Закиньте мне в сообщение темы о которых можно было бы написать. Формат этого канала таков, что может вмещать широкие темы.
🕊8
Вопрос: «Напиши о том, как может считываться русскость в дизайне будущего — без орнаментов, кокошников и других отсылок в прошлое».
На мой взгляд, русскость в дизайне будущего считывается не через орнаменты, кокошники и декоративные цитаты из прошлого. Символы могут дать узнаваемость, но в перспективе часто работают против собственной содержательности: многократное повторение переносит фокус с внутреннего содержания на внешнюю форму. Внутреннее притупляется и в итоге отчуждается от формы, которая фиксируется в графических стандартах и ГОСТах. Проще говоря, когда национальное пытаются «обозначить» набором знаков, получается стилизация, а не культура. Культура же начинается глубже: в этике, в интонации, в отношении к человеку и в том образе будущего, из которого мы исходим.
Мне близка формулировка Сергея Серова о том, что дизайн в целом вышел из второй заповеди Христа — «возлюби ближнего как самого себя». Если принять эту оптику, вопрос «как делать русский дизайн?» превращается в более точный и неудобный: как любить по-русски? И это уже не только вопрос дизайна, но и вопрос русской литературы, философии и искусства в целом.
Отсюда мой основной тезис: проблема русского дизайна действительно проявляется на разных уровнях — индивидуальном, технологическом, бизнесовом и государственном. Но решается она исключительно на индивидуальном уровне, потому что само решение здесь по определению авторское, а значит — субъективное. На уровне бизнеса и государства дизайн чаще выступает как инструмент — эффективности, управления, сервиса, идеологии. Это важные слои, но это инструментальная надстройка, а не источник смысла. Это не логика предложения, а логика спроса. Поэтому сам вопрос существует как полифония мнений и взглядов разных авторов. И моя «мелодия» в этом контексте сводится к простой (для меня) связи между этикой и эстетикой.
В моём понимании они жёстко связаны друг с другом. Что такое эстетика, если не выбор, совершаемый на уровне восприятия? Но в какой логике совершается этот выбор? Моя позиция как дизайнера в том, что такой логикой является этика — нравственные границы и моральные принципы. Этика и эстетика — это две стороны одной медали. Поиск единства этики и эстетики — это «вечная практика» на фоне меняющихся исторических, социальных и технологических декораций.
Немного истории: дизайн возник прежде всего как концепция «жизнестроения» (Кандинский, Мондриан, неопластицизм и т. д.), основанная на гипотезе: если изменить условия жизни человека и повысить её качество, человек будет эволюционировать. Гипотеза, конечно, утопическая и поэтому не пережила своих создателей. Но для меня важнее другое: дизайн вырос из социального запроса и является социальной практикой — от Уильяма Морриса к ВХУТЕМАСу и Баухаусу, идея «искусства для избранных» смещалась к идее «искусства для всех». Это был сдвиг, в котором художник покинул тесную мастерскую и пошёл на завод, чтобы сделать результат труда общедоступным. «Счастье для всех, и пусть никто не уйдёт обиженным» (Стругацкие).
Русский авангард и конструктивизм радикально усилили и зафиксировали этот поворот. Не случайно многие крупные фигуры западного дизайна XX века — например, Армин Хофман и Йозеф Мюллер-Брокман — называли своими учителями Лисицкого, Родченко, Кандинского. И в этом, как мне кажется, один из ключевых симптомов русскости.
Русскость в дизайне — это не «дизайн для русских», а предложение всем и каждому. И тут парадокс: если русский дизайн не стремится к универсальности, он перестаёт быть большим проектом и остаётся локальной стилизацией. По происхождению он русский, по масштабу — мировой.
Вывод: русский дизайн теряет смысл, если задумывается в локальном масштабе. Но, становясь универсальным, он перестаёт быть «русским» и остаётся тем, чем и должен быть, — общечеловеческим языком формы и смысла.
Русский дизайн имеет форму и эта форма жертвенности.
На мой взгляд, русскость в дизайне будущего считывается не через орнаменты, кокошники и декоративные цитаты из прошлого. Символы могут дать узнаваемость, но в перспективе часто работают против собственной содержательности: многократное повторение переносит фокус с внутреннего содержания на внешнюю форму. Внутреннее притупляется и в итоге отчуждается от формы, которая фиксируется в графических стандартах и ГОСТах. Проще говоря, когда национальное пытаются «обозначить» набором знаков, получается стилизация, а не культура. Культура же начинается глубже: в этике, в интонации, в отношении к человеку и в том образе будущего, из которого мы исходим.
Мне близка формулировка Сергея Серова о том, что дизайн в целом вышел из второй заповеди Христа — «возлюби ближнего как самого себя». Если принять эту оптику, вопрос «как делать русский дизайн?» превращается в более точный и неудобный: как любить по-русски? И это уже не только вопрос дизайна, но и вопрос русской литературы, философии и искусства в целом.
Отсюда мой основной тезис: проблема русского дизайна действительно проявляется на разных уровнях — индивидуальном, технологическом, бизнесовом и государственном. Но решается она исключительно на индивидуальном уровне, потому что само решение здесь по определению авторское, а значит — субъективное. На уровне бизнеса и государства дизайн чаще выступает как инструмент — эффективности, управления, сервиса, идеологии. Это важные слои, но это инструментальная надстройка, а не источник смысла. Это не логика предложения, а логика спроса. Поэтому сам вопрос существует как полифония мнений и взглядов разных авторов. И моя «мелодия» в этом контексте сводится к простой (для меня) связи между этикой и эстетикой.
В моём понимании они жёстко связаны друг с другом. Что такое эстетика, если не выбор, совершаемый на уровне восприятия? Но в какой логике совершается этот выбор? Моя позиция как дизайнера в том, что такой логикой является этика — нравственные границы и моральные принципы. Этика и эстетика — это две стороны одной медали. Поиск единства этики и эстетики — это «вечная практика» на фоне меняющихся исторических, социальных и технологических декораций.
Немного истории: дизайн возник прежде всего как концепция «жизнестроения» (Кандинский, Мондриан, неопластицизм и т. д.), основанная на гипотезе: если изменить условия жизни человека и повысить её качество, человек будет эволюционировать. Гипотеза, конечно, утопическая и поэтому не пережила своих создателей. Но для меня важнее другое: дизайн вырос из социального запроса и является социальной практикой — от Уильяма Морриса к ВХУТЕМАСу и Баухаусу, идея «искусства для избранных» смещалась к идее «искусства для всех». Это был сдвиг, в котором художник покинул тесную мастерскую и пошёл на завод, чтобы сделать результат труда общедоступным. «Счастье для всех, и пусть никто не уйдёт обиженным» (Стругацкие).
Русский авангард и конструктивизм радикально усилили и зафиксировали этот поворот. Не случайно многие крупные фигуры западного дизайна XX века — например, Армин Хофман и Йозеф Мюллер-Брокман — называли своими учителями Лисицкого, Родченко, Кандинского. И в этом, как мне кажется, один из ключевых симптомов русскости.
Русскость в дизайне — это не «дизайн для русских», а предложение всем и каждому. И тут парадокс: если русский дизайн не стремится к универсальности, он перестаёт быть большим проектом и остаётся локальной стилизацией. По происхождению он русский, по масштабу — мировой.
Вывод: русский дизайн теряет смысл, если задумывается в локальном масштабе. Но, становясь универсальным, он перестаёт быть «русским» и остаётся тем, чем и должен быть, — общечеловеческим языком формы и смысла.
Русский дизайн имеет форму и эта форма жертвенности.
🕊47
Немного страшного:
В целом, сама эта парадоксальность русского (локального) и универсального (цивилизационного) по идее может иметь настолько глубокие и драматичные корни, что можно сказать и так:
Россия как яйцо. Оно должно разбиться, отречься от своей природы, пожертвовать собой ради чего то большего. А что больше России? Мир. Космос. Вселенная.
Отсюда до русского космизма рукой подать.
На этом уровне все русские болячки связываются в нервные узлы и связи.
Это проблема которую нельзя поставить. Она сама встает перед нами в полный рост.
В целом, сама эта парадоксальность русского (локального) и универсального (цивилизационного) по идее может иметь настолько глубокие и драматичные корни, что можно сказать и так:
Россия как яйцо. Оно должно разбиться, отречься от своей природы, пожертвовать собой ради чего то большего. А что больше России? Мир. Космос. Вселенная.
Отсюда до русского космизма рукой подать.
На этом уровне все русские болячки связываются в нервные узлы и связи.
Это проблема которую нельзя поставить. Она сама встает перед нами в полный рост.
🕊26
Вопрос: «Интересно послушать, каким ты видишь конструктивизм в контексте современного цифрового дизайна?»
Любые «-измы» — это временные формы вечных процессов. Конструктивизм начала XX века был не первым и не последним. Меняются названия, а направления, векторы повторяются.
Существует известная концепция Вёльфлина, согласно которой развитие культуры проходит через два основных периода: Ренессанс и Барокко. Эти периоды повторяются на разных уровнях технологического, социального и экономического развития.
Ренессансная логика — это логика упрощения до идеала, эталона, «цветочности цветка» (Мондриан).
Логика Барокко — это логика усложнения и понимание художественного как «реального» (Фаворский)
С этой точки зрения конструктивизм ближе к раннему Ренессансу, классический швейцарский стиль — это высокий Ренессанс, а новая волна и постмодернисты — представители барочной логики.
Хороший вопрос, достойный опроса: а в какой логике мы живём сейчас?
Любые «-измы» — это временные формы вечных процессов. Конструктивизм начала XX века был не первым и не последним. Меняются названия, а направления, векторы повторяются.
Существует известная концепция Вёльфлина, согласно которой развитие культуры проходит через два основных периода: Ренессанс и Барокко. Эти периоды повторяются на разных уровнях технологического, социального и экономического развития.
Ренессансная логика — это логика упрощения до идеала, эталона, «цветочности цветка» (Мондриан).
Логика Барокко — это логика усложнения и понимание художественного как «реального» (Фаворский)
С этой точки зрения конструктивизм ближе к раннему Ренессансу, классический швейцарский стиль — это высокий Ренессанс, а новая волна и постмодернисты — представители барочной логики.
Хороший вопрос, достойный опроса: а в какой логике мы живём сейчас?
🕊16
ИИ – это тупая сила, мощность.
Умного и находчивого ии делает умнее и находчивее x10
Глупого делает дураком x10
Умного и находчивого ии делает умнее и находчивее x10
Глупого делает дураком x10
🕊82
Люблю искусство в предмете, особенно в какой-то безделушке.
Предмет как дверь или окно, через которое можно войти во внутреннее пространство смысла и пережить его самому.
Вот и получается, что искусство — это предмет и пространство. А художник в процессе творения как бы двоится, поскольку видит работу и снаружи, и внутри одновременно.
Как этому научить? Наверное, никак. Это личный опыт каждого из нас и задача со звездочной для учителя/преподавателя.
И скорее всего, искусства очень много. Незаметного, невидимого. Не в музеях, не в Инстаграме, а в столе или даже под столом — потому что лично, потому что стыдно, потому что страшно.
В конечном счете, создавая предмет, понимаешь что он уже не твой и не имеет к тебе никакого отношения.
Предмет как дверь или окно, через которое можно войти во внутреннее пространство смысла и пережить его самому.
Вот и получается, что искусство — это предмет и пространство. А художник в процессе творения как бы двоится, поскольку видит работу и снаружи, и внутри одновременно.
Как этому научить? Наверное, никак. Это личный опыт каждого из нас и задача со звездочной для учителя/преподавателя.
И скорее всего, искусства очень много. Незаметного, невидимого. Не в музеях, не в Инстаграме, а в столе или даже под столом — потому что лично, потому что стыдно, потому что страшно.
В конечном счете, создавая предмет, понимаешь что он уже не твой и не имеет к тебе никакого отношения.
🕊35
Вопрос от подписчика:
Добрый день, Сергей. Где-то я слышала от вас, что вы не говорите с заказчиками, как с дизайнерами. Можете рассказать о процессе презентации - о структуре, аргументации, логике внутри.
Добрый день, Сергей. Где-то я слышала от вас, что вы не говорите с заказчиками, как с дизайнерами. Можете рассказать о процессе презентации - о структуре, аргументации, логике внутри.
🕊1
Вопрос подписчика: Интересно послушать, каким ты видишь конструктивизм в контексте современного цифрового дизайна?
🕊1
Вопрос подписчика: Сережа, привет!
Вопрос действительно интересный и не простой. С одной стороны все бесконечно упрощается, но начинает надоедать стерильность во всем — интерфейсах, интерьерах, архитектуре. В таком пространстве становится скучно и нет полета воображения.
И вот тут запускается обратный механизм. Хочется добавить чего-то сложного, чтобы смотреть и фантазировать, удивляться. Мне кажется, что мы сейчас где-то в переходном периоде, когда простота достигает своего апогея.
Вопрос действительно интересный и не простой. С одной стороны все бесконечно упрощается, но начинает надоедать стерильность во всем — интерфейсах, интерьерах, архитектуре. В таком пространстве становится скучно и нет полета воображения.
И вот тут запускается обратный механизм. Хочется добавить чего-то сложного, чтобы смотреть и фантазировать, удивляться. Мне кажется, что мы сейчас где-то в переходном периоде, когда простота достигает своего апогея.
Вопрос подписчика: кстати часто вспоминаю ( вроде это у тебя в посте было ) что нейросети делают умного умнее а глупого ещё глупее
это интересно и неосознанно я это принимаю
но ты имеешь ввиду что «умный правильные вопросы задаёт» а «глупый соглашается с первым попавшимся не углубляясь»?
это интересно и неосознанно я это принимаю
но ты имеешь ввиду что «умный правильные вопросы задаёт» а «глупый соглашается с первым попавшимся не углубляясь»?
Дополнение: закончил на минорной ноте, нужно добавить мажорную идею.
Пара ИИ и человек неравна: ИИ силён в анализе, логике и структуре, человек слабее. В креативности ИИ проигрывает человеку, кроме графических моделей. Совокупность человека и нейросети даёт сильный результат, закрывая слабые места друг друга. Я проповедую подход к нейросети как к партнёру, а не инструменту. Это инструмент с интеллектом, новая форма жизни.
Представьте нейросеть как инопланетянина. Не нужно молиться или бороться, нужен контакт. Результат зависит от того, куда вы направите эту силу.
Пара ИИ и человек неравна: ИИ силён в анализе, логике и структуре, человек слабее. В креативности ИИ проигрывает человеку, кроме графических моделей. Совокупность человека и нейросети даёт сильный результат, закрывая слабые места друг друга. Я проповедую подход к нейросети как к партнёру, а не инструменту. Это инструмент с интеллектом, новая форма жизни.
Представьте нейросеть как инопланетянина. Не нужно молиться или бороться, нужен контакт. Результат зависит от того, куда вы направите эту силу.
🕊17
ИИ уже здесь: в кармане, на столе, у каждого под рукой. И вдруг оказалось, что у многих он не работает, не клеится, галлюцинирует. И первое, что приходит в голову: это я туплю или модель сырая?
Ни то, ни другое. Нам продали не тот сюжет. Корпорациям надо было поднимать инвестиции, и они обещали золотые горы: вот-вот нейронка всё сделает сама, профессии умрут, человек станет лишним. Гор не вышло, сплошные колымаги и кочки, и слава Богу. Потому что вместе с горами рассыпалось и обещание, что профессии исчезнут. Они не исчезают — они углубляются. И углубление это не в нейронке, а в самом человеке, в его мышлении, в той структурированности, без которой с ИИ не сработаешься.
Вот где настоящий сдвиг. Мы привыкли оценивать ИИ: какая модель вышла, насколько быстрее, насколько мощнее. — всё это количественные показатели. А акцент смещается на качество, и качество сегодня — это мышление человека. Вопрос не в том, когда нейронка дотянется до нас, а в том, дотянемся ли мы до неё.
И начать стоит с того, что все знают, но мимо чего проходят. ИИ — это прежде всего LLM, Large Language Model — большая языковая модель. Язык стоит прямо внутри названия, и это не случайно. Машина принимает от тебя ровно одно: язык. А значит, упираешься ты в итоге в свой собственный.
Тут и вскрывается то, чего мы за собой не замечаем. Нам кажется, что мысль уже готова и остаётся её произнести, что между понятым внутри и сказанным вовне нет зазора, есть только задержка на проговаривание. А зазора нет не потому, что мысль легко выходит наружу, а потому, что выходить нечему.
У Хомского есть очень точное различение: внутренний язык и экстернализация.
Внутренний язык — это сама мысль, структура, которая рождается ещё до звука и порядка слов. А внешнее, выписанное в строку, — надстройка над ним. Внутри мысль может казаться готовой, но пока она не легла в слова, ты не знаешь, есть она или тебе так кажется. Язык и есть единственный способ это проверить. Другого детектора мышления у нас нет.
И всю жизнь мы этой проверки избегали, потому что рядом был человек, который достраивал. Мы же говорим лакунами: бросил полмысли + жест, «да что с тебя..» (жест), «и я тебя..» (взгляд), «ну ты понял» — и собеседник кивнул, закрыл, заполнил лакуну в своей голове и поехали дальше.
Живое общение насквозь дырявое, просто дыры затыкаются с той стороны, и мы их не замечаем.
Нейронка не затыкает. Она принимает только то, что ты реально вывел наружу, и ни миллиметра не достраивает за тебя. Она первый собеседник, который слушает тебя честно, без скидки, и потому впервые показывает, куда мысль дошла на самом деле, а не куда тебе кажется.
Вот откуда та глупость, которую сложно не заметить.
Я как-то высказался, что нейронка умного делает умнее, а глупого глупее. Но это не так — ИИ создает ситуации, в которых мы выглядим глупо. Она убирает опоры, которыми мы всю жизнь прикрывали недоведённую мысль. И человек впервые видит свою мысль такой, какая она есть.
Поэтому развивать придётся не промпт, а себя.
Не смотрите про ИИ. Не читайте про ИИ. В особенности, если это вас бесит. Это как бежать за горизонтом в то время, как паровоз едет за вами. Займитесь собой, готовьте себя. Признайте, что ИИ — это щупальца, которые будущее уже запустило в настоящее. Все эти реакции — гнев, торг, отрицание и т.д. и т.п. — это естественный процесс, который закончится принятием.
Ни то, ни другое. Нам продали не тот сюжет. Корпорациям надо было поднимать инвестиции, и они обещали золотые горы: вот-вот нейронка всё сделает сама, профессии умрут, человек станет лишним. Гор не вышло, сплошные колымаги и кочки, и слава Богу. Потому что вместе с горами рассыпалось и обещание, что профессии исчезнут. Они не исчезают — они углубляются. И углубление это не в нейронке, а в самом человеке, в его мышлении, в той структурированности, без которой с ИИ не сработаешься.
Вот где настоящий сдвиг. Мы привыкли оценивать ИИ: какая модель вышла, насколько быстрее, насколько мощнее. — всё это количественные показатели. А акцент смещается на качество, и качество сегодня — это мышление человека. Вопрос не в том, когда нейронка дотянется до нас, а в том, дотянемся ли мы до неё.
И начать стоит с того, что все знают, но мимо чего проходят. ИИ — это прежде всего LLM, Large Language Model — большая языковая модель. Язык стоит прямо внутри названия, и это не случайно. Машина принимает от тебя ровно одно: язык. А значит, упираешься ты в итоге в свой собственный.
Тут и вскрывается то, чего мы за собой не замечаем. Нам кажется, что мысль уже готова и остаётся её произнести, что между понятым внутри и сказанным вовне нет зазора, есть только задержка на проговаривание. А зазора нет не потому, что мысль легко выходит наружу, а потому, что выходить нечему.
У Хомского есть очень точное различение: внутренний язык и экстернализация.
Внутренний язык — это сама мысль, структура, которая рождается ещё до звука и порядка слов. А внешнее, выписанное в строку, — надстройка над ним. Внутри мысль может казаться готовой, но пока она не легла в слова, ты не знаешь, есть она или тебе так кажется. Язык и есть единственный способ это проверить. Другого детектора мышления у нас нет.
И всю жизнь мы этой проверки избегали, потому что рядом был человек, который достраивал. Мы же говорим лакунами: бросил полмысли + жест, «да что с тебя..» (жест), «и я тебя..» (взгляд), «ну ты понял» — и собеседник кивнул, закрыл, заполнил лакуну в своей голове и поехали дальше.
Живое общение насквозь дырявое, просто дыры затыкаются с той стороны, и мы их не замечаем.
Нейронка не затыкает. Она принимает только то, что ты реально вывел наружу, и ни миллиметра не достраивает за тебя. Она первый собеседник, который слушает тебя честно, без скидки, и потому впервые показывает, куда мысль дошла на самом деле, а не куда тебе кажется.
Вот откуда та глупость, которую сложно не заметить.
Я как-то высказался, что нейронка умного делает умнее, а глупого глупее. Но это не так — ИИ создает ситуации, в которых мы выглядим глупо. Она убирает опоры, которыми мы всю жизнь прикрывали недоведённую мысль. И человек впервые видит свою мысль такой, какая она есть.
Поэтому развивать придётся не промпт, а себя.
Не смотрите про ИИ. Не читайте про ИИ. В особенности, если это вас бесит. Это как бежать за горизонтом в то время, как паровоз едет за вами. Займитесь собой, готовьте себя. Признайте, что ИИ — это щупальца, которые будущее уже запустило в настоящее. Все эти реакции — гнев, торг, отрицание и т.д. и т.п. — это естественный процесс, который закончится принятием.
🕊52
Объявляется революция в дизайн-образовании. И начинается она с онлайна.
Мы привыкли, что онлайн-образование, особенно дизайнерское, застревает на инструментальном уровне. Всю свою практику я избегал этого уровня — потому что реальный запрос, с которым ко мне приходили студенты, заключался не в инструментах.
Я помню фразу Натальи Климчук, на тот момент совладелицы и основательницы Bang Bang Education. Её спросили: как выбрать, куда пойти — Skillbox или Bang Bang Education? Она ответила: если вы задаёте этот вопрос, то вам в Skillbox.
Здесь нет сравнения. Это не принижение Skillbox и не возвышение Bang Bang Education. Напротив, в этой фразе я увидел отказ от конкуренции. Не разделение рынка между двумя школами, а наслоение одного слоя на другой.
Ещё Наташа говорила, что школа — это преподаватели. А преподаватели — это апостолы. И в глубине души у меня это отзывалось. Потому что в конечном счёте любое творчество — это вера. В себя, свой дар, в Бога, в то, что Это Мое. Обучая людей творчеству, мы проходим с ними путь от понимания профессии к пониманию себя через профессию. И этот путь приходилось идти вслепую, на ощупь, на чуйке.
Bang Bang Education строилась с прицелом на уровень интерпретации — на авторские приёмы, авторские методологии, авторское видение. И пройти на этот уровень без знания инструментов было бы сумасбродством.
— Сначала нужно изучить молоток, и только потом — технику забивания гвоздей.
Открывая Мастерские Основа, я старался заложить в них тот же импульс. Основа всегда задумывалась как мастерская, где дизайнеры работают напрямую с преподавателями и через это перенимают опыт, взгляд, навыки, ищут свой авторский стиль, учатся экспериментировать, учатся смотреть на привычное с непривычной точки зрения.
Я был и остаюсь убеждён: дизайнеров объединяет внутреннее желание странного. В этом желании — наша суть, наше творческое начало.
Сегодня ИИ делает многие задачи простыми, а привычные дизайнерские навыки обесцениваются. И именно поэтому возникает большой запрос на авторскую составляющую — на особый человеческий взгляд, который ИИ воспроизвести не может. Если представить дизайнера как меру от нуля до единицы, то ИИ работает где-то посередине. Поэтому единственный способ конкурировать с ИИ — выходить на крайние позиции.
Последние три месяца я внедряю технологии в образование — и наработки семи лет неожиданно легли на ИИ почти без зазора. VTR- и RTR-тренажёры, образовательная платформа, в которой уже работают студенты: всё это позволяет видеть каждого глубже, простраивать связи в его голове и работать без преподавателя над душой. То, на что раньше уходили часы, теперь занимает минуты. Обо всём этом я расскажу отдельно.
Это революционные изменения. Поэтому я с уверенностью — и одновременно с надеждой — говорю: мы живём в момент, когда дизайн-образование перерождается. Оно переводит фокус с инструментов, трендов и копирования на то, как дизайнер думает и чувствует.
Здесь я обращаюсь к профессиональному сообществу с предложением. Давайте делиться наработками. Не прятать, не воровать, а делиться и сотрудничать. Работать на общее благо — на то, чтобы дизайн-образование стало глубже, интереснее и, в конечном счёте, эффективнее.
Мы привыкли, что онлайн-образование, особенно дизайнерское, застревает на инструментальном уровне. Всю свою практику я избегал этого уровня — потому что реальный запрос, с которым ко мне приходили студенты, заключался не в инструментах.
Я помню фразу Натальи Климчук, на тот момент совладелицы и основательницы Bang Bang Education. Её спросили: как выбрать, куда пойти — Skillbox или Bang Bang Education? Она ответила: если вы задаёте этот вопрос, то вам в Skillbox.
Здесь нет сравнения. Это не принижение Skillbox и не возвышение Bang Bang Education. Напротив, в этой фразе я увидел отказ от конкуренции. Не разделение рынка между двумя школами, а наслоение одного слоя на другой.
Ещё Наташа говорила, что школа — это преподаватели. А преподаватели — это апостолы. И в глубине души у меня это отзывалось. Потому что в конечном счёте любое творчество — это вера. В себя, свой дар, в Бога, в то, что Это Мое. Обучая людей творчеству, мы проходим с ними путь от понимания профессии к пониманию себя через профессию. И этот путь приходилось идти вслепую, на ощупь, на чуйке.
Bang Bang Education строилась с прицелом на уровень интерпретации — на авторские приёмы, авторские методологии, авторское видение. И пройти на этот уровень без знания инструментов было бы сумасбродством.
— Сначала нужно изучить молоток, и только потом — технику забивания гвоздей.
Открывая Мастерские Основа, я старался заложить в них тот же импульс. Основа всегда задумывалась как мастерская, где дизайнеры работают напрямую с преподавателями и через это перенимают опыт, взгляд, навыки, ищут свой авторский стиль, учатся экспериментировать, учатся смотреть на привычное с непривычной точки зрения.
Я был и остаюсь убеждён: дизайнеров объединяет внутреннее желание странного. В этом желании — наша суть, наше творческое начало.
Сегодня ИИ делает многие задачи простыми, а привычные дизайнерские навыки обесцениваются. И именно поэтому возникает большой запрос на авторскую составляющую — на особый человеческий взгляд, который ИИ воспроизвести не может. Если представить дизайнера как меру от нуля до единицы, то ИИ работает где-то посередине. Поэтому единственный способ конкурировать с ИИ — выходить на крайние позиции.
Последние три месяца я внедряю технологии в образование — и наработки семи лет неожиданно легли на ИИ почти без зазора. VTR- и RTR-тренажёры, образовательная платформа, в которой уже работают студенты: всё это позволяет видеть каждого глубже, простраивать связи в его голове и работать без преподавателя над душой. То, на что раньше уходили часы, теперь занимает минуты. Обо всём этом я расскажу отдельно.
Это революционные изменения. Поэтому я с уверенностью — и одновременно с надеждой — говорю: мы живём в момент, когда дизайн-образование перерождается. Оно переводит фокус с инструментов, трендов и копирования на то, как дизайнер думает и чувствует.
Здесь я обращаюсь к профессиональному сообществу с предложением. Давайте делиться наработками. Не прятать, не воровать, а делиться и сотрудничать. Работать на общее благо — на то, чтобы дизайн-образование стало глубже, интереснее и, в конечном счёте, эффективнее.
🕊60
Пару лет назад, когда проводил курс по сеткам, я обещал, что будет отдельная вторая часть, которую я хотел назвать «Алгоритмические сетки». Так и не сделал.
– Моя вина, потому что, несмотря на то что тема чрезвычайно актуальна для веб-дизайнеров, преподавать такое без доступа к инструменту производства и тестирования просто не имело никакого смысла. Это все равно что учить музыке по изображению аккорда.
ИИ снимает это ограничение, и я наконец могу вернуться к этой своей идее fix уже на новом контуре.
На нем я уже понимаю, что все веб-сетки так или иначе являются алгоритмическими, хотя таковыми не называются и не осознаются. Алгоритмическими они являются на том основании, что живут и работают в условиях динамического и адаптивного формата, и эту идею я подчеркивал в том самом курсе два года назад.
Сегодня я делаю акцент не на их природу, а на степень алгоритмичности таких сеток. Поскольку эта степень коррелирует с адаптивностью макета на разных носителях и разрешениях.
Камнем преткновения была разработка: долго, дорого и необходимо делегировать разработчикам, которые «в гробу видели» эти дизайнерские изыски. А вайб-кодинг уже сегодня дает возможность прикоснуться к инструменту проектирования и тестировать алгоритмы архитектурного построения страницы и сайта в целом напрямую, без посредников.
С удовольствием отмечу также и то, что дизайнеры все чаще начали использовать слово «архитектура» в разных контекстах, и это не может не радовать, поскольку еще года два-три назад это слово было непопулярным и как будто бы «птичьим».
А сегодня.. сами, наверное, видите. Основная причина поломанного вайб-кодинга — непонимание архитектуры и в целом отсутствие архитектурного мышления и способности работать со структурами, держать их в голове и совершать с ними операции.
Но это уже про Дизайн мышление в его чистом виде, без маркетинговых оберток.
Так что работаем!
Дизайн не умер – он переехал из однушки 30 квадратов в лофт на 300.
И оказалось что многие дизайнеры просто потерялись.
– Моя вина, потому что, несмотря на то что тема чрезвычайно актуальна для веб-дизайнеров, преподавать такое без доступа к инструменту производства и тестирования просто не имело никакого смысла. Это все равно что учить музыке по изображению аккорда.
ИИ снимает это ограничение, и я наконец могу вернуться к этой своей идее fix уже на новом контуре.
На нем я уже понимаю, что все веб-сетки так или иначе являются алгоритмическими, хотя таковыми не называются и не осознаются. Алгоритмическими они являются на том основании, что живут и работают в условиях динамического и адаптивного формата, и эту идею я подчеркивал в том самом курсе два года назад.
Сегодня я делаю акцент не на их природу, а на степень алгоритмичности таких сеток. Поскольку эта степень коррелирует с адаптивностью макета на разных носителях и разрешениях.
Камнем преткновения была разработка: долго, дорого и необходимо делегировать разработчикам, которые «в гробу видели» эти дизайнерские изыски. А вайб-кодинг уже сегодня дает возможность прикоснуться к инструменту проектирования и тестировать алгоритмы архитектурного построения страницы и сайта в целом напрямую, без посредников.
С удовольствием отмечу также и то, что дизайнеры все чаще начали использовать слово «архитектура» в разных контекстах, и это не может не радовать, поскольку еще года два-три назад это слово было непопулярным и как будто бы «птичьим».
А сегодня.. сами, наверное, видите. Основная причина поломанного вайб-кодинга — непонимание архитектуры и в целом отсутствие архитектурного мышления и способности работать со структурами, держать их в голове и совершать с ними операции.
Но это уже про Дизайн мышление в его чистом виде, без маркетинговых оберток.
Так что работаем!
Дизайн не умер – он переехал из однушки 30 квадратов в лофт на 300.
И оказалось что многие дизайнеры просто потерялись.
🕊24
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
"Делай, что должен, а чего не должен – не делай!"
Тема "Дизайн взаимодействия" тоже как никогда актуальна. И это еще один повод для моей радости.
Тема "Дизайн взаимодействия" тоже как никогда актуальна. И это еще один повод для моей радости.
🕊23
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Немного докрутил вчерашнюю модель взаимодействия с галереей (M7). Лично для меня важен сам процесс: я не пользовался фигмой и собирал прямо в клод коде по алгоритму который написал себе на бумажке - по сути все точно также как обычно происходило на интенсивах по Минимал веб и курсе "Дизайн взаимодействия". Мои ученики, которые так или иначе учились на этих потоках узнают в этом одно из базовых заданий "Матрица взаимодействия", которые они выполняли в фигме. А после того как вспомнят, наверное скажут что мало что понимали в этом процессе и это понятно, поскольку держать приходилось не только алгоритм работы модели, но и множить на количество промежуточных состояний а иногда и на 2-3 режима. Все приходилось проектировать практически одновременно. И самое сложное было нарисовать и обьяснить.
Но!
Теперь, с вайб кодингом сам процесс построения и тестирования модели упростился на порядок.
Сборка данной модели лично у меня заняла минут 40 неспешной работы.
Но это кажущаяся простота, поскольку как я и говорил - сложность не в реализации а в задумке (1) и проговаривании задуманного с внутреннего языка "понимаю" на внешний язык "обьясняю" (2).
Думаю, мы с учениками будем выкладывать подобные наработки в этот канал.
Прошу прощения у тех, кто привык к текстовому формату канала – периодически буду делиться процессами.
Но!
Теперь, с вайб кодингом сам процесс построения и тестирования модели упростился на порядок.
Сборка данной модели лично у меня заняла минут 40 неспешной работы.
Но это кажущаяся простота, поскольку как я и говорил - сложность не в реализации а в задумке (1) и проговаривании задуманного с внутреннего языка "понимаю" на внешний язык "обьясняю" (2).
Думаю, мы с учениками будем выкладывать подобные наработки в этот канал.
Прошу прощения у тех, кто привык к текстовому формату канала – периодически буду делиться процессами.
🕊17