это про меня

Перед юртой и внутри неё устраивается священное место для разных идолов: между двумя шестами с разноцветными лентами и клочками ткани вешают изображения духов. Считая это достаточным, калмык сам никогда не молится. Лишь при несчастье, болезни или другом бедствии вызывают шамана — калмыцкого жреца. Он, ударяя в бубен, призывает духов и пытается узнать, какой именно дух причинил зло. Когда дух обнаружен, приносят жертву – обычно лошадь или овцу. Мясо раздают собравшимся, а шкуру и кости (череп и нижние конечности) подвешивают там же, где жертва совершалась.
На опасных перевалах или переправах через реки иногда устраивают особый «камень-алтарь»: проходящий мимо путник, чтобы не рассердить духов, должен бросить на него камешек, веточку или несколько волос из гривы лошади; в некоторых местах подносят жертвенную нить и вешают её на дерево. Все эти обряды, однако, совершаются бесстрастно, без особой благоговейной сосредоточенности. При заклинаниях шаман почти всегда «ходит по кругу», шутит, болтает и сам порой не слишком серьёзно относится к происходящему.

С конца XVIII века в калмыцкие степи всё глубже вторгаются русские переселенцы. В европейской части России они уже фактически соседствуют с калмыками, а в азиатских улусах — не только занимают их земли, но и смешиваются с ними в браках. Через несколько десятилетий чисто калмыцкие отдалённые роды (как прежде татары на Алтае) могут вовсе исчезнуть, поглощённые более многочисленным пришлым населением.

Подпись к нижнему рисунку:
Kalmücken auf der Reise
(Калмыки в пути.)

Тут непонятно. Одни источники говорят что мы Баргуты(потомки Баргу) и предками Борджигинов пришли с Тибета.
Да и буряты по гаплогруппе разные...это Хори с финским гаплой, и остальные тунгусо-сяньби 😁

Слабые сяньби подчинились империи, сильные далеко откочевали. К югу от Великой пустыни (Гоби) наступило относительное затишье, хотя время от времени сяньби совершали набеги. На основе указания о бегстве сильных сяньби куда-то далеко, С. Г. Кляшторный и Д. Г. Савинов предположили, что они вместе с частью ухуаней могли двинуться на запад – через Джунгарию в степи нынешнего казахстана, и стать предками известных по западным источникам савиров и аваров (по оригинальному звучанию этнонимов сэрви и авар)

В течение III века углубилось разделение сяньбийцев на отдельные племенные группировки, возглавляемые конкретными знатными кланами, которое закрепилось к концу этого века и в начале следующего, когда наметилась тенденция формирования на сяньбийской основе отдельных политических и этнических общностей, лишь некоторым из которых удалось обособиться окончательно. Так появились табгач, кидань, кумоси, туюйхунь, шивэй.

Сяньби и до этого момента друг другу противостояли и разделялись. Они в отличие от хунну или ухуаней были более разобщеными и каждый клан ставил во главу угла свои интересы. К тому же такие сяньбийские племена как Тофу, Цуфу и Тоба создавали свои государства на территории Китая, по китайскому образцу с китайским населением. Более успешными в этом была ветвь северных сяньби Тоба, а остальные просто распались.

Южная ветвь сяньби (кидани и Кумо-Си) с друг другом воевали и позже Кумо-Си были завоеванными. Позже воевали с северными шивей от которых произошли нирун-монголы и дарлекин-монголы.

Помимо крупных политических образований во главе с сильными кланами, чьи вожди пытались стать независимыми правителями и принимали титулы ванов (как Туфа и Цифу), на севере Китая в конце IV – первой трети V вв. сохранялось какое-то количество более слабых сяньбийских родоплеменных групп. Одна из них называлась Долань и возглавлялась вождём по имени Моиюй/Моигань, которого вероятнее всего звали Мэргэн. Тоже интересный полководец который противостоял на севере Китая другим группам сяньби.

Главными государствами, основанными расколовшимися сяньбийцами, были Ранняя Янь (337–370 гг. н. э.), Северная (Тоба) Вэй (386–555 гг. н. э.) и Туюхунский каганат (начиная с 280-х гг. н. э.). В 280-х годах один из вождей сяньбийцев, Мужун Туюхунь, основал одноименный каганат с центром в регионе Коконор, в то время как его племянник, гигант Мужун Хуан, основал Раннее царство Янь на северо-востоке Китая в 337 году н. э. Другая группа из старой конфедерации сяньбийцев, клан Тагбач, основала империю Северная Вэй, которая в конечном итоге охватила Северный Китай. Следующая ветвь клана Тагбач основала недолговечное царство Южная Лян (310-376 гг. н. э.). Северная Тоба Вэй продолжила разгромить остатки старых хунну и также уничтожила остатки государства Янь. Записывая далёкую додинастическую историю киданей, их анналы (Ляоши) отмечают, что в 344 году н. э. Мужун Хуан двинулся на север против оставшихся сяньби и разбил их. Выжившие разделились на юйвэнь, кумо си и киданей.

Хотя период «Шестнадцати царств» похож на европейское Великое переселение народов, что давно отмечено в историографии, имелись и существенные отличия. Китайское государство жило в условиях постоянных контактов с северными «варварами» тысячи лет, а Римская империя просуществовала не
столь долго, успев завоевать северные земли и занести туда свою передовую культуру. Китай же не пытался прочно закрепиться на землях «варваров», даже если получалось установить над ними какой-то контроль, поскольку там невозможным было развитое земледельческое хозяйство.

Центральноазиатские кочевники очень опосредованно воспринимали китайскую культуру в сравнении с европейскими «варварами»; они, как правило, так и оставались «варварами», в отличие от франков, англов или лангобардов (те же из кочевников, что осели на Севере Китая, попросту ассимилировались китайцами).

По данным М.В. Воробьева, ухуани (видимо, западные) смешались с сюнну, стали называться цзаху и создали царство Ся. Основная же масса ухуаней, как это видится по письменным источникам, в результате политического и демографического коллапса на северо-востоке Китая IV – начала V вв. оказалась ассимилирована китайцами и сяньбийцами, а частично погибла. Последние единичные упоминания ухуаней в Северо-Восточном Китае в составе Поздней и Южной Янь относятся к концу IV в.

В то время как в середине II в. сяньби консолидировались вокруг харизматичного и сильного вождя – Таньшихуая, ухуани оставались
конгломератом независимых друг от друга вождеств и родоплеменных групп, которые выступали самостоятельными субъектами ханьско-ухуаньских и хунно-ухуаньских отношений. Тем не менее в I–II вв. и у ухуаней наметилась консолидация, повысилась роль старейшин, что видно по всё более частому
упоминанию их имён в китайских
источниках

Наши деды

Э. В. Шавкунов считал, что если мэнгу (монголы) жили к северо-востоку от чжурчжэней, то тогда местом их обитания был Нижний Амур. Из шкур добытых в море акул ими изготавливались прочные латы. Во второй половине XII века они потерпели тяжелое поражение от родственных татар.
Значительная часть мэнгу была уведена в Восточную Монголию, где благодаря им распространилось имя монгол. Оставшиеся в низовье Амура соплеменники поддерживали некогда зародившееся здесь монгольское начало, что зафиксировано в сочинении Ли Синьчуаня. Свидетельством проживания мэнгу в этом районе является оставленная ими покровская археологическая культура IX—XIII веков.

К северу от монгольских степей в лесах Сибири в Х–XII вв. обитал некий народ шивэй (кит. 室韋/失韋), образом жизни напоминавший тунгусов или русских сибирских охотников. Однако данное слово опять же напоминает название "Сибирь". Являлись северной ветвью сяньби. От них происходят современные монголы.