Чрезвычайно интересны перемены в идеологии у осевших на севере Китая потомках сяньбийцев – племени тоба – как яркий образец эволюции политических представлений при переходе от кочевого образа жизни к оседлому в процессе создания мощной империи Северная Вэй (386–534), фактически занявшей место Срединного государства (см. [27, с. 106–120]).
Анализ текста Вэй шу («История [династии Северная] Вэй») позволил М.В. Исаевой заключить, что Северная Вэй занимает в нарисованной там картине мира положение Срединного государства – Чжун-го. Земли к югу от Янцзы получили статус «внешних», а правившие там китайские династии Сун и потом Ци обозначены на основе ортодоксального толкования схемы «девять чжоу» как «островные варвары И»

Обряд поклонения огню устраивался как родовой, семейный и индивидуальный. На родовой обряд собирались только члены одного родового коллектива. Жертву огню приносили также в семейных обрядах (родины, свадьбы и похороны), описание которых мы привели выше. Индивидуальные обряды поклонения огню совершали в случае тяжелой болезни члена семьи или посредством его совершали церемонию очищения.

А. Позднеев разъясняет смысл обряда «гал тайлган». он описывает обряд очищения огнем нового места кочевки: «В древние времена калмыки молились Окон-Тенгри. огню придавалось большое значение. И калмыки, прибыв на место кочевки, первым делом совершали “тайлган” и молились, бросали в огонь жир и масло. В печке (зуух), которая стояла во дворе, зажигали огонь и бросали туда баранью голову; если ее не было, желтым или белым маслом делали форму ее головы и совершали тайлган: сопровождали словами: “хүрү, хүрү, хүрү” [17]. В работе А. Позднеева приведен текст йорела, в котором главным мотивом является обращение к небу.

Словом, этноним «бурят» является тюркской лексемой и представляет собой, по всей вероятности, прозвище, которым обозначалась некая этническая группа, ассоциируемая с образом собаки. При этом речь идет о виде такой собаки, которая обладает особыми качествами, не присущими домашнему животному. Судя по прилагательному «рыщущая вокруг» / «крадуща-яся / вынюхивающая», то это вольное животное, осторожный и в то же время беспокоящий хищник, не прирученный человеком.

Воскресенье

Скрасит унылый воскресный вечер

"В 1641 году Василий Власьев доносил, что он с отрядом своим ходил на брацких людей (бурят). Чупчугуев улус погромили, побили людей человек с 30, а живком взять не могли ни одного человека, потому что тунгусы сели в юртах в осаду. Власьев велел говорить братам [т.е. бурятам] и Чепчугую, чтоб они в осаде не сидели, а сдались бы на государево имя. Но Чепчугуй стал говорить толмачу с бранью:
"Али вы не знаете Чепчугуя, каков Чепчугуй своею головою?"
И стал из юрта стрелять, крича: "Живым я вам не дамся!"
Ранил одного человека, на ком были куяки и панцири, и он куяки пробивал насквозь.
Русские стреляли по юртам и в юртах, но стрельбою ничего взять не могли, и зажгли юрты. Чепчугуй сгорел с сыном, а жену с другими двоими детьми выкинул верхом".
© С.М. Соловьёв

Безалкогольный четверг
Пожалуй первый выходной когда я как скотина не нарезался с утра

Сообщается также, что Гао Хуань часто говорил своим солдатам на сяньбийском языке что коренные китайцы «ваши рабы», «они приносят вам припасы и одежду». Также говорил что язык китайцев "язык рабов и собак".

Гао Хуань - был верховным генералом и министром династии Северная Вэй (Тоба Вэй). Являлся этническим ханьцем (китайцем), но вырос и воспитывался в культуре северных кочевников сяньби.

Нам известно кое-что о чжурчжэньском наследии в монгольской духовной и политической культуре из
доклада Чжао Хуна, посетившего в 1221 г. ставку полководца Мухали, оставленного Чингисханом покорять Цзинь. Наблюдательный китаец записал всё, что смог узнать о монголах. По его мнению, раньше эти номады отличались простотой нравов, но переходящие на их сторону «цзиньские разбойники», т.е. чжурчжэни, сильно их испортили. По Чжао Хуну, монголы переняли у цзиньцев обычай обязательного поклонения Небу в первый день первой луны и в праздник начала лета чун-у

Армия Атамана Семёнова

Предположительно полк имени Доржи Банзарова

Киданьская экспансия в Центральной Азии началась в первой четверти Х в. Трудно сказать, чтобы монгольские степи привлекали киданей больше, чем плодородные земли Китая, где было кого грабить, но прежде чем разворачивать широкомасштабные военные кампании на юге, надо было побеспокоиться о безопасном тыле и флангах, для чего, обретя в 907 г. власть над своими соплеменниками, талантливый киданьский вождь Абаоцзи совершил не только несколько военных походов в Северный Китай, но и против племён шивэй (908 г.), си, или хи (910 и 911 гг.), чу-пу-ку далеко на северо-западе, на территории нынешней Монголии (912 г.), угу (предположительно, унгираты/хунгираты) (915 г.). Кампания 916 г. была направлена на покорение народов, обитавших к югу от Гоби, по южной оконечности Центральной Азии, и сопровождалась грабежом и угоном в рабство побеждённых: «Император лично атаковал тюрков, туюйхуней, дансянов, сяофаней и шато и умиротворил их. Было захвачено 15 600 семей, более 100 000 оружия и доспехов, много лошадей, быков и овец»

ТАЙНЫЕ ВОЕННЫЕ ОБЩЕСТВА

Дружины или объединения нукеров в бурятской традиции отмечены у эхиритов и хоринцев. У первых известен воинский союз хара моритон «черные всадники». Можно выделить такие ключевые особенности этой дружины, как автономность от институтов рода и племени, добровольность формирования, сплочение на основе личной преданности участников предводителю, а также тесную связь с культом.

В первых постах группы Я писал про почитаемых божеств у тайных военных обществах. Таких как Ажирай Бухэ, сын Укыра и бога-змеи Дархан-Могой. Титулы военных вождей совпадали с именами почитаемых божеств, за частую иных племен.