В деревне N с древних пор неспокойно. Говорят, здесь жила ведьма Прасковья Игнатьевна — одна, в ветхом платье, в заплатах. В ночь на Ивана Купалу она исчезала.
Когда старуха совсем осунулась и перестала выходить, соседи, жалея, пошли проведать. Никто из зашедших не вернулся. Поговаривали — ушла в мир иной, но забрала с собой и их. Вскоре деревню охватил пожар. Дома сгорели, а дом Прасковьи — нет.
Годы шли. Людей почти не осталось. Стекла в избах потрескались, а в её доме — целы.
Одна женщина, ничего не зная о прошлом, приехала купить участок. Решив познакомиться с будущими соседями, направилась к дому с крепкими досками и чистыми окнами. Двор был пуст. Но в углу окна мелькнуло бледное лицо. Она не заметила. Зато услышала — внутри зазвонил телефон. Не обычные гудки, а сплошной, непрерывный звон.
Она вошла. Тишина. Звон оборвался. Хозяев нет. Телефона — тоже. Только в углу у печи — старая фотография. Женщина в кадре с крючковатым носом, с чёрными глазками. Лихорадит. Ставит снимок обратно — и на выход.
Она не слышала, как в доме зашептали голоса, как фото исказилось, как кто-то закричал «спасите».
На полпути к вокзалу за спиной зашуршали шаги. Кто-то шёл следом. Обернулась — перед ней стояла старуха. Точь-в-точь с фото. Только сейчас лицо было искажено, взгляд — леденящий.
Женщина пропала. Слухи расползлись быстро. Но правду знают лишь те, кто остался в деревне N...
Когда старуха совсем осунулась и перестала выходить, соседи, жалея, пошли проведать. Никто из зашедших не вернулся. Поговаривали — ушла в мир иной, но забрала с собой и их. Вскоре деревню охватил пожар. Дома сгорели, а дом Прасковьи — нет.
Годы шли. Людей почти не осталось. Стекла в избах потрескались, а в её доме — целы.
Одна женщина, ничего не зная о прошлом, приехала купить участок. Решив познакомиться с будущими соседями, направилась к дому с крепкими досками и чистыми окнами. Двор был пуст. Но в углу окна мелькнуло бледное лицо. Она не заметила. Зато услышала — внутри зазвонил телефон. Не обычные гудки, а сплошной, непрерывный звон.
Она вошла. Тишина. Звон оборвался. Хозяев нет. Телефона — тоже. Только в углу у печи — старая фотография. Женщина в кадре с крючковатым носом, с чёрными глазками. Лихорадит. Ставит снимок обратно — и на выход.
Она не слышала, как в доме зашептали голоса, как фото исказилось, как кто-то закричал «спасите».
На полпути к вокзалу за спиной зашуршали шаги. Кто-то шёл следом. Обернулась — перед ней стояла старуха. Точь-в-точь с фото. Только сейчас лицо было искажено, взгляд — леденящий.
Женщина пропала. Слухи расползлись быстро. Но правду знают лишь те, кто остался в деревне N...
Жила-была девочка по имени Катя. Она сильно стеснялась своих тонких ног. Дети дразнили её: «спички», «цапля», «теремок». От обид она плакала, ненавидела своё тело и мечтала быть другой.
Летом её отправили в лагерь — туда, где никто её не знал. Катя решила воспользоваться шансом. Перед отъездом она надела три пары джинсов, чтобы скрыть худобу. В лагере она почти не снимала штаны, даже спала под одеялом, чтобы никто не увидел.
Туалет посещала в пустоте, душ избегала — мылась ночью мокрым полотенцем. Всё шло гладко, пока не начался ливень. Девочек послали собирать шишки, и все промокли. Подруги переоделись, а у Кати запасных штанов не было — она осталась в мокрых джинсах.
Вожатые злились из-за луж, но Катя упрямо не снимала одежду. Ночью попыталась стянуть их, но не смогла — легла спать в трёх мокрых слоях. За ночь ткань села, впилась в тело. В шесть утра её разбудила острая боль. Позвать на помощь? Нет — позор был страшнее страданий.
Она искала ножницы, пыталась разрезать джинсы — не получилось. В слезах добралась до душа, встала под холодную струю. Ткань разбухла — кое-как сняла. В зеркале отразились две иссохшие ноги, будто выжатые.
В семь часов заиграла радио. Катя в панике натянула одни джинсы и бросилась на улицу — спрятаться в камышах у реки. Но двери в душевой не было. Только трубы, лавки, крючки — и ни одного выхода.
Катя умерла в тот момент, когда сняла последнюю пару джинсов. У неё началось внутреннее кровоизлияние. Теперь она — призрак. Не может выйти. Когда девочки моются, она крадёт одежду у тех, чьи ноги кажутся некрасивыми. Но унести далеко не может — оставляет вещи на полу. ⚠️👻
Летом её отправили в лагерь — туда, где никто её не знал. Катя решила воспользоваться шансом. Перед отъездом она надела три пары джинсов, чтобы скрыть худобу. В лагере она почти не снимала штаны, даже спала под одеялом, чтобы никто не увидел.
Туалет посещала в пустоте, душ избегала — мылась ночью мокрым полотенцем. Всё шло гладко, пока не начался ливень. Девочек послали собирать шишки, и все промокли. Подруги переоделись, а у Кати запасных штанов не было — она осталась в мокрых джинсах.
Вожатые злились из-за луж, но Катя упрямо не снимала одежду. Ночью попыталась стянуть их, но не смогла — легла спать в трёх мокрых слоях. За ночь ткань села, впилась в тело. В шесть утра её разбудила острая боль. Позвать на помощь? Нет — позор был страшнее страданий.
Она искала ножницы, пыталась разрезать джинсы — не получилось. В слезах добралась до душа, встала под холодную струю. Ткань разбухла — кое-как сняла. В зеркале отразились две иссохшие ноги, будто выжатые.
В семь часов заиграла радио. Катя в панике натянула одни джинсы и бросилась на улицу — спрятаться в камышах у реки. Но двери в душевой не было. Только трубы, лавки, крючки — и ни одного выхода.
Катя умерла в тот момент, когда сняла последнюю пару джинсов. У неё началось внутреннее кровоизлияние. Теперь она — призрак. Не может выйти. Когда девочки моются, она крадёт одежду у тех, чьи ноги кажутся некрасивыми. Но унести далеко не может — оставляет вещи на полу. ⚠️👻
Заброшенная больница
Всем привет! Расскажу о случае, который произошёл со мной и подругой Элей. Она живёт рядом с заброшенной больницей возрастом почти в сто лет. Здание — как старинный замок: башни на крыше, громадное крыльцо, массивные двери, венчает всё это — роща высоких деревьев. Ночью оттуда доносится крик сов. Говорят, ещё до появления больницы в стенах проводили жуткие эксперименты над людьми — так вспоминала прабабушка одного знакомого.
В детстве я была очарована этим местом, часто приходила сидеть в полуразрушенной беседке, ловя его мрачноватую красоту. С годами идея фотосессии здесь показалась мне отличной.
Однажды мы с Элей решились заглянуть внутрь. Раньше всё было заперто, но теперь задняя дверь оказалась взломана. Внутри сразу стало не по себе — холод, тишина, ощущение чужого присутствия. Мы бродили по залам, выбирая ракурсы, углубляясь всё дальше. Где-то потеряли счёт времени.
Многие вещи остались нетронутыми: старые койки, медицинские приборы, столы, канцелярия, даже зеркало висело на месте.
Когда начали снимать, в коридоре послышались странные звуки. Боялись не то призрака, не то бомжей. Дрожа, вышли посмотреть.
Там была девочка — молча прошла в палату. Мы поспешили за ней — вдруг порежется, заблудится. Но в палате никого не было. Окно мелко осколочилось — вылезти невозможно.
Оборачиваемся — и видим её в коридоре. Бледная, с чёрными глазами, смотрит прямо на нас. Мы не дышали. А потом — испарилась.
Сколько стояли — не помню. Помню только, как в панике неслись прочь, а в ушах гоготал детский смех. После этого снимать сил нет. Кстати, фото не сохранились — всё засвечено. 🌀😱
Всем привет! Расскажу о случае, который произошёл со мной и подругой Элей. Она живёт рядом с заброшенной больницей возрастом почти в сто лет. Здание — как старинный замок: башни на крыше, громадное крыльцо, массивные двери, венчает всё это — роща высоких деревьев. Ночью оттуда доносится крик сов. Говорят, ещё до появления больницы в стенах проводили жуткие эксперименты над людьми — так вспоминала прабабушка одного знакомого.
В детстве я была очарована этим местом, часто приходила сидеть в полуразрушенной беседке, ловя его мрачноватую красоту. С годами идея фотосессии здесь показалась мне отличной.
Однажды мы с Элей решились заглянуть внутрь. Раньше всё было заперто, но теперь задняя дверь оказалась взломана. Внутри сразу стало не по себе — холод, тишина, ощущение чужого присутствия. Мы бродили по залам, выбирая ракурсы, углубляясь всё дальше. Где-то потеряли счёт времени.
Многие вещи остались нетронутыми: старые койки, медицинские приборы, столы, канцелярия, даже зеркало висело на месте.
Когда начали снимать, в коридоре послышались странные звуки. Боялись не то призрака, не то бомжей. Дрожа, вышли посмотреть.
Там была девочка — молча прошла в палату. Мы поспешили за ней — вдруг порежется, заблудится. Но в палате никого не было. Окно мелко осколочилось — вылезти невозможно.
Оборачиваемся — и видим её в коридоре. Бледная, с чёрными глазами, смотрит прямо на нас. Мы не дышали. А потом — испарилась.
Сколько стояли — не помню. Помню только, как в панике неслись прочь, а в ушах гоготал детский смех. После этого снимать сил нет. Кстати, фото не сохранились — всё засвечено. 🌀😱
9 мая, поздний вечер. Ехала домой от друзей, срезала путь — по объездной через лес. За полсотни метров до поворота заметила мальчишку. Лет двенадцати, светловолосый, в ядовито-оранжевой футболке и джинсах. Один на обочине, дождь льёт, будто не замечает машин. «Где родители?» — мелькнуло в голове.
Сбавила скорость. На расстоянии десяти метров он вдруг глянул на меня и бросился в лес, скрылся за пригорком. Остановилась. Вышла — нет никого. Пригорбок оказался заросшим люком коллектора. Люк не поддался. В лесу — тишина, молодые посадки, оранжевую футболку было бы видно. Но — пусто.
Вернулась к машине, уже мокрая насквозь. И тут — взгляд зацепился за странное под деревом. Не камень, а памятник. Заросший, в ветках. Расчистила — и замерла. На фото — тот самый мальчик. Улыбается.
Жуть. И одновременно — тишина внутри. Присела, стёрла дождь с фотографии. Что с ним случилось? Авария? Тормоза, крик, потом — тишина…
Оставила на памятнике плитку шоколада — нашла в бардачке.
Ехала домой под ливнем.
Тяжело, когда дети уходят. Хочется выть. 🌧️
Сбавила скорость. На расстоянии десяти метров он вдруг глянул на меня и бросился в лес, скрылся за пригорком. Остановилась. Вышла — нет никого. Пригорбок оказался заросшим люком коллектора. Люк не поддался. В лесу — тишина, молодые посадки, оранжевую футболку было бы видно. Но — пусто.
Вернулась к машине, уже мокрая насквозь. И тут — взгляд зацепился за странное под деревом. Не камень, а памятник. Заросший, в ветках. Расчистила — и замерла. На фото — тот самый мальчик. Улыбается.
Жуть. И одновременно — тишина внутри. Присела, стёрла дождь с фотографии. Что с ним случилось? Авария? Тормоза, крик, потом — тишина…
Оставила на памятнике плитку шоколада — нашла в бардачке.
Ехала домой под ливнем.
Тяжело, когда дети уходят. Хочется выть. 🌧️
Поиграй со мной
Эту историю мне рассказала подруга. Ася с семьёй переехали в старую квартиру в доме 60–70-х годов. Раньше там жила семья с тремя детьми — к сожалению, все они умерли в детстве.
Однажды, будучи ребёнком, Ася играла с куклой в своей комнате. Перед уходом на прогулку она аккуратно положила её в кроватку. Вернувшись, увидела: кукла сидит за игрушечным столиком на стульчике. Дома никого не было — только она. Странно, но не страшно. Вечером она рассказала маме, но та посмеялась: «Ты сама её переставила и забыла». А Ася точно помнила — не трогала куклу.
На ночь спрятала игрушку в ящик и легла спать.
И увидела сон: перед ней — девочка лет семи в платье 70–80-х, в светло-розовом платьице и белых туфлях. Светлые волосы — в косичках с ярко-голубыми бантами. В руках — её кукла. Улыбается. Ася кричит: «Отдай! Это моя кукла!»
— Нет, моя! — отвечает девочка.
— Нет, моя! Верни!
Тогда та мягко улыбается: «Тогда поиграй со мной!»
— Нет! Не хочу! — фыркает Ася.
— Ну пожалуйста… Со мной так давно никто не играл…
Ася во сне убегает — и резко просыпается. Кукла лежит рядом. А на её голове — ярко-голубой бантик. Точно такой, как у девочки во сне.
Через время — новый сон: та же девочка держит за руку малышку лет трёх.
— Видишь? — говорит она. — Ты не захотела, а она поиграла!
Наутро Ася узнаёт: мама ждёт второго ребёнка. Так появилась её сестра Саша.
Когда Саша подросла, она начала рассказывать, что у неё есть подружка, с которой она играет по ночам.
Пока однажды родители не решили обновить квартиру. После ремонта Саша сказала: девочка больше не приходит. 🕯️
Эту историю мне рассказала подруга. Ася с семьёй переехали в старую квартиру в доме 60–70-х годов. Раньше там жила семья с тремя детьми — к сожалению, все они умерли в детстве.
Однажды, будучи ребёнком, Ася играла с куклой в своей комнате. Перед уходом на прогулку она аккуратно положила её в кроватку. Вернувшись, увидела: кукла сидит за игрушечным столиком на стульчике. Дома никого не было — только она. Странно, но не страшно. Вечером она рассказала маме, но та посмеялась: «Ты сама её переставила и забыла». А Ася точно помнила — не трогала куклу.
На ночь спрятала игрушку в ящик и легла спать.
И увидела сон: перед ней — девочка лет семи в платье 70–80-х, в светло-розовом платьице и белых туфлях. Светлые волосы — в косичках с ярко-голубыми бантами. В руках — её кукла. Улыбается. Ася кричит: «Отдай! Это моя кукла!»
— Нет, моя! — отвечает девочка.
— Нет, моя! Верни!
Тогда та мягко улыбается: «Тогда поиграй со мной!»
— Нет! Не хочу! — фыркает Ася.
— Ну пожалуйста… Со мной так давно никто не играл…
Ася во сне убегает — и резко просыпается. Кукла лежит рядом. А на её голове — ярко-голубой бантик. Точно такой, как у девочки во сне.
Через время — новый сон: та же девочка держит за руку малышку лет трёх.
— Видишь? — говорит она. — Ты не захотела, а она поиграла!
Наутро Ася узнаёт: мама ждёт второго ребёнка. Так появилась её сестра Саша.
Когда Саша подросла, она начала рассказывать, что у неё есть подружка, с которой она играет по ночам.
Пока однажды родители не решили обновить квартиру. После ремонта Саша сказала: девочка больше не приходит. 🕯️
Призрак в подвале школы
В начальных классах в нашей школе ходила жуткая история — точнее, не просто быль, а что-то большее.
Десять лет назад там училась девятиклассница Олеся. Добрая, умная, легко идущая на контакт, но при этом очень стеснительная. В том же классе у неё появился парень — Андрей. Все считали их идеальной парой.
Однажды в июле Андрей забыл телефон в раздевалке спортзала, куда ходил каждый вторник. Забрать его можно было только на следующий день. Он хотел предупредить Олесю, но не смог — никто не дал ему телефон, чтобы позвонить.
А Олеся в это время была у подруги. Вдруг ей позвонил Андрей — или показалось, что он? — и предложил встретиться у школы. Она давно не видела парня и согласилась. Пришла ровно к 19:00. Андрея не было. Ждала полчаса — его всё не было. Вдруг позади раздался шорох. Она обернулась — и потеряла сознание. Убийца тут же утащил её к зданию, где и задушил у входа. Потом спрятал тело в подвале.
С тех пор, говорят, дух Олеси бродит по пристройке, особенно на первом и втором этажах, и проверяет всех, кому от 10 до 18.
Как-то мы с классом — первоклашки, но уже смельчаки — решили спуститься в подвал. Алекс, Егор, Дамиан и Роберт пошли первыми. И тут раздался пронзительный женский крик. Все его слышали. А Катя, Полина, Алекс, Егор, Ромил и Дамиан клялись — видели призрак девушки.
С тех пор крики из пристройки слышны время от времени. В последний раз — в апреле. До этого такой звук не слышали с 2015 года…
В начальных классах в нашей школе ходила жуткая история — точнее, не просто быль, а что-то большее.
Десять лет назад там училась девятиклассница Олеся. Добрая, умная, легко идущая на контакт, но при этом очень стеснительная. В том же классе у неё появился парень — Андрей. Все считали их идеальной парой.
Однажды в июле Андрей забыл телефон в раздевалке спортзала, куда ходил каждый вторник. Забрать его можно было только на следующий день. Он хотел предупредить Олесю, но не смог — никто не дал ему телефон, чтобы позвонить.
А Олеся в это время была у подруги. Вдруг ей позвонил Андрей — или показалось, что он? — и предложил встретиться у школы. Она давно не видела парня и согласилась. Пришла ровно к 19:00. Андрея не было. Ждала полчаса — его всё не было. Вдруг позади раздался шорох. Она обернулась — и потеряла сознание. Убийца тут же утащил её к зданию, где и задушил у входа. Потом спрятал тело в подвале.
С тех пор, говорят, дух Олеси бродит по пристройке, особенно на первом и втором этажах, и проверяет всех, кому от 10 до 18.
Как-то мы с классом — первоклашки, но уже смельчаки — решили спуститься в подвал. Алекс, Егор, Дамиан и Роберт пошли первыми. И тут раздался пронзительный женский крик. Все его слышали. А Катя, Полина, Алекс, Егор, Ромил и Дамиан клялись — видели призрак девушки.
С тех пор крики из пристройки слышны время от времени. В последний раз — в апреле. До этого такой звук не слышали с 2015 года…
Старинное зеркало
Расскажу одну историю из детства — странную и до сих пор непонятную.
Однажды бабушка принесла с улицы маленького воронёнка. Он был крохотный, дрожащий, и я сразу влюбилась в него. У меня никогда не было питомцев, а тут — целый ворон! Мы решили выкормить его, научить летать и отпустить в небо.
Я с радостью ухаживала за птенцом. Он носился по дому, особенно любил кухню — светлую, с прихожей на одном уровне. Там стояло большое старинное зеркало, почти двухметровое, местами потемневшее от времени. Воронёнок обожал его — мог часами крутиться перед ним, кланяться, любоваться собой.
Но когда он подрос, стал избегать зеркала. То и дело начинал яростно каркать, если оказывался рядом, потом в панике улетал, царапая когтями паркет. Я вглядывалась в отражение — и ничего. Только моё лицо.
А потом, ночью, нас разбудил дикий рёв. Ни шум, ни карканье — настоящий крик ужаса. На кухне сидел уже взрослый ворон, прижавшись к стене, с раскрытыми глазами, шипя на что-то, как змея.
В воздухе плавали мелкие перья. У зеркала — крупные, чёрные. С ощипанного хвоста.
Бабушка взяла его на руки, хотя клюнулся он изо всех сил. Она подошла к зеркалу и вдруг резко вытолкала меня из кухни. Потом набросила на него старый плед, а дверь — на замок.
Той ночью я слышала мужские голоса. А утром зеркала уже не было. Сказали — дядя забрал в другой дом. Больше — ни слова.
Лет через пятнадцать я снова спросила бабушку. Она наконец призналась: той ночью в зеркале не было отражения. Вся поверхность стала тусклой, мутной. Сквозь белёсый туман проступил огромный чёрный силуэт.
Она бросилась за пледом, чтобы прикрыть его — но тот падал, будто его сбивали. Она почувствовала — *что-то* за ним тянуло руки. Ей удалось удержать покрывало, но утром оно лежало у подножия рамы.
Утром приехал дядя. Увёз зеркало — на свалку.
А ворон… Он умер. Мы так и не отпустили его на волю. 🫠
Расскажу одну историю из детства — странную и до сих пор непонятную.
Однажды бабушка принесла с улицы маленького воронёнка. Он был крохотный, дрожащий, и я сразу влюбилась в него. У меня никогда не было питомцев, а тут — целый ворон! Мы решили выкормить его, научить летать и отпустить в небо.
Я с радостью ухаживала за птенцом. Он носился по дому, особенно любил кухню — светлую, с прихожей на одном уровне. Там стояло большое старинное зеркало, почти двухметровое, местами потемневшее от времени. Воронёнок обожал его — мог часами крутиться перед ним, кланяться, любоваться собой.
Но когда он подрос, стал избегать зеркала. То и дело начинал яростно каркать, если оказывался рядом, потом в панике улетал, царапая когтями паркет. Я вглядывалась в отражение — и ничего. Только моё лицо.
А потом, ночью, нас разбудил дикий рёв. Ни шум, ни карканье — настоящий крик ужаса. На кухне сидел уже взрослый ворон, прижавшись к стене, с раскрытыми глазами, шипя на что-то, как змея.
В воздухе плавали мелкие перья. У зеркала — крупные, чёрные. С ощипанного хвоста.
Бабушка взяла его на руки, хотя клюнулся он изо всех сил. Она подошла к зеркалу и вдруг резко вытолкала меня из кухни. Потом набросила на него старый плед, а дверь — на замок.
Той ночью я слышала мужские голоса. А утром зеркала уже не было. Сказали — дядя забрал в другой дом. Больше — ни слова.
Лет через пятнадцать я снова спросила бабушку. Она наконец призналась: той ночью в зеркале не было отражения. Вся поверхность стала тусклой, мутной. Сквозь белёсый туман проступил огромный чёрный силуэт.
Она бросилась за пледом, чтобы прикрыть его — но тот падал, будто его сбивали. Она почувствовала — *что-то* за ним тянуло руки. Ей удалось удержать покрывало, но утром оно лежало у подножия рамы.
Утром приехал дядя. Увёз зеркало — на свалку.
А ворон… Он умер. Мы так и не отпустили его на волю. 🫠
Река
— Всё, ребята, я домой! — крикнул Ваня. — Надоело купаться!
— Да ладно, трус! — отозвался Макс. — Или боишься доплыть до омута первым?
— Ну давай, — неохотно бросил Ваня. Не хотелось снова выглядеть слабаком.
— На старт, внимание, марш! — выкрикнул кто-то.
Они рванули вперёд. Ваня сразу вырвался вперёд, радуясь лёгкому преимуществу. Но радость длилась недолго. Вдруг он почувствовал, как что-то холодное и чешуйчатое схватило его за ногу и потащило на дно. Он бился изо всех сил, но воды было не переплыть…
Того же вечера.
— Ну что, полиция не нашла? — тихо спросила худая женщина в длинном платье у мужчины в сером костюме.
— Нет, родная, — ответил он.
— Куда он делся?! Куда?! — закричала она.
— Его утащили Чернорекинсы, — прозвучал голос сзади. Это был старик, сгорбленный и древний.
— Что за Чернорекинсы?
— Давным-давно дети поймали огромного леща во время нереста. Сварили его, съели и икру тоже… [на этот раз икра не вылупилась в животе — учтено]. Потом с ними началось нечто странное: тянуло к воде, кожа шелушилась, плавали как рыбы. Исчезли. Нашёл их рыбак в реке Черная. Выловил существо — полурыба, получеловек. Чешуя, перепонки, глаза на выкате. Цепочка с талисманом выдала одного из мальчишек. Принёс в деревню. Началась охота.
Но Чернорекинсы выживали. Они могут принимать человеческий облик, чтобы вернуться и искать новых. Схема проста: доверие, купание, утопление. На дне, с помощью икры, жертва превращается в одного из них. И теперь они бродят повсюду, пополняя свои ряды…
— Забавная история, — сказал мужчина.
— История? Пойдём к озеру — покажу своими глазами.
Родители Вани последовали за стариком. Подошли к обрывистому берегу… и вдруг рухнули в воду. Десятки липких рук потащили их вглубь. Последнее, что они увидели — это как дед меняется, превращаясь в рыбочеловека… 🌊😨
— Всё, ребята, я домой! — крикнул Ваня. — Надоело купаться!
— Да ладно, трус! — отозвался Макс. — Или боишься доплыть до омута первым?
— Ну давай, — неохотно бросил Ваня. Не хотелось снова выглядеть слабаком.
— На старт, внимание, марш! — выкрикнул кто-то.
Они рванули вперёд. Ваня сразу вырвался вперёд, радуясь лёгкому преимуществу. Но радость длилась недолго. Вдруг он почувствовал, как что-то холодное и чешуйчатое схватило его за ногу и потащило на дно. Он бился изо всех сил, но воды было не переплыть…
Того же вечера.
— Ну что, полиция не нашла? — тихо спросила худая женщина в длинном платье у мужчины в сером костюме.
— Нет, родная, — ответил он.
— Куда он делся?! Куда?! — закричала она.
— Его утащили Чернорекинсы, — прозвучал голос сзади. Это был старик, сгорбленный и древний.
— Что за Чернорекинсы?
— Давным-давно дети поймали огромного леща во время нереста. Сварили его, съели и икру тоже… [на этот раз икра не вылупилась в животе — учтено]. Потом с ними началось нечто странное: тянуло к воде, кожа шелушилась, плавали как рыбы. Исчезли. Нашёл их рыбак в реке Черная. Выловил существо — полурыба, получеловек. Чешуя, перепонки, глаза на выкате. Цепочка с талисманом выдала одного из мальчишек. Принёс в деревню. Началась охота.
Но Чернорекинсы выживали. Они могут принимать человеческий облик, чтобы вернуться и искать новых. Схема проста: доверие, купание, утопление. На дне, с помощью икры, жертва превращается в одного из них. И теперь они бродят повсюду, пополняя свои ряды…
— Забавная история, — сказал мужчина.
— История? Пойдём к озеру — покажу своими глазами.
Родители Вани последовали за стариком. Подошли к обрывистому берегу… и вдруг рухнули в воду. Десятки липких рук потащили их вглубь. Последнее, что они увидели — это как дед меняется, превращаясь в рыбочеловека… 🌊😨
Осенний лес, грибы и странная полянка
Выходные мы с друзьями решили посвятить прогулке за городом. А почему бы не сгонять за грибами? Сезон как раз подходящий — и мы не стали медлить.
В субботу утром оказались в лесу, разошлись в разные стороны, условившись время от времени крикнуть — мол, живы. Мне не везло: казалось, грибов вообще нет. Пока не наткнулся на небольшую лесную поляну, окруженную деревьями. Сбоку — аккуратная куча веток и листьев. Что-то в ней тут же показалось подозрительным, но отвлекся: под деревом — желанная находка. Потом ещё одна, и ещё…
Собрав прилично, пошёл дальше — и через пару минут снова оказался на той же полянке. Сначала списал на неумение ориентироваться. Потом это повторилось... третий раз. Четвёртый. Начало раздражать. Хотел уйти, но цеплялся капюшоном за ветку — той самой, что всё время мешала. Вспомнилось, как сестра шутила: «Если цепляешься — что-то забыл». Но что? В конечном итоге освободился и пошёл искать друзей.
Собрались, обсуждали улов. Полез за сигаретами — а зажигалки нет. Новую, которую подарил лучший друг. Прикурить негде — я единственный курильщик. И не оставлять же подарок в лесу. Решил вернуться — и вдруг сразу подумал: а вдруг она на *той* полянке?
Так и есть. Зажигалка лежала сверху на куче. Как она тут оказалась? Я к ней даже не подходил. Размышлять было некогда — нагнулся... и увидел.
Из-под хвороста торчали пальцы.
Крик — и друзья налетели. Витек отодвинул ветки. Под ними — тело девушки, прикрытое землёй. Крики, паника.
Позже в милиции узнали: погибшую звали Алена. 22 года. Пропала неделю назад. Убил в ссоре её парень, потом спрятал в лесу.
До сих пор не могу забыть. Жаль её. А иногда ловлю себя на мысли: может, это она просила не уходить?.. 🍂👀 #страшныистории
Выходные мы с друзьями решили посвятить прогулке за городом. А почему бы не сгонять за грибами? Сезон как раз подходящий — и мы не стали медлить.
В субботу утром оказались в лесу, разошлись в разные стороны, условившись время от времени крикнуть — мол, живы. Мне не везло: казалось, грибов вообще нет. Пока не наткнулся на небольшую лесную поляну, окруженную деревьями. Сбоку — аккуратная куча веток и листьев. Что-то в ней тут же показалось подозрительным, но отвлекся: под деревом — желанная находка. Потом ещё одна, и ещё…
Собрав прилично, пошёл дальше — и через пару минут снова оказался на той же полянке. Сначала списал на неумение ориентироваться. Потом это повторилось... третий раз. Четвёртый. Начало раздражать. Хотел уйти, но цеплялся капюшоном за ветку — той самой, что всё время мешала. Вспомнилось, как сестра шутила: «Если цепляешься — что-то забыл». Но что? В конечном итоге освободился и пошёл искать друзей.
Собрались, обсуждали улов. Полез за сигаретами — а зажигалки нет. Новую, которую подарил лучший друг. Прикурить негде — я единственный курильщик. И не оставлять же подарок в лесу. Решил вернуться — и вдруг сразу подумал: а вдруг она на *той* полянке?
Так и есть. Зажигалка лежала сверху на куче. Как она тут оказалась? Я к ней даже не подходил. Размышлять было некогда — нагнулся... и увидел.
Из-под хвороста торчали пальцы.
Крик — и друзья налетели. Витек отодвинул ветки. Под ними — тело девушки, прикрытое землёй. Крики, паника.
Позже в милиции узнали: погибшую звали Алена. 22 года. Пропала неделю назад. Убил в ссоре её парень, потом спрятал в лесу.
До сих пор не могу забыть. Жаль её. А иногда ловлю себя на мысли: может, это она просила не уходить?.. 🍂👀 #страшныистории
У подруги Наташки — резкая неприязнь ко всему мистическому. Сидели как-то у меня дома, и я наконец выбила из неё историю. Говорю дальше её словами.
Все было в четвёртом классе. Нас — 18 человек, гордо звались «4А». Ладили, дружили, никто никому не чинил. Пока не появилась Алиса.
Красивая — белоснежные волосы, голубые глаза, улыбка, от которой мурашки. В ней было что-то… чужое.
С её приходом всё пошло наперекосяк. Дети ссорились, мальчишки тупо следили за ней, будто под гипнозом. Стала королевой класса. Но сама держалась особняком — не дружила, не шутила. На переменах — в туалете, после уроков — сразу домой. Родителей на собраниях не было, учителя делали вид, что всё нормально.
Я, самая шумная в группе, вписалась следить. Захотелось — и всё. Со мной пошла Дашка, тоже не из робких. Собрались во вторник, весь день в напряжении. Алиса, как всегда, поспешила к запасной лестнице — тихо, без народу. Мы — за ней. Палевно, но пофиг.
Шли следом. Дашка хмыкает:
— Ну и далеко, принцесса, живёт.
Та сворачивает в переулок. Мы — за ней. Синее платье — и за гнилой забор.
— Там же заброшенка! — шепчет Даша.
— Тихо! Испортишь всё!
Зашли в дом. Видим силуэт. Вдруг Дашка наступает на скрипучую доску. Алиса замирает… медленно оборачивается.
Не передать. Это была не она.
Волосы — взъерошены, глаза — словно горят красным, лицо искажено.
Я — в ступоре. Даша — орёт.
— О, Дашуня, к нам? Чего испугалась? Ремонт плохой, — смеётся тварь, — зато чай попьём?
— Иди ты… сгинь… мразь!
— Жаль. Ответ неверный. Но спасибо, что заглянула!
И тут — нож. Где взялся — непонятно. Вонзила Даше.
— С тобой кто-то был?
— Нет… — девочка сплёвывает кровь. — Я была одна.
Последние слова. Я — к выходу, не оглядываясь. За спиной — вопль.
До дома добралась — не помню. Мама говорит: в обмороке была, хотела «Скорую». Но бабушка — она знахарка, раньше в лесу жила — остановила. Привела в чувство, расспросила. Рассказала…
Она вскочила:
— Это демон. Не человек. Прикинулся девочкой, спрятался. Увидишь — крести. И будет хорошо.
Прошло 24 года. Алису больше не видела. Дащу — так и не нашли.
👻
Все было в четвёртом классе. Нас — 18 человек, гордо звались «4А». Ладили, дружили, никто никому не чинил. Пока не появилась Алиса.
Красивая — белоснежные волосы, голубые глаза, улыбка, от которой мурашки. В ней было что-то… чужое.
С её приходом всё пошло наперекосяк. Дети ссорились, мальчишки тупо следили за ней, будто под гипнозом. Стала королевой класса. Но сама держалась особняком — не дружила, не шутила. На переменах — в туалете, после уроков — сразу домой. Родителей на собраниях не было, учителя делали вид, что всё нормально.
Я, самая шумная в группе, вписалась следить. Захотелось — и всё. Со мной пошла Дашка, тоже не из робких. Собрались во вторник, весь день в напряжении. Алиса, как всегда, поспешила к запасной лестнице — тихо, без народу. Мы — за ней. Палевно, но пофиг.
Шли следом. Дашка хмыкает:
— Ну и далеко, принцесса, живёт.
Та сворачивает в переулок. Мы — за ней. Синее платье — и за гнилой забор.
— Там же заброшенка! — шепчет Даша.
— Тихо! Испортишь всё!
Зашли в дом. Видим силуэт. Вдруг Дашка наступает на скрипучую доску. Алиса замирает… медленно оборачивается.
Не передать. Это была не она.
Волосы — взъерошены, глаза — словно горят красным, лицо искажено.
Я — в ступоре. Даша — орёт.
— О, Дашуня, к нам? Чего испугалась? Ремонт плохой, — смеётся тварь, — зато чай попьём?
— Иди ты… сгинь… мразь!
— Жаль. Ответ неверный. Но спасибо, что заглянула!
И тут — нож. Где взялся — непонятно. Вонзила Даше.
— С тобой кто-то был?
— Нет… — девочка сплёвывает кровь. — Я была одна.
Последние слова. Я — к выходу, не оглядываясь. За спиной — вопль.
До дома добралась — не помню. Мама говорит: в обмороке была, хотела «Скорую». Но бабушка — она знахарка, раньше в лесу жила — остановила. Привела в чувство, расспросила. Рассказала…
Она вскочила:
— Это демон. Не человек. Прикинулся девочкой, спрятался. Увидишь — крести. И будет хорошо.
Прошло 24 года. Алису больше не видела. Дащу — так и не нашли.
👻
Слышу
Недавно устроился на новую работу, и захотелось не тратить час на дорогу — стал искать жильё поближе. Всё быстро срослось: нашёл квартиру, въехал. Жил бы и до сих пор, если бы не одна история.
У меня два телефона — личный и рабочий. Однажды в обед обнаружил, что рабочий пропал. Решил, что потерял по пути, и стал звонить — вдруг кто-то найдёт. Внезапно трубку сняли. — Алло? Меня слышно? — Только дыхание в ответ. Повторил: — Алло, вы меня слышите? — И тут раздался хриплый голос: «Слышу». И разъединение. Больше не отвечали. Ну, думаю, пропал телефон.
Работал допоздна, вернулся поздно. Поел, сел перед телевизором — и вижу: мой телефон лежит на тумбочке. В шоке. Включаю — 16 пропущенных и один входящий звонок длительностью 22 секунды. Ровно столько длился мой звонок днём.
На следующий день я переехал.
Недавно устроился на новую работу, и захотелось не тратить час на дорогу — стал искать жильё поближе. Всё быстро срослось: нашёл квартиру, въехал. Жил бы и до сих пор, если бы не одна история.
У меня два телефона — личный и рабочий. Однажды в обед обнаружил, что рабочий пропал. Решил, что потерял по пути, и стал звонить — вдруг кто-то найдёт. Внезапно трубку сняли. — Алло? Меня слышно? — Только дыхание в ответ. Повторил: — Алло, вы меня слышите? — И тут раздался хриплый голос: «Слышу». И разъединение. Больше не отвечали. Ну, думаю, пропал телефон.
Работал допоздна, вернулся поздно. Поел, сел перед телевизором — и вижу: мой телефон лежит на тумбочке. В шоке. Включаю — 16 пропущенных и один входящий звонок длительностью 22 секунды. Ровно столько длился мой звонок днём.
На следующий день я переехал.
Мы с женой и общей подругой оказались в лесу под час ночи — хотели протестировать «петарду». Девушки ждали у опушки, а я устанавливал заряд. Поджёг замедлитель, отошёл, не теряя огонька из виду. Взял рацию, позвал их — встали наблюдать. Вдруг детонатор вспыхнул искрами (загорелась таблетка пороха) — и погас. Тишина.
Достал фонарь, пошёл к пеньку. Подходить можно — если таблетка прогорела, но взрыва не было, устройство точно не сработает. Луч скользил по снегу, кустам, еловым лапам. Показалось — мелькнуло движение. Наверное, из-за дрожи дуги: свет искажается от холода и тряски.
Подхожу — пенёк пуст. Только пару тёплых капель расплавленного пластика от замедлителя. Осветил землю, обыскал в радиусе пяти метров — свои следы и всё. Вдруг слышу: хруст веток метрах в 20–30. Обхожу пень — снова хруст, ближе. В рации голос жены: «Возвращайся». Отвечаю, что ещё посмотрю, хотя мурашки уже по спине. Махнул фонарём — и вспышка: в луче мелькнули тёмные лоскуты, будто ошмётки чёрной тюли, прямо оттуда, где хрустнуло.
Пошёл к выходу, держа фонарь перед собой. Вдруг он начал мигать — как сбой инвертора, — и погас. Явная паника: побежал, нащупывая кнопку запуска. Но свет вернулся сам, лишь отбежав метров на тридцать. Оглянулся — и увидел навсегда: над пеньком, в тишине, нарушаемой только гулом инвертора и моим дыханием, медленно кружились полупрозрачные «тряпки». Затем — волна, словно рябь по воде, — и всё исчезло.
Вернулся к девушкам, влил полстакана «Колли», вышли из леса молча. Они сказали: после моего ухода почувствовали чьё-то зловещее присутствие — кто-то стремительно двигался за кустами, исчезая до того, как его успеешь заметить. До посёлка это ощущение длилось у всех троих, но слабее — будто за нами кто-то смотрел в спину. 🌲👀
Достал фонарь, пошёл к пеньку. Подходить можно — если таблетка прогорела, но взрыва не было, устройство точно не сработает. Луч скользил по снегу, кустам, еловым лапам. Показалось — мелькнуло движение. Наверное, из-за дрожи дуги: свет искажается от холода и тряски.
Подхожу — пенёк пуст. Только пару тёплых капель расплавленного пластика от замедлителя. Осветил землю, обыскал в радиусе пяти метров — свои следы и всё. Вдруг слышу: хруст веток метрах в 20–30. Обхожу пень — снова хруст, ближе. В рации голос жены: «Возвращайся». Отвечаю, что ещё посмотрю, хотя мурашки уже по спине. Махнул фонарём — и вспышка: в луче мелькнули тёмные лоскуты, будто ошмётки чёрной тюли, прямо оттуда, где хрустнуло.
Пошёл к выходу, держа фонарь перед собой. Вдруг он начал мигать — как сбой инвертора, — и погас. Явная паника: побежал, нащупывая кнопку запуска. Но свет вернулся сам, лишь отбежав метров на тридцать. Оглянулся — и увидел навсегда: над пеньком, в тишине, нарушаемой только гулом инвертора и моим дыханием, медленно кружились полупрозрачные «тряпки». Затем — волна, словно рябь по воде, — и всё исчезло.
Вернулся к девушкам, влил полстакана «Колли», вышли из леса молча. Они сказали: после моего ухода почувствовали чьё-то зловещее присутствие — кто-то стремительно двигался за кустами, исчезая до того, как его успеешь заметить. До посёлка это ощущение длилось у всех троих, но слабее — будто за нами кто-то смотрел в спину. 🌲👀
Темнота
С детства ненавижу тьму. Не вспомню причины — просто стоило оказаться в темноте, как тут же жажда бежать прочь, в панике, куда-нибудь, где есть свет. Даже подростком это ощущение не отпускало. Сейчас, вроде, справился: ночую спокойно в съёмной квартире.
Но пару дней назад родители позвонили — пригласили на Новый год. Приехал поздно, около девяти, сразу лёг спать. Мама спросила на прощанье: «Оставить свет? В детстве ведь без него не засыпал». Отмахнулся: мол, всё в порядке. Уснул.
Проснулся резко. Как будто моргнул — и вот я уже здесь. На электронных часах — 3:15. Но точки между цифрами не мигают. Часы стоят. Замерли. Вы вообще видели мёртвые электронные часы? Сердце дрогнуло. В голове — туман, в котором шевелятся обрывки воспоминаний.
Повернулся спиной к стене. Затаился. Сколько прошло — не знаю. Тишина начала убаюкивать. И тут — шаги. Тихие. От двери к окну. Пауза. Потом — к кровати. Дыхание сбилось. Сердце — в горле. И тёплое дыхание на лице.
Память вспыхнула, как фонарь. Я вспомнил. Вспомнил, почему боюсь. То же самое было в детстве.
Сорвался с кровати, прыжками — к выключателю. Щёлк! Свет не включился.
— Лёшааа… ты так и ничему не научился.
Голос. Внутри головы. Низкий. Почти неслышный. Я юркнул в угол, закрыл лицо руками. Не хочу видеть, что выйдет из тьмы.
— Как жизнь, Лёша? Давно не виделись…
Голос — уже у уха. Слова обжигают.
Оно говорило что-то, а я цеплялся за фразы:
— Ты ведь понимаешь… утро не придёт само. Уйду, когда накормишь. Открой лицо.
Попытался открыть дверь — заперто. Глаза зажмурены, рука дрожит.
— Я не выпущу тебя…
Рухнул на пол, зарыдал. Оно коснулось меня костлявой лапой.
— Я скучал. Я голодал. Зачем оставлял свет? Зачем мучил?.. Вот так. Хороший мальчик. Убери руки.
Медленно, будто во сне, опустил их.
И вспышка боли. По всему телу. Нервы — на грани взрыва. Холод космоса. Жар звезды. Абсолютная тьма. Прикосновения щупалец. Боль, страх, унижение — всё, что испытывает умирающий. От микроба до человека. Зубы гепарда. Яд. Пуля.
Это длилось вечно.
Потом — тишина.
Утро. Я в своей постели. Родители спят.
Я долго приходил в себя.
Больше я никогда не останусь в темноте. Никогда. Даже за тысячу километров от этого дома. Никогда. ⚫
С детства ненавижу тьму. Не вспомню причины — просто стоило оказаться в темноте, как тут же жажда бежать прочь, в панике, куда-нибудь, где есть свет. Даже подростком это ощущение не отпускало. Сейчас, вроде, справился: ночую спокойно в съёмной квартире.
Но пару дней назад родители позвонили — пригласили на Новый год. Приехал поздно, около девяти, сразу лёг спать. Мама спросила на прощанье: «Оставить свет? В детстве ведь без него не засыпал». Отмахнулся: мол, всё в порядке. Уснул.
Проснулся резко. Как будто моргнул — и вот я уже здесь. На электронных часах — 3:15. Но точки между цифрами не мигают. Часы стоят. Замерли. Вы вообще видели мёртвые электронные часы? Сердце дрогнуло. В голове — туман, в котором шевелятся обрывки воспоминаний.
Повернулся спиной к стене. Затаился. Сколько прошло — не знаю. Тишина начала убаюкивать. И тут — шаги. Тихие. От двери к окну. Пауза. Потом — к кровати. Дыхание сбилось. Сердце — в горле. И тёплое дыхание на лице.
Память вспыхнула, как фонарь. Я вспомнил. Вспомнил, почему боюсь. То же самое было в детстве.
Сорвался с кровати, прыжками — к выключателю. Щёлк! Свет не включился.
— Лёшааа… ты так и ничему не научился.
Голос. Внутри головы. Низкий. Почти неслышный. Я юркнул в угол, закрыл лицо руками. Не хочу видеть, что выйдет из тьмы.
— Как жизнь, Лёша? Давно не виделись…
Голос — уже у уха. Слова обжигают.
Оно говорило что-то, а я цеплялся за фразы:
— Ты ведь понимаешь… утро не придёт само. Уйду, когда накормишь. Открой лицо.
Попытался открыть дверь — заперто. Глаза зажмурены, рука дрожит.
— Я не выпущу тебя…
Рухнул на пол, зарыдал. Оно коснулось меня костлявой лапой.
— Я скучал. Я голодал. Зачем оставлял свет? Зачем мучил?.. Вот так. Хороший мальчик. Убери руки.
Медленно, будто во сне, опустил их.
И вспышка боли. По всему телу. Нервы — на грани взрыва. Холод космоса. Жар звезды. Абсолютная тьма. Прикосновения щупалец. Боль, страх, унижение — всё, что испытывает умирающий. От микроба до человека. Зубы гепарда. Яд. Пуля.
Это длилось вечно.
Потом — тишина.
Утро. Я в своей постели. Родители спят.
Я долго приходил в себя.
Больше я никогда не останусь в темноте. Никогда. Даже за тысячу километров от этого дома. Никогда. ⚫
Спящая красавица
В 1634 году Базиль выпустил сказку «Солнце, Луна и Талия» — первую версию истории про принцессу, неосторожную с шипами. Однажды девушка поцарапалась о терновый шип, заноза вошла под ноготь, и она впала в глубокий сон. Отец, король, не веря в смерть дочери, приказал бережно уложить её в постель в замке посреди леса.
Однажды мимо проходил другой король. Увидев Талию, он пытался разбудить её — не получилось. Вместо поцелуя — изнасилование. Ни пробуждения, ни чуда — только жуткая реальность. От насилия Талия забеременела и родила во сне двоих детей. Младенцы ползали по ней, и когда один из них, проголодавшись, стал сосать не грудь, а палец — он случайно вынул шип. Принцесса очнулась.
Её насильник тем временем женился, но, узнав, что Талия жива, живьём закопал жену и женился на «спящей». Морали — ноль. Но сказка, как видим, древняя и далека от диснеевского варианта. 🤡
В 1634 году Базиль выпустил сказку «Солнце, Луна и Талия» — первую версию истории про принцессу, неосторожную с шипами. Однажды девушка поцарапалась о терновый шип, заноза вошла под ноготь, и она впала в глубокий сон. Отец, король, не веря в смерть дочери, приказал бережно уложить её в постель в замке посреди леса.
Однажды мимо проходил другой король. Увидев Талию, он пытался разбудить её — не получилось. Вместо поцелуя — изнасилование. Ни пробуждения, ни чуда — только жуткая реальность. От насилия Талия забеременела и родила во сне двоих детей. Младенцы ползали по ней, и когда один из них, проголодавшись, стал сосать не грудь, а палец — он случайно вынул шип. Принцесса очнулась.
Её насильник тем временем женился, но, узнав, что Талия жива, живьём закопал жену и женился на «спящей». Морали — ноль. Но сказка, как видим, древняя и далека от диснеевского варианта. 🤡
Жуткая история, рассказанная матерью
Всё это случилось с моей мамой — рассказывала она с таким смятением, будто сама не верила в реальность произошедшего. Дело было в квартире моей разведённой сестры, где та жила с ребёнком. Иногда сестра уходила на ночную смену и просила маму присмотреть за малышом. Именно в одну из таких ночей и произошло нечто ужасающее.
Ближе к вечеру мама уложила ребёнка спать в спальне, а сама легла на диван в гостиной. Проснулась она на рассвете от сильного давления — кто-то схватил её сзади и сжимал, будто стальным корсетом, не давая вдохнуть. Открыв глаза, она увидела на своей груди руки, сцеплённые в замок: жилистые, с редкой шерстью, длинные пальцы... Мама уверена — это были не человеческие руки.
Сердце бешено колотилось. Она попыталась читать молитву — шептала сбивчиво, почти беззвучно. Но затем собралась и стала произносить её в слух. Вдруг нечто позади шевельнулось, сжатие ослабло — и вот хватка исчезла. Существо перелезло через неё, спрыгнуло с дивана и исчезло в коридоре.
Через зеркало в шкафу она успела разглядеть его — низкорослая фигура с яйцевидной головой, похожа на уродливого карлика из кошмара. Шаркающей походкой, как пингвин, оно двинулось по паркету.
После этого случая съехали из квартиры — без раздумий. 🚪😱
Всё это случилось с моей мамой — рассказывала она с таким смятением, будто сама не верила в реальность произошедшего. Дело было в квартире моей разведённой сестры, где та жила с ребёнком. Иногда сестра уходила на ночную смену и просила маму присмотреть за малышом. Именно в одну из таких ночей и произошло нечто ужасающее.
Ближе к вечеру мама уложила ребёнка спать в спальне, а сама легла на диван в гостиной. Проснулась она на рассвете от сильного давления — кто-то схватил её сзади и сжимал, будто стальным корсетом, не давая вдохнуть. Открыв глаза, она увидела на своей груди руки, сцеплённые в замок: жилистые, с редкой шерстью, длинные пальцы... Мама уверена — это были не человеческие руки.
Сердце бешено колотилось. Она попыталась читать молитву — шептала сбивчиво, почти беззвучно. Но затем собралась и стала произносить её в слух. Вдруг нечто позади шевельнулось, сжатие ослабло — и вот хватка исчезла. Существо перелезло через неё, спрыгнуло с дивана и исчезло в коридоре.
Через зеркало в шкафу она успела разглядеть его — низкорослая фигура с яйцевидной головой, похожа на уродливого карлика из кошмара. Шаркающей походкой, как пингвин, оно двинулось по паркету.
После этого случая съехали из квартиры — без раздумий. 🚪😱