This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Видео на затравку: место, где я сейчас живу, вид с моего балкона.
🔥2
пока народ из вк не набежал, делюсь видяшкой и тут😌
Главная причина, по которой ты не можешь дописать свою историю, — в том, что ты не пишешь.
Звучит слишком просто? Но это правда.
Дописать текст не получится, если ты ждёшь вдохновения или идеальных условий. Это навык, а не магия. И вот, что тебе нужно сделать, чтобы наконец-то закончить свой рассказ.
Шаги, чтобы дописать свою историю:
1. Создай ритуал писательства
Найди удобное место и время, когда тебе никто не мешает. Это может быть утром с чашкой кофе или вечером перед сном.
Главное — повторяй это каждый день.
2. Поставь себе срок
Не растягивай работу на месяцы. Установи дедлайн: например, "Черновик за 14 дней". Тебе нужно видеть конечную точку, чтобы двигаться вперёд.
3. Ответь себе на эти вопросы (и запиши):
-Зачем я пишу эту историю?
-Что я хочу сказать этой историей?
-Какие эмоции я хочу вызвать у читателей?
-Что меня больше всего вдохновляет в этом тексте?
Когда станет сложно, возвращайся к этим ответам. Это твоя мотивация.
4. Пиши каждый день — хоть немного
Пусть это будет хотя бы 20 слов. Даже один абзац каждый день приближает тебя к цели. Главное — двигаться вперёд.
5. Не редактируй, пока не закончишь черновик
Редактирование во время работы убивает прогресс. Просто пиши. Да, будет сырой текст, да, будут ошибки. Но именно черновик станет основой законченной истории.
6. Награждай себя за прогресс
Дописал главу? Купи вкусняшку или посмотри серию любимого сериала. Да просто искренне похвали себя и поблагодари. Ставь маленькие цели и радуй себя за их достижение.
Пример ритуала писателя:
Утро: 15 минут на быстрый план сцены.
Вечер: 30 минут на написание текста.
Раз в неделю: перечитывай написанное и хвали себя за результат.
Если ты не можешь дописать текст, то, скорее всего, у тебя просто нет системы. Но она существует и работает. Попробуй эти шаги, и ты удивишься, как быстро ты допишешь то, что уже не думал дописать.
Хочешь больше таких советов?
Подписывайся.
Я верю: ты сможешь дописать и издать свою книгу!
#писательство #мотивация #саморазвитие
Главная причина, по которой ты не можешь дописать свою историю, — в том, что ты не пишешь.
Звучит слишком просто? Но это правда.
Дописать текст не получится, если ты ждёшь вдохновения или идеальных условий. Это навык, а не магия. И вот, что тебе нужно сделать, чтобы наконец-то закончить свой рассказ.
Шаги, чтобы дописать свою историю:
1. Создай ритуал писательства
Найди удобное место и время, когда тебе никто не мешает. Это может быть утром с чашкой кофе или вечером перед сном.
Главное — повторяй это каждый день.
2. Поставь себе срок
Не растягивай работу на месяцы. Установи дедлайн: например, "Черновик за 14 дней". Тебе нужно видеть конечную точку, чтобы двигаться вперёд.
3. Ответь себе на эти вопросы (и запиши):
-Зачем я пишу эту историю?
-Что я хочу сказать этой историей?
-Какие эмоции я хочу вызвать у читателей?
-Что меня больше всего вдохновляет в этом тексте?
Когда станет сложно, возвращайся к этим ответам. Это твоя мотивация.
4. Пиши каждый день — хоть немного
Пусть это будет хотя бы 20 слов. Даже один абзац каждый день приближает тебя к цели. Главное — двигаться вперёд.
5. Не редактируй, пока не закончишь черновик
Редактирование во время работы убивает прогресс. Просто пиши. Да, будет сырой текст, да, будут ошибки. Но именно черновик станет основой законченной истории.
6. Награждай себя за прогресс
Дописал главу? Купи вкусняшку или посмотри серию любимого сериала. Да просто искренне похвали себя и поблагодари. Ставь маленькие цели и радуй себя за их достижение.
Пример ритуала писателя:
Утро: 15 минут на быстрый план сцены.
Вечер: 30 минут на написание текста.
Раз в неделю: перечитывай написанное и хвали себя за результат.
Если ты не можешь дописать текст, то, скорее всего, у тебя просто нет системы. Но она существует и работает. Попробуй эти шаги, и ты удивишься, как быстро ты допишешь то, что уже не думал дописать.
Хочешь больше таких советов?
Подписывайся.
Я верю: ты сможешь дописать и издать свою книгу!
#писательство #мотивация #саморазвитие
🔥2
Как писательские курсы превращают вас в посредственного автора🤯
Уже завтра я встречусь с журналистом и главным редактором в одном лице — яркой и неординарной женщиной, с которой мы поговорим о том, как слепое следование стандартам образования может «убить» креативность.
Мы вспомним истории, когда экзамены «зарезали» только потому, что студент отступал от привычного шаблона — будь то оформление макета в реальной редакции, возраст на йога-курсе или излишняя «прилежность» художников, ведущая к потере индивидуальности.
Вопрос дня: почему, вместо того чтобы раскрывать потенциал, многие курсы и учебные программы из года в год штампуют «посредственных» авторов? И самое главное — как избежать этого шаблона и сохранить свой уникальный творческий голос?
Нам предстоят откровенные истории, неожиданные инсайты и поиск ответов на вопрос: может ли творчество выжить в жёстких рамках традиционного образования?
Совсем скоро слушайте подкаст по результатам встречи!
Уже завтра я встречусь с журналистом и главным редактором в одном лице — яркой и неординарной женщиной, с которой мы поговорим о том, как слепое следование стандартам образования может «убить» креативность.
Мы вспомним истории, когда экзамены «зарезали» только потому, что студент отступал от привычного шаблона — будь то оформление макета в реальной редакции, возраст на йога-курсе или излишняя «прилежность» художников, ведущая к потере индивидуальности.
Вопрос дня: почему, вместо того чтобы раскрывать потенциал, многие курсы и учебные программы из года в год штампуют «посредственных» авторов? И самое главное — как избежать этого шаблона и сохранить свой уникальный творческий голос?
Нам предстоят откровенные истории, неожиданные инсайты и поиск ответов на вопрос: может ли творчество выжить в жёстких рамках традиционного образования?
Совсем скоро слушайте подкаст по результатам встречи!
🔥2
В инстаграмме и Вконтакте начала серию видео, где рассказываю, как легко дойти до любой цели.
Посмотреть тут https://vk.com/ya_uzhe_pisatel?z=clip-228403833_456239029 или тут https://www.instagram.com/reel/DFHuXClR3Jd/?igsh=MTB1ZnlucW96c212ZA==
Здесь делюсь тем, как прохожу путь в новой и сложной для меня задаче.
Как я вам рассказывала, в воскресенье вместе с Натальей Окуловой записали подкаст. Но записать его мало, надо еще смонтировать звук, вырезать паузы, заикания, бэ-мэ и прочие кукареку.
Объем работы большой особенно потому, что непривычной. Я бы даже сказала, что изматывающий. Но сделать я его хочу. Поэтому, вот мой план работы и как я по нему иду:
1. скачала и посмотрела все подходящие программы для обработки звука и протестила их на вступлении. Это просто, потому что вступление коротенькое. Сделано!
2. залила час подкаста туда, где мне удобно работать. Сделано!
3. начала слушать и обрабатывать. Чтобы не умереть от высокой концентрации внимания, обрабатываю отрезки не длиннее 15 минут. Сделано!
4. Добавление красивых и атмосферных звуков. Так же подкаст разбивается на отрезки по 15 минут. Сделана первая треть (потому что от часовой записи осталось 45 минут). В процессе!
5. Финальное прослушивание записи и финальная полировка. Разбивка на две части.
6. Дать послушать бета-слушателю, получить обратную связь. Внести правки. 2 итерации.
7. Запосить.
В итоге большая, незнакомая задача превратилась в посильную и предсказуемую по срокам.
Чмоки в щеки! и до скорой встречи🥰
Посмотреть тут https://vk.com/ya_uzhe_pisatel?z=clip-228403833_456239029 или тут https://www.instagram.com/reel/DFHuXClR3Jd/?igsh=MTB1ZnlucW96c212ZA==
Здесь делюсь тем, как прохожу путь в новой и сложной для меня задаче.
Как я вам рассказывала, в воскресенье вместе с Натальей Окуловой записали подкаст. Но записать его мало, надо еще смонтировать звук, вырезать паузы, заикания, бэ-мэ и прочие кукареку.
Объем работы большой особенно потому, что непривычной. Я бы даже сказала, что изматывающий. Но сделать я его хочу. Поэтому, вот мой план работы и как я по нему иду:
1. скачала и посмотрела все подходящие программы для обработки звука и протестила их на вступлении. Это просто, потому что вступление коротенькое. Сделано!
2. залила час подкаста туда, где мне удобно работать. Сделано!
3. начала слушать и обрабатывать. Чтобы не умереть от высокой концентрации внимания, обрабатываю отрезки не длиннее 15 минут. Сделано!
4. Добавление красивых и атмосферных звуков. Так же подкаст разбивается на отрезки по 15 минут. Сделана первая треть (потому что от часовой записи осталось 45 минут). В процессе!
5. Финальное прослушивание записи и финальная полировка. Разбивка на две части.
6. Дать послушать бета-слушателю, получить обратную связь. Внести правки. 2 итерации.
7. Запосить.
В итоге большая, незнакомая задача превратилась в посильную и предсказуемую по срокам.
Чмоки в щеки! и до скорой встречи🥰
VK
Литературная школа "Я уже писатель!" on VK Clips
чтобы мечты сбывались, надо доводить начатое до конца.
🔥1
Audio
Как не потерять свой голос во время обучения?
Чтобы ответить на этот вопрос, мы отправились в путешествие, где в 1348 году в Кабуле нас встретил БТР, а глава отдела журнала с 4 млн аудиторией давала отпор наглому пиарщику.
По пути мы выяснили, как победить толпу, если все против тебя. Нашли самый главный предмет в школе, который никогда не введут. Поняли, что важнее: личность наставника или его знания.
Но самое главное открытие: всегда верить в себя!
Присоединяетесь к нам! И поделитесь, смогли бы вы так же смело класть трубку в ответ на оскорбительные крики VIP персоны?😌
Чтобы ответить на этот вопрос, мы отправились в путешествие, где в 1348 году в Кабуле нас встретил БТР, а глава отдела журнала с 4 млн аудиторией давала отпор наглому пиарщику.
По пути мы выяснили, как победить толпу, если все против тебя. Нашли самый главный предмет в школе, который никогда не введут. Поняли, что важнее: личность наставника или его знания.
Но самое главное открытие: всегда верить в себя!
Присоединяетесь к нам! И поделитесь, смогли бы вы так же смело класть трубку в ответ на оскорбительные крики VIP персоны?😌
🔥3
Всем привет! я пока что приостановила проект с мастерской, но это не значит, что я перестала писать и делиться с вами находками, которые упрощают жизнь писателя.
Например, вчера не хотела писать. Я болею (бесит невероятно), еще и в рассказе надо было написать кульминацию. Короче писать не хотелось. А надо, потому что сроки.
Что я сделала.
Я договорилась с собой на две вещи:
1. всего 2000 знаков. Вы знаете, что это фигня. Прям совсем чуть-чуть. Причем 2000 не финальных, а черновых. Совсем легкотня
2. начну работу с перечитывания того, что уже написано и правок. Ведь править - не писать с нуля. Гораздо проще и сопротивления меньше.
В итоге:
3000 знаков нового текста и полная редактура предыдущих 20 000 знаков.
Кто молодец? Я молодец! и вы тоже🥰❤️
Есть идея начать выкладывать по частям рассказ. Что думаете?
Например, вчера не хотела писать. Я болею (бесит невероятно), еще и в рассказе надо было написать кульминацию. Короче писать не хотелось. А надо, потому что сроки.
Что я сделала.
Я договорилась с собой на две вещи:
1. всего 2000 знаков. Вы знаете, что это фигня. Прям совсем чуть-чуть. Причем 2000 не финальных, а черновых. Совсем легкотня
2. начну работу с перечитывания того, что уже написано и правок. Ведь править - не писать с нуля. Гораздо проще и сопротивления меньше.
В итоге:
3000 знаков нового текста и полная редактура предыдущих 20 000 знаков.
Кто молодец? Я молодец! и вы тоже🥰❤️
Есть идея начать выкладывать по частям рассказ. Что думаете?
❤4
Майские праздники, Петербург, по-летнему горячий и солнечный. Ты щелкаешь брелоком чужой дорогой машины.
Зажигание.
Газ.
Бывшая столица проносится мимо, ослепленные солнцем окна домов провожают тебя внимательным взглядом. Следят.
Скоростной диаметр, дамба, Кронштадт.
Ты не собираешься заезжать вглубь города. Тебя интересует обветшалое здание, которое давно расселили. Дом стоит забытый, но ты знаешь, что на самом деле здесь происходит.
Твоя машина слишком хороша для этого района. Обычно ты приезжаешь на разбитой Тойоте, но сегодня ты совершил ошибку. Поэтому проезжаешь еще несколько километров, паркуешь автомобиль напротив тесной компании новеньких аппетитных домов и на общественном транспорте возвращаешься обратно.
Тебе хватает воспитания спрятать брезгливость на дне прозрачно-серых глаз. Но ты не можешь удержаться от того, чтобы вытереть руки влажной салфеткой после поручней автобуса. Конечно, уже после того, как выходишь на остановке.
Ты тянешь на себя облупившуюся дверь с вмятинами. Погружаешься в сырую прохладу тусклой парадной. Замираешь на долю секунды. Боковым зрением замечаешь тень в дверном проеме. Показалось. Ты улыбаешься правым уголком рта и ныряешь в другую реальность.
Твои ноги чеканят мерный ритм — тебе не надо красться или таиться. Это твой мир. Твои правила. Но эта тень в проеме.
Ты поднимаешься все выше. Двери квартир — порталы в жизнь, которую ты можешь прожить. Примерный семьянин с красавицей женой и двумя спаниелями. Трудоголик, которого ждет дома изнывающая от скуки неверная любовница. Свободный художник, ищущий и не находящий себя.
Любимая жизнь — на последнем этаже.
Ты редко туда заходишь, но сейчас — это твоя цель.
Ты перебираешь ключи и находишь нужный. Он мягко поворачивается в массивном замке и открывает путь.
— Мама, я дома!
Звук твоего голоса разносится по квартире. Ты запираешь дверь и проходишь на кухню: выгоревшие от солнца бумажные обои местами отходят от стен, потертый линолеум пузырится под ногами, а из щелей рассохшихся деревянных оконных рам дует майский ветер. Все как тогда. Как в детстве.
На столе стакан, тарелка с щербинкой и вилка с ножом. За ним сидит мумия женщины. Остатки волос собраны в аккуратный пучок. Руки лежат на коленях. Манжеты пожелтевшей шелковой блузки болтаются вокруг высохших запястий.
— Я так соскучился! — ты невольно сжимаешься в ожидании боли.
Но мама молчит. Она смотрит в пустоту мутными глазами. Она ждет. Ты проводишь рукой по волосам и поднимаешь в воздух целый столб пыли. Она искрится в солнечных лучах и медленно оседает на мамины плечи. В твоей голове короткой вспышкой воспоминание: “-- Тупица, – и звон пощечины”.
— Ты выглядишь уставшей, — твой взгляд скользит по впалым нарумяненным щекам, полуприкрытым векам с накрашенными ресницами и бескровному рту под слоем розовой помады. — Давай посмотрим, чем я могу тебе помочь.
Ты стряхиваешь с рук остатки пыли и идешь в душевую. Солнечный свет режет глаза, воздух густой и тяжёлый — ты кашляешь и прикрываешь рот.
Вдоль стен стоят чугунные корыта в ржавых потеках. Каждое до краев наполнено мутной жидкостью. Ты подходишь ближе, наклоняешься, но не можешь ничего разглядеть. Поэтому достаешь телефон и включаешь фонарик. Пучок холодного света выхватывает из темноты женскую кисть с округлыми синеватыми ногтями. Ты несколько минут рассматриваешь тело, недовольно хмыкаешь и идешь к следующей ванне.
Их всего четыре. И в каждой готовится плоть для роли твоей совершенной мамы. Такой мамы, которой у тебя никогда не было.
Ты не выбираешь этих женщин. Такое ощущение, что они сами тянутся к тебе: подходят на улице, находят твои контакты в интернете, записываются на прием.
Ты доверяешь судьбе. И она их приводит.
Они всегда одиноки. Только однажды семь лет назад бывший муж одной из твоих совершенных матерей занялся ее поисками. К тебе даже приходил следователь, но тебя и ту женщину ничего не связывало, кроме внешне формальных отношений, поэтому он больше не возвращался.
Зажигание.
Газ.
Бывшая столица проносится мимо, ослепленные солнцем окна домов провожают тебя внимательным взглядом. Следят.
Скоростной диаметр, дамба, Кронштадт.
Ты не собираешься заезжать вглубь города. Тебя интересует обветшалое здание, которое давно расселили. Дом стоит забытый, но ты знаешь, что на самом деле здесь происходит.
Твоя машина слишком хороша для этого района. Обычно ты приезжаешь на разбитой Тойоте, но сегодня ты совершил ошибку. Поэтому проезжаешь еще несколько километров, паркуешь автомобиль напротив тесной компании новеньких аппетитных домов и на общественном транспорте возвращаешься обратно.
Тебе хватает воспитания спрятать брезгливость на дне прозрачно-серых глаз. Но ты не можешь удержаться от того, чтобы вытереть руки влажной салфеткой после поручней автобуса. Конечно, уже после того, как выходишь на остановке.
Ты тянешь на себя облупившуюся дверь с вмятинами. Погружаешься в сырую прохладу тусклой парадной. Замираешь на долю секунды. Боковым зрением замечаешь тень в дверном проеме. Показалось. Ты улыбаешься правым уголком рта и ныряешь в другую реальность.
Твои ноги чеканят мерный ритм — тебе не надо красться или таиться. Это твой мир. Твои правила. Но эта тень в проеме.
Ты поднимаешься все выше. Двери квартир — порталы в жизнь, которую ты можешь прожить. Примерный семьянин с красавицей женой и двумя спаниелями. Трудоголик, которого ждет дома изнывающая от скуки неверная любовница. Свободный художник, ищущий и не находящий себя.
Любимая жизнь — на последнем этаже.
Ты редко туда заходишь, но сейчас — это твоя цель.
Ты перебираешь ключи и находишь нужный. Он мягко поворачивается в массивном замке и открывает путь.
— Мама, я дома!
Звук твоего голоса разносится по квартире. Ты запираешь дверь и проходишь на кухню: выгоревшие от солнца бумажные обои местами отходят от стен, потертый линолеум пузырится под ногами, а из щелей рассохшихся деревянных оконных рам дует майский ветер. Все как тогда. Как в детстве.
На столе стакан, тарелка с щербинкой и вилка с ножом. За ним сидит мумия женщины. Остатки волос собраны в аккуратный пучок. Руки лежат на коленях. Манжеты пожелтевшей шелковой блузки болтаются вокруг высохших запястий.
— Я так соскучился! — ты невольно сжимаешься в ожидании боли.
Но мама молчит. Она смотрит в пустоту мутными глазами. Она ждет. Ты проводишь рукой по волосам и поднимаешь в воздух целый столб пыли. Она искрится в солнечных лучах и медленно оседает на мамины плечи. В твоей голове короткой вспышкой воспоминание: “-- Тупица, – и звон пощечины”.
— Ты выглядишь уставшей, — твой взгляд скользит по впалым нарумяненным щекам, полуприкрытым векам с накрашенными ресницами и бескровному рту под слоем розовой помады. — Давай посмотрим, чем я могу тебе помочь.
Ты стряхиваешь с рук остатки пыли и идешь в душевую. Солнечный свет режет глаза, воздух густой и тяжёлый — ты кашляешь и прикрываешь рот.
Вдоль стен стоят чугунные корыта в ржавых потеках. Каждое до краев наполнено мутной жидкостью. Ты подходишь ближе, наклоняешься, но не можешь ничего разглядеть. Поэтому достаешь телефон и включаешь фонарик. Пучок холодного света выхватывает из темноты женскую кисть с округлыми синеватыми ногтями. Ты несколько минут рассматриваешь тело, недовольно хмыкаешь и идешь к следующей ванне.
Их всего четыре. И в каждой готовится плоть для роли твоей совершенной мамы. Такой мамы, которой у тебя никогда не было.
Ты не выбираешь этих женщин. Такое ощущение, что они сами тянутся к тебе: подходят на улице, находят твои контакты в интернете, записываются на прием.
Ты доверяешь судьбе. И она их приводит.
Они всегда одиноки. Только однажды семь лет назад бывший муж одной из твоих совершенных матерей занялся ее поисками. К тебе даже приходил следователь, но тебя и ту женщину ничего не связывало, кроме внешне формальных отношений, поэтому он больше не возвращался.
У четвертой — последней — ванны ты задерживаешься дольше. Придирчиво вглядываешься в мучнистое лицо заготовки. Она немного не та. Но ты все равно решаешь, что ее время пришло.
В соседней комнате ты достаешь одежду — только из натуральных материалов — и вешаешь ее на стойку рядом с секционным столом. На тумбочке лежит набор косметики. Ты надеваешь брезентовый фартук и перчатки и возвращаешься к телу. Ласково поднимаешь его на руки и переносишь на стол.
Бальзамирующий раствор стекает на пол, но ты не волнуешься: ты сделал стоки для воды по всей квартире. Достаешь розовое махровое полотенце и промакиваешь тело.
— Скоро ты будешь лучше всех.
Надеваешь на будущую маму белое белье, плиссированную юбку жемчужного цвета и белую шелковую блузу с бантом на шее. Вставляешь серебряные серьги с аметистами в уши, наносишь макияж. С каждым движением мама все больше становится собой. Ты уже приступаешь к прическе, как вдруг слышишь настойчивый стук в дверь.
Замираешь. Стук повторяется. Кладешь на тумбочку круглую щетку и фен и выходишь в коридор.
— Владимир Игоревич! - ты слышишь высокий мужской голос.
Следователь?
Принюхиваешься: из-за сквозняков едкий запах раствора уже почти выветрился. Да, незнакомцу можно открыть.
Снимаешь перчатки, бросаешь их в комнату и закрываешь за собой дверь.
— Владимир Игоревич, открывайте! Я знаю, что вы здесь. Я никуда не уйду!
Это не следователь. Иначе он бы уже назвал себя. Это кто-то другой. Менее опасный?
Ты поворачиваешь завертку замка три раза и в квартиру врывается резкий запах дешевого одеколона.
— Здравствуйте! Долго же вы не открывали, — маленький сутулый человечек криво усмехается тебе в лицо.
— Добрый день. Что вы хотели? — ты пропускаешь мимо ушей ехидный намек: ты всегда стараешься вести себя предельно вежливо. Иначе мама разозлится.
— Я за вами уже давно слежу, — мужичок неловко хихикает, высмаркивается в манжету потертой джинсовой куртки и смотрит на тебя.
Ты делаешь шаг назад и приглашаешь незнакомца войти. У него дергается левая щека, затем рот, из которого снова вырывается смешок. Еще несколько мгновений человечек медлит, но все же решается войти.
— Я. Как его. Восхищаюсь вами прям. Но я не дурак. Нет-нет. Я-то знаю, что вы можете.
Он ёрзает, переминается, словно танцует. Ты сохраняешь вежливость – мама не любит грубость. Человечек потирает руки и делает шаг в сторону кухни.
— Что вы хотите от меня? — твой вопрос отвлекает гостя и он снова поворачивается к тебе.
— Я? А! Да! Я. Что же я хотел? — он чешет кончик носа грязным ногтем, — Восхищение выразить пришел.
Его брови взлетают вверх, на секунду замирают и опускаются обратно.
— Покажите, а? Хотя давай на «ты». А то я так долго присматриваю за тобой, что ты у меня вот тут, — он скребет тощими пальцами где-то под левым нагрудным карманом куртки.
Ты вглядываешься в морщинистое лицо сутулого человечка, ловишь мимолетное ощущение чего-то знакомого, но не успеваешь понять — незнакомец уходит на кухню.
— О! А она хороша. И сколько их таких у тебя? А?
Он ходит по кухне, словно перекатывается с ноги на ногу. Его руки постоянно двигаются: он проводит указательным пальцем по черенку вилки, в тот же момент другой рукой играет с шелковым бантом пожелтевшей блузки и сразу же отвлекается на прядь волос, выбившуюся из прически. Он не ждет от тебя ответ.
— Я тут, эта, на днях видел тебя. У мусорки. Ты зря тряпки эти так выкидываешь. Раньше подальше от дома все сносил. Не уследить за тобой было. Я пробовал. А теперь? — грязные пальцы перебирают складки на юбке, смахивают пыль с тарелки, переключаются на створку окна, которая всегда отходит и щелкает при порывах ветра.
Ты с силой сжимаешь кулаки и пытаешься понять, что же происходит. Ты словно загипнотизирован этим созданием.
— О! А ты ж их маринуешь, да? То-то я чую запашок. — человечек ссутуливается еще сильнее и вытягивает длинный нос в сторону коридора. — Ты этого. Давно фильтры менял? А то у нас тут рядом с ночлежкой вонища — глаза слезятся.
В соседней комнате ты достаешь одежду — только из натуральных материалов — и вешаешь ее на стойку рядом с секционным столом. На тумбочке лежит набор косметики. Ты надеваешь брезентовый фартук и перчатки и возвращаешься к телу. Ласково поднимаешь его на руки и переносишь на стол.
Бальзамирующий раствор стекает на пол, но ты не волнуешься: ты сделал стоки для воды по всей квартире. Достаешь розовое махровое полотенце и промакиваешь тело.
— Скоро ты будешь лучше всех.
Надеваешь на будущую маму белое белье, плиссированную юбку жемчужного цвета и белую шелковую блузу с бантом на шее. Вставляешь серебряные серьги с аметистами в уши, наносишь макияж. С каждым движением мама все больше становится собой. Ты уже приступаешь к прическе, как вдруг слышишь настойчивый стук в дверь.
Замираешь. Стук повторяется. Кладешь на тумбочку круглую щетку и фен и выходишь в коридор.
— Владимир Игоревич! - ты слышишь высокий мужской голос.
Следователь?
Принюхиваешься: из-за сквозняков едкий запах раствора уже почти выветрился. Да, незнакомцу можно открыть.
Снимаешь перчатки, бросаешь их в комнату и закрываешь за собой дверь.
— Владимир Игоревич, открывайте! Я знаю, что вы здесь. Я никуда не уйду!
Это не следователь. Иначе он бы уже назвал себя. Это кто-то другой. Менее опасный?
Ты поворачиваешь завертку замка три раза и в квартиру врывается резкий запах дешевого одеколона.
— Здравствуйте! Долго же вы не открывали, — маленький сутулый человечек криво усмехается тебе в лицо.
— Добрый день. Что вы хотели? — ты пропускаешь мимо ушей ехидный намек: ты всегда стараешься вести себя предельно вежливо. Иначе мама разозлится.
— Я за вами уже давно слежу, — мужичок неловко хихикает, высмаркивается в манжету потертой джинсовой куртки и смотрит на тебя.
Ты делаешь шаг назад и приглашаешь незнакомца войти. У него дергается левая щека, затем рот, из которого снова вырывается смешок. Еще несколько мгновений человечек медлит, но все же решается войти.
— Я. Как его. Восхищаюсь вами прям. Но я не дурак. Нет-нет. Я-то знаю, что вы можете.
Он ёрзает, переминается, словно танцует. Ты сохраняешь вежливость – мама не любит грубость. Человечек потирает руки и делает шаг в сторону кухни.
— Что вы хотите от меня? — твой вопрос отвлекает гостя и он снова поворачивается к тебе.
— Я? А! Да! Я. Что же я хотел? — он чешет кончик носа грязным ногтем, — Восхищение выразить пришел.
Его брови взлетают вверх, на секунду замирают и опускаются обратно.
— Покажите, а? Хотя давай на «ты». А то я так долго присматриваю за тобой, что ты у меня вот тут, — он скребет тощими пальцами где-то под левым нагрудным карманом куртки.
Ты вглядываешься в морщинистое лицо сутулого человечка, ловишь мимолетное ощущение чего-то знакомого, но не успеваешь понять — незнакомец уходит на кухню.
— О! А она хороша. И сколько их таких у тебя? А?
Он ходит по кухне, словно перекатывается с ноги на ногу. Его руки постоянно двигаются: он проводит указательным пальцем по черенку вилки, в тот же момент другой рукой играет с шелковым бантом пожелтевшей блузки и сразу же отвлекается на прядь волос, выбившуюся из прически. Он не ждет от тебя ответ.
— Я тут, эта, на днях видел тебя. У мусорки. Ты зря тряпки эти так выкидываешь. Раньше подальше от дома все сносил. Не уследить за тобой было. Я пробовал. А теперь? — грязные пальцы перебирают складки на юбке, смахивают пыль с тарелки, переключаются на створку окна, которая всегда отходит и щелкает при порывах ветра.
Ты с силой сжимаешь кулаки и пытаешься понять, что же происходит. Ты словно загипнотизирован этим созданием.
— О! А ты ж их маринуешь, да? То-то я чую запашок. — человечек ссутуливается еще сильнее и вытягивает длинный нос в сторону коридора. — Ты этого. Давно фильтры менял? А то у нас тут рядом с ночлежкой вонища — глаза слезятся.
Ты вспоминаешь, что давно не менял канализационные фильтры на выходе из дома. И вся грязная вода сбрасывается в отстойники как раз рядом с забытыми трущобами. Ты делаешь глубокий вдох и прикрываешь глаза. Надо дождаться, когда незнакомец выговорится, — ведь перебивать так невежливо — и убить его.
Злость уже готова поглотить тебя. Но ты всегда вежлив. Иначе мама накажет. Она сидит на кухне — в его компании — и разрешает ему так себя вести. Значит, ты должен это терпеть. Ты отворачиваешься от суетливого танца незнакомца. Возвращаешься в коридор, чтобы дать себе передышку.
Вдруг чувствуешь боль в шее. Ты хватаешься за нее рукой, смотришь на свои пальцы: кровь. В глазах уже темнеет и сознание ускользает от тебя.
— Даже не обернулся, — последние слова, которые ты слышишь перед смертью.
Ты уже не видишь и не слышишь. Тебя уже нет. А нелепого человечка не узнать. Он распрямляется на глазах, кажется, даже вырастает на десяток сантиметров. Его движения становятся плавными и уверенными. Морщины на лице разглаживаются. Над твоим телом стоит сильный худощавый мужчина.
— Ты так меня разочаровал, сынок, — его губы кривятся в презрительной улыбке. — Но я сделаю из тебя идеального сына. Достойного своего отца.
Злость уже готова поглотить тебя. Но ты всегда вежлив. Иначе мама накажет. Она сидит на кухне — в его компании — и разрешает ему так себя вести. Значит, ты должен это терпеть. Ты отворачиваешься от суетливого танца незнакомца. Возвращаешься в коридор, чтобы дать себе передышку.
Вдруг чувствуешь боль в шее. Ты хватаешься за нее рукой, смотришь на свои пальцы: кровь. В глазах уже темнеет и сознание ускользает от тебя.
— Даже не обернулся, — последние слова, которые ты слышишь перед смертью.
Ты уже не видишь и не слышишь. Тебя уже нет. А нелепого человечка не узнать. Он распрямляется на глазах, кажется, даже вырастает на десяток сантиметров. Его движения становятся плавными и уверенными. Морщины на лице разглаживаются. Над твоим телом стоит сильный худощавый мужчина.
— Ты так меня разочаровал, сынок, — его губы кривятся в презрительной улыбке. — Но я сделаю из тебя идеального сына. Достойного своего отца.
Записки графомана pinned «Всем привет! я пока что приостановила проект с мастерской, но это не значит, что я перестала писать и делиться с вами находками, которые упрощают жизнь писателя. Например, вчера не хотела писать. Я болею (бесит невероятно), еще и в рассказе надо было написать…»
Ребят!
я нашла ресурс - бумажный слон. Там и выкладывать свои тексты можно, и просто почитать рассказы и что побольше. Еще и конкурсы, марафоны. Короче, живое писательское комьюнити😱❤️
вот туточки они https://litclubbs.ru
рекомендую 🥰
я нашла ресурс - бумажный слон. Там и выкладывать свои тексты можно, и просто почитать рассказы и что побольше. Еще и конкурсы, марафоны. Короче, живое писательское комьюнити😱❤️
вот туточки они https://litclubbs.ru
рекомендую 🥰
litclubbs.ru
Литературный клуб "Бумажный Слон"
Литературный клуб "Бумажный слон" - это портал для писателей, поэтов и читателей.
Творческие литературные конкурсы и тренинги мотивируют писать чаще. Мы стремимся помочь начинающим авторам стать настоящими писателями.
Творческие литературные конкурсы и тренинги мотивируют писать чаще. Мы стремимся помочь начинающим авторам стать настоящими писателями.
отличная идея) мне зашло.
действительно, копаешь много. а потом это рассказываешь
действительно, копаешь много. а потом это рассказываешь
Forwarded from Уголок сторителлера
Я обсуждал это с одной писательницей, она сказала: "Копай там, где стоишь". Не "пиши то, что знаешь", а именно копай. Потому что писатель редко вообще что-то знает. Он может исследовать. Но так как писатель - не ученый и даже не философ, у него под ногами совсем другая почва, и инструменты в ящике у него тоже другие. Подобно тому, как Укун в форме фотона света не может достичь края Вселенной, край будет убегать быстрее, так и писатель своими инструментами не сможет докопаться до другого полюса. В лучшем случае он упрётся в текстуры, границы языков и символов. К примеру, сложно придумать альтернативу слову "карась" или альтернативное символическое прочтение сада, кроме как райского сада. Но по крайней мере это действительно интересный вызов, это нечто большее, чем просто развлечение и заработок. Ты копаешь там, где стоишь, чтобы узнать, что там дальше, посмотреть, как далеко ты сможешь зайти, и лапищи твои становятся крепче, и странное иррациональное желание копать не проходит, это в какой-то момент превращается в медитацию, в манию, в сублимацию, в способ жизни. Ты становишься сороконожкой, которая просто ползёт и не думает, как и куда поставить каждую ногу. В таком режиме есть шанс, что даже в бескрайнем космосе рано или поздно ты куда-нибудь доползёшь.
#мысли
#мысли
Запостила небольшой рассказ)
можно тут прочитать❤️
https://litclubbs.ru/articles/65832-ezhednevnye-zhertvoprinoshenija.html
можно тут прочитать❤️
https://litclubbs.ru/articles/65832-ezhednevnye-zhertvoprinoshenija.html
litclubbs.ru
Ежедневные жертвоприношения — Литературный клуб "Бумажный Слон"
В перерыве Лия листала новостную ленту: ”А-а-а! Уже пятнадцать тысяч, пятнадцать! Вы представляете! Пятнадцать тысяч за какие-то двадцать минут! Потому что вы такие же лапусики, как у Инны!
❤5
Новая история) Сразу предупреждаю: жанр не мой. Обычно пишу другое, но тут меня взяли в заложники и не отпустили, пока не написала😅
https://litclubbs.ru/articles/65950-pari.html
https://litclubbs.ru/articles/65950-pari.html
litclubbs.ru
Пари — Литературный клуб "Бумажный Слон"
— Спорим? — травматолог ухмыльнулся и протянул руку своему другу-хирургу. — Спорим, — хирург спорить не хотел. Но руку все равно пожал. 2Вечер пятницы. Все давно ушли домой.
❤3