Теория, если по простому — это связная, относительно стабильная группа положений, переиспользуемая в дискурсе как нормативный компонент. То бишь, имея теорию с соответствующим эпистемическим статусом (истинная. допустимая и пр.), можем нормировать иные высказывания-положения на предмет "соответствия теории" по каким-то протоколам.
"Предельные" теории — это особый класс теорий, которые оперируют на предельном для дискурса уровне обобщения. Для них как раз возникают проблемы рекурсивности: количество всё более генерализованных понятий падает, а требование "определения через другие понятия" остаётся, и приходится вводить циклы.
"Точные", "доказанные" — это какие-то эпистемические статусы, нужные для маршрутизации дискурса: если "доказанная", то такая ветка рассуждений, если "гипотеза" — то такая. Для того, чтобы это происходило устойчиво, нужна как раз вся такая хорошо согласованная в коммуницирующем сообществе инфраструктура маршрутов, эпистемических меток, теорий и протоколов.
Когда это выстроено, как для относительно слабогенерализованных теорий в больших, древних, хорошо обустроенных дискурсивных пространствах, то можно добиваться высокой согласованности а-ля "строгости", "точности", "доказанности" и пр.
Когда у нас согласованности нет, говорить об этом бессмысленно. Эти нормативы перестают быть полезными: рельсы хороши, чтобы ехать примерно-прямо, а не выполнять 3D-маневрирование. В случае с предельными теориями и междисциплинарными исследованиями согласованности как раз мало, и ландшафт волатилен. Привычные редукции приводят не к стабильно хорошей производительности дискурса, а к параличу и импотенции. Поэтому я вместо "истинности" или "доказанности" — соответствия неким отдельным нормам-теориям) и ввожу [мета]нормативы устойчивости и управляемости — способности сохранять связность, объяснительную способность, полезность при жёстких манёврах на предельных нагрузках.
"Предельные" теории — это особый класс теорий, которые оперируют на предельном для дискурса уровне обобщения. Для них как раз возникают проблемы рекурсивности: количество всё более генерализованных понятий падает, а требование "определения через другие понятия" остаётся, и приходится вводить циклы.
"Точные", "доказанные" — это какие-то эпистемические статусы, нужные для маршрутизации дискурса: если "доказанная", то такая ветка рассуждений, если "гипотеза" — то такая. Для того, чтобы это происходило устойчиво, нужна как раз вся такая хорошо согласованная в коммуницирующем сообществе инфраструктура маршрутов, эпистемических меток, теорий и протоколов.
Когда это выстроено, как для относительно слабогенерализованных теорий в больших, древних, хорошо обустроенных дискурсивных пространствах, то можно добиваться высокой согласованности а-ля "строгости", "точности", "доказанности" и пр.
Когда у нас согласованности нет, говорить об этом бессмысленно. Эти нормативы перестают быть полезными: рельсы хороши, чтобы ехать примерно-прямо, а не выполнять 3D-маневрирование. В случае с предельными теориями и междисциплинарными исследованиями согласованности как раз мало, и ландшафт волатилен. Привычные редукции приводят не к стабильно хорошей производительности дискурса, а к параличу и импотенции. Поэтому я вместо "истинности" или "доказанности" — соответствия неким отдельным нормам-теориям) и ввожу [мета]нормативы устойчивости и управляемости — способности сохранять связность, объяснительную способность, полезность при жёстких манёврах на предельных нагрузках.
Антисложность
Предельная теория
Предельная теория — это теория, работающая на максимальном уровне абстракции для некоторой предметной области и задающая предельные способы различать, объяснять, строить и оценивать конструкты в своей рамке. Она не обязана быть метатеорией: метатеоретическая…
👍5
Мир = действие + представление
(с) Валентин Турчин, "Кибернетическая онтология действия", 1993.
В продолжение актической/действие-центричной линии.
Работы Турчина ("Кибернетический манифест", "Кибернетическая онтология действия", "Кибернетическая эпистемология") — это то, как могла бы выглядеть метастемология, останься она на философских рельсах, в рамках объективистской парадигмы, без инженерной/технологической поддержки, без самоприменимого метода. Можно определить это как плоское сечение метастемологического шара, поверхность. Думаю, Турчин бы воспринял идею устранить философские схемы из кибернетического дискурса. Многие ключевые вехи у него проставлены, но отработка площадок и их связывание — только контурное.
***
Пока русская наука допетрит, как на этом всё можно летать (несомненно, прочитав об этом в американских журналах), ещё пару поколений удобрят почву костями в культурных слоях. Банзай.
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Атлас предельных теорий Рунета
Метастемологическая лаборатория запускает "Атлас предельных теорий Рунета" — теорий, работающих на максимальном уровне абстракции для некоторой предметной области. Мы создаём технологический узел для подсветки и поддержки особого рода теоретического и инженерного поиска, живущего на русской когнитивной платформе. Для этого мы собираем теории разного уровня зрелости в областях от философии сознания до моделей общего искусственного интеллекта.
https://atlas.metasteme.dev
Метастемологическая лаборатория запускает "Атлас предельных теорий Рунета" — теорий, работающих на максимальном уровне абстракции для некоторой предметной области. Мы создаём технологический узел для подсветки и поддержки особого рода теоретического и инженерного поиска, живущего на русской когнитивной платформе. Для этого мы собираем теории разного уровня зрелости в областях от философии сознания до моделей общего искусственного интеллекта.
https://atlas.metasteme.dev
❤2🤔1🤩1
И в работах Витяева и большинстве иных есть другой, по-настоящему критический нюанс. Я буду настаивать, что это как раз-таки одно из существенных архитектурных ограничений метода или методов. Я говорю про всё то же старое доброе,марксистско-ленинскоепредставление об "объективной реальности" или "внешнем мире" или ещё какой-нибудь "не зависящей от человека" конструкции.
Устойчивость этого идола обеспечивается базальными когнитивными паттернами, которые критически нужны широкой группе живых существ для коллективного/родового выживания. Но сейчас эти инстинкты, глубоко укоренённые в формах концептуализации, и которые остаются критически важными для обеспечения практик с относительно низкоабстрактным знанием, уже становятся архитектурными ограничителями на производительно в областях высокоабстрактного знания, т.е. всё более удалённого от форм животного и племенного мира.
Человечество за тысячи лет не раз пыталось устранить этот конструкт из концептуального поля. На практиках и импульсах к снятию этого гипноза и преодолению барьера построена изрядная часть культуры. Вспомнить только возраст фразы "Дао выраженное в словах не есть истинное Дао". Солипсизм, формы элиминативизма и пр. — это теоретические провалы в схватывании проблемы, а не формы реализации корневого понимания.
Монистическая архитектура с "только-знанием" даёт плоскую модель мира с единым и компактным набором инструментов сборки и навигации. Она не столько отрицает/вытесняет классические варианты с "субъект-знание-объектной" оппозицией, а обобщает и параметризует оные, предлагая новое многомасштабное оперативное пространство.
Метастемологические исследования как раз нацелены на организацию доступа к такому только-знаниевому пространству, свободному от архаичных/низкоразмерностных демаркаций и неуправляемого дуализма. Существующая актическая линия, со всем рядом специальных конструкций, с интуиционистами (Колмогоров), ТФС/когнитом-нейрофизиологов (Анохины), СМД-методологи (Щедровицкий), когнитивисты инженерного характера (Витяев) и великой массой других — это процесс выработки наиболее сильной и наиболее совместимой из известных мне инструментальной оснасток, пригодной для целей такой навигации в поле исполнимого знания. Эту мощь нужно освободить от неадекватных сложности задачи рамок текущего метатеоретического/философского протокола с его "истинами-реальностями-субъектами-феноменологиями-сознаниями". Мне это видится платформенным переходом, подобным переходу от механических арифмометров к электрическим машинами.
"теории сознания" — это частные решения, зависящие от протокола конструирования.
Вещь, какую я пытаюсь донести и реализовать (Атлас) — это то, что частные "теории сознания/разума/вселенной/всего" в количестве 1000 штук НЕ приведут в "процессе естественного отбора и научного поиска" к искомой "единственной истинной теории". Это фундаменталистские фантазии из сельского уклада. Приведут к накоплению, кластеризации, конкуренции — но уже между кластерами, между группами. Поэтому, чтобы победить в групповой конкуренции нужен управляемый ландшафт, многообразие, экосистема теорий, где их жизненный цикл — производство, оценка, внедрение, вывод — регулируются метатеоретической платформой, а не свободной коммуникацией гениев.
"Теория сознания" — это длясельпомедленной философии уникальное произведение, а в быстром технологическом миру —рутинный артефакт, изготавливаемый под заказ паройкитайцеврязанских инженеров.
Чем быстрее мы это поймём, тем быстрее начнём гонять Палантир по углам глобуса.
👍3🤔1🤯1
Витяев Е.Е. "Новая математика сознания" (2026).
Странное впечатление от работы. Замах стратегический — "новая математика сознания", не менее.
Архитектура намечена в Introduction как набор модулей. Сопряжение между ними обозначено скорее слабо, ощущение механистичной склейки доступного инвентаря, а не наполнение компонентных мест хорошо увязанными решениями.
При заявке на "новую математику" собственно математический формализм интенсивно применён только к "вероятностным формальным концептам", в этом плане это наиболее проработанная часть. Некоторое количество формул разбросано по другим секциям — скорее форма иллюстрации, чем матметод. Для работы с заявкой на "новую математику" скорее подозрительно.
Некоторые участки просто кажутся сырыми и невычитанными. Раздел 8 на пару странных абзацев с "парадоксом цели", где про "основания математики" есть примерно ничего. И за которым под номером 9 та же тема как-то развивается далее, опять с чистого листа. Причём, с исключительно дискурсивными дефектами: три-четыре теоретических посыла пересказываются в разных околосинонимичных формах, будто наскоро скопипащены.
Методологические вопросы для меня, в метатеоретической перспективе, скорее вторичны. Даже "reality" и "external world", эпистемические основания — это в таком ракурсе только отдельные компоненты. "Как исправить метод" пусть обсуждают и решают компетентные исследователи. Но вот архитектура теории, то, как их усмотрения, находки и концптуализации разводить на управляемые слои и компоненты, стыковать через интерфейсы. укладывать в паттерны и собирать в решения — это представляется более приоритетным.
И с этой точки зрения, "новая математика сознания" как исполняемое знание имеет, скажем так, существенные слабости. Увы.
Странное впечатление от работы. Замах стратегический — "новая математика сознания", не менее.
Архитектура намечена в Introduction как набор модулей. Сопряжение между ними обозначено скорее слабо, ощущение механистичной склейки доступного инвентаря, а не наполнение компонентных мест хорошо увязанными решениями.
При заявке на "новую математику" собственно математический формализм интенсивно применён только к "вероятностным формальным концептам", в этом плане это наиболее проработанная часть. Некоторое количество формул разбросано по другим секциям — скорее форма иллюстрации, чем матметод. Для работы с заявкой на "новую математику" скорее подозрительно.
Некоторые участки просто кажутся сырыми и невычитанными. Раздел 8 на пару странных абзацев с "парадоксом цели", где про "основания математики" есть примерно ничего. И за которым под номером 9 та же тема как-то развивается далее, опять с чистого листа. Причём, с исключительно дискурсивными дефектами: три-четыре теоретических посыла пересказываются в разных околосинонимичных формах, будто наскоро скопипащены.
Методологические вопросы для меня, в метатеоретической перспективе, скорее вторичны. Даже "reality" и "external world", эпистемические основания — это в таком ракурсе только отдельные компоненты. "Как исправить метод" пусть обсуждают и решают компетентные исследователи. Но вот архитектура теории, то, как их усмотрения, находки и концптуализации разводить на управляемые слои и компоненты, стыковать через интерфейсы. укладывать в паттерны и собирать в решения — это представляется более приоритетным.
И с этой точки зрения, "новая математика сознания" как исполняемое знание имеет, скажем так, существенные слабости. Увы.
👍1
У человека есть сознание. Это кажется несомненным (если мы вообще допускаем существование сознания). У людей есть боль, страх, удовольствие, внимание, ожидание, тревога, интерес. Мы не наблюдаем эти состояния напрямую, но уверенно приписываем их окружающим по их поведению и сходству с нами.
Дефектность такого дискурса в неуправляемом протоколе вокруг ключевого элемента: конструкт "сознание" вводится как данность с некоторым предзаданным синтаксисом и сразу жёстко центрирует мышление.
Можно рассуждать об его онтологической конфигурации ("свойства-отношения-границы") — это первая орбита, самая безнадёжная. Можно рассуждать об онтологическом статусе ("существует — не существует, возможно — невозможно, иллюзорно — неиллюзорно") — но это скорее отчаяние от понимания тупика первой орбиты. Можно наконец попытаться соскочить с орбиты. Так, чтоб не соскакивать (страшно) — квиетизм. Кому менее страшно — радикализирует отрыв, насколько может, а то и направляется в методологический космос (элиминативизм Уилкс). Но, кажется, не получается у её космоса никакой открытости.
В любом случае, это попытка иметь дело, перестроить или освободиться от какого-то по-умолчанию-вброшенного, неустранимого конструкта, символа веры. Орбитирование центра масс. Философы не вводят его в дискурс в управляемом режиме, потому как он нужен для, они барахтаются в гравитационной среде, которую он формирует — потому как "очевидно, это важно". Специфика ситуации с предельным, фундаментальным понятием, что граница такой "очевидности" намекает, что перестановкой кубиков внутри её нарастающее беспокойство по поводу плодящихся противоречий и висящих концов ("трудных проблем") не разрешить.
Может важно в другом месте? Может, эта планета как минимум не единственный, а то и не главный центр масс, и есть некое светило, которое может центрировать траектории без мутных эпициклов и метаэпистеомологий?
@
👍2
Отклик на
"The grAIl: субъектность как самореферентный спектральный инвариант двухконтурной когнитивной архитектуры" Ростиславу Бутаеву.
"The grAIl: субъектность как самореферентный спектральный инвариант двухконтурной когнитивной архитектуры" Ростиславу Бутаеву.
Заглубился на некоторую глубину.
Интуиция обозначена, но текст сильно дребезжит. Теорию надо основательно дебажить.
Тезисы — очень слабое место, оба. Первый, видимо сводим к "субъектность рекурсивначто бы это ни значило", остальное — балласт. Тезис 2 по факту отсутствует. Вместо него отсылка к Юнгу и типология в скобках. Вообще, Юнга слишком много для такого рода теории. Видно, что автор впечатлился. Но зачем из теории строить памятник Юнгу — решительно не понятно. Жизнь ширее и глыбче.
С одной стороны — операциональное/конструктивное определение, с другой — какая-то "по своей природе".
Вроде хороший конструктивистский заход с "операционализацией" и метриками на "состоянии системы", но применяем непоследовательно.
От этого, видимо, много рефлексивных тупиков, выражаемых в диагностичных фразах вроде "сам себя". Это фиксация критического дефекта в любой теории — неразличение или неквалифицированное различение позиций. Как только обнаруживается такое "самое себя", это значит провал опознания конфигурации действия. Клауза (СР) — это сборник таких дефектов, приправленный ещё и кавычками. Оные привлекаются, когда теории не хватает концептуального различения, поэтому нужно вставлять всякие метафоры, заимствовать терминологически чужеродное голомологи из других дисциплин или ещё что, в надежде, что у читателя сработает ассоциативный ряд. В общем, обычные уловки философской литературы, не для технических теорий.
Закавычивание ядерных конструктов "я" и "не я" означает, что они теории скорее не нужны. Как ни парадоксально. Одна из обычных ситуаций, когда балласт очевидностей философского языка мешает теории. Философский словарь до добра не доведёт. "От иного", "плоть" (вообще отпад) и прочая.
После п3 воспринимать становится всё сложнее до состояния "невозможно". Формализмы и связки, а и они так тяжелы, а тут жпт.
Я, честно говоря, не понимаю этого: пафос "у меня тут всё строго-строго, всё в формулах" может впечатлить наивную часть аудитории. Для злой, но профанической, которая, как я, при чтении длинных формул про Перрона–Фробениуса напрягается, и проверить не может — это пустое, попытка поставить дымовую завесу из формализмов в решении задачи, где техническая вычислительная часть — это проблема номертридцатьтри.
При всём при этом, корневые интуиции совместимы с метастемологическими. Но у меня вё же остаётся подвешенным вопрос: зачем вы это всё конструируете?
представляем когнитивную архитектуру, в которой субъектность является формально верифицируемым спектральным свойством,
Отдельное специальное упражнение для "верификации субъектности"что бы это ни значило? Ну отверифицировали, дальше что? Какие задачи кроме "формальной верификации субъектности" ваша КА может ещё делать? Шарик по ящику может гонять, как устройство г-на Пивоварова?
Но упражнение полезное хотя бы наличием, однажды сравним модели по соотношению шум-сигнал.
👍1
Сейчас (v0.2xx) Атлас — это накопление первичного набора профилей предельных теорий с относительно простым конвейером обработки текстовых корпусов для получения неглубокой модели.
Задача на перспективу — метатеоретическое исследование ландшафта, состоящего даже не из теорий, как крупных агрегатов (чего достаточно для обычной классификации-категоризации), а более тонкой актантной сети, которая по неким правилам/аттракторам собирается в относительно устойчивые конструкты: от микротеорий, реплицирующихся в разных дискурсивных формах-моделях, до мегаструктур вроде кластера вокруг конструкта "сознание".
Задача на перспективу — метатеоретическое исследование ландшафта, состоящего даже не из теорий, как крупных агрегатов (чего достаточно для обычной классификации-категоризации), а более тонкой актантной сети, которая по неким правилам/аттракторам собирается в относительно устойчивые конструкты: от микротеорий, реплицирующихся в разных дискурсивных формах-моделях, до мегаструктур вроде кластера вокруг конструкта "сознание".
👍1
Forwarded from МетаФизик (Дмитрий Холкин)
Превосходная промышленность
#AI #цветущаясложность #прикладнаяфилософия
«Превосходная промышленность» — такой новый термин ввел в оборот Дмитрий Песков на ПМЭФ-2026. Смысл здесь двоякий: с одной стороны, это индустрия, качественно превосходящая нынешнюю, а с другой — гибридный симбиоз человека и того самого нечеловеческого интеллекта, который нас уже превосходит.
Новое проектирование
Особенностью этой новой промышленности будет радикальное сокращение времени и затрат на производство новых изделий. В рамках традиционного подхода создание сложного продукта — от концепта до опытного образца — занимало от 2 до 14 лет. Сегодня на сцену выходит агентная операционная система проектирования, которая сжимает эти сроки до кажущихся невероятными 6–16 недель. Чтобы это стало реальностью, необходимо развернуть три блока новой системы проектирования:
1️⃣ Суверенная общая промышленная память. Эта память должна быть абсолютно закрыта от американских или китайских моделей ИИ. Только владея собственными уникальными данными в защищенном контуре — данными, учитывающими наши уникальные климатические и пространственные особенности, — мы сможем генерировать новое знание и создавать технологии под свои возможности и ограничения.
2️⃣ Рой ИИ-агентов (порядка 50–500 агентов на одно КБ). Внутри цифровой среды создаются специализированные сущности: агенты-конструкторы, агенты-оформители, агенты-верификаторы и даже целый «совет агентов», представляющих разные ИИ-модели и спорящих друг с другом ради оптимального решения.
3️⃣ Кибер-физический полигон. Это конвейер, где сначала происходит цифровое моделирование продукта и его обкатка на симуляторах (сотни и тысячи виртуальных циклов испытаний — базовое жесткое требование), затем быстрое производство MVP и финальные полевые тесты.
Новая роль человека
В этой агентской среде радикально меняется роль человека. Многие традиционные функции отмирают, уступая место совершенно иной ролевой модели:
🪵 Главный конструктор теперь занимается оркестровкой гибридного, человеко-агентного коллектива. Его задача — удерживать общие рамки и генеральный замысел изделия.
🪵 Появляется ключевая фигура будущего — архитектор онтологии. Он определяет саму картину мира для роя ИИ-агентов: задает категории, понятийный язык и протоколы взаимодействия. По сути, это чистая практическая философия.
🪵 Инженеры-конструкторы переходят в режим симбиоза. Работая в связке со своим персональным множеством ИИ-агентов, они образуют с ними неделимую производственную единицу.
🪵 Замыкают контур верификаторы и бенчмарк-мастера — люди, которые проводят финальные испытания и оценивают соответствие получившихся изделий зафиксированным требованиям и лучшим в мире характеристикам.
Фрактальные решения
И, наконец, самое интересное методологическое зерно. Архитектурный принцип создаваемых в новой промышленности продуктов и систем — их фрактальность. Если в других отраслях мне это пока представить сложно, то в энергетике у нас уже есть понятный и близкий аналог — Интернет энергии (IDEA), где принципы самоорганизации и подобия работают на всех уровнях.
По мнению Дмитрия Пескова, возвращение и расцвет великой русской инженерной традиции должны состояться именно на этой новой фрактальной архитектуре — как самих изделий, так и организации процессов их проектирования. А значит наш новый девиз на ближайшее десятилетие звучит так:
#AI #цветущаясложность #прикладнаяфилософия
«Превосходная промышленность» — такой новый термин ввел в оборот Дмитрий Песков на ПМЭФ-2026. Смысл здесь двоякий: с одной стороны, это индустрия, качественно превосходящая нынешнюю, а с другой — гибридный симбиоз человека и того самого нечеловеческого интеллекта, который нас уже превосходит.
Новое проектирование
Особенностью этой новой промышленности будет радикальное сокращение времени и затрат на производство новых изделий. В рамках традиционного подхода создание сложного продукта — от концепта до опытного образца — занимало от 2 до 14 лет. Сегодня на сцену выходит агентная операционная система проектирования, которая сжимает эти сроки до кажущихся невероятными 6–16 недель. Чтобы это стало реальностью, необходимо развернуть три блока новой системы проектирования:
"У нас сейчас одна из компаний за две недели сформировала техническое задание на принципиально новую спутниковую группировку. Две недели вместо годов работы десятков НИИ. Вот она, новая реальность."
Новая роль человека
В этой агентской среде радикально меняется роль человека. Многие традиционные функции отмирают, уступая место совершенно иной ролевой модели:
"В превосходной промышленности вообще нет ничего более прикладного и предметного, чем философия. У кого круче и глубже онтология — тот в итоге и прав."
Фрактальные решения
И, наконец, самое интересное методологическое зерно. Архитектурный принцип создаваемых в новой промышленности продуктов и систем — их фрактальность. Если в других отраслях мне это пока представить сложно, то в энергетике у нас уже есть понятный и близкий аналог — Интернет энергии (IDEA), где принципы самоорганизации и подобия работают на всех уровнях.
По мнению Дмитрия Пескова, возвращение и расцвет великой русской инженерной традиции должны состояться именно на этой новой фрактальной архитектуре — как самих изделий, так и организации процессов их проектирования. А значит наш новый девиз на ближайшее десятилетие звучит так:
«Превосходство не количеством, а фрактальностью».
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Полное выступление Д.Н. Пескова на панели ПМЭФ.
54:00
Жду объявления открытых соревнований по онтологическим боям, полный контакт.
54:00
В промышленности нет ничего более предметного чем философия. У кого круче онтология тот и прав. Вот эта промышленная онтология, умение ими управляться и создавать новые пространства с искусственным интеллектом именно промышленных агентов - именно ключ к успеху.
Жду объявления открытых соревнований по онтологическим боям, полный контакт.
👍2
"Семантическое сознание как эмерджентная репрезентация".
Не смотря на затишье в канале, μΣ-лаборатория ритмично работает все эти месяцы и тайными тропами в к её работе присоединяются новые участники.
Сергей Исмулин разрабатывает "Категориальную модель атомов смысла" - онтологическую программу, которая принимает корреляцию, а не объект, в качестве первичного онтологического элемента. Статьи с изложением КМАС в статусе подготовки к публикации, но профиль на Атласе даёт представление о теоретическом вкладе.
Вчерашнее выступление Сергея на лабе никоим образом не претендовало на полноту изложения КМАС, но было затравкой для обсуждения. В метастемологической перспективе — это одна из предельных теорий, пытающихся преодолеть объективистские барьеры наличной эпистемы, используя инструментарий объективистской эпистемической платформы, философский концептуальный инвентарь и протокол. Что как минимум сразу делает попытку дороже в плане приложенных усилий.
Метастемологический протокол и оснастка претендуют на другой уровень производительности. И в отношении таких теорий задача стоит не в замещении КМАС метастемологией, а в замещении платформы разработки КМАС на метастемологическую.
Такой переезд потребует перестройки архитектуры теории и замены её концептуального оснащения. И один из вопросов, который мы выясняем — какая специальная часть останется в интуитивной рамке теории после такой перестройки и переоснащения? Если решаемые теорией проблемы — по факту только проблемы синтаксиса общенаучной/объективистской/философской платформы — они элиминируются сами по себе, вместе с концептуальными схемами. Если же у теории есть проблемный фокус, требующий невырожденной в дискурсивную петлю, специальной архитектуры исполнимого знания — нужно его выявить и сформировать подход к решению.
Не смотря на затишье в канале, μΣ-лаборатория ритмично работает все эти месяцы и тайными тропами в к её работе присоединяются новые участники.
Сергей Исмулин разрабатывает "Категориальную модель атомов смысла" - онтологическую программу, которая принимает корреляцию, а не объект, в качестве первичного онтологического элемента. Статьи с изложением КМАС в статусе подготовки к публикации, но профиль на Атласе даёт представление о теоретическом вкладе.
Вчерашнее выступление Сергея на лабе никоим образом не претендовало на полноту изложения КМАС, но было затравкой для обсуждения. В метастемологической перспективе — это одна из предельных теорий, пытающихся преодолеть объективистские барьеры наличной эпистемы, используя инструментарий объективистской эпистемической платформы, философский концептуальный инвентарь и протокол. Что как минимум сразу делает попытку дороже в плане приложенных усилий.
Метастемологический протокол и оснастка претендуют на другой уровень производительности. И в отношении таких теорий задача стоит не в замещении КМАС метастемологией, а в замещении платформы разработки КМАС на метастемологическую.
Такой переезд потребует перестройки архитектуры теории и замены её концептуального оснащения. И один из вопросов, который мы выясняем — какая специальная часть останется в интуитивной рамке теории после такой перестройки и переоснащения? Если решаемые теорией проблемы — по факту только проблемы синтаксиса общенаучной/объективистской/философской платформы — они элиминируются сами по себе, вместе с концептуальными схемами. Если же у теории есть проблемный фокус, требующий невырожденной в дискурсивную петлю, специальной архитектуры исполнимого знания — нужно его выявить и сформировать подход к решению.
❤2