, которые более 10 лет находится в эксплуатации. Сотни высококлассных истребителей F-35 с новейшим оснащением хоть прямо сейчас готовы наносить высокоточные удары, пока российские лишь проходят испытания. Множественные конфликты 21-го века показали значимость высокоточной авиации, когда лишь ей возможно уничтожить не малую часть сухопутных сил, нанося противологистические удары. В данный момент Россия не может вести серьезную воздушную войну с передовыми технологиями. Прошло то время, когда российские МиГи были страхом для всего мира. К сожалению Россия не вынесла тех уроков из Ю. Осетии и Чечни, что вынесли США из Вьетнама, Афганистана и Ирака. За серьезными технологиями должны так же стоять высококачественная структура применения и тактика. Россия по примеру СССР идет в сторону долгостроев, которые выполняют статус для населения типа: "А у нас Су-57 сильнее ваших пендоских". Не нужно гнаться за превосходством над США, нужны лишь те технологии, которые смогут закрыть брешь в обороне, приспособленные под российскую специфику ведения войны. После Украинского военного конфликта российские войска претерпят серьезные изменения для адаптации под видения современной войны, иначе, открывшая свои слабости, Россия потерпит серьезный геополитический крах. Россия, начав войну, выложила не те карты и теперь, в ходе войны старается сложить новую колоду, что затрудняет выполнению поставленных задач.
Иногда буду выкладывать свои мыслив в раздел "О наболевшем", готов выслушать любое мнение, т.к. не являюсь современным военным экспертом.
В скоро времени выйдет пост про влиянии Франции на военное дело США с конца Англо-американская до начала Мексиканской войны. Там уже будет больше про то, как преподавалось военное дело.
❤6
Даа, обленился я конечно, но что поделать, вместо влияния Французов на военное дело США я подготовил другой, но не менее увлекательный текст.
Если сбросите это пост своим знакомым или репостните в канал – у меня будет больше желания писать))
ЭТАПЫ ЗАПРЕТА АРЕСТОТЕЛЯ В ПАРИЖЕ XIII в.
Неоднократные выступления, посвященные ограничениям, связанным с преподаванием философии Аристотеля, образуют одну из глав, наиболее часто освещаемых историками Средневековья в отношении средневековой мысли. Первая антиаристотелевская мера в Парижском университете была введена архиепископом Пьером де Корбейлем в 1210 году. В ней запрещалось преподавать «как публично, так и в частном порядке Libri naturales Аристотеля и комментарии к ним». Про этот случай я уже несколько раз рассказывал ранее, как про сам запрет, так и про сожжения книг Аристотеля
Пять лет спустя, в 1215 году, кардинал и папский легат Робер де Курсон будет работать над тем, чтобы, возобновить действие ограничительной меры 1210 года и уточнить ее значение. Это свидетельствует о том, что запрет часто нарушали, притом настолько часто, что пришлось его повторить с уточнениями. Важно отметить, что с 1210 г. и до осуждения 1277 г. споры велись не о прямом запрете Аристотеля, а об ограничениях, которые необходимо наложить на аристотелевскую науку, особенно в ее отношении к священной науке.
Третий эпизод, касающийся запретов, касающихся учения Аристотеля, начинается с забастовки 1229 года и заканчивается в 1231 году вмешательством папы Григория IX. Через два года после начала забастовки папа сыграл решающую роль в написании папской буллы, известной как «Parens scientiarum» – обычно рассматривается как Великая хартия университета. В ней он пытается умиротворить Парижский университет, чтобы возобновить занятия. Если мы приблизим этот текст к запретам 1210 и 1215 годов, мы увидим изменение тона и ориентации. То, что было запрещено в 1210 и 1215 годах, остается запрещенным, но, в отличие от двух других постановлений, запрет сохраняется лишь временно, то есть действует только до тех пор, пока в libri naturales Аристотеля не будут устранены подозрения в «ошибках», которые противоречат догматам церкви, содержащиеся в его трудах
Какими бы ни были причины, побудившие папу принять действие, десять дней спустя, то есть 23 апреля 1231 года, он создает комиссию по расследованию, уполномоченную снять с libri naturales Аристотеля подозрения в «ошибках», которые могли содержаться в его текстах. На нынешнем уровне наших знаний у нас нет никаких данных о реальной деятельности этой комиссии, и, по мнению нескольких медиевистов, сама невозможность такого проекта, вероятно, является причиной отсутствия конкретных результатов
libri naturales преподавались в университете с конца 1230-х годов, о чем свидетельствует учение теолога Роджера Бэкона, который читал лекции по последним в Парижском университете в период с 1241 по 1247 год. С другой стороны, работа Клода Лафлера «руководство для студентов», как правило, подтверждает эту гипотезу, поскольку они показали, что в 1230-х–1240-х годах, в университетской учебной программе было место для естественной философии Аристотеля. Хотя учение Аристотеля о libri naturales, вероятно, стало обычным явлением на факультете искусств в Париже (это начиная с 1240-1241 гг.), тем не менее, работам Аристотеля было необходимо дождаться 19 марта 1255 года и принятия «Statutum Facultatis artium», прежде чем «все» его работы станут предметом институциональной гарантии. С этим официальным уставом факультет искусств Парижа реорганизовался вокруг «интегрального» Аристотеля, чтобы официально и окончательно включить его в свой учебный план.
Но, к сожалению, борьба с идеями Аристотеля не закончилось на этом, просто дальше она перешла в борьбу теологического факультета с факультетом свободных искусств (Дальше можно поговорить про запреты 1270 и 1277 годах. Уже затрагивал эту тему здесь). Может быть про это напишу позже, а может и нет (я очень ленивый).
Если сбросите это пост своим знакомым или репостните в канал – у меня будет больше желания писать))
ЭТАПЫ ЗАПРЕТА АРЕСТОТЕЛЯ В ПАРИЖЕ XIII в.
Неоднократные выступления, посвященные ограничениям, связанным с преподаванием философии Аристотеля, образуют одну из глав, наиболее часто освещаемых историками Средневековья в отношении средневековой мысли. Первая антиаристотелевская мера в Парижском университете была введена архиепископом Пьером де Корбейлем в 1210 году. В ней запрещалось преподавать «как публично, так и в частном порядке Libri naturales Аристотеля и комментарии к ним». Про этот случай я уже несколько раз рассказывал ранее, как про сам запрет, так и про сожжения книг Аристотеля
Пять лет спустя, в 1215 году, кардинал и папский легат Робер де Курсон будет работать над тем, чтобы, возобновить действие ограничительной меры 1210 года и уточнить ее значение. Это свидетельствует о том, что запрет часто нарушали, притом настолько часто, что пришлось его повторить с уточнениями. Важно отметить, что с 1210 г. и до осуждения 1277 г. споры велись не о прямом запрете Аристотеля, а об ограничениях, которые необходимо наложить на аристотелевскую науку, особенно в ее отношении к священной науке.
Третий эпизод, касающийся запретов, касающихся учения Аристотеля, начинается с забастовки 1229 года и заканчивается в 1231 году вмешательством папы Григория IX. Через два года после начала забастовки папа сыграл решающую роль в написании папской буллы, известной как «Parens scientiarum» – обычно рассматривается как Великая хартия университета. В ней он пытается умиротворить Парижский университет, чтобы возобновить занятия. Если мы приблизим этот текст к запретам 1210 и 1215 годов, мы увидим изменение тона и ориентации. То, что было запрещено в 1210 и 1215 годах, остается запрещенным, но, в отличие от двух других постановлений, запрет сохраняется лишь временно, то есть действует только до тех пор, пока в libri naturales Аристотеля не будут устранены подозрения в «ошибках», которые противоречат догматам церкви, содержащиеся в его трудах
Какими бы ни были причины, побудившие папу принять действие, десять дней спустя, то есть 23 апреля 1231 года, он создает комиссию по расследованию, уполномоченную снять с libri naturales Аристотеля подозрения в «ошибках», которые могли содержаться в его текстах. На нынешнем уровне наших знаний у нас нет никаких данных о реальной деятельности этой комиссии, и, по мнению нескольких медиевистов, сама невозможность такого проекта, вероятно, является причиной отсутствия конкретных результатов
libri naturales преподавались в университете с конца 1230-х годов, о чем свидетельствует учение теолога Роджера Бэкона, который читал лекции по последним в Парижском университете в период с 1241 по 1247 год. С другой стороны, работа Клода Лафлера «руководство для студентов», как правило, подтверждает эту гипотезу, поскольку они показали, что в 1230-х–1240-х годах, в университетской учебной программе было место для естественной философии Аристотеля. Хотя учение Аристотеля о libri naturales, вероятно, стало обычным явлением на факультете искусств в Париже (это начиная с 1240-1241 гг.), тем не менее, работам Аристотеля было необходимо дождаться 19 марта 1255 года и принятия «Statutum Facultatis artium», прежде чем «все» его работы станут предметом институциональной гарантии. С этим официальным уставом факультет искусств Парижа реорганизовался вокруг «интегрального» Аристотеля, чтобы официально и окончательно включить его в свой учебный план.
Но, к сожалению, борьба с идеями Аристотеля не закончилось на этом, просто дальше она перешла в борьбу теологического факультета с факультетом свободных искусств (Дальше можно поговорить про запреты 1270 и 1277 годах. Уже затрагивал эту тему здесь). Может быть про это напишу позже, а может и нет (я очень ленивый).
❤5👍2
ФИЛОСОФИЯ ЮМОРА КАК ИСТИННАЯ ФИЛОСОФИЯ
Посмотрев лекцию Дмитрия Хаустова «Веселая наука: философия и комедия» у меня появилось некоторые дополнения. В начале лекции приводится тезис, через цитату Дж. Агамбена, о сращивании философии и смеха, суть в том, что философия и смех не просто неразлучны, а являются чуть ли не единым, амбиволетной сущностью, с чем я вполне согласен. Но добавлю, что смех – это та философия, которая смогла.
Одно из определения философия являются то, что философия отвечает, или, по крайне мере, пытается отвечать на фундаментальные вопросы. Но тут верное уточнение, что именно пытается, из века в век разбираются одни и те же вопросы, а зачастую одни и те же аргументы, лишь разными словами, меняя методологический аппарат философы говорят тоже самое тысячи лет, слегка меняя вектор авторитетов от эпохи в эпохе.
«Философия смеха» же, если можно так это назвать, с самого своего появления, смогла ответить на один из самых фундаментальных вопросов бытия, которым (ответом) пользуются до сих пор.
Вопрос этим был: «Как жить?»
Как выжить в этом гнетущем, серьезном мире, в который нас бросают с мягкой кровати детства. Серьезный, «взрослый» мир всячески пытается показать, что в нем нет места для смеха, лишь «набожная» серьезность и уныние, мир всячески применяет свой репрессивный аппарат на ещё не окрепшего человека. Настолько сильно сдавливая его, что оправится от этого он так и не сможет до конца жизни.
Но смех, в ответ на попытку вытеснить его за рамки «серьезного мира» не пытается бороться с ним со стороны, нет, будучи вытолкнутым, он будто ставит зеркало, показывая сущность этого мира.
Вот мы подошли и ответу на ранее поставленный вопрос, а ответом будет:
«Высмеивание»
Чтобы подорвать эту напущеную серьезность нужно лишь высмеять её, сделав так, чтобы показать свое отношение к миру.
Нужно помнить, что месседж проговоренный и месседж услышанный – это не одно и тоже, так вот именно ирония является тем зеркалом, которое показывает говорящему свое видение сказанного. Тем самым сводя на нет все дальнейшие потуги устоять на краю серьезности. Всё это вполне неплохо коррелирует с пьесой Сартра, которую я ранее разбирал. Суть в том, что мы есть другие, то, как на нас смотрят. Глаза – это не зеркало души, глаза – это искаженное зеркало, в котором отображается другой. Иронизируя ты просто озвучиваешь то, что уже было отображено в твоих глаза.
Это некое «подшучивание» над миром не просто успокаивает, но и снимает маски, показывая суть. Неким образом, смех подрывает «взрослый и серьезный мир», делая его незначительным.
Если человек, увидев тень Голиафа сбежит, то Давид лишь посмеётся, когда увидит, что «Голиаф то голый»
Это и есть критика через высмеивание и высмеивание через критику. Чтобы научится жить, нужно научится быть неким критиком, который ехидно улыбается, понимая всю комичность мира
Посмотрев лекцию Дмитрия Хаустова «Веселая наука: философия и комедия» у меня появилось некоторые дополнения. В начале лекции приводится тезис, через цитату Дж. Агамбена, о сращивании философии и смеха, суть в том, что философия и смех не просто неразлучны, а являются чуть ли не единым, амбиволетной сущностью, с чем я вполне согласен. Но добавлю, что смех – это та философия, которая смогла.
Одно из определения философия являются то, что философия отвечает, или, по крайне мере, пытается отвечать на фундаментальные вопросы. Но тут верное уточнение, что именно пытается, из века в век разбираются одни и те же вопросы, а зачастую одни и те же аргументы, лишь разными словами, меняя методологический аппарат философы говорят тоже самое тысячи лет, слегка меняя вектор авторитетов от эпохи в эпохе.
«Философия смеха» же, если можно так это назвать, с самого своего появления, смогла ответить на один из самых фундаментальных вопросов бытия, которым (ответом) пользуются до сих пор.
Вопрос этим был: «Как жить?»
Как выжить в этом гнетущем, серьезном мире, в который нас бросают с мягкой кровати детства. Серьезный, «взрослый» мир всячески пытается показать, что в нем нет места для смеха, лишь «набожная» серьезность и уныние, мир всячески применяет свой репрессивный аппарат на ещё не окрепшего человека. Настолько сильно сдавливая его, что оправится от этого он так и не сможет до конца жизни.
Но смех, в ответ на попытку вытеснить его за рамки «серьезного мира» не пытается бороться с ним со стороны, нет, будучи вытолкнутым, он будто ставит зеркало, показывая сущность этого мира.
Вот мы подошли и ответу на ранее поставленный вопрос, а ответом будет:
«Высмеивание»
Чтобы подорвать эту напущеную серьезность нужно лишь высмеять её, сделав так, чтобы показать свое отношение к миру.
Нужно помнить, что месседж проговоренный и месседж услышанный – это не одно и тоже, так вот именно ирония является тем зеркалом, которое показывает говорящему свое видение сказанного. Тем самым сводя на нет все дальнейшие потуги устоять на краю серьезности. Всё это вполне неплохо коррелирует с пьесой Сартра, которую я ранее разбирал. Суть в том, что мы есть другие, то, как на нас смотрят. Глаза – это не зеркало души, глаза – это искаженное зеркало, в котором отображается другой. Иронизируя ты просто озвучиваешь то, что уже было отображено в твоих глаза.
Это некое «подшучивание» над миром не просто успокаивает, но и снимает маски, показывая суть. Неким образом, смех подрывает «взрослый и серьезный мир», делая его незначительным.
Если человек, увидев тень Голиафа сбежит, то Давид лишь посмеётся, когда увидит, что «Голиаф то голый»
Это и есть критика через высмеивание и высмеивание через критику. Чтобы научится жить, нужно научится быть неким критиком, который ехидно улыбается, понимая всю комичность мира
❤4🎉1
Forwarded from ArchiMagier 𓂙
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
О "Божественной комедии" и о том, как относиться к Аду, если ты богохульник в самом широком понятии этого слова
❤3