«Вот, забирайте сасных змеюк из «Серпентария». ©️ Ирена Мадир

Я хочу сказать, что когда пытаешься сделать их реалистичными и сохранить все особенности вместе с атмосферой, они как-то уже не кажутся такими сасными..

Ну не оставлять же выстраданный «Серпентарий» с одним только отзывом.

[ часть кадров с помощью артов талантливой Ирены ]

Трек тоже поменяла на более «шипящий». 😈

« — Это что за красавчик попадётся мне в руки в августе?!
— Мне следует поучить тебя манерам, дорогая? Ты думаешь о другом мужчине, стоя рядом со мной.
— Я только за.. Это что за пожа-а-ар?!
— Твой художественный вкус мне вполне ясен, чтобы знать, какие картины тебе нравятся, дорогая».

©️ Или как ваша покорная слуга с опытом в ролевой воплощает порочные фантазии своих виртуальных и не менее порочных коллег в реальность.

[ у меня лежал без дела второй куплет «Красной палитры», поэтому сегодня вовсю балуем юную художницу ]

«Вот-вот. Я вообще не понимаю, как он попал в директора. Он такой же директор, как я архиерей».

Я не так давно уже выходила на эту сцену с криком души насчёт не самого лучшего для меня слога в русскоязычном тёмном романтизме, и сейчас, читая сборник «Коллекция тёмных историй», думаю, что, видимо, я не шутила, когда сказала Джеку, что купила книгу только ради её рассказа.

Это был первый момент за последние несколько лет, когда я была готова прочитать даже сетевую версию полноценной истории, но, к сожалению, в переиздании сборника «Покаяния» и вовсе не будет, не говоря уже об изначальном «Шестом круге ада».

Пока я всё ещё украдкой смахиваю слезу из-за потери такого отличного художественного образа, не упускаю возможность запечатлеть его в памяти.
Как говорила сама Джек, относится к категории «тварь красивая, но совершенно отбитая» (если я и хочу что-то порекомендовать, то это её способность представлять своих персонажей — это бесценно).

«Деймон Ллойд — пастор маленькой преимущественно женской общины, вроде бы приличный человек и вообще агнец божий. Только он уверен, что поклоняться община должна ему одному, да и в целом любит развлечься на досуге богоугодным насилием. Заставит вас верить в его бога, даже если вы никогда не были религиозны, но для этого, возможно, придется долго стоять на коленях».

Примечание: никакой цели оскорбить чувства верующих, исключительно эстетически-развлекательный характер.

Ну хорош же, зараза..

Не знаю, зачем я работаю с картинкой в дополнение к тому, что собираюсь сейчас писать. Наверное, для красоты. Или для компенсации того текста, что слетит с моего рукописного языка.

Я уже говорила, неоднократно, что русскоязычный тёмный романтизм видится мне требующим внимания и серьёзной доработки. Вот и сейчас, перевернув последнюю страницу «Коллекции тёмных историй» с двенадцатью рассказами в серии «лучших романов о любви по версии редакции Mainstream», мне снова отчаянно хочется сесть за пока ещё не существующее рабочее место в этой редакции. Хотя бы для того, чтобы помочь тёмному романтизму. Возможно, я и правда слишком искушённая. Но лучше признаться в этом, чем в том, что мне понравились все двенадцать рассказов, к написанию которых приложили руку и те авторы, чьи книги у меня уже есть.

Изменилось мало что. К вопросам, что делали корректоры, если не заметили в отдельных моментах элементарные запятые, в моей голове возникали дополнительные: почему снова не убрали повторы, почему ангелы с пятисотлетним жизненным опытом решили, что лучший способ освободить заточенного в статуе Люцифера, это поцеловать его, потому что «поцелуй» — слишком просто.. почему клинического психолога возбуждает страх своей пациентки и почему эта пациентка поддаётся страсти одновременно с фобией. Один из рассказов, кстати, был неплохо написан, пока я не дошла до момента, когда взрослый, вроде бы состоявшийся комиссар сказал: «..сейчас я жёстко выебу тебя..». Понятно, что мы должны были испугаться, но лично меня это насмешило.

Я негромко вздыхаю, перекатывая на языке странную смесь разочарования и раздражения, и возвращаюсь к тем рассказам, которые мне действительно понравились.

Джек Тодд, «Покаяние». На мой вкус, единственный автор, который в принципе знает, что такое «рассказ» и что в него необязательно пытаться вставить абсолютно весь опыт персонажа, ведь это просто один временной момент из его жизни. По-прежнему плавный, мягкий слог и по-настоящему заводящие взрослость и порочность ситуации «искупить такой грех будет непросто..» и прижавшихся к её телу бёдер в маленькой исповедальне. Хорошо. Красиво. И мрачно.

Мэри Влад, «Как быстро ты бегаешь?». Ещё один автор с лёгким, вполне себе плавным повествованием и — ура! — объяснением базовой логики поведения персонажей. Она была воспитана в строгости и требовательности, она должна быть лучшей студенткой всего факультета, и неудивительно, что именно она не повелась на его обаяние. И неудивительно, что его это так заинтересовало. Помимо прочего, Мэри создала отменную атмосферу: ночной лабиринт под сводами полуразрушенного здания, тревога смешивается с адреналином и.. вожделением от хриплого «мне остановиться, Айви?». Она не говорит «нет», поэтому он уже не остановится. Грамотно. Интересно. И заводяще.

Влада Мишина, «Воспитание члена парламента». Я бы не смогла отнести этот рассказ к «тёмному романтизму», скорее это своеобразное развитие «от секса до любви», потому что «Воспитание» затрагивает не только тело, но и чувства. Как хорошо, как много было сказано в тихом, хрипловатом «не знаю» в ответ на вопрос, зачем он её сюда притащил.. Это было по-взрослому. Гораздо взрослее, чем «просто» и «как я блядски этого хотел» от какого-то наследника мафии в рассказе «Приручая безумие». Драматично. Игриво. И издевательски.

Собственно, и всё.
Практически всё.
Как ни удивительно, отдельно я бы отметила Ноа Хоуп, «Для него». Того самого автора, на чью книгу («Тёмный защитник») я не так давно злилась. Она по-прежнему местами вызывает вопросы, её персонажей по-прежнему шатает из предложения в предложение вроде «ты минуту назад была в шоке от его одержимости и посчитала всё ложью, нафиг ты уже говоришь, что любишь его?», но в рассказе, в более коротком формате прозы, это не так заметно, как в романе, и сглаживается действительно приятными рейтинговыми сценами.

Напоследок ещё раз пущу скупую слезу: я бы продолжила знакомство с Деймоном и Бернадетт из «Покаяния», но полноценной истории, увы, теперь не существует даже в сети.

— А меня терпеливо не пинают за просранный дедлайн..
— Это такой намёк, что это нам лучше сделать?
— Я сама себя пинаю, но можно и тут.
— Опасно. Возьмёшь и застрелишь руками Терри чёрненького микропуделя Тристана.

©️ Немного про то, почему близких авторов очень сложно шантажировать.

Почему взрослые любят сказки?
У них несколько незакрытых кредитов, ипотека, две работы, а если они ещё и семейные.. Как-то Вячеслав Бакулин на встрече по теме фейри задал вопрос, «а они какие?». Ответов было достаточно, но вывод, их резюмирующий, один. Они не как люди. Наверное, взрослые любят сказки именно поэтому. Потому что это даёт им возможность не быть взрослыми. Хотя «взрослые сказки» далеко не все сказочные и завершаются розовым «и жили они долго и счастливо», взрослые продолжают их любить. Радоваться, что всё хорошо. Плакать, что всё случилось совсем не так, как они ожидали. Даже злиться. В общем и целом, сказки помогают взрослым быть настоящими, погружаясь в ненастоящий, но такой реальный мир.

Среди этого театра и всех готических, мрачных, огненных и демонических декораций спряталась.. сказочница. Я столько уже о ней здесь писала (более того, она в каком-то смысле и подстегнула меня открыть этот театр, наверное, после моего случая Эксмо будет в конкурсах ставить ограничения), что не хотелось бы расписывать всё заново. Скажу только то, что спряталась она здесь по простой причине: она недобрая. Её сказки логичны и, даруя огромную силу, обязательно требуют свою цену. Её сказки в чём-то циничны, и любой, самый глупый и самый умный поступок, рано или поздно приведёт к своим последствиям. Возможно, недобрая она именно потому, что её сказки, как ни парадоксально, приближены к жизни. И всё равно остаются сказками. Удивительно.

Просто в какой-то момент мне сказали, что наш стиль повествования чем-то похож. Порядком слов, тягучестью, может, звучанием, я так и не поняла. Но заинтересовалась. И попала в сказочные сети. Незаметно, почти неощутимо, но резко и внезапно. Сколько мне пришлось перетерпеть дрожащих пальцев, неровного дыхания и глупых, как мне казалось тогда, фраз и вопросов до того, как наконец-то мои эмоции выравнялись и стали такими родными, смешными и тёплыми, я уже не знаю. «Много» будет звучать слишком просто, а «мало» — слишком лживо.

Знаю только то, что сегодня особенный день, без которого бы не было этих сказок; не было бы этих сказок, потому что, возможно, не было бы самой сказочницы.

Сегодня оба мира — вымышленный и настоящий — приветствуют появление матери «стеклянных сказок», «пианистки по образованию, редактора по профессии и писателя по призванию».
Сегодня день рождения у Евгении Сафоновой.

Люблю выпендриваться составлять пожелания специально для человека, поэтому пожелаю только одного: чтобы каждый день находился момент, когда время и силы сойдутся в одной точке. Время и силы продолжить воплощать своё призвание в жизнь. Время и силы писать.

С днём рождения, сказочница.
P.S. в «Злодеях» я бы принадлежала Великому Дому Пламени, и вы ничего мне не сделаете, потому что я только что его выдумала.

« — О чём ты?
— Ты позвала, я пришёл».

©️ Клянусь, это один из самых любимых диалогов в этой книге, первая встреча, всё максимально загадочно и сумрачно, он явно знает то, чего не знает она.

Вероника Ланцет, «Фейридейл».

Девятьсот страниц за два дня. Действительно, как и предупреждала Вероника, эта история дарит нам смесь разнообразных жанров, но по сути своей «это просто история любви». Но, как бы ни предупреждала Вероника, что порой «информация намеренно вводит в заблуждение», я бы сказала, что это преуменьшение.

По меньшей мере половина книги — абсолютная ложь в каждом следующем абзаце, и это именно то, что заставило меня проглотить четыреста страниц за несколько часов, потому что сюжет развивается стремительно, хаотично и.. тревожно. Именно. За завесой сказки скрывается мощнейшая тревога оттого, что всё не то, чем кажется. Вообще. Думаю, я раньше в принципе не встречала подобных историй, где сказка была бы воистину страшной, готической и одновременно — такой интригующей. Вероника мастерски владеет кистью, погружая читателя в напряжённую атмосферу семейных секретов, тайн, проклятья прошлого и истинной любви сквозь несколько столетий. Скелеты в шкафах есть, кажется, у каждого в этом городке со сказочным названием, и чем больше мы погружаемся в прошлое, чем больше сближаемся с семьями-основателями, тем сильнее.. осознаём, насколько абсурдной кажется правда; а она кажется абсурдной, до того, что на мгновение сомневаешься в собственном разуме. В собственных глазах. Так и делает Дарси, в отдельных сценах практически умоляя поверить первого попавшегося, что она не сумасшедшая. Иронично в высшей степени, и все потому, что ей-то верить следует.. и она единственная, кому стоит доверять, ведь не зря, лишь она въехала в город, нашла записку со словами «не доверяй им». Да и предупреждений было масса, вплоть до телефонного звонка и по-настоящему демонического голоса, приказавшего не доверять им. Но что делать, если все вокруг утверждают, что в городе поселилось настоящее зло? А оно поселилось. Вот только совсем не то, каким его ожидали увидеть несколько поколений тех, у кого.. свои секреты.

Игра со временем, причём в столь глобальных масштабах, на самом деле завораживает, особенно когда автор в целом сохраняет стиль и обычаи того периода. Вероника достаточно уверенно и умело управляет маховиком, и именно поэтому эту книгу нельзя пролистывать и недопустимо читать по-диагонали: есть риск потеряться в персонажах и сюжетной информации.

Расстроена ли я, что почти всё оказалось не тем, чем я ожидала? Практически нет. Вероника мастерски поставила целое представление из лжи, в котором, пожалуй, только одна истина — любовь наших прекрасных героев. Наверное, я бы больше расстроилась, окажись наш Амон действительно демоном (меня очень просили в примечаниях автора не рассказывать сюжет будущим читателям, но в конце концов я ученица демона), потому что тогда бы снова раздражалась на неумелое и слабое воплощение демона на бумаге.

История отличная. Она интересная, легко читается, несмотря на вполне себе «внушительный» объём, и в целом у Вероники талант к изображению «ненадёжного рассказчика», а «Фейридейл» был бы великолепен в своей тревожности, логике, наблюдательности главной героини и смелых описаниях убийств, если бы не..

..любовная линия и откровенные сцены.
Я серьёзно.

Во второй половине возникает ощущение, что зубы сводит от переизбытка сахара и ванильных сливок, и ты уже начинаешь испытывать знакомый стыд, наблюдая за тем, сколь часто произносится «я люблю тебя» и всё прочее, что сопровождает постельные сцены.
Это было отлично, когда они только познакомились. Это было отлично, когда они только познакомились в другой жизни. И это был перебор, когда они поженились. И я даже не могу винить за нехватку логики, уж слишком часто упоминалась история про родственные души, единое целое, «без тебя нет меня» и так далее. В сказке, даже в страшной, это допустимо, так ведь?

И определённо не понравится тем, кто любит стержень и твёрдость характера даже после официального «заявления прав». Потому что любовь здесь действительно какая-то сказочная и, черт возьми, возвышенная, несмотря на свою порочность. К слову, о пороке. Именно то, чего мне не хватило — откровенности достаточно, что приятно, но, на мой вкус, уж лучше бы персонажи молчали в постельных сценах или свели разговоры к минимуму или коротким приказам и звукам. Из-за того, что они так много разговаривали, причём повторяя почти одно и то же, создалось впечатление, что горячих сцен здесь чересчур (хотя на самом деле нет), и я понимаю тех, кто в отзывах упоминал об этом. Пишу и думаю, что, будь я режиссёром, сказала бы что-то вроде «ты уже говорил, как она хорошо тебя принимает, в прошлом акте, не повторяй это ещё раз, а лучше заткнись, займись делом и дай на вас посмотреть».

Именно поэтому у меня возникают мысли о том, что Вероника чертовски хороша в напряжении, во лжи, в создании атмосферы и иллюзий, и это именно то, почему «Фейридейл» мне понравился. До такой степени, что хочется порекомендовать ей сконцентрироваться на чем-то еще, не на «историях любви». Впрочем, почему нет, ведь есть те, кто любит сладкое.

Мне понравилось смотреть на Амона в бою, в злости, в чистых проявлениях очарования и игривости — и совершенно не понравился он, как и наша героиня, в откровенных сценах. Мне понравилась Дарси в своей, так сказать, изначальной версии — она была наблюдательна, логична, рациональна и.. слишком чувствительна, разражавшись слезами по поводу и без, начиная вспоминать прошлое.

На самом деле эта парочка чем-то напомнила мне Артура Вайленбергского и Амелинду Антеро из романа Натальи Жильцовой «Тень». Благо, эта парочка всё же более.. хладнокровна, исключая, правда, один момент: ревность. Ох, эта ревность, из-за которой Вероника почти превратила кульминацию в комедию.. по крайней мере я улыбнулась от:

— Амон, Амон, ну что мне с тобой делать?
— Позволить мне убить его? — с надеждой спрашивает он.

Думаю, Веронике просто хотелось разбавить мрачность и ужасы первой половины книги тем, что происходило во второй.
Но, как по мне, если бы было меньше «ванильности» и меньше «я люблю тебя» в квадратном абзаце — история бы вышла настоящим пожаром.

В послесловии Дани говорит, что не может передать словами, с каким наслаждением она сочиняла эту историю.

Дани Франсис, «Серебряная Элита».

И это тот случай, когда я искренне ей верю.

История, где в жестокость «Голодных Игр» вплетается романтика «Четвёртого крыла» и психология «Дивергента». На самом деле я бы сказала, что «Серебряная Элита» вобрала в себя лучшее из этих книг. Запах антиутопии ударяет в ноздри даже не с первых страниц — с первой строчки: мрачный, дымчатый, вызывающий дрожь и кашель. А напряжение, электрическим разрядом пронзающее тело, настигает уже в первой десятке. И не отпускает до самого конца. Хотя нет — даже после не отпускает.

Жестокий внутренний конфликт, высочайшие ставки и донельзя противоречивые чувства преследуют главную героиню — Рен Дарлингтон, с детства обладающую способностями, которые делают её опасной, а значит, выносят ей практически смертельный приговор. Одна чёртова ошибка (но даже она была сделана во благо) — и Рен попадает под подозрение капитана военной машины общегосударственной системы управления. Для простушки, которой Дарлингтон слишком умело прикидывается, она стреляет с поразительной меткостью. И это приводит её в логово к врагам, откуда, казалось бы, нет выхода, ведь, что бы она ни делала, капитан Кросс Редден, по иронии судьбы оказавшийся родным сыном правителя Континента, не желает её исключать.

Если «Хрупкость» была коктейлем со вкусом вялости, от которого тянет в сон, то «Серебряная Элита» — взрывное драже, оставляющее на языке привкус огненных искорок. Каждая, практически каждая глава заканчивается клиффхэнгером — Дани просто не может удержаться и не зацепить внимание читателя. Союзники оказываются врагами, враги оказываются союзниками, не обходится и без жертв и без их хладнокровных убийц, и всё это приходится терпеть одной двадцатилетней девушке, близких у которой осталось.. один-единственный друг детства, с кем она никогда не виделась. Так ли уж и никогда? Это был сюжетный поворот, заставивший меня улыбнуться: пусть и предсказуемый, но тёплый и по-настоящему любящий в этой конвейерной и жестокой дыре.

Рен Дарлингтон, в сравнении с девушками из произведений вначале (ничем не блистали и готовились совершенно к другому), с самого детства училась борьбе и выживанию. Эта огненная женщина обладает прекрасным балансом импульсивности и рациональности — и каждый, да, практически каждый всплеск эмоций в ней объясним с филигранной точностью. Даже глупый. У неё отменно острый язычок и непозволительно развитое упрямство, приправленное отдельными сценами «выпендрежности» — ох, как я любовалась на это взаимное издевательство между капитаном и курсантом! В напряженный сюжет вклинивается и напряжение между главными героями. Почти везде. Ни один не желает друг другу уступать. Разряды проходят по телу до такой степени, что после их первого поцелуя тебе нет-нет, да и приснится какой-нибудь порочный сюжетный сон.

Рен — одна из самых сильных героинь, которых я встречала. Именно она каким-то непостижимым образом выдавливает из себя слова о том, что им необходимо держаться подальше друг от друга. Именно она догадывается о многих вещах самостоятельно и, что внушает мне огромное уважение, в классических сценах «подслушаю, что они говорят» напоминает себе «я услышала достаточно». Эта девушка не сдаётся, если видит «ложь во спасение», но понимает, когда врать попросту бессмысленно. И понимает, когда врать не хочется. И — да, она ошибается. А учитывая, что слог в «Элите» не наполнен безбрежным матом и крепкими словцами, наблюдать за всем этим становится ещё приятнее и интереснее.

Без экшена и эпичных сцен Дани нас тоже не оставляет — взрывы, погони, внедрения, проникновения (и не только в сексе), предательства, нож у горла, пистолет у лба, убийства, тайны, операции, всё это сопровождает нас почти так же, как и Рен. Стоит ли говорить, что постельные сцены чертовски горячие?

Я подозревала, что читать первую часть, не дождавшись второй, в этом случае не самая лучшая идея, но история затянула так, что я не смогла удержаться. Вторая половина книги уменьшает напряжение между Рен и Кроссом, — их отношения становятся теплее, мягче и гораздо более доверительными — но усиливает ставки в мировой системе до предела. И.. оставляет их — и нас — готовиться к смертельному противостоянию, заставив раскрывать рты от всё новой и новой информации.

Спрашиваете, есть ли к чему придраться? На самом деле внимательность может помочь уловить пару огрехов, но они настолько мелкие, что на них вполне можно закрыть глаза. Я даже не буду раскрывать эти данные.

Ведь, даже если вы в Серебряной Элите, у вас всё равно есть доступ только к тому, что вам понадобится в поле.