Для записи музыкантам пришлось ехать в Швецию — пригодились паспорта граждан ЕС. Нужнее их, правда, был шведско-немецкий разговорник, который музыканты забыли дома: из-за языкового барьера они не выходили из четырех стен и все время тухли в студии. Релиз получил положительные отзывы и открыл группе дорогу к записи второго.

Критики даже придумали для нового жанра название: «Новая немецкая тяжесть». Журналюг хлебом ведь не корми, дай придумать какое-нибудь новое имя, даже если впоследствии те же самые люди будут писать «жанровому описанию не поддается». «Новая немецкая тяжесть» закрепилась за Rammstein, а современные издания заявляют, что их стиль ни с чем нельзя спутать. Стоило ли выдумывать целое название для жанра, если их звук все равно уникален и его с тем же успехом можно назвать «Рамштайн-кор»? Вопрос слишком многогранный, впрочем, как и дискуссия о том, новаторы ли Rammstein или просто извращенцы, и если второе, стоит ли их считать культурными революционерами вообще?

После трудностей в Швеции музыканты поняли, что дело не пойдет и что нужно расширяться: потому и начали рассылать записи в надежде, что какой-нибудь добропорядочный американский меценат заметит их и решит помочь в раскрутке. (Официальная версия гласит, что они просто искали режиссеров для клипов.) Меценат их не заметил, а вот Дэвид Линч, которого величали «шизиком» задолго до Rammstein, — да. Автор легендарного «Твин Пикса» тогда был занят работой над фильмом «Шоссе в никуда» (1997) и спросил, может ли использовать пару песен в качестве саундтрека. «Раммы», естественно, не могли отказаться.

21 июля 1997 года вышел второй сингл в поддержку Sehnsucht, изображавший мужчину у алтаря, резко передумавшего брать возлюбленную в жены. Песня резко стала визитной карточкой группы и по сей день порождает мемы. Уверены, что вы и без перехода по ссылке уже поняли, о чем речь. Так ли много по всему миру групп, так быстро ставших неотъемлемой частью культуры мемов?

Гордые немцы все же пали жертвами глобализации, но были спасены собственной уникальностью: Du Hast был перезаписан для американского рынка и получил англоязычное название You Hate, но коммерческого успеха и статуса платинового альбом все равно добился в оригинале, а таким раньше никто похвастаться не мог. Правда, с успехом пришло еще больше обвинений в неэтичном, скандальном и морально разлагающем подходе к творчеству и выступлениям, но музыканты упорствовали, что никакой политики в их музыке нет, а то, что есть, вкладывают не они, а критики, не привыкшие мыслить за рамками конвенционального и в свое время едва не уничтожившие Kiss и Мэрилина Мэнсона. Опять же, те ли это люди, которым стоит доверять?

Первое серьезное семечко раздора в 2004-м посеял Рихард Круспе, не в меру деспотичный и самоуверенный. Он никому не позволял проявлять творческую свободу, контролируя стиль и звучание; казалось, если бы он обладал инструментом, влияющим на погоду, он бы и ею обязательно начал командовать. Работая над Rosenrot, музыканты наконец-то смогли вздохнуть посвободнее, потому что Круспе занялся Emigrate, собственным проектом, и всю нереализованную тягу к власти тратил там, а не в Rammstein. Правда, к концу записи он все же вернулся — пришел на готовенькое, давайте называть вещи своими именами, но больше надолго не уходил.

Хорошо это или плохо, но Rammstein стали заложниками собственного образа. Круспе жаловался, что когда о них вспоминают, то говорят сразу: «О, это те придурки, которые в пожарную службу звонят чаще, чем своим родителям?» и редко обращают внимание на саму музыку. Но, справедливости ради, образ этот очень даже успешный: настолько, что в 2010-м Rammstein стали первыми немцами, кто смог продать все билеты на концерт на легендарном Мэдисон-сквер-гарден в Нью-Йорке всего за час. Впечатляет? Мы тоже так думаем. Может, Rammstein и критикуют глобализацию и стиль жизни в США, но именно привычка американцев сметать все, что продается, принесла им крупную прибыль. Иронично, не правда ли?

После окончания гастрольного тура в поддержку альбома Liebe ist für alle da немцы решили взять творческий перерыв. Долгий, пустой, из которого веет замогильным холодком неизвестности. Когда в прессу все же попадали слухи о работе над новым альбомом, не было понятно, хотят ли этого сами Rammstein, а нужно ли их вообще заставлять мучиться... Круспе даже горестно замечал, что седьмой альбом «может стать последним», хотя на официальном сайте тут же появилось сообщение, что это не так и что Рихард склонен к излишней драматизации. Впрочем, он отец — основатель Rammstein, поэтому «Драма» — его второе имя! Рихард «Драма» Круспе звучит замечательно!

Группа записала Zeit неожиданно даже для самих себя: во время пандемии они словили дух времени, и вместо полноценного стадионного тура по Северной Америке засели в студии, чтобы не терять времени. Новый релиз так и озаглавили, Zeit («Время»), недвусмысленно намекая на то, что неплохо было бы им запечатлеть происходящее в современности и создать этакий портрет «героев нашего времени»: засевших в локдауне людей, страдающих экзистенциальным ужасом от мыслей о близкой смерти, которые не прочь растрясти косточки и потанцевать, в случае с Rammstein — под так называемый танц-метал. Да-да, это название группа придумала сама; вы как знаете, а нам кажется, это звучит прикольнее, чем «Новая немецкая тяжесть».

Оставлю свои фавориты тут:

Признавайтесь, было?