Мне никогда не встречалась четкая каталогизация святочных рассказов, а ведь они очень разные.

Основная группа - жизнеутверждающие истории в диккенсовском стиле (сюда же можно отнести и сказочно-мистические «Ночь пред Рождеством» Гоголя, и «Щелкунчик и Мышиный король» Гофмана, написанные за много лет до Диккенса). Многочисленные нравоучительные (на мой взгляд, слишком) рассказы Лескова. «Дары волхвов» О.Генри (который я раньше любила брать для групповой библиотерапии). «Чудесный доктор» Куприна.

Есть еще рождественский хоррор (ведь святки, период от Рождества по старому стилю до Крещения, праздник, впитавший древние языческие суеверия и ритуалы, когда умершие предки подходят к границе миров,  нечистая сила активно себя являет –  сродни Хэллоуину; кстати, в святки ведь и венчаться нельзя было). «Светлана» Жуковского, да и много есть других произведений, связанных со страшными гаданиями в святки. «Ночь на кладбище», «Страшная ночь», где Чехов в конце переворачивает страшный сюжет в шутку.


Есть рассказы пореалистичнее и помрачнее: «Ванька», «В рождественскую ночь» Чехова, «Рождество» Набокова, «Мальчик у Христа на елке» Достоевского (все мои ученики настаивают, что Достоевский списал с Андерсена), «Ангелочек» Андреева. Мне нравится читать и обсуждать их с учениками (предподростками и подростками).

Зачем русские классики бесконечно живописали нашу беспросветную русскую хтонь, зачем отвлекали от праздничного веселья, портили настроение? (Часто встречаю в интернете такие вопросы, особенно в связи с популярностью «позитивной психологии»).
Но ведь и в грустных святочных рассказах также присутствуют высокие, светлые моменты, возвеличивающие человека, когда маленький во всех смыслах, слабый, уязвимый герой поднимает голову над мрачной безнадежностью окружающей действительности и внезапно, пусть и на миг, замечает одухотворяющую красоту божьего мира, вспоминает о своей мечте…
Зачем нужны подобные рассказы? Может быть, чтобы в предпраздничной суете обратить внимание на тех, кто нуждается в помощи, и не пройти мимо.

Очень люблю, кстати, фильм Киры Муратовой «Мелодия для шарманки» 2009 (там Рената Литвинова и Олег Табаков) – такое современное прочтение/компиляция  русской рождественской классики (вне диккенсовского канона).

А какие новогодние фильмы или литературные произведения вдохновляют вас? Или, может быть, музыка?
Как поддерживаете себя?
Что создаёт вам празничное настроение?

Я люблю грустную песенку "Аббы" "Happy new year", специально себе не включаю, но с удовольствием слушаю везде, в кафе, магазинах, на улице.
Если вдруг мы не уезжаем на теплое море, то обязательно идём всей семьёй 31го вечером на рождественский концерт, где Штраусы и Чайковский.

Фильмы новогодние категорически не воспринимаю, никакие, ни "Иронию судьбы", ни "Реальную любовь". (Но когда дети были детьми, обязательно вместе смотрели семейное кино: "Рождественскую историю" по Диккенсу Земекиса или подобное).

Из литературы... Перечитывая недавно на занятиях с учениками, внезапно прониклась пронзительной силой и честностью "Ангелочка" Андреева (при отсутствии слащавости и лживых надежд).

И, конечно, "Метель" Белкина-Пушкина. Некоторые исследователи относят её к святочным рассказам, и я их очень поддерживаю. В "Метели" участь героев решает судьба, "случай бог-изобретатель" - даже в большей степени, чем в других повестях Белкина.
Реальное (в лакановском смысле) вторгается через метель и войну, сокрушает надежды маленьких людей, их планы и иллюзии контроля (все мы так-то маленькие люди) и, разрушив до основания, выстраивает жизнь по-новому...

С новым годом, дорогие!
Желаю мирного неба и как можно больше добрых, вдохновляющих историй!
(Как утверждает создатель нарративного подхода в психотерапии Майкл Вайт, жизнь - это то, что мы про неё рассказываем).

Надеюсь, в новом году будет много интересных встреч Читательского клуба, онлайн и оффлайн.

Однажды я вернулся из школы и сказал им, что хватит выставлять меня идиотом, что я, как и все мои приятели, знаю, что Деда Мороза нет и не было. Они выглядели так, будто с Луны свалились. Я был чертовски взбешен: надо же было разыграть из себя такого кретина на школьном дворе, и они тут же поклялись, что вовсе не хотели меня обманывать, что искренне верили, что Дед Мороз существует. Они были страшно разочарованы, ну да, страшно разочарованы, узнав, что это неправда! Говорю вам, Бабушка Роза, дважды придурки!
("Оскар и Розовая Дама" Эрик Эмманюэль Шмитт).

Такой большой открытый вопрос для меня: надо ли внушать, а потом всеми силами сохранять у детей веру в деда мороза? (И как долго).

Взрослый современный зритель, разумеется, не верит в то, что человек с приклеенной бородой и усами, выходящий на сцену с жезлом и мешком, — дух. Но почему он хочет убедить своего ребенка в том, что это так? Зачем современные папы, облачившись в дед морозовое одеяние или заказав Деда Мороза потелефону, изо всех сил стараются обмануть своих детей, и именно для того, чтобы они поверили в реальность Деда Мороза?
Можно ли еще как-нибудь объяснить их действия, как не тем, что родители верят в нечто сами? Во что же они верят, участвуя в елочных представлениях в дни рождественского поста и посвящая в это своих детей? Семьи, собравшиеся в эти дни у новогодней елки, — мистически общаются — с кем? С Дедом Морозом и Снегурочкой? Кто податель новогодних чудес?
(С.Б. Адоньева)

Почему у них на западе Рождество, а у нас Новый год – главный зимний праздник? (Это очевидно даже по фильмам).
Почему герои классической русской литературы отмечают именно Рождество, а никакой не Новый год?
И ни в одном хрестоматийном произведении 19 века, ни в одном святочном рассказе не упоминаются ни дед мороз, ни снегурочка?
(При этом нарядно украшенная елка, подарки, угощения, разумеется, подробно описывались в литературе).

Часто случается отвечать на подобные вопросы учеников.
И никуда не деться, приходится углубляться в историю, рассказывать детям про тотальную смену парадигм и новую идеологию, пересборку картины мира после 1917 г, про отмену религии и всех религиозных праздников, в том числе и Рождества.
Сам же дед мороз (раньше это была всего лишь одна из многих масок ряженых) с его внучкой-снегурочкой впервые появились на елке в московском Доме Союзов 1937 г.

Про генезис новогоднего празднования, создание и внедрение новых, но как будто бы «вечных» традиций мифической русской старины ради формирования общей идентичности «советский народ» со своими традициями и ритуальными практиками (в тч новогодними) и про то, как идеология становится мифологией замечательно написано в книге Светланы Борисовны Адоньевой «Категория ненастоящего времени. Антропологические очерки».
Очень рекомендую всем!

Встаньте и пойдите
В город Вифлеем;
Души усладите
И скажите всем:
«Спас пришел к народу,
Спас явился в мир!
Слава в вышних Богу,
И на земли мир!
Там, где отдыхает
Бессловесна тварь,
В яслях почивает
Всего мира Царь!»
(А. Фет)

(В христианской традиции в день Рождества Христова праздновалось рождение нового мира. Вхождение предвечного Бога в тварный мир — перемена участи для каждого обрадовавшегося этому событию. Чувство и смысл соединялись в этом празднике. (С. Адоньева «Категория ненастоящего времени»)

Мы изучаем дневники и наброски подростков, нас поражают не только широта и свободный размах их мысли, но также степень эмпатии и понимания, их явное превосходство над многими зрелыми мыслителями, а иногда даже мудрость, которую они обнаруживают при рассмотрении самых сложных проблем.
(Анна Фрейд).

Всеми силами приучаю своих учеников вести дневник.

Кто-то старается писать высокохудожественную прозу, кто-то просто записывает свои наблюдения, впечатления, мысли.
(Как вариант, если нет идей и вдохновения, можно описывать, что за день удивило, рассмешило, расстроило и т.п).

В любом случае, это невероятно полезно и терапевтично, учит структурировать свои мысли, выстраивать логические связи, помогает отрефлексироватьсвой опыт и лучше понять себя...

А вы знаете детей, которые ведут личный дневник? Не соцсети, не блог, не канал в тг, а именно делают записи для себя как единственного читателя?

Вы сами, в наше странное и быстрое время, практикуете такое? А в детстве?

Я знаю только одну девочку двенадцати лет, которая регулярно записывает свои очень личные переживания и инсайты - "пишу самое важное и только для себя". (Она уже несколько исписанных толстых тетрадей хранит в ящике под замком).

Я в свои 10-15 лет, как и многие дети в то время, вела дневник. Это было необходимо для моего выживания в подростковом кризисе - вербализовать/символизировать/ отрефлексировать свои чувства, в т.ч. самые негативные. Немалая часть моих записей состояла в выражении, отыгрывании агрессии и обид: на родителей, подруг, учителей, одноклассников. (И, конечно, было много трогательно наивных открытий и выводов о миропорядке, которые впоследствии было очень смешно перечитывать).

Мои дети, насколько я знаю, ничего подобного никогда не делали, не писали для себя.

Только старший сын в 16 лет, когда мы с ним шли по паломническому пути Camino de Santiago, вел ежедневные записи, как и многие другие "пилигримы" всех возрастов (Жанр путевых заметок начал активно развиваться в Европе с эпохи великих географических открытий).
Но это всё-таки другое.

- Отгадай, что я сейчас читаю?
- Фрейда?
- Нет.
- Лакана?
- Нет. Холодно.
- Пушкина? Гоголя?
- Неее. Лакан был теплее.
- Камю?
- Точно.

(Разговор с мужем в аэропорту Стамбула).

Перечитала "Постороннего" сегодня во время долгого перелета.
Это оттуда, оказывается, "ласковое равнодушие мира", - какая прекрасная метафора, на мой взгляд, много более справедливая, чем эти популярные бредовые конструкции о доброй и любящей вселенной...

(А про " Постороннего" мне напомнил роман "Саша, привет" Дмитрия Данилова, который я, наконец, прочитала на каникулах, там к Камю много отсылок. Тоже очень тяжёлая и неоптимистичная история...

"Я смотрю на мир и повсюду вижу абсурд. Люди непрестанно делают странные вещи, до такой степени странные, что мы умудряемся их не замечать. Поэтому я люблю кофейни — там все на виду."

Умер Дэвид Линч.
Как же это ужасно грустно.
Не представляю себя, свою жизнь без его фильмов…

P.S. Самые любимые - "Шоссе в никуда" и "Малхолланд драйв", но мне понравился и третий сезон "Твин Пикса", который все ругали

Это очень похоже на участие в интерактивном спектакле, где ты одновременно и зритель, и актер, и режиссёр, соавтор театрального действа - я про встречу Читательского клуба оффлайн.

Сегодня имела удовольствие читать (вслух, по ролям) и обсуждать самое невероятное, фантастическое произведение 19 века - "Нос" Гоголя с (замечательными, умными, творческими, очень артистичными) ребятами из 587 гимназии.

P.S. Меня иногда спрашивают: работаю ли я с подростковыми группами. Да, работаю, но только с готовыми, если не надо заниматься организацией...

Самый главный для меня вопрос: почему в этой невозможной, невыносимой, трагикомической фантастической ситуации – потеря собственного носа – оказался коллежский асессор Ковалев?

Почему не «маленький человек», это ходячее убожество Акакий Акакиевич, не заведомо сумасшедший (судя по всему, шизофреник с бредом величия) Поприщин, не витающий в облаках (морфийных грёзах) влюбчивый художник Пискарев?

Почему именно Ковалев – простой, понятный, амбициозный карьерист, пошляк и вместе с тем абсолютно, гипертрофированно нормальный человек? (Как отметили вчера ребята, в наше время он мог бы быть топ-менеджером или блогером-инфоцыганом).

У меня есть предположение: никто не заметит отсутствие носа у Акакия Акакиевича, включая его самого. Не так удивительна была бы эта история, случись она с сумасшедшим Поприщиным или художником-морфинистом.

Ужасный «каламбур» происходит с самым разумным, расчетливым, гипер-реальным персонажем, чтобы ярче проявила себя гоголевская оптика.
Внешний мир непредсказуем, иррационален, тотально несправедлив, в нем обыденная логика подменяется логикой абсурда. И никто не застрахован (даже такие Ковалевы).

«Кто что ни говори, а подобные происшествия бывают на свете, — редко, но бывают», - так заканчивается повесть.

Давно и радостно использую в числе прочих письменных практик написание фантастической автобиографии (или своей, реальной, но в фантастическом сеттинге, например, в стране эльфов).

Эта техника замечательно работает, особенно с закрытыми неразговорчивыми людьми, особенно с подростками: она раскрывает, расслабляет, помогает посмотреть на свою жизнь под другим углом, повышает самоценность. Да и дети в большинстве своем фантазируют с удовольствием.
Всегда считала, что это мое изобретение.

А сегодня на лекции по психосинтезу (итальянское ответвление психоанализа, довольно упрощённое, такая компиляция идей Фрейда, Юнга, Жане) узнала, что эту прекрасную технику придумал либо сам Роберто Асссаджоли, либо его последователи.

Такой вот я, оказывается, изобрела велосипед😁

Простите, не могу сдержаться: «Игра в кальмара» 2й сезон – это плохо, очень плохо.
Киноразочарование почти как «Субстанция» и сериал «Извне».
Зачем корейцы выставляют перед всем миром себя такими: глупыми, супернаивными, необучаемыми и к тому же полными моральными уродами? (Ведь все равно никто не поверит).

Мне сказали дети (мои собственные дети, не ученики, хотя с учениками я тоже обсудила, конечно), что я отстала от жизни, сериал очень мемный, в этом все дело. (Неужели мемность теперь оправдывает все сценарные недоработки?)

P.S. 1й сезон мне как раз очень понравился – авторы как будто вдохновлялись «Морфологией сказки» Проппа.

Право, такое затруднение — выбор! Если бы еще один, два человека, а то четыре. Как хочешь, так и выбирай. Никанор Иванович недурен, хотя, конечно, худощав; Иван Кузьмич тоже недурен. Да если сказать правду, Иван Павлович тоже хоть и толст, а ведь очень видный мужчина. Прошу покорно, как тут быть? Балтазар Балтазарович опять мужчина с достоинствами. Уж как трудно решиться, так просто рассказать нельзя, как трудно! Если бы губы Никанора Ивановича да приставить к носу Ивана Кузьмича, да взять сколько-нибудь развязности, какая у Балтазара Балтазарыча, да, пожалуй, прибавить к этому еще дородности Ивана Павловича — я бы тогда тотчас же решилась. А теперь поди подумай! просто голова даже стала болеть.

Монолог Агафьи Тихоновны из «Женитьбы» Гоголя – читаем с ученицей и не устаем удивляться, какой же это понятный, невероятно смешной и современный сюжет. Особенно легко воспринимается после «Ревизора».

(«Женитьбы» нет в обязательной программе, но как такое удовольствие можно пропустить, а вот «Мертвые души» большинство ребят читают с трудом и только до середины, про помещиков, с которыми торговался Чичиков, дальше предлагаю посмотреть экранизацию 1984 г)

Как смотреть современные спектакли, чтобы не было мучительно больно?
Как не падать в обморок от неожиданной интерпретации любимой классики?
Как ориентироваться в сложном театральном процессе, чтобы при всём разнообразии видов и жанров найти "своё"?

Дорогие, кто в Питере, приходите в эту субботу 1 февраля в 12 в культурно-досуговый центр «Максим» на Ланском, 35.

Говорить буду не о своей жизни в искусстве и тернистом творческом пути😂, а о современном театре; очень надеюсь, получится интересный разговор.
Вход свободный, но обязательно регистрироваться https://vk.com/app5619682_-218977518#755616

-Зачем так позорно сбегать с собственной свадьбы, когда всё вроде бы хорошо? - размышляет моя ученица, - Наверное, ему больше нравится мечтать, чем жить в реальном мире...
-Как и многим из нас, - добавляю я.

На самом деле, нет единого правильного ответа, слышала самые разные мнения театроведов по поводу странного поступка Подколесина (и каждый режиссер-постановщик объясняет для себя его мотивы и решает главный вопрос пьесы).

Я люблю читать и обсуждать "Женитьбу" с подростками (хотя, казалось бы, тема-то совсем не детская, и персонажи все возрастные). Здесь герои трагически беспомощны и беззащитны перед лицом выбора.
И это замечательно демонстрирует, как сложно устроен человек: то, что хорошо для одной его части (инстанции, субличности и т д), губительно для другой.

Какой-нибудь современный позитивный психолог или лайф коуч быстро бы нашел решение, аккумулировал ресурсы, сформулировал цели, оптимизировал, мотивировал и женил бы Подколесина на Агафье Тихоновне.
Но проблема, разумеется, не решилась бы (бессознательное не выключить), просто одной несчастной семьёй на свете стало бы больше😂

Какую ошибку чаще всего совершают молодые авторы? – задали вопрос на творческой встрече в субботу.
Мне представляется, что ничто так не отталкивает в художественных произведениях, как тотальная поглощенность собой, зацикленность, бесконечное самолюбование и самокопание без отстранения, обобщения, самоиронии. А также стремление научить других жизни, открыть истину…

Это на самом деле очень распространенная тенденция у начинающих художников.
Поэтому нередко в театральных вузах на первых курсах драматурги занимаются документальным театром, берут интервью у разных людей, общаются, встречаются. Чтобы увидеть другого человека с его внутренним миром, исканиями, мечтами и болью, чтобы отвлечься от себя любимого, не вариться в собственном соку. После подобного опыта уже по-новому смотришь и на себя, и на жизнь в целом…

Встреча в субботу в КДЦ «Максим прошла приятно и очень продуктивно, на мой взгляд.
Мы говорили о постдраматическом театре и разных его видах, современной драматургии, нашей эпохе нарцизма, психологии зрительского восприятия и роли зрителя в современном театре, а также о новых интерпретациях классики.
Спасибо организаторам и всем, кто пришел!

Категоричные суждения невыносимы, но Набокову позволительно (в отличии от самоназванных критиков-ноунеймов в интернете), я считаю, хотя часто совершенно с ним не согласна.
Тем более что он свои идеи всегда аргументирует, глубоко разбирая и анализируя произведения, например, в «Лекциях по русской литературе».
Очень рекомендую – читается легко и интересно.

«Толстой — непревзойденный русский прозаик. Оставляя в стороне его предшественников Пушкина и Лермонтова, всех великих русских писателей можно выстроить в такой последовательности: первый — Толстой, второй — Гоголь, третий — Чехов, четвертый — Тургенев;. Похоже на выпускной список, и разумеется, Достоевский и Салтыков-Щедрин со своими низкими оценками не получили бы у меня похвальных листов».

Может ли ребенок, которого никогда не любили в детстве, у которого даже в младенчестве не было ни одного близкого контакта, ни доброго слова, ни взгляда, вырасти полноценным человеком?
Чарльз Диккенс считает, что да (по крайней мере, если этот ребенок благородного происхождения). Современная психология утверждают, что это невозможно (не с чего взрасти хорошему при отсутствии позитивных интроектов, хотя бы минимального опыта любви и принятия).

Диккенс, гиперболизированно описывая страдания Оливера Твиста, видимо, верил в то, что человек приходит в этот мир изначально сложившимся цельным индивидом. В середине 19 века, да и раньше, были популярны представления, что дети – это чистые души, невинные ангелы, которых развращает порочный мир. Взросление, таким образом, воспринималось как регресс и нравственное падение.
(Потом пришел Фрейд и все испортил, а за ним Мелани Кляйн, Винникот, Дольто и прочие, которые развенчали миф об идеальности младенца, да и вообще о цельности человеческого субъекта).

Читали с учеником «Оливера Твиста», но, к сожалению, без удовольствия, и быстро устали от навязывания расщепленной черно-белой картины мира, однообразного стиля изложения и бесконечной злой иронии. Диккенс неистово критикует викторианскую мораль, строгие нормы поведения, популярные методы воспитания, бюрократическую систему социальных учреждений, двуличных представителей власти, корыстолюбие, безответственность и тд (за дело, но от этого читать легче не становится).
И так живописует пороки монструозных персонажей, с одним лицом под разными социальными масками, что в итоге даже они вызывают больше интереса и сочувствия, чем идеальный ангелочек Оливер. (Только одна бедолага Нэнси похожа на живого человека, и за эту свою человечность и невписанность в художественный мир как будто и наказывается писателем).
Посоветовала в итоге ученику посмотреть экранизацию Романа Полански 2005 года, фильм ему понравился.

P.S. Мне кажется, именно назидательность делает этот роман трудным для восприятия современного подростка (что поделаешь, постмодернизм повлиял на всех читателей).

С другой стороны, наверное, стоит воспринимать «Приключения Оливера Твиста» не как психологический роман (эпохи реализма), а как сказку, пусть и с тяжелым социальным фоном, тогда всё меняется, и мои замечания категорически неуместны.
И сказки любят все, особенно с хорошим концом…