Остаться без по­томства - значило не продолжить рода, не сохранить домашнего (родового) оча­га, а этого больше всего страшился любой член общества. Урэтэй хун - зула, урэгуй хун ула ("Человек с детьми подобен свече, человек без детей подобен по­дошве") - гласит народная мудрость. Отсутствие детей было самым большим не­счастьем для бурят и рассматривалось как наказание свыше.

Если бурят умирал бездетным, говорили: Гал гуламтань унтараа! ("Очаг его потух!"). Именно поэтому самая страшная клятва бурята заключалась в сло­вах "Пусть потухнет мой очаг!"

На фото семья бурят Степановых.

С. П. Балдаев пишет: «Все племена устраивали кровавые жертвоприношения своим тотемам, считали их покровителями, в опасных случаях призывали их и просили у них защиты. Племя булагат устраивало кровавое жертвоприношение своему тотему – сивому порозу, и призывало его так:

Буха ноён баабай
Будан хатан иибии
Булагад хүни гарбали
Бурят хүни удха.

Когда же эхириты устраивали кровавое жертвоприношение своему тотему, то призывали его иначе:

Эреэн гутаар эсэгэмнай,
Эрьиин габа эхэмнай…

В многообразие ритуалов включаются и ритуалы жертвоприношения, обеспечивающие и поддерживающие связь с сакральным. По характеру исполнения они разделяются на два вида: ритуалы, в которых участники или участник приглашают посредников к общению с объектами обращения, и ритуалы, где потенциальным исполнителем выступает каждый человек.

Тока что в город приехал

Гэгэн-Бурхан. В бурятских повериях являлся повелителем монголов и братом Эрлэн-Хана, проживал на острове Ольхон (что на озере Байкал).

Островитяне знали, что если уж выберется на белый свет этот бессердечный и беспощадный властелин, то жди беды: обязательно прольется кровь многих невинных.

Ретроспектива.

Ольхонские буряты, 1939 год.

Замечаю следующее:

Когда кто-то говорит про историю или древность калмыцкого народа, сразу же подключаются всякие тюрки казахи и начинают трепетать о "братстве" с калмыками.

В степи по сути дела меж племенами никакого братства быть не может, особенно племенами разного происхождения. Калмыки и ойраты-джунгары грабили и угоняли в рабство тюрок, завоёвывали их. Бурятские племенные вожди и вожаки разбойных ватаг грабили сибирских тюрок и облагали их налогом-ясаком.

Калмыки громили татар и неудачно сходили походом на Кавказ.

Тут особо братства быть не может, это разные народы с +/- общим укладом жизни, которые постоянно всю историю друг другу противостояли.

В разделе «Повествование о сюнну» («Сюнну ле чжуань») «Исторических записок («Ши цзи») Сыма Цяня (ок. 145 или 135 – ок. 86 до н. э.) сообщается, что у хунну существовало два главных объекта почитания: «старинный драгоценный меч» и «золотая статуя человека для жертвоприношений Небу».

В многообразие ритуалов включаются и ритуалы жертвоприношения, обеспечивающие и поддерживающие связь с сакральным. По характеру исполнения они разделяются на два вида: ритуалы, в которых участники или участник приглашают посредников к общению с объектами обращения, и ритуалы, где потенциальным исполнителем выступает каждый человек. Бывают ритуалы, связанные с болезнями, кризисами личности, инициациями, рождением, смертью и т.д. В обрядах воспроизводятся мифотворческие ритуалы, основанные на культовых, тотемных, этнолокальных мифах. Такие культовые мифы, объясняющие происхождение обряда, культового действия, широко используются в шаманизме.

Основным ритуалом повседневной культовой практики бурят являются обращения с молитвами к сакральному миру, которые произносятся в отличие от религиозной молитвы в произвольной форме, но в мифопоэтической коннотации. В нем слово – средство передачи чувства, переживания.