В бурятском языке сложилась половозрастная градация дикой свиньи, включающая в себя и некоторые диалектизмы: Бодон(г) ‘вепрь’; ан гахай, бодон гахай, ойн гахай, мэгэжэ ‘дикая свинья’; мэргэсэр ‘трехлетний кабан’; ногтомол бодон ‘матерый старый кабан с загнутыми клыками’; торой, хобhо(н) ‘поросенок дикой свиньи’.

Наблюдая за дикой свиньей, монгольские народы получили представление о типичном для нее поведении в особых ситуациях. Они отдельно подмечали такое качество вепря, как его бесстрашие, проявляемое им в схватке с крупным хищником (волком и медведем). Неслучайно поэтому, с кабаном у них ассоциировались сильные и храбрые воины: например, в калмыцком героическом эпосе «Джангар» богатырей зовут бодн ‘перен. богатырь, герой.

В качестве тотема у монголов-бурят первоначально выступали звери, птицы, рыбы. Так, широко был распространен культ медведя в Бурятии, причем его называли не его собственным именем, а другими, например, хаан-хун (царьчеловек), дахатай убгэн (старик в дохе). К числу тотемов относились также волк и собака. Если убивали волка, то пролитую кровь забрасывали снегом или землей, считая, что в противном случае будет ветер со снегом или дождем. Небезынтересно напомнить, что ханский род монголов (Чингисхана) вел свое происхождение от бурте
чоно (волка). Кроме этого в качестве тотемов выступали: из животных – соболь, белка, горностай, хорек и заяц (таван хушуута – пять почетных или главных); из рыб – налим, таймень и др.; из птиц – лебедь (хон-цуубун), коршун (элеэ) и орел (шубуун-нойон)

О взаимоотношениях китайцев и киданей, подражавшим китайской культуре, со стороны китайских современников все сводится к следующим утверждениям:

1) Кидани всегда нападали на Китай и угрожали ему.
2) Китай оказывал благотворное воздействие на кочевников и киданей в частности, но те извращали подлинную культуру
3) Кидани по природе своей способны быть только варварами. Они осознавали это и использовали все китайское лишь для обогащения, что выразилось в так называемой, дистанционной эксплуатации.

Ранний тотемизм позднее переходит в поклонение предкам – душам умерших, объединяясь в единый синкретичный комплекс. Считалось, что умершие предки, их души постоянно незримо участвуют в делах и судьбах своих потомков, отсюда обычаи их умилостивления. В «Алтан тобчи» («Золотое сказание») такой обряд называется «Ихэ Ирэгу» («Великая мелодия») [1, с. 71, 317, 278]. Обряд совершался весною, и во время поклонения душам покойников приносилась в жертву пища, часть которой тут же сжигалась. Монголы правящего рода борджигин считали своей прародительницей Олун-гоа и в ее честь устраивали «Мэнгэн Ирэгу».

ИЛЬХАНЫ

Хулагу-хан
(монг. Хүлэгү, 1217-1265 г.)

Сын Тулуя, брат Мункэ, Хубилая и Ариг-Буки. Признал узурпатора Хубилая законным великим ханом.

Был сторонником буддизма, брил голову, плохо относился к мусульманам и поссорился с ханом Золотой орды Берке – мусульманином.

Хан оказывал всяческую помощь в распространении буддизма и, в меньшей степени, христианства в Иране.

Столицей был выбран располагавшийся вблизи обширных пастбищ Тебриз. В городе располагалось правительство, в гражданском секторе которого изначально преобладали христиане, буддисты и мусульмане. Монголы занимали почти все посты только в армии.

Сам хан продолжал вести кочевую жизнь. С самого начала монгольское право – Яса – действовало только в Хорасане и на севере Ирана. В остальных областях сохранялось местное обычное право, отправляемое клановой верхушкой или местными управленцами.

Главный контроль над финансами государства, почтовой службой, чеканкой монет, строительством общественных зданий, регистрацией земельных сделок осуществлял великий визирь, или сахиб-и диван (хозяин дивана – совета «министров»).

При Хулагу начались бои на Кавказе с золотоордынцами и на Амударье с Чагатаидскими войсками.

Он одержал несколько исключительных побед на Кавказе.

Хулагу внезапно скончался в возрасте 48 лет в 1265 г. после пира, и был похоронен в гробнице на о. Сахи озера Урмия.

https://vk.com/wall-223808646_8041

Краткие пересказы про меня