Почему до сих пор болит то, что было в школе
Школьная травля превращается во взрослый страх быть отвергнутой
Тело реагирует раньше мыслей: щёки горят, в груди тяжесть, хочется исчезнуть. Это не история про офис — это возвращение туда, в школьный коридор, где осталась застывшая девочка, которую дразнили.
Почему прошлое до сих пор живёт в теле
В психологии есть термин буллинг — систематическое давление группы на одного. Это не случайная ссора, не конфликт. Конфликт предполагает равные силы, а буллинг — это сцена, где одному достаётся роль мишени.
Травля запечатлевается в теле. Даже спустя 20–30 лет мы можем оказаться в ситуации, которая внешне совсем иная, но запускает ту же цепочку: стыд, страх, желание спрятаться. В терапии это называется ретравматизацией — когда старое переживание оживает в новых обстоятельствах.
Что делает травля с самооценкой
Женщины часто говорят:
— «Я сильная, но стоит кто-то меня осудить — и я снова маленькая».
— «Я так боюсь быть смешной, что лучше промолчу».
Школьная травля формирует убеждение: «со мной что-то не так». Оно остаётся глубоко внутри. Человек вырастает, строит карьеру, семью, а чувство своей «неправильности» никуда не уходит.
Это похоже на фон — как будто тихий шёпот внутри: «Не высовывайся, не будь заметной, а то опять будут смеяться».
Кейс взрослой жизни
Взрослая женщина с богатым опытом, но внутри — тот самый испуг и стыд. Психика устроена так, что травма остаётся не во времени, а в теле. И пока она не прожита, человек живёт как будто в параллельных слоях — здесь и сейчас, и там, в школьном классе.
⛈ Можно ли выйти из роли жертвы?
Часто люди говорят: «Ну это же было давно, зачем ворошить?»
Но если прошлое живёт в теле — оно не прошлое. Оно сейчас.
Работа с этим опытом — это не копание, а возвращение себе силы. Когда в терапии звучит:
— «Я тогда была ребёнком. И я не виновата, что меня дразнили».
Эти слова меняют многое. Девочка перестаёт быть виновной, а взрослая женщина перестаёт быть той, кто постоянно ждёт нападения.
Женский нерв
В песнях звучит то же, что я слышу от клиенток: «Ты кричишь от боли, что трещит динамик». У Анны Асти это про любовь, а у моих героинь — про школьный класс. Но боль одинакова: тебя сделали чужой, тебя выбросили из круга.
И в то же время — сила. «Лучше быть сильной, чем дать себя уничтожить» — это про ту точку, где женщина перестаёт оправдываться и начинает жить своей жизнью, без страха перед чужим смехом.
Атмосфера дома и внутри себя
Некоторые женщины признаются: «Я до сих пор не рассказывала мужу, что меня в школе травили. Стыдно. Он подумает, что я какая-то слабая».
Вот этот стыд — главное наследие буллинга. Человек боится ранить близких, боится быть отвергнутым снова. И именно поэтому так важна терапия: там нет необходимости быть «правильной». Там можно впервые сказать: «Мне было больно. Я хочу, чтобы это закончилось».
Мы не можем отменить прошлое. Но можем перестать жить в нём.
Перестать быть той девочкой в углу класса, которую дразнят.
Перестать носить чужой смех внутри.
И тогда история травли перестаёт быть меткой на лбу и становится частью пути. Опыт, который больше не управляет нами, а лишь напоминает: «я выжила».
Расписание вебинаров: https://igoevent.com/onl/event/hand-psy
Клуб поддержки "За ручку" и записи вебинаров: https://paywall.pw/7e6vawvoypdg
Запись на консультацию: https://t.me/samburskiy_office
Школьная травля превращается во взрослый страх быть отвергнутой
Марина, 38 лет. Успешная, в строгом костюме, с уверенной осанкой. Но как только речь заходит о том, что коллеги в чате подшучивают над ней, плечи опадают.
— «Я всё понимаю, это ерунда. Но у меня внутри будто проваливается пол. Как будто я снова в седьмом классе, и они все смеются. Я краснею, даже не могу ничего ответить».
Тело реагирует раньше мыслей: щёки горят, в груди тяжесть, хочется исчезнуть. Это не история про офис — это возвращение туда, в школьный коридор, где осталась застывшая девочка, которую дразнили.
Почему прошлое до сих пор живёт в теле
В психологии есть термин буллинг — систематическое давление группы на одного. Это не случайная ссора, не конфликт. Конфликт предполагает равные силы, а буллинг — это сцена, где одному достаётся роль мишени.
Травля запечатлевается в теле. Даже спустя 20–30 лет мы можем оказаться в ситуации, которая внешне совсем иная, но запускает ту же цепочку: стыд, страх, желание спрятаться. В терапии это называется ретравматизацией — когда старое переживание оживает в новых обстоятельствах.
Что делает травля с самооценкой
Женщины часто говорят:
— «Я сильная, но стоит кто-то меня осудить — и я снова маленькая».
— «Я так боюсь быть смешной, что лучше промолчу».
Школьная травля формирует убеждение: «со мной что-то не так». Оно остаётся глубоко внутри. Человек вырастает, строит карьеру, семью, а чувство своей «неправильности» никуда не уходит.
Это похоже на фон — как будто тихий шёпот внутри: «Не высовывайся, не будь заметной, а то опять будут смеяться».
Кейс взрослой жизни
Ольга, 55 лет. В кабинете тихо говорит:
— «Я всю жизнь старалась быть хорошей. Лишнего не сказать, не выделиться. До сих пор, если начальник повышает голос, у меня дрожат руки. И я снова та девочка, у которой вырвали тетрадь и посмеялись над почерком».
Взрослая женщина с богатым опытом, но внутри — тот самый испуг и стыд. Психика устроена так, что травма остаётся не во времени, а в теле. И пока она не прожита, человек живёт как будто в параллельных слоях — здесь и сейчас, и там, в школьном классе.
Часто люди говорят: «Ну это же было давно, зачем ворошить?»
Но если прошлое живёт в теле — оно не прошлое. Оно сейчас.
Работа с этим опытом — это не копание, а возвращение себе силы. Когда в терапии звучит:
— «Я тогда была ребёнком. И я не виновата, что меня дразнили».
Эти слова меняют многое. Девочка перестаёт быть виновной, а взрослая женщина перестаёт быть той, кто постоянно ждёт нападения.
Женский нерв
В песнях звучит то же, что я слышу от клиенток: «Ты кричишь от боли, что трещит динамик». У Анны Асти это про любовь, а у моих героинь — про школьный класс. Но боль одинакова: тебя сделали чужой, тебя выбросили из круга.
И в то же время — сила. «Лучше быть сильной, чем дать себя уничтожить» — это про ту точку, где женщина перестаёт оправдываться и начинает жить своей жизнью, без страха перед чужим смехом.
Атмосфера дома и внутри себя
Некоторые женщины признаются: «Я до сих пор не рассказывала мужу, что меня в школе травили. Стыдно. Он подумает, что я какая-то слабая».
Вот этот стыд — главное наследие буллинга. Человек боится ранить близких, боится быть отвергнутым снова. И именно поэтому так важна терапия: там нет необходимости быть «правильной». Там можно впервые сказать: «Мне было больно. Я хочу, чтобы это закончилось».
Мы не можем отменить прошлое. Но можем перестать жить в нём.
Перестать быть той девочкой в углу класса, которую дразнят.
Перестать носить чужой смех внутри.
И тогда история травли перестаёт быть меткой на лбу и становится частью пути. Опыт, который больше не управляет нами, а лишь напоминает: «я выжила».
Расписание вебинаров: https://igoevent.com/onl/event/hand-psy
Клуб поддержки "За ручку" и записи вебинаров: https://paywall.pw/7e6vawvoypdg
Запись на консультацию: https://t.me/samburskiy_office
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤15👍7🔥6
Высокая самооценка может быть признаком скрытых психологических травм или проблем с психическим здоровьем, рассказал клинический психолог Станислав Самбурский.
Часто излишняя любовь к себе появляется как защитный механизм, когда в детстве с человеком жестоко обращаются, им пренебрегают или бросают.
— В некоторых случаях люди, пережившие детскую травму, могут использовать завышенную самооценку, чтобы защитить себя от чувства стыда, вины или никчемности, — объяснил психолог Самбурский.
Часто излишняя любовь к себе появляется как защитный механизм, когда в детстве с человеком жестоко обращаются, им пренебрегают или бросают.
— В некоторых случаях люди, пережившие детскую травму, могут использовать завышенную самооценку, чтобы защитить себя от чувства стыда, вины или никчемности, — объяснил психолог Самбурский.
👍13💯3❤2🙏1
💬 Приём продолжается.
Индивидуальные консультации — онлайн и очно в Москве.
Помогаю тем, кто устал держать лицо, кто перестал чувствовать себя живым, кто давно не может выдохнуть.
Первая встреча — диагностическая. Без спешки, в безопасном ритме:
• поймём, где вы теряете силы
• разберём, как вы реагируете телом, эмоциями, мыслями
• наметим путь восстановления
Все вопросы и запись — через администратора: https://t.me/Samburskiy_office
Психолог Станислав Самбурский
Индивидуальные консультации — онлайн и очно в Москве.
Помогаю тем, кто устал держать лицо, кто перестал чувствовать себя живым, кто давно не может выдохнуть.
Первая встреча — диагностическая. Без спешки, в безопасном ритме:
• поймём, где вы теряете силы
• разберём, как вы реагируете телом, эмоциями, мыслями
• наметим путь восстановления
Все вопросы и запись — через администратора: https://t.me/Samburskiy_office
Психолог Станислав Самбурский
❤6👍4🕊3🤝1
Судья, который умел слышать: почему миллионы поверили в «добрую власть»
Психолог Станислав Самбурский — о том, как одно лицо в мантии стало символом справедливости, и почему это так глубоко задело людей по всему миру.
Марина, 42 года. В её голосе дрожь, но не от страха — от воспоминания.
Я спросил её: что было в теле?
Она замолчала и ответила:
— «Тепло. Как будто плечи перестали держать камни. Я впервые за долгое время почувствовала, что могу выдохнуть».
Когда власть становится не карающей, а слышащей
Суд — это символ наказания. Чаще всего он ассоциируется с холодной машиной, где решение принимается по букве закона, без права на «я понимаю».
И вдруг миллионы людей увидели обратное. Седой мужчина в мантии спрашивал о здоровье, слушал истории, иногда отпускал без штрафа. И это не выглядело слабостью. Это выглядело справедливостью.
Здесь сработал психологический механизм, который я называю репрезентативной справедливостью. Человек чувствует, что система не давит, а замечает его обстоятельства. Не абстрактное «все равны перед законом», а живое «я вижу именно тебя».
Для зрителя это ломает привычный стереотип: власть может быть не молотом, а рукой, которая помогает подняться.
Катарсис на экране
Почему же люди часами смотрели эти видео?
Потому что они выполняли ритуальную функцию. Человек видит, как кого-то не добили штрафом, а отпустили с пониманием, — и у него внутри снимается часть напряжения. Это катарсис. Маленькая личная разрядка через чужую историю.
Так работает психика: мы переносим себя на место героев. И когда в кадре подростку или матери говорят: «Я понимаю, почему вы опоздали», — зритель внутри получает то, чего не хватало ему самому.
Архетип «справедливого отца»
В юнгианской психологии есть архетип мудрого старца — того, кто держит закон, но делает это с теплом. В фигуре судьи Каприо миллионы людей увидели именно это.
Для многих этот образ стал заменой того, чего не хватало в детстве. Когда наказание звучало как унижение, а не как граница. Когда взрослые вокруг были скорее карающими, чем поддерживающими.
Судья в мантии неожиданно оказался отцовской фигурой, но в новой форме: строгий, но заботливый. Он мог наказать, но не унижал. И это вернуло веру в то, что власть может быть человечной.
Люди жадно ищут доказательства, что система — медицинская, судебная, бюрократическая — может быть не враждебной, а человеческой.
Эмпатия как зрелище
Важно понимать: шоу про «доброго судью» не было постановкой, но было монтажом. Из сотен дел в эфир попадали именно те, где звучала эмпатия. И это создало образ.
И тут есть парадокс: эмпатия, которая в жизни часто остаётся невидимой, на экране стала зрелищем. Люди смотрели её, как раньше смотрели драки и скандалы. Оказалось, что тепло тоже продаётся миллионам.
Что это говорит о нас
Феномен Каприо — это не про суд. Это про коллективную тоску по «доброй власти».
Люди верили не в конкретного судью, а в возможность. В то, что за суровой системой может стоять лицо, способное услышать.
Каприо стал символом того, что закон может быть не кнутом, а рукой, которая помогает подняться.
⸻
Расписание вебинаров: https://igoevent.com/onl/event/hand-psy
Клуб поддержки “За ручку” и записи вебинаров: https://paywall.pw/7e6vawvoypdg
Запись на консультацию: https://t.me/samburskiy_office
Психолог Станислав Самбурский — о том, как одно лицо в мантии стало символом справедливости, и почему это так глубоко задело людей по всему миру.
Марина, 42 года. В её голосе дрожь, но не от страха — от воспоминания.
— «Я включила видео с этим судьёй ночью. В ленте случайно выскочило. Он смотрел на подростка и говорил не как судья, а как дедушка. Я сидела и плакала. Мне казалось, что он видит меня. Меня, которую никогда никто в кабинете начальника или врача не видел».
Я спросил её: что было в теле?
Она замолчала и ответила:
— «Тепло. Как будто плечи перестали держать камни. Я впервые за долгое время почувствовала, что могу выдохнуть».
Когда власть становится не карающей, а слышащей
Суд — это символ наказания. Чаще всего он ассоциируется с холодной машиной, где решение принимается по букве закона, без права на «я понимаю».
И вдруг миллионы людей увидели обратное. Седой мужчина в мантии спрашивал о здоровье, слушал истории, иногда отпускал без штрафа. И это не выглядело слабостью. Это выглядело справедливостью.
Здесь сработал психологический механизм, который я называю репрезентативной справедливостью. Человек чувствует, что система не давит, а замечает его обстоятельства. Не абстрактное «все равны перед законом», а живое «я вижу именно тебя».
Для зрителя это ломает привычный стереотип: власть может быть не молотом, а рукой, которая помогает подняться.
Катарсис на экране
Почему же люди часами смотрели эти видео?
Потому что они выполняли ритуальную функцию. Человек видит, как кого-то не добили штрафом, а отпустили с пониманием, — и у него внутри снимается часть напряжения. Это катарсис. Маленькая личная разрядка через чужую историю.
Так работает психика: мы переносим себя на место героев. И когда в кадре подростку или матери говорят: «Я понимаю, почему вы опоздали», — зритель внутри получает то, чего не хватало ему самому.
Архетип «справедливого отца»
В юнгианской психологии есть архетип мудрого старца — того, кто держит закон, но делает это с теплом. В фигуре судьи Каприо миллионы людей увидели именно это.
Для многих этот образ стал заменой того, чего не хватало в детстве. Когда наказание звучало как унижение, а не как граница. Когда взрослые вокруг были скорее карающими, чем поддерживающими.
Судья в мантии неожиданно оказался отцовской фигурой, но в новой форме: строгий, но заботливый. Он мог наказать, но не унижал. И это вернуло веру в то, что власть может быть человечной.
Люди жадно ищут доказательства, что система — медицинская, судебная, бюрократическая — может быть не враждебной, а человеческой.
Эмпатия как зрелище
Важно понимать: шоу про «доброго судью» не было постановкой, но было монтажом. Из сотен дел в эфир попадали именно те, где звучала эмпатия. И это создало образ.
И тут есть парадокс: эмпатия, которая в жизни часто остаётся невидимой, на экране стала зрелищем. Люди смотрели её, как раньше смотрели драки и скандалы. Оказалось, что тепло тоже продаётся миллионам.
Что это говорит о нас
Феномен Каприо — это не про суд. Это про коллективную тоску по «доброй власти».
Мы живём в эпоху, где слишком много равнодушия и формализма. Где письмо из налоговой вызывает сжатие в груди, а разговор с чиновником — ощущение стены. И потому мы так жадно смотрели на то, как власть может улыбнуться и сказать: «Я понимаю».
Люди верили не в конкретного судью, а в возможность. В то, что за суровой системой может стоять лицо, способное услышать.
Каприо стал символом того, что закон может быть не кнутом, а рукой, которая помогает подняться.
⸻
Расписание вебинаров: https://igoevent.com/onl/event/hand-psy
Клуб поддержки “За ручку” и записи вебинаров: https://paywall.pw/7e6vawvoypdg
Запись на консультацию: https://t.me/samburskiy_office
❤16👍6🔥1😁1👌1
Психолог объяснил читателям «Газета.ру», почему в России не любят эмоциональных людей
Психолог Самбурский: отсутствие эмоциональности у россиян — историческая травма
Вам когда-нибудь говорили: «Ну не принимай так близко к сердцу» или «Перестань истерить»? Если да, вы сталкивались с одной из самых тихих, но болезненных форм обесценивания — стигматизацией эмоций. В нашей культуре это явление не просто живёт, оно передаётся почти как фамильное наследство, вместе с привычками и семейными историями. Иногда это ощущается так, будто выйти в чувствах — всё равно что выйти на улицу в пижаме: вроде можно (и сейчас даже модно), но внутри неизбежно поднимается стыд и желание спрятаться. Почему в России не слишком любят эмоциональных людей — об этом я рассказал читателям «Газеты.Ru».
Корни здесь уходят в давнюю память семьи. В психологии это называют исторической травмой — когда опыт войны, голода, репрессий передаётся не только в рассказах, но и в способах жить и выживать. Наши бабушки и прадеды учились держаться, отключая чувства как «ненужный прибор» в бою. Когда вокруг гремит опасность, не до того, чтобы плакать или тревожиться, — нужно действовать. А порой — и стрелять первым, чтобы остаться в живых. Холод внутри становился не черствостью, а стратегией спасения: чем меньше уязвимости, тем выше шанс дожить до утра. Эти установки — «если больно, терпи», «если страшно, молчи», «привязанность — слабость», «доверие — опасно» — прожили долгую жизнь и часто дотягиваются до нас.
И даже если потрясения и голод вашу семью обошли стороной, программа часто продолжает работать. Установки — как старый софт: запускается, служит десятилетиями, но, как и многие старые программы, зависает в самый неподходящий момент и подводит именно там, где человеку важна близость, гибкость и способность откликаться. Мы взрослеем, меняются города и профессии, а внутри — те же «скрытые настройки», которые требуют экономить на чувствах.
К этому добавился «импортный» компонент — старый западный культ рациональности. В индустриальную эпоху эмоции считались помехой делу, а идеальный сотрудник должен был быть похож на машину: выполнять функцию, не отвлекаясь на «личное». Запад уже давно пересмотрел этот подход: психотерапия, внимание к ментальному здоровью, ценность доверия и горизонтальных связей стали нормой. А у нас рационализм сросся с традиционным «стисни зубы» и превратился в двойной зажим: и «по делу будь ровным», и «дома не хнычь». Итог легко угадываем: выражать эмоции — непрофессионально, местами «по-женски» (в худом смысле), как будто ум и чувства несовместимы, и человек обязан выбирать — либо бухгалтерия и планы, либо сердце и отношения.
Сегодня это сказывается в самых разных контекстах — от переговоров до кухни дома. Мы часто делаем вид, что «всё под контролем», хотя внутри кипит. И в этот момент меня как психолога интересует не «правильно–неправильно», а что с нами происходит телесно и эмоционально: как тело «сжимается», как голос становится ровным и сухим, как мы учимся не просить, чтобы не услышать отказ. Это и есть цена за «несентиментальность», которую нам передали из лучших намерений — выстоять и выжить.
Психолог Самбурский: отсутствие эмоциональности у россиян — историческая травма
Вам когда-нибудь говорили: «Ну не принимай так близко к сердцу» или «Перестань истерить»? Если да, вы сталкивались с одной из самых тихих, но болезненных форм обесценивания — стигматизацией эмоций. В нашей культуре это явление не просто живёт, оно передаётся почти как фамильное наследство, вместе с привычками и семейными историями. Иногда это ощущается так, будто выйти в чувствах — всё равно что выйти на улицу в пижаме: вроде можно (и сейчас даже модно), но внутри неизбежно поднимается стыд и желание спрятаться. Почему в России не слишком любят эмоциональных людей — об этом я рассказал читателям «Газеты.Ru».
Корни здесь уходят в давнюю память семьи. В психологии это называют исторической травмой — когда опыт войны, голода, репрессий передаётся не только в рассказах, но и в способах жить и выживать. Наши бабушки и прадеды учились держаться, отключая чувства как «ненужный прибор» в бою. Когда вокруг гремит опасность, не до того, чтобы плакать или тревожиться, — нужно действовать. А порой — и стрелять первым, чтобы остаться в живых. Холод внутри становился не черствостью, а стратегией спасения: чем меньше уязвимости, тем выше шанс дожить до утра. Эти установки — «если больно, терпи», «если страшно, молчи», «привязанность — слабость», «доверие — опасно» — прожили долгую жизнь и часто дотягиваются до нас.
И даже если потрясения и голод вашу семью обошли стороной, программа часто продолжает работать. Установки — как старый софт: запускается, служит десятилетиями, но, как и многие старые программы, зависает в самый неподходящий момент и подводит именно там, где человеку важна близость, гибкость и способность откликаться. Мы взрослеем, меняются города и профессии, а внутри — те же «скрытые настройки», которые требуют экономить на чувствах.
К этому добавился «импортный» компонент — старый западный культ рациональности. В индустриальную эпоху эмоции считались помехой делу, а идеальный сотрудник должен был быть похож на машину: выполнять функцию, не отвлекаясь на «личное». Запад уже давно пересмотрел этот подход: психотерапия, внимание к ментальному здоровью, ценность доверия и горизонтальных связей стали нормой. А у нас рационализм сросся с традиционным «стисни зубы» и превратился в двойной зажим: и «по делу будь ровным», и «дома не хнычь». Итог легко угадываем: выражать эмоции — непрофессионально, местами «по-женски» (в худом смысле), как будто ум и чувства несовместимы, и человек обязан выбирать — либо бухгалтерия и планы, либо сердце и отношения.
Сегодня это сказывается в самых разных контекстах — от переговоров до кухни дома. Мы часто делаем вид, что «всё под контролем», хотя внутри кипит. И в этот момент меня как психолога интересует не «правильно–неправильно», а что с нами происходит телесно и эмоционально: как тело «сжимается», как голос становится ровным и сухим, как мы учимся не просить, чтобы не услышать отказ. Это и есть цена за «несентиментальность», которую нам передали из лучших намерений — выстоять и выжить.
👍10❤7🔥4
Эмоции как слабость? Почему мы учимся молчать — и чем это оборачивается
Одна моя клиентка рассказывает:
— Мы сидели на планёрке, и я подробно объясняла конфликт с клиентом, который задерживает оплаты. У меня дрогнул голос — усталость давила в виски, а стресс стягивал горло, будто воротник на размер меньше. Руководитель перебил: «Ты что, плакать будешь из‑за этого? У нас тут серьёзный бизнес, а не детский сад». Я сжала зубы, закончила отчёт, а потом полдня не могла сосредоточиться — в голове вертелась только его фраза.
Это не единичная история, а культурная норма, которую многие узнают. По данным ВЦИОМ (2025), 27% российских мужчин не плакали более десяти лет, ещё 19% — плакали лишь раз за десятилетие. Женщины делают это чаще, но в рабочей среде и у них действует негласный запрет на слёзы: страх, что сочтут слабой, сопровождает 58% сотрудниц. Цифры — это про привычки, а привычки формируют среду, где уязвимость путают с непригодностью.
Когда человеку говорят «Ты слишком чувствительный», в психологии это называется обесцениванием. По сути, сообщение звучит так: твои эмоции не важны; ты реагируешь неправильно; с тобой что‑то не так. Со временем человек перестаёт доверять себе, замолкает, а потом и вовсе перестаёт распознавать, что он чувствует. «Зачем?» — скажут — «всё равно перебор». И это, пожалуй, самый болезненный эффект: вместо навыка саморегуляции человек учится отщеплять живое.
Мужчины тоже чувствуют — просто реже в этом признаются. Клиент на консультации вспоминал:
— В командировке в США коллеги всё время спрашивали, почему я такой серьёзный. Я пытался объяснить: у нас не принято улыбаться просто так, особенно незнакомым. Они шутили, что я их боюсь, а я просто чувствовал себя неестественно, когда пробовал «улыбаться по‑американски».
Исследования ВШЭ подтверждают это: россияне прячут радость в общении с незнакомыми. В западной культуре открытая реакция чаще вызывает доверие, а у нас наоборот — чрезмерная, на взгляд окружающих, эмоциональность читается как слабость или неуместность. Даже улыбка, этот, казалось бы, универсальный «ключик» к разговору, в России иногда может закрыть дверь. И мы не единственные в мире, кто так реагирует, но наша история делает этот паттерн особенно прочным.
При этом сдержанность не равно черствость. Есть люди, которые по природе ощущают мир тоньше. На языке науки — HSP (Highly Sensitive Person), «высокочувствительная личность». Это не диагноз, а особенность нервной системы. Такие люди глубже проживают каждое событие, острее реагируют на стимулы и — что важно — способны ярче чувствовать не только боль, но и радость. Да, им сложнее в толпе, они болезненнее переживают критику. Зато именно они замечают малейшие перемены в настроении друга, видят нюансы, которые другие упустят, и способны тонко настраивать атмосферу в команде или семье. Если дать им пространство, их чувствительность становится не «минусом», а ресурсом.
Оборачивается всё это тем, что мы хуже понимаем себя и других; позже обращаемся за помощью при депрессии и тревоге (а иногда — никогда); теряем навык эмоциональной близости. В быту стигматизация эмоций приводит к тому, что партнёры в паре всё меньше делятся важным, родители и дети отдаляются, а на работе рождаются конфликты из‑за «неправильного тона» или «обиды на ерунду». Мы как будто всё время чуть‑чуть недоговариваем — и платим за это усталостью.
Переломить сценарий можно, но для этого придётся разучиться тому, чему нас учили десятилетиями: называть свои чувства («Я злюсь», «Мне грустно»); принимать чужие эмоции как факт, а не как ошибку; развивать эмоциональный интеллект — тот самый, который у нас долго не приживается именно из‑за стыда и недоверия. И, пожалуй, самое простое и самое трудное — перестать говорить «Ты слишком чувствительный».
Чувствительность — это не баг, а функция.
Если мы её потеряем, мы рискуем остаться не «сильными и независимыми», а просто пустыми. Мне, как психологу, важно, чтобы эта простая мысль становилась частью повседневности — в семье, в школе, в офисе. Так начинается новая культура отношений к себе и друг к другу.
Одна моя клиентка рассказывает:
— Мы сидели на планёрке, и я подробно объясняла конфликт с клиентом, который задерживает оплаты. У меня дрогнул голос — усталость давила в виски, а стресс стягивал горло, будто воротник на размер меньше. Руководитель перебил: «Ты что, плакать будешь из‑за этого? У нас тут серьёзный бизнес, а не детский сад». Я сжала зубы, закончила отчёт, а потом полдня не могла сосредоточиться — в голове вертелась только его фраза.
Это не единичная история, а культурная норма, которую многие узнают. По данным ВЦИОМ (2025), 27% российских мужчин не плакали более десяти лет, ещё 19% — плакали лишь раз за десятилетие. Женщины делают это чаще, но в рабочей среде и у них действует негласный запрет на слёзы: страх, что сочтут слабой, сопровождает 58% сотрудниц. Цифры — это про привычки, а привычки формируют среду, где уязвимость путают с непригодностью.
Когда человеку говорят «Ты слишком чувствительный», в психологии это называется обесцениванием. По сути, сообщение звучит так: твои эмоции не важны; ты реагируешь неправильно; с тобой что‑то не так. Со временем человек перестаёт доверять себе, замолкает, а потом и вовсе перестаёт распознавать, что он чувствует. «Зачем?» — скажут — «всё равно перебор». И это, пожалуй, самый болезненный эффект: вместо навыка саморегуляции человек учится отщеплять живое.
Мужчины тоже чувствуют — просто реже в этом признаются. Клиент на консультации вспоминал:
— В командировке в США коллеги всё время спрашивали, почему я такой серьёзный. Я пытался объяснить: у нас не принято улыбаться просто так, особенно незнакомым. Они шутили, что я их боюсь, а я просто чувствовал себя неестественно, когда пробовал «улыбаться по‑американски».
Исследования ВШЭ подтверждают это: россияне прячут радость в общении с незнакомыми. В западной культуре открытая реакция чаще вызывает доверие, а у нас наоборот — чрезмерная, на взгляд окружающих, эмоциональность читается как слабость или неуместность. Даже улыбка, этот, казалось бы, универсальный «ключик» к разговору, в России иногда может закрыть дверь. И мы не единственные в мире, кто так реагирует, но наша история делает этот паттерн особенно прочным.
При этом сдержанность не равно черствость. Есть люди, которые по природе ощущают мир тоньше. На языке науки — HSP (Highly Sensitive Person), «высокочувствительная личность». Это не диагноз, а особенность нервной системы. Такие люди глубже проживают каждое событие, острее реагируют на стимулы и — что важно — способны ярче чувствовать не только боль, но и радость. Да, им сложнее в толпе, они болезненнее переживают критику. Зато именно они замечают малейшие перемены в настроении друга, видят нюансы, которые другие упустят, и способны тонко настраивать атмосферу в команде или семье. Если дать им пространство, их чувствительность становится не «минусом», а ресурсом.
Оборачивается всё это тем, что мы хуже понимаем себя и других; позже обращаемся за помощью при депрессии и тревоге (а иногда — никогда); теряем навык эмоциональной близости. В быту стигматизация эмоций приводит к тому, что партнёры в паре всё меньше делятся важным, родители и дети отдаляются, а на работе рождаются конфликты из‑за «неправильного тона» или «обиды на ерунду». Мы как будто всё время чуть‑чуть недоговариваем — и платим за это усталостью.
Переломить сценарий можно, но для этого придётся разучиться тому, чему нас учили десятилетиями: называть свои чувства («Я злюсь», «Мне грустно»); принимать чужие эмоции как факт, а не как ошибку; развивать эмоциональный интеллект — тот самый, который у нас долго не приживается именно из‑за стыда и недоверия. И, пожалуй, самое простое и самое трудное — перестать говорить «Ты слишком чувствительный».
Чувствительность — это не баг, а функция.
Если мы её потеряем, мы рискуем остаться не «сильными и независимыми», а просто пустыми. Мне, как психологу, важно, чтобы эта простая мысль становилась частью повседневности — в семье, в школе, в офисе. Так начинается новая культура отношений к себе и друг к другу.
👍14❤10👏4👎1🙈1
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Иногда мы думаем, что дело только в силе воли.
Но за перееданием часто стоят усталость, стресс, привычки семьи.
А ещё — то самое чувство «эмоционального голода», когда еда заменяет поддержку.
🎥 Мы с врачом-диетологом Ириной Красняк разобрали это в эфире — видео уже доступно.
А в клубе «За ручку» идёт целый месяц нутрициологии: 📌 дополнительные видео, 📌 посты о психологии переедания, 📌 живые ответы на вопросы участников.
Клуб «За ручку»: https://paywall.pw/7e6vawvoypdg
Но за перееданием часто стоят усталость, стресс, привычки семьи.
А ещё — то самое чувство «эмоционального голода», когда еда заменяет поддержку.
🎥 Мы с врачом-диетологом Ириной Красняк разобрали это в эфире — видео уже доступно.
А в клубе «За ручку» идёт целый месяц нутрициологии: 📌 дополнительные видео, 📌 посты о психологии переедания, 📌 живые ответы на вопросы участников.
Клуб «За ручку»: https://paywall.pw/7e6vawvoypdg
❤6👍3🕊1
Гендерные различия в зависимостях есть и они фундаментальные: мужчины и женщины по разному заполняют эмоциональный голод.
Это связано как с биологией, так и с психологией.
🧫 Биология
— Алкоголь и печень. Женский организм медленнее расщепляет алкоголь из-за меньшего количества фермента алкогольдегидрогеназы. Поэтому токсическая нагрузка на печень выше, и риск цирроза при тех же дозах у женщин наступает быстрее.
— Сладкое и дофамин. Женский мозг в среднем более чувствителен к дофаминовым «подкреплениям», связанным с едой и социальным одобрением. Поэтому сладости чаще становятся «эмоциональной аптечкой».
🧠 Психология
— У женщин зависимость чаще связана с регуляцией эмоций (снять тревогу, заполнить пустоту, успокоиться).
— У мужчин — с поведением и риском (добавить драйв, снять контроль, показать силу).
То есть, грубо говоря: женщина чаще «заедает» чувства, мужчина — «заливает» или «разгоняет» их.
📌 Интересное различие
Женщины чаще стыдятся своих зависимостей («я слабая, не справилась»), мужчины — чаще отрицают («я контролирую»). Поэтому женщины приходят за помощью (хоть иногда и в запущеном эмоциональном состоянии), а мужчины до последнего отрицают проблему.
Конфетка действительно мягче, чем алкоголь. Но если за ней стоит не голод, а неудовлетворённая потребность в тепле, принятии, отдыхе, то риск психологической зависимости от сахара становится очень высоким.
🌿 Хорошая новость: женские зависимости чаще поддаются коррекции именно через работу с эмоциями и отношениями — не всегда нужны радикальные запреты.
Это связано как с биологией, так и с психологией.
🧫 Биология
— Алкоголь и печень. Женский организм медленнее расщепляет алкоголь из-за меньшего количества фермента алкогольдегидрогеназы. Поэтому токсическая нагрузка на печень выше, и риск цирроза при тех же дозах у женщин наступает быстрее.
— Сладкое и дофамин. Женский мозг в среднем более чувствителен к дофаминовым «подкреплениям», связанным с едой и социальным одобрением. Поэтому сладости чаще становятся «эмоциональной аптечкой».
— У женщин зависимость чаще связана с регуляцией эмоций (снять тревогу, заполнить пустоту, успокоиться).
— У мужчин — с поведением и риском (добавить драйв, снять контроль, показать силу).
То есть, грубо говоря: женщина чаще «заедает» чувства, мужчина — «заливает» или «разгоняет» их.
Женщины чаще стыдятся своих зависимостей («я слабая, не справилась»), мужчины — чаще отрицают («я контролирую»). Поэтому женщины приходят за помощью (хоть иногда и в запущеном эмоциональном состоянии), а мужчины до последнего отрицают проблему.
Конфетка действительно мягче, чем алкоголь. Но если за ней стоит не голод, а неудовлетворённая потребность в тепле, принятии, отдыхе, то риск психологической зависимости от сахара становится очень высоким.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
👍11❤9🔥4👏1
Если есть что-то важное — тревога, внутренний узел, ситуация, в которой сложно сориентироваться — напишите свой вопрос по ссылке: https://t.me/Samburskiy_office
Здесь можно быть с собой и задать вопрос, на который давно хочется получить честный и тёплый ответ.
Жду.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Telegram
🍀 Центр бизнес-психологии и телемедицины Самбурского
Администраторы Центра Елена и Ирина (не бот)😸 https://samburskiy.com/
❤5👍2🔥2
Замечали, что иногда едите «на автомате», а потом чувствуете тяжесть? Или игнорируете голод, чтобы «быть хорошим»?
Приглашаем вас на совместный эфир психолога и диетолога: «Ваше тело знает лучше: как доверять его сигналам и есть ровно столько, сколько нужно?»
Вместе мы разберем:
🍃 Язык тела: как на самом деле выглядят сигналы голода и насыщения (спойлер: это не только «урчание в животе»).
🍃 Почему мы переедаем? Ищем корень проблемы не в силе воли, а в эмоциях, стрессе и привычках.
🍃 Почему мы перестали слышать свое тело? Как диеты заставили нам не доверять себе.
🍃 Интеграция и практика: конкретные шаги, как начать выстраивать диалог с телом заново.
✅Без чувства вины. Это разговор не о том, «что есть», а о том, «как и почему». Чтобы еда приносила не тревогу, а удовольствие и энергию.
Эфир состоится завтра, запись выложим в ближайшее время. Задавайте свои вопросы к эфиру под этим постом.
Мы привыкли следовать правилам, диетам и советам извне, забыв спросить самого главного эксперта — наше собственное тело. Что, если ключ к гармонии с едой — не новая строгая диета, а умение слышать и доверять своему телу?
Приглашаем вас на совместный эфир психолога и диетолога: «Ваше тело знает лучше: как доверять его сигналам и есть ровно столько, сколько нужно?»
Вместе мы разберем:
🍃 Язык тела: как на самом деле выглядят сигналы голода и насыщения (спойлер: это не только «урчание в животе»).
🍃 Почему мы переедаем? Ищем корень проблемы не в силе воли, а в эмоциях, стрессе и привычках.
🍃 Почему мы перестали слышать свое тело? Как диеты заставили нам не доверять себе.
🍃 Интеграция и практика: конкретные шаги, как начать выстраивать диалог с телом заново.
✅Без чувства вины. Это разговор не о том, «что есть», а о том, «как и почему». Чтобы еда приносила не тревогу, а удовольствие и энергию.
Эфир состоится завтра, запись выложим в ближайшее время. Задавайте свои вопросы к эфиру под этим постом.
👍6❤5🔥1
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Ваше тело знает лучше: как слышать голод и перестать переедать.
Психолог Самбурский и врач-диетолог Ирина Викторовна Красняк обсуждают, как отличить физиологический голод от эмоционального, что происходит в организме при «голодной агрессии», почему завтрак без сладкого помогает дольше быть сытым и что общего у режима сна и аппетита.
Психолог Самбурский и врач-диетолог Ирина Викторовна Красняк обсуждают, как отличить физиологический голод от эмоционального, что происходит в организме при «голодной агрессии», почему завтрак без сладкого помогает дольше быть сытым и что общего у режима сна и аппетита.
👍6❤3🔥3
Муж Блиновской снова в центре скандала: почему обычное ДТП стало точкой взрыва
Психолог Станислав Самбурский — о мужском сценарии боли и о том, как мелкая ссора превращается в катастрофу
Алексей Блиновский снова в новостях. Мотоцикл, зеркало такси, резкий жест — и через несколько секунд всё похоже на хронику 90-х: перепалка, драка, кровь на асфальте.
Снаружи это банальная дорожная история. Но в психологии почти всегда мелкий конфликт оказывается только последней каплей.
Когда всё наваливается
Представим себе тело человека, у которого жизнь пошла вразнос. Жена в колонии за неуплату налогов. Сам под уголовным делом, едва спасшийся армейским контрактом. Недвижимость и счета арестованы.
Это похоже на дом, где и так течёт крыша, а кто-то вдруг выбивает ещё и стекло.
Тогда даже зеркало на дороге становится символом: «Ещё и это? Ещё и здесь я ничего не контролирую?»
Обычная случайность проживается как личное унижение.
Психология срыва
В клинической психологии для таких моментов есть термин — дезадаптация. Это когда привычные способы справляться с трудностями перестают работать, и человек реагирует телом, а не выбором.
Дезадаптация всегда телесна.
Мышцы — в постоянном тонусе, дыхание рваное, пульс как перед боем. Зубы сжаты так, что скулы болят. Любой толчок воспринимается как нападение. И тогда ударить в ответ проще, чем выдохнуть.
Мужской сценарий боли
Женщина чаще проживает крушение через слёзы. Мужчина — через кулак.
Вместо слов «я устал» звучит бравада. Вместо признания «больно» — агрессия.
Мы слышим женские истории в песнях: «я сломалась, но я сильная, я ещё поднимусь».
А мужская версия редко звучит в словах. Она видна в драках, в синяках, в новостных лентах.
Тело не врёт. Даже если лицо улыбается, даже если надет шлем или дорогой костюм, шторм внутри всегда найдёт выход.
Мужчина и маска контроля
В нашей культуре мужчина обязан держать лицо. Но чем плотнее маска, тем сильнее риск взрыва.
Современное общество живёт под взглядом вещей — машин, предметов, статусов. Удар по зеркалу — это ещё и удар по образу: «я потерял контроль».
И вот, вместо просьбы о поддержке, мы видим кулак.
Что остаётся внутри
История Блиновского — это не только про суды и деньги. Это про мужское одиночество, где крик выходит через драку.
В эмоционально-фокусированной терапии есть мысль: боль, не признанная словами, всегда ищет другой выход.
Пока не сказать: «я больше не могу», мир будет отражать только одно — «моя жизнь разбита».
Мы привыкли обсуждать громкие заголовки. Но за ними всегда тело: напряжённое, усталое, зажатое.
И каждый удар — это не про зеркало, а про крик: «Обними меня крепче, потому что я не выдерживаю один».
Психолог Станислав Самбурский — о мужском сценарии боли и о том, как мелкая ссора превращается в катастрофу
Алексей Блиновский снова в новостях. Мотоцикл, зеркало такси, резкий жест — и через несколько секунд всё похоже на хронику 90-х: перепалка, драка, кровь на асфальте.
Снаружи это банальная дорожная история. Но в психологии почти всегда мелкий конфликт оказывается только последней каплей.
Я наблюдаю: железо сталкивается случайно, а люди сталкиваются накопленным.
Когда всё наваливается
Представим себе тело человека, у которого жизнь пошла вразнос. Жена в колонии за неуплату налогов. Сам под уголовным делом, едва спасшийся армейским контрактом. Недвижимость и счета арестованы.
Это похоже на дом, где и так течёт крыша, а кто-то вдруг выбивает ещё и стекло.
Тогда даже зеркало на дороге становится символом: «Ещё и это? Ещё и здесь я ничего не контролирую?»
Обычная случайность проживается как личное унижение.
Психология срыва
В клинической психологии для таких моментов есть термин — дезадаптация. Это когда привычные способы справляться с трудностями перестают работать, и человек реагирует телом, а не выбором.
Дезадаптация всегда телесна.
Мышцы — в постоянном тонусе, дыхание рваное, пульс как перед боем. Зубы сжаты так, что скулы болят. Любой толчок воспринимается как нападение. И тогда ударить в ответ проще, чем выдохнуть.
Я слышал от клиента: «Как будто я вечно стою на краю — и малейший шаг рядом толкает в пропасть».
Мужской сценарий боли
Женщина чаще проживает крушение через слёзы. Мужчина — через кулак.
Вместо слов «я устал» звучит бравада. Вместо признания «больно» — агрессия.
Мы слышим женские истории в песнях: «я сломалась, но я сильная, я ещё поднимусь».
А мужская версия редко звучит в словах. Она видна в драках, в синяках, в новостных лентах.
Тело не врёт. Даже если лицо улыбается, даже если надет шлем или дорогой костюм, шторм внутри всегда найдёт выход.
История клиента: Сергей, 42 года
Сергей пришёл на сессию с разбитыми костяшками. Он сказал почти шёпотом:
— «Я не бил её, я бил стену. Потому что, если бы сказал “мне плохо”, показался бы слабаком».
Я уточнил: что в теле?
— «Грудь жгло. Слов не было. Рука сама пошла».
Это был не про женщину разговор, а про его невозможность выдерживать хаос в жизни. Потеря работы, кредиты, ссоры дома. Стена стала тем зеркалом такси — случайным объектом, куда выплеснулась его боль.
Мужчина и маска контроля
В нашей культуре мужчина обязан держать лицо. Но чем плотнее маска, тем сильнее риск взрыва.
Современное общество живёт под взглядом вещей — машин, предметов, статусов. Удар по зеркалу — это ещё и удар по образу: «я потерял контроль».
И вот, вместо просьбы о поддержке, мы видим кулак.
Что остаётся внутри
История Блиновского — это не только про суды и деньги. Это про мужское одиночество, где крик выходит через драку.
В эмоционально-фокусированной терапии есть мысль: боль, не признанная словами, всегда ищет другой выход.
Пока не сказать: «я больше не могу», мир будет отражать только одно — «моя жизнь разбита».
Мы привыкли обсуждать громкие заголовки. Но за ними всегда тело: напряжённое, усталое, зажатое.
И каждый удар — это не про зеркало, а про крик: «Обними меня крепче, потому что я не выдерживаю один».
❤11👍8🔥6🤔2
Гиперопека — это не любовь, а страшная ловушка, замаскированная под заботу. В психологии даже есть специальный термин — «инфантилизация». Это когда вам уже давно за тридцать, а мама все еще ежедневно спрашивает: «Ты поел? Шапку надел?»
Или дочь уже имеет троих детей, но ее мама продолжает решать, какую одежду носить и как воспитывать внуков, рассказал «Газете.Ru» психолог Станислав Самбурский.
https://www.gazeta.ru/family/news/2025/04/03/25463120.shtml
Или дочь уже имеет троих детей, но ее мама продолжает решать, какую одежду носить и как воспитывать внуков, рассказал «Газете.Ru» психолог Станислав Самбурский.
https://www.gazeta.ru/family/news/2025/04/03/25463120.shtml
❤7🔥4👍3
Целый месяц разбирали психологию переедания:
- начали с теста «Переедание или тяга к сладкому»
- разобрали хейт на примере Джоан Роулинг
- «У меня просто широкая кость» - отговорка
- Жирная - это про одиночество
- Обсудили, что дело не в силе воли (видео)
- Открыли секрет,как слышать голод и перестать переедать (видео)
Вы знаете с кем поделиться и зачем эту подборку сохранить⏺
- начали с теста «Переедание или тяга к сладкому»
- разобрали хейт на примере Джоан Роулинг
- «У меня просто широкая кость» - отговорка
- Жирная - это про одиночество
- Обсудили, что дело не в силе воли (видео)
- Открыли секрет,
Вы знаете с кем поделиться и зачем эту подборку сохранить
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
👍8❤3🕊2🏆2👏1
🌒 Иногда под вечер наваливается усталость не только тела, но и смысла. Кажется, что ты «функционируешь» — а живёшь ли? непонятно.
⠀
Кто-то называет это выгоранием, кто-то — потерей контакта с собой. А я просто называю это временем, когда важно быть не одному.
Я продолжаю приём — очно в Москве и онлайн.
Всё можно обсудить с администратором: https://t.me/Samburskiy_office
Психолог Станислав Самбурский
⠀
Кто-то называет это выгоранием, кто-то — потерей контакта с собой. А я просто называю это временем, когда важно быть не одному.
Я продолжаю приём — очно в Москве и онлайн.
Всё можно обсудить с администратором: https://t.me/Samburskiy_office
Психолог Станислав Самбурский
👍9🔥4❤2👏1
Травма свидетеля: как успокоить себя и детей
Первое сентября для родителей — праздник и гордость (и облегчение 😉), но для ребёнка это часто испытание.
Новая школа, первый курс колледжа или вуза — и всё чужое: незнакомые лица, шумный коридор, непонятные правила. Даже старшеклассники после лета могут чувствовать тревогу: как будто нужно заново встраиваться в мир, где все уже бегут вперёд.
В такие дни дети становятся «свидетелями» чужого страха и напряжения. Они слышат разговоры о происшествиях, замечают усталость учителей, читают тревожные новости. Их психика словно впитывает это, и тревога растёт изнутри.
😨 Как понять, что ребёнок тревожится
— он стал раздражительным или плаксивым;
— потерял интерес к тому, что раньше радовало;
— жалуется на усталость, хуже спит;
— задаёт лишние вопросы: «А вдруг что-то случится?»
Эти сигналы часто маскируются под «леность» или «плохое настроение», но на самом деле это реакция на тревожный фон.
Что может сделать родитель
🌿 Станьте опорой.
Ребёнок словно впитывает чужой страх, а вернуть ему безопасность может только ваше спокойствие.
🌿 Ограничьте поток новостей.
Пусть он слышит о мире от вас, а не из случайных видео или пересказов.
🌿 Проговорите чувства.
Скажите: «Я понимаю, что тебе тревожно. Я рядом». Эти слова работают сильнее, чем «не бойся».
🌿 Верните рутину.
Завтрак в одно время, совместный ужин, вечернее чтение — предсказуемость снижает тревогу.
🌿 Обнимайте чаще.
Телесный контакт быстрее, чем слова, показывает: «Ты в безопасности».
🌿 Напомните правила.
В начале года полезно повторить простые вещи: где выходы из школы, как переходить дорогу, кому звонить в случае тревоги. Конкретика возвращает контроль.
✏️ Зачем это всё
Травма свидетеля — это не только про трагические события. Это и про сентябрьскую растерянность: ребёнок смотрит на мир, где все торопятся и тревожатся, и теряет внутреннюю опору. Родитель может вернуть её своим присутствием.
Главное — не идеальные слова, а ощущение: «Я спокоен, я рядом, тебе безопасно».
В сентябре я покажу, как через упражнение с метафорическими картами можно прожить тяжёлые образы и вернуть чувство опоры.
Клуб поддержки «За ручку» и записи вебинаров: https://paywall.pw/7e6vawvoypdg
Запись на консультацию: https://t.me/samburskiy_office
Первое сентября для родителей — праздник и гордость (и облегчение 😉), но для ребёнка это часто испытание.
Новая школа, первый курс колледжа или вуза — и всё чужое: незнакомые лица, шумный коридор, непонятные правила. Даже старшеклассники после лета могут чувствовать тревогу: как будто нужно заново встраиваться в мир, где все уже бегут вперёд.
В такие дни дети становятся «свидетелями» чужого страха и напряжения. Они слышат разговоры о происшествиях, замечают усталость учителей, читают тревожные новости. Их психика словно впитывает это, и тревога растёт изнутри.
— он стал раздражительным или плаксивым;
— потерял интерес к тому, что раньше радовало;
— жалуется на усталость, хуже спит;
— задаёт лишние вопросы: «А вдруг что-то случится?»
Эти сигналы часто маскируются под «леность» или «плохое настроение», но на самом деле это реакция на тревожный фон.
Что может сделать родитель
🌿 Станьте опорой.
Ребёнок словно впитывает чужой страх, а вернуть ему безопасность может только ваше спокойствие.
🌿 Ограничьте поток новостей.
Пусть он слышит о мире от вас, а не из случайных видео или пересказов.
🌿 Проговорите чувства.
Скажите: «Я понимаю, что тебе тревожно. Я рядом». Эти слова работают сильнее, чем «не бойся».
🌿 Верните рутину.
Завтрак в одно время, совместный ужин, вечернее чтение — предсказуемость снижает тревогу.
🌿 Обнимайте чаще.
Телесный контакт быстрее, чем слова, показывает: «Ты в безопасности».
🌿 Напомните правила.
В начале года полезно повторить простые вещи: где выходы из школы, как переходить дорогу, кому звонить в случае тревоги. Конкретика возвращает контроль.
Травма свидетеля — это не только про трагические события. Это и про сентябрьскую растерянность: ребёнок смотрит на мир, где все торопятся и тревожатся, и теряет внутреннюю опору. Родитель может вернуть её своим присутствием.
Главное — не идеальные слова, а ощущение: «Я спокоен, я рядом, тебе безопасно».
В сентябре я покажу, как через упражнение с метафорическими картами можно прожить тяжёлые образы и вернуть чувство опоры.
Клуб поддержки «За ручку» и записи вебинаров: https://paywall.pw/7e6vawvoypdg
Запись на консультацию: https://t.me/samburskiy_office
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
👍11❤5💯2😁1