Гипероним | Метастемология
186 subscribers
34 photos
6 videos
4 files
115 links
Метастемология: дисциплина рационализации, метаэпистемологические исследования и инженерные разработки
https://anticomplexity.org/posts/metastemologiya-vmesto-manifesta/
Download Telegram
Протокол is_a. В презентации К.Анохина 2015 года забавный слайд. В левом углу цитата из статьи Картера Баттса. Полностью в оригинальном тексте утверждение звучит так:
Представление эмпирического феномена как сети есть теоретический акт. Он предполагает принятие определённых допущений о том, что именно взаимодействует, какова природа этого взаимодействия и на каком временном масштабе оно происходит. Такие допущения не являются «бесплатными», и они действительно могут быть ошибочными. Независимо от того, изучаем ли мы взаимодействия белков, сексуальные сети или компьютерные системы, корректный выбор способа представления является ключом к получению правильного результата.

В статье автор как раз и аргументирует, что форма представления (там узко — про сетевые репрезентации, но тем не менее) меняет получаемый с помощью него результат. То бишь, есть "эмпирический феномен", а есть "модель" (тут только сетевая), нужно их различать и переход конструктивен, зависим, управляем. Это действие по трансляции между моделями называется theoretical act. Конструктивистский тезис, вид в профиль. Проф. Анохину он показался важным, что удостоился размещения в ленинской комнате на одном из ключевых слайдов.

Про то, почему такие конструкты как "объективная реальность" и "эмпирический феномен" стоит рассматривать не более чем низкоабстрактную модель поговорим потом, но немного продлив мысль (чего Баттс не делает), можно также настаивать на том, что раз модели конструктивно разводимы и разведены (как узлы сети), то связь между ними — явно уже не тождественность is_a (видимый стейк тождественен надписи "стейк" в меню), и не классификатор (видимый стейк — это экземпляр надписи "стейк" в меню), а нечто иное.

Мне забавным показалось наличие на слайде Анохина в противоположном углу классификатора "Разум is_a сеть" в фундаменталистской красной рамке, которая как раз убивает весь шарм указания на дистанцию и конструкцию "теоретического акта". Хотя сама исходная формула Баттса ещё более забавно рекурсивна: если прочитать её как "использование связки is_a is_a теоретический грех" .

Впрочем, и в моём тексте можно такие дискурсивные ситуацию выловить в изобилии — без них никуда, язык синтаксически выстроен так, что управлять семантикой и метастемией связей в необъектных целях сложно. Перестройка его — дело затратное, требующее совокупных усилий синхронной речевой коммуны.

Поэтому в метастемологии и выделяется бутстрап — дискурсивная аппаратура, позволяющая говорить старыми словами о новом, в режиме рефлексии конфигурации конструктов, отслеживания потерь управления.
👍3
Forwarded from Егор Чурилов
Один из актуальных вопросов сейчас — выработка для метастемологии границ дисциплины, превращение её в управляемую исследовательскую программу, нахождение ниши и формы применимости её инструментов. Их уже есть в некотором количестве и видится хорошим ходом развивать их не в качестве самоценной теории в вакууме, а как рычаг в прагматичном контексте. В 2017-2021 гг такой рамкой был LegalTech c моделе-основанным правом и архитектуры доверия c приложениями в Web3/DeTrust, но сейчас эти области утратили и населённость и привлекательность, возможно, временно.

Более интересным кажется иной фокус: поиск производительной метатеоретической формы рефлексии, которая бы позволила в то или иной степени заместить аналитическую философию и философский протокол в целом как платформу организации ряда ветвей науки, особенно зависимых от представлений такого уровня общности. Заместить не везде, а только в ареале русскоязычной науки: претензия и так заоблачная для мизера наличных ресурсов, и уже тем более их недостаточно для вторжения в англосферу.

Второй фокус, поддерживающий и обеспечивающий для первого — экзокортикальная поддержка сложной рефлексивной деятельности, т.е. сборка программно-инженерных систем, которые адекватны сложности современных знаниевых практик, интеллектуальной работы. Это область самого что ни на есть dogfooding ("ешь что готовишь"; пользуйся тем, что создаёшь), наболевшее и вызревшее за десятилетия. Современные стеки а-ля "Obsidian + RAG + LLM" — это попытки нащупать на старых костях мышцы нового класса продуктов — метатекстовых процессоров, и далеки от желаемого как минимум лично мной, по большому и ненасытному списку требований.

Местом приложения усилия сейчас выбрана гиперсетевая теория мозга, "когнитом" К.В. Анохина. В контексте разработки метастемологической плафтормы есть гипотеза, что метастемологические инструменты могут некоторым образом помочь такого рода исследованиям. Не в именно нейрофизиологической части, конечно, и даже не в части "фундаментальной теории сознания" напрямую, а в части снятия некоторых проблем, которые наследуются от объективистской парадигмы, и которые и сам проф. Анохин, и ряд западных учёных пытаются преодолеть (e.g. "fallacy of misplaced objectivity" у Тонони), но наталкиваются на препятствия, которые не вполне осознаются. Траектория взаимообуславливающих уровней генерализации, который взял Анохин (мозг — коннектом — когнитом) может указать на важные интенции и пустующие места, но и для сборки когнитома нужна поддержка с позиции следующего уровня. Метастемология претендует на конструирование такой позиции, и эта гипотеза требует проработки. Это не альтернативная "гиперсетевой модели мозга", IIT, GNWT, RPT и всему сонму из 250+ иных теорий сознания/субъективности/феноменального опыта, этто инфраструктура эпистемического протокола, вертикальной связности (заземление) и горизонтального федерирования/оркестрации теорий. Не уверен, что это всё можно решить за одну жизнь, но как минимум задачу нужно/можно поставить, пусть и через предъявление недостаточного её решения.
👍21
Одно из системообразующих направлений исследований в современной аналитической эпистемологии это релиабилизм и эпистемология "сначала-знания" (knowledge-first epistemology), начиная с Уильямсона. Это, насколько я понимаю, "state of the art" дисциплины, современное острие аналитической теории знания. Сначала-знание сильно резонирует в некоторой части с метастемологическими установками, тут аналитические философы почти пришли туда, откуда метастемология стартовала.

Радикальный переворот, который совершил Уильямсон — это существенная перестановка эпистемологических стульев, но это всё ещё не более чем перестановка известных стульев. Разве что "знание" стало "сначала", перед "убеждением". Knowledge, belief, evidence, norms, luck — относительно небольшой набор понятий и правил связывания — утомил самих философов в пост-геттиеровских стансах, и в конце концов привёл к некоторому расширению словаря: в петле вокруг главных узлов с "переключающимся" приоритетом, знанием и убеждением, наращиваются узлы reliable process, virtue, credit, E=K и далее safety, aptness, competence и anti-risk. Williamson, Sutton, Littlejohn, Kelp, Sosa, Pritchard, Brown — just to name a few big ones — те, кто авторитетно нарастили разнообразие внутри этого сада.

Манёвр Уильямсона интересен приоритезацией "знания", Келп и Соса интересны тем, что продолжают контрабандой вводить модель субъекта, практику, телеономию в дискурс через "competency", "aptness", "success". Такое несколько взбадривает ощущение тупика, но в общем — при всём уважении к интеллектуальной работе и принимая во внимание собственную глубочайшую необразованность — я не могу видеть там какой-то стратегической превосходящей линии, скорее субасимптотическую осцилляцию.

Одна из причин, по которой "Управляемая эпистемология" была перекрещена в "метастемологию", — это именно необходимость изъять из инвентаря понятий уже и "знание" ("убеждения" там никогда не было, а "сознание" отвалилось лет 8-10 назад), а также ещё ряд высоконагруженных конструктов, которые якорят дискурс в этой петле. Собственно, необходимо даже дистанцироваться от "эпистемологии" в этом плане, хотя рефлексивная практика здесь, несомненно, близкая.

В УЭ был свой "knowledge first", но совершенно недостаточно просто говорить о приоритете, методологическом либо онтологическом, "знания" перед чем-то иным. Борьба "сначала-знание" против "потом-знания" (которое суть специализация "утверждения", например, реалистская ("истинное") или релиабилистская ("надёжное"), это работа внутри конкретного поля и протокола — который, решая проблемы, сам стал главной проблемой. Начать можно с самой обсессивной тяги как-то крутиться именно вокруг "знания", как некой предельного класса, ценности, дискурсивного аттрактора — откуда это? Зачем это? У джентльменов, не сомневаюсь, найдётся ответ на любой вопрос. Но есть нюанс.

"Стема" стала в метастемологии той конструкцией, для которой "knowledge-first" может служить некоторой симметричной проекцией на аналитический дискурс, но не требует какой-то обоснованной приоритезации или аргументированной теоретической позы в силу изначально предельного характера абстракции, Кстати, "спанда" из кашмирского шиваизма кажется более адекватной проекцией, потому как идеалистический монизм (прости за варварское ругательство, брат Васугупта) просто полагает "спанду" в основание, как догмат. Стемический монизм так же форсированно размещает "стему" в корне онтологии без всяких обоснований, и это онтоинженерный манёвр, который, в купе с остальной метастемической инфраструктурой, делает исполнимые репрезентации проще и исполнение репрезентаций когнитивно дешевле. Ну или должно делать. Это должное должно быть представлено и исполнено, а не доказано и обосновано.
👍2
При работе с агентскими системами можно выделить несколько важных компонентов поверх собственно нейросетевой архитектуры LLM, обеспечивающих решение задач: управление контекстом, промпты, управление цепочкой рассуждений, харнесс, рои и пр., а также — оценки успешности (evals). Естественное стремление автоматизировать всё и вся приводит к тому, что каждый из этих компонентов также становится объектом конструирования со стороны самих агентов либо субагентских архитектур.
...
В этом сеттинге [хорошо] управляемым оказывается всё, кроме одного, — исходных эвалов, глобальных оценок результативности. Условия верификации формулируются на эдо-языке, здесь-языке, локальном языке вычислительного агентского сервера; условия валидации — на мета-языке, на языке клиента, в его онтологиях и в рамках его практик. Это принципиальная дистанция и одна из существенных проблем, если не одна из основных, особенно если эскалировать её до общности проблемы отношения «клиентского сознания» и «серверного вычислительного тела».

https://anticomplexity.org/posts/evaly/
👍2
"Онтологизация, управляемая когнитивной архитектурой и действие-центричные онтологии"
Добрался обработать материалы с годичной давности выступления на семинаре AGI Russia.

Онтологизация
метод снижения неопределённости при принятии решений посредством особых протоколов в межагентской коммуникации

Как?

1. Обеспечение коммуникации онтоконструктивная оснастка
2. Обеспечение дисциплины протокола архитектура вычисления/вывода

Сейчас

1. Онтоконструктивная оснастка:
Язык (группа существительного) с заземлением в объектно-феноменологическом контенте
2. Дисциплина протокола:
Формализмы на основе низкоразмерностных синтаксисов

Проблема

1. Ограничения языка и объективистской эпистемы
2. Ограничения формализмов, опирающихся на 2d-экзокортекс

Решения

1. Синтаксисы, заземлённые в "многомасштабные паттерны" (ММП)
2. Симулятор межагентной коммуникации, где агенты имеют специальную детерминистичную КА, и ММП - частное состояние группы КА

Онтологизация с опорой на оКА. Протокол

1. Определяется достаточно-способная КА
2. Определяются нормативные ММП (id + конфигурация)
3. Определяется репрезентации ММП в онтоконструктах
4. Определяются начальные условия эпистемической симуляции
5. Выполняется ввод в модель: интернализация, проекция в онтоконструкты
6. Выполняется управляемая симуляция
7. Вывод из модели: фиксация состояния КАК и экстернализация
8. Интерпретация
👍2
В русскоязычном интеллектуальном поле существует устойчивая линия «актики», действие-центричного мышления, проявляющаяся как в неакадемических разработках, так и в крупных теоретических традициях. Однако выражать эту линию сегодня приходится преимущественно через доминирующий западный, прежде всего аналитико-философский, протокол, который плохо совместим с её предельными интуициями и потому обедняет их или предлагает несовместимые режимы выражения. Отсюда возникает не дефицит идей, а дефицит собственных условий их артикуляции, развития и сборки. Мы боремся не за включение в чужой канон как таковое, а за возможность разворачивать эти интуиции на основаниях, более адекватных их внутренней логике.

https://anticomplexity.org/posts/za-chto-my-srazhaemsia/
👍31🤩1
Философское кафе
Есть занятная попытка померить аналитическую и континентальную философию при помощи методов корпусной лингвистики — у Грэма Ли, Уолтера Барты и Стива Чана. Берут статьи из журналов, строят корпус, считают частоты и смотрят, что всплывает. Картина вышла довольно узнаваемой. Континентальная философия выглядит исторически ориентированной: в топе history, historical, а главное — плотная сеть имён: Гегель, Гуссерль, Ницше, Хайдеггер. Текст здесь — это почти всегда работа с традицией, через фигуры и интерпретации. Аналитическая философия, напротив, почти лишена имён, но насыщена словами вроде reason, argument, belief, evidence. Плюс характерная диалогическая манера письма: рассуждение строится как последовательность возможных возражений и ответов на них, с явным разбором возможных ходов, гипотез и контрпримеров. Это выглядит как структурированный спор, а не комментарий к канону.
Исторические спекуляции против структурированного спора.

Третий путь: версионированное кодирование метаагента с тестами и инфраструктурой развёртывания.

Как в такую форму[лу] укладывать такие жанры, например, как историософия или гносеология? Да никак, потому как они и так изначально уложены. Всё что происходило между людьми со времён охоты на мамонтов — версионированное кодирование метаагента с тестами и инфраструктурой развёртывания. Только что разной меры сложности, масштабов, качеств, скоростей и этажностей. Осталось проснуться в этой Матрице.

Philosophie ist etwas, das überwunden werden soll
Метапланетяне
Бутстрап — язык лимба, способ говорить старым [неметастемологическим] языком о новом [метастемологическом].
ОМА — опорная метастемическая архитектура: аппарат, реализующий метастемию. Пока основной вариант реализации — импульсная гиперсеть.

1. Принцип экономии усилия требует создания минимальных рациональных конструкций, способных на максимальное действие. Одним из приёмов, интуитивно выполняемых практически любой рациональной дисциплиной, является поиск минимального основания. Например, предельного класса, когда терм с минимальным синтаксическим определением позволяет получить максимальный доступ в ОМА; максимальная ассоциативная способность с минимальным специфическим контролем.

В этой схеме в такой позиции находится "апейрическая пустота" УГМ. Сейчас покажу, как появляется такая "пустота" в метастемологической механике. Хотя сам термин "пустота" тут не нужен.

2. Максимы [бутстрапа], так же см. Теорию базисов:

1. Всё есть действие.
"Действие" — предельный класс.
(формулы а-ля "Всё есть х" с переменной "всё" и классифицирующей связкой "есть" — паттерн бутстрапа, в ядре МС нужны другие конструкции)
"Действие" — минимальное [не]различение, Симметрии: У-цзи, беспредельность, Абсолют, "Апейрическая пустота" в УГМ, Шунья в буддизме.
Почему синтаксис такой: "[не]различение"? Потому как "различение" и "неразличение" тут имеют эквивалентный метастемический статус, но синтаксически нам тут нужно существительное — нормативное требование русского языка — потому вставляем наиболее подходящее или наименее неподходящее.

2. Знание обеспечивает действие.
МС-термин: "стема". Симметрии: Тай-цзи, Великий Предел, "порождающий тысячу вещей". "Диакризис, акт различения" в УГМ. Проекция ключевой дихотомии, определяющая остальную архитектуру различения. Отличается от иных опорных дихотомий "человек — мир", "бытие — сознание", "добро — зло" и пр. "Агент" — различённое/ограниченное/окрестность знания, обеспечивающего действие.

Тут появлятся "пустотность" действия. "действие" — это в ОМА ссылка на эффектор. Т.е. терминальный элемент в ОМА, Никакой рефлексии того, что за действием в данной окрестности различения нет. Потому, он "пуст". "Знание" [бутстрап] — это вся группа узлов ОМА до этого терминатора, т.е. обеспечивающего доставку сигнала до эффектора.

"Стема" — это, в данном контексте, конструкт, обобщающий группу узлов ОМА, обеспечивающих действие. В бутстрапе одна из ключевых симметрий для "стемы" — "исполнимое знание".

"Действие-центричность" в данном контексте — это только термин бустрапа, он не нужен метастемологическому ядру. Но нужен для разъяснения отличия МС-подхода от существующих. "Актика" — это маркер позиции таких подходов в общем философском поле, но внутри МС, ядро которого не зависит от семантик наличного философского поля, такие маркеры не нужны — отличать не от чего.

Различение ОЦ/ДЦ в контексте онтологизации, т.е. построения онтологий — концептуальны/семантических схем, стемического слоя с особой позицией, не имеет предельного накала, это не более чем разные подходы к построению онтологий: ОЦ — через генерализацию векторов аффекторного/сенсорного сегмента; ДЦ — через генерализацию векторов эффекторного/моторного сегмента. Возможно, можно и другие варианты тут ввести в ряд, но я пока не лезу туда. "Объект" — это результат, а "объективация" — протокол генерализации, способ сборки переносимых конструктов с особой связностью.

"Актантная сеть" — это способ построения ландшафтов различения с особого рода на ДЦ-совместимых объектами — которые в разном масштабе можно именовать "актантами" или "акторами" или "агентами"

3. "Различение", "эквивалентность", "минимальность" и всё остальное: это все конструкты, которые требуют оператора, наблюдателя, концептуализирующего агента. Вот этот стемический монизм — это онтология, которая выполняется на базе опорной метастемической архитектуры. Т.е. стемический монизм — это знание, которое обеспечивает специфическое действие на ОМА для агентов, которые получили такую конфигурацию.
👍2
Alexander Boldachev
И что? Философия вообще не про управление. В философии нечем управлять, кроме персонального мышления философа. И это должно волновать только философа. Забудь про философию. Она не отнимет от тебя хлеб.
Нужно отогнать философию от инженеров, социологов, нейрофизиологов, чтобы разработка предельных теорий (которые про "сознание", "субъективность" и пр.) велась в адекватных инженерных схемах, которые про надёжное управление, а не в шаманских заклинаниях, которые про безответственную самосозерцательность и ревнивое самопозиционирование в академическом сообществе.

#FugaPhilosophiae
👍21
Михайлов И.Ф., дфни зам в "Центре философии сознания и когнитивных наук" МГУ. Статья "Вычислительный подход в социальном познании" имеет сильнейший резонанс с метастемологической позицией.
Методологический анализ показывает, что для достижения существенного прогресса социальным наукам не хватает не столько новых фактов или определений, сколько иных концептуальных схем. Причина, как она видится автору статьи, состоит в применении номотетического подхода к системам высокой степени сложности и иерархичности.

Вычисление: ... Механизм есть взаимно однозначное соответствие между множеством возможных действий и множеством возможных состояний.

Важно отметить, что, когда дело доходит до научной теории в подлинном смысле, любые философские попытки дать некое дискурсивное определение в стиле «осуждение – это…» или «значение знака – это…» бесполезны. Все примитивы должны быть определены чисто функционально: что происходит в сети, когда что-то осуждается, когда определяется значение знака и т.д. Очевидно, что только такого рода методология позволит создать действительно надежную социальную науку без плохо обоснованных несоизмеримых «заявлений»

В Программе исследований у Михайлова уже много нефилософских слов, и всё больше фокус в вычислительные среды.
"Центр" там мощный, ибо второй зам там — С.Ю.Бородай, сильнейший когнитивный лингвист, одним только его каналом NUMINOSUM можно зачитаться.

Руководитель сектора — тот самый А.В.Смирнов, который соавтор великолепной "Процессуальной логики".
принцип тотальности сознания
всё, что дано нам, дано как сознание и через сознание. Полагание вне- или бессознательного всегда должно быть оправдано его данностью сознанию.

из его программных определений — пример важной общей интуиции (также в виджяна-вада), которой тесно в философском протоколе, даже в буддийском. Т.е. вот такие проекции
Главные положения доктрины гласят, что вещи эмпирического мира существуют не в действительности, а только как конструкции нашего сознания. Феноменальный мир, т.о., не имеет реального существования, он бытийствует только в мышлении, в содержаниях различных состояний сознания.

должны быть избавлены от бесплодного синтаксиса с "несуществованием эмпирического мира", "бытия-сознания" или "феноменального мир" с "реальностью". Только в рамках философии это нереализуемо. Порвёт.

* * *
В общем, рекомендую всех трёх. Высший класс русской и мировой философии сознания. Но, как всегда в наших краях, не кучность или мощность, а темп и плотность огня сильно уступают "зарубежным партнёрам" из насыщенной людьми и деньгами аналитико-философской сферы. Можно одолеть только манёвром.
1👍1
Глебсмит
Зрелая схоластика тринадцатого–пятнадцатого веков это не «ритуал вместо знания», как излагают в школе. Это система, в которой воспроизводство позиции внутри института стало важнее производства знания. Институт сложился, ставки внутри него выросли, внешние проверки ослабли - теология не «падает», в отличие от моста, скажем.

Диспуты, цепочки авторитетов, комментарий на комментарий – базово умные инструменты, ставшие самоценным навыком. Карьера строилась на виртуозном владении формой. Параллель прозрачная, но с поправкой. В классической схоластике производство формы стоило труда, сопоставимого с производством содержания. Чтобы написать приличный комментарий на «Сентенции» Петра Ломбардского, надо было реально знать Сентенции и уметь складывать слова в предложения.

С LLM корреляция рвётся. Стоимость формы обвалилась почти до нуля. Индекс Хирша, импакт-фактор, число публикаций, формальные критерии заявок были несовершенными, но всё-таки прокси чего-то. Сейчас они становятся шумом, производимым почти бесплатным
К любимой теме кризиса Академии. "Любимая" она не потому, что я неким образом особенно обижен на Академию, а потому как это одна из близких мне опор того, что überwunden werden soll — модернового человека, его знания и его миропорядка. Можно видеть массу операторов, движимых своими узкими (не всегда эгоистичными, просто близорукими) мотивами, которые эти опоры шатают. Грех не пошатать то, что шатается. Шатающегося — пошатни. Но мы большевики пойдём другим путём мне тут более интересно не разваливать эродирующую структуру, а заниматься пиратством: брать без спроса всё то накопленное эпистемическое ценное, что пригодится в новом мире, который мы метастемологически строим. Старая архитектура изжила себя в целости, закостенела и обросла костылями. Но огромное количество качественных частностей — наше законное наследство.

#FugaAcademiae
2👍1😁1
Часто использую термин предельная теория. В том виде, в котором мне это необходимо, общепринятого такого понятия не обнаружено, но есть масса близких. Дал некоторое определение
https://anticomplexity.org/posts/predelnaya-teoriya/

Предельная теория — это теория, работающая на максимальном уровне абстракции для некоторой предметной области и задающая предельные способы различать, объяснять, строить и оценивать конструкты в своей рамке. Она не обязана быть метатеорией: метатеоретическая, методологическая или эпистемологическая рефлексия является лишь одним из возможных режимов предельной теории.
👍3
Объясню ещё раз популярно про "эмерджентность".

1. Объективистский разум для своей работы требует нарезки мира на специфические конструкты — объекты. При этом фон устраняется, а то, что попало в объектный фильтр, идёт в работу, в обеспечение каких-то практик.

2. Когда у агента достаточно памяти и есть способности к обобщению, он может, например, удерживать в рамках контекста два фокуса:
а) агрегатный объект: табуретка; на нём можно, например, сидеть
и параллельно или псевдо-параллельно, но в рамках контекста,
б) набор других объектов: ножки, распорки, сидение

3. Это все четыре-восемь-десять разных объекта, по-разному выделенных из сенсорного фона.

4. Если агенту хватает мощности и ширины контекста чтобы понять, что у этих групп есть какое-то пересечение как по практикам так и по, например, пространственно-временной координате, то он может задаться вопросом "как стыковать эти объектные картины?" (продвинутый вариант включает что-то вроде "системных эффектов").

5. Здесь для закрытия объективистских проблем придумывается особый объект, который называется «связь». Это плохой объект, потому что на самом деле это не объект, Протоколу объектному подчиняется плохо. Координаты нет. Но нужно же как-то те части фона, которые выпали при первоначальной нормативной объективации, выводить в объектную картину

6. Связь — это антревольт объектной декомпозиции. Потом этот объект, несомненно, обрастает "атрибутами" и прочими конструктами для того чтобы объектное мышление могло "связью" оперировать. И это порождает следующий фронт проблем, которые решаются дополнительным уровнем генерализации, и в конце концов к "теориям связей", которые всё сводят уже к связи, устраняя сам объект.

7. А возникновение дифференциала плохо измеримой в объектном мире функциональности, который рефлексируется при переходе агентского внимания от перечисления "частей" к фиксации "целого", называют "эмерджентностью", "системными свойствами". которые "являются более чем суммой частей", или в более продвинутом для объектной оптики, и почти нелегитимной «сумма частей плюс энергия связей». Почти мистическая для объективистской оптики формула. Но тут даже особой метастемологической рефлексии не нужно. Самое обычное, но конструктивистская операция: учёт конфигурации активного наблюдателя.

8. Уходим от неуправляемой объективистской сборки, получаем управление потерями. Магичность эмержентности исчезает. Объективистская маргинальность "связи" исчезает. Необхомость объективистских костылей вокруг ДЦ-сегментации сенсорного поля исчезает. Получаем модели дифференциала внимания, конфигурационного вектора и транзакционного результата избирательности.

9. И вот тут уже для связной концептуализации всего ансамбля в общей архитектуре уже нужна действие-центричность и метастемология.

И тут снова: проблема даже не в том, что описанная интуиция — какое-то супер-открытие. Это доступно с той или иной степенью резкости любому достаточно подготовленному и проницательному человеку. Проблема в том, что широкая концептуализация этой интуиции в объективистских средствах порождает синтаксический шум, скорее рано чем поздно превращающийся в барьер производительности: это неадекватная задача оснастка.
#FugaAcademiae*
На организованной ВТБ конференции Data Fusion этим вопросам посвятили отдельную сессию, где собрались учёные из AIRI, Сколтеха, СПбГУ и ПОМИ РАН. Разговор быстро ушёл от новых моделей и публикаций к тому, как меняется сама ИИ-индустрия вокруг них. На основе этой дискуссии команда ВТБ обобщила шесть сдвигов, которые, по мнению спикеров, уже меняют работу учёных и исследовательских команд. Все приведённые ниже оценки принадлежат участникам обсуждения.

Что нам говорят исследователи из ВТБ?
1. Писать статьи бесполезно — их никто не читает.
Это давно было известно.
2. Исследования всё более становятся закрытыми. Война, что ж. OpenAI на службе у Пентагона, и Palantir, открыто жаждущий убивать русских и китайцев.
3. Ужесточение требований: учёный должен объяснить, чем и зачем он занимается.
Расширяющееся слияние бизнеса и науки, где первый диктует второй эти самые требования.
4. Мультидисциплинарность, подвижность, инвестиции в реализацию таланта, а не в узкоспециализированную диссертацию.

То ли ещё будет, всё как мы любим.

Код Дурова

* "Fuga Satanae" — руководство по экзорцизму XIV века. Бегство Сатаны.
PhiloStalkeR
Давайте рассмотрим четыре основных варианта, по которым может формироваться представление о национальной традиции в философии (в данном случае - о русской).

1. Дескриптивный - русская философия - это та философия в России, которая закрепляется на уровне школ, традиций и устойчивых направлений. Определение русской философии в соответствующий период указывает лишь на эти школы, традиции и направления, независимо от их национального происхождения.

2. Прескриптивный - русская философия - это соответствие определённому списку норм и традиций. Если вы следуете этим нормам и традициям, то вы занимаетесь русской философией. Определение включает в себя указание на парадигмальные примеры из истории русской философии, на основании которых формируются эти нормы.

3. Рестриктивный - русская философия - это что-то что не входит в определённый черный список философских подходов. Определение включает в себя указание на подходы, которые НЕ являются русской философией.

4. Историко-философский - русская философия - это филос
Как мы, инженеры, будем выносить философию.

Характерный саморефлексивный список: философия пытается понять, что такое философия, используя свой философский протокол. Конкретно в этом исследовании — самосозерцающая "русская философия" в лице г-на Сысоева.

1. Первый ход — берём инструмент в виде метастемологической максимы "Мышление обеспечивает действие" и задаёмся вопросом о стемической структуре сцены: кто тут какое действие чем и зачем обеспечивает.

2. Смотрим на всю глубину эшелонов рефлексии:
- практика автора в контексте непосредственно телеграммного речевого акта: предъявленное знание о четырёх нормативах различения целевой категории;
- стема, отрефлексированная в высказываниях: Рус.Фил. — это такое знание, которое обеспечивает какую-то практику;
- ряда ветвей философии — это рассуждения о рассуждениях, не про "жизнь", т.е. рефлексия механики рефлексии в любых формах. Тут тоже можно сделать ещё заглубление, и посмотреть, как какая-нибудь гносеология или философия сознания обеспечивает практики мышления, которое требуются для следующего эшелона практик.

3. ... <пропускаем длинную модель>

4. Некоторые релевантные к FugaPholosophiae замечания:

- Четыре перечисленных категории вполне могут быть соотнесены с четырьмя конструктивными аудиториями практик и агентов, которые данные рефлексивные конструкты интернировали. У автора списка есть предпочтения по поводу желаемых результатов таких практик, потому он аргументирует в пользу некоторого благоприятного с его т.з. варианта (в целях, например, "развития русской философии").

Если мы, [социальные] инженеры, поставим себе аналогичную задачу управления полем русского философствования, то можем не ограничиваться одним вариантом, у нас есть инструментарий помощнее, чем линейные вытесняющие модели: можем определить стратегии коммуникации с любой из данных аудиторий, соответствующие нужным стемическим векторам: что сказать аудитории An, чтобы она сделала нужное нам действие Dn в общем поле. Ну и можем подобрать более подходящую категоризацию без привязки к исходной четырёхчастной демаркации.

- А если нам самим понадобится демаркация "русской философии", как мы поступим? Также просто: "русская философия" — это группа рефлексивных практик, выполняющихся в соответствии с философскими протоколами, обеспечивающая целевые практики "русской" группы агентов. Норматив "русский" определяется отдельно. В этничном, менталистичном, националистичном, этатичном или каком угодно ещё виде.

Упомянутое в контексте филосфии "обеспечение" — часто имеет высокую степень абстрагированности, т.е. это параметры архитектуры действия, а не некие элементы реакции. Хотя, хорошие философии имеют короткое и низкозатратное прагматическое плечо даже при высоком уровне абстрагирования.

* * *
Философские драмы — piece of cake для метастемологически-вооружённого инженера.
🤯1
A methodo

Существующие методы и формы мышления, включая представление о "познании", родились в и подходят для сфер "познания", где "субъект" и "объект" оного разделены достаточно большой дистанцией. А в сфере субпредельного и предельного, когда "субъект" и "объект" сливаются в общем локусе, само "познание", определённое как такая дистантная процедура, сильно изменяется. А если вы НЕ меняете форму этой работы, то вы форсированно удаляете "объект познания" на дистанцию метода. И исследуете уже не то, что хотели бы интуитивно, а methodo — до метода, а то, что он конструктивно позволяет вам исследовать.

Понять этот расклад — это почти как научиться видеть до глаз. Потенциальная яма глубока, там в целом тепло и кормят. Но там нет того, что нужно найти.
Теория, если по простому — это связная, относительно стабильная группа положений, переиспользуемая в дискурсе как нормативный компонент. То бишь, имея теорию с соответствующим эпистемическим статусом (истинная. допустимая и пр.), можем нормировать иные высказывания-положения на предмет "соответствия теории" по каким-то протоколам.

"Предельные" теории — это особый класс теорий, которые оперируют на предельном для дискурса уровне обобщения. Для них как раз возникают проблемы рекурсивности: количество всё более генерализованных понятий падает, а требование "определения через другие понятия" остаётся, и приходится вводить циклы.

"Точные", "доказанные" — это какие-то эпистемические статусы, нужные для маршрутизации дискурса: если "доказанная", то такая ветка рассуждений, если "гипотеза" — то такая. Для того, чтобы это происходило устойчиво, нужна как раз вся такая хорошо согласованная в коммуницирующем сообществе инфраструктура маршрутов, эпистемических меток, теорий и протоколов.

Когда это выстроено, как для относительно слабогенерализованных теорий в больших, древних, хорошо обустроенных дискурсивных пространствах, то можно добиваться высокой согласованности а-ля "строгости", "точности", "доказанности" и пр.

Когда у нас согласованности нет, говорить об этом бессмысленно. Эти нормативы перестают быть полезными: рельсы хороши, чтобы ехать примерно-прямо, а не выполнять 3D-маневрирование. В случае с предельными теориями и междисциплинарными исследованиями согласованности как раз мало, и ландшафт волатилен. Привычные редукции приводят не к стабильно хорошей производительности дискурса, а к параличу и импотенции. Поэтому я вместо "истинности" или "доказанности" — соответствия неким отдельным нормам-теориям) и ввожу [мета]нормативы устойчивости и управляемости — способности сохранять связность, объяснительную способность, полезность при жёстких манёврах на предельных нагрузках.
👍5
Мир = действие + представление

(с) Валентин Турчин, "Кибернетическая онтология действия", 1993.

В продолжение актической/действие-центричной линии.

Работы Турчина ("Кибернетический манифест", "Кибернетическая онтология действия", "Кибернетическая эпистемология") — это то, как могла бы выглядеть метастемология, останься она на философских рельсах, в рамках объективистской парадигмы, без инженерной/технологической поддержки, без самоприменимого метода. Можно определить это как плоское сечение метастемологического шара, поверхность. Думаю, Турчин бы воспринял идею устранить философские схемы из кибернетического дискурса. Многие ключевые вехи у него проставлены, но отработка площадок и их связывание — только контурное.

***
Пока русская наука допетрит, как на этом всё можно летать (несомненно, прочитав об этом в американских журналах), ещё пару поколений удобрят почву костями в культурных слоях. Банзай.