я загадывала тебя
никогда не зная имени
я мечтала о глазах,
не зная, что они изумрудные

теперь ты стоишь передо мною
и мир вокруг переменился
нежной, шепчущей любовью
жизни свет в меня пролился

оставь меня в плену навек
твоих прекрасных серых глаз,
где день любви продляет век
для судеб, навеки удрученных.

но явь ли это? или сон
что из осколков хрупких сшился?
есть ли "мы"? или этот стон
за закрытой дверью скрылся?

руки теряются в избытке тумана,
где каждая извилина — твоя рана,
а твоя радость — моя услада
нам большого пламени, в общем, не надо.

я стану твоим укрытием от стужи,
пока наш мир еще не разбужен.
мы построим его из рассветов,
где больше не будет запретных ответов

ты стала мне музой,
шепчущей строчки
спасая от бездны нескромной ночи
стала моим раем на этой земле
свет зажигая в томительной мгле

пусть наш путь укрывают туманы
твои заживут застарелые раны
встречая рассвет в нашей крови
в этом раю чувствую себя кстати.

любовь утихнет на совсем
я не стану тебя спасать
когда ты заново сгоришь в ней
не забудь меня понять

остынет пепел прежних дней
и разойдутся наши тени
не будет этой тёплой постели
ведь ты с другой горишь опять

мой голос смолкнет в тишине
и не сбудутся мечты
где мы с тобой в той квартире
решаем, когда менять матрас

другая книжка на столе
и шторы, выбраны не мною
ты привыкаешь жить с ней,
а я привыкла за стеною.

и тюль с дурацким синим краем
не будет меня теперь рядом
ведь весь совместный опыт наш
мы на помойку собираем

я люблю тебя до бледности очей,
до темноты в углу нашей квартиры.
но среди сотен ледяных ночей
твои шаги вернули радость миру.

и пусть весь мир считает это сном,
я все отдам за каждое твоё тепло
мы соберем по крохе наше счастье
чтобы вопреки зиме оно цвело

мне в радость всё: делить негромкий быт,
готовить ужин, зажигать огни.
твой чудный взгляд, что нежностью омыт,
меня волнует, как в былые дни.

он будоражит кровь и дарит свет,
когда ты смотришь пристально, любя.
и в этой суматохе серых лет
нет ничего прекраснее тебя.

чувства тонут во мраке,
в ущелье твоя жизнь горит
я пытаюсь не обжечься
но только в нем вижу свет

рутина давила плитами,
будни жгли, как нещадный пламень
и в огне этих бескрайних тварей
превратим эмоции в камень

я забуду обо всем на свете,
закрою глаза и увижу сон
где мы с тобой вместе тонем
в океане счастья, насквозь

пусть весь мир всполыхает пожаром
я увижу в нем свою рану
и только здесь, за твоим тротуаром
растворится тяжёлая мгла

спешу сказать люблю,
знаю ответ, но не могу
помоги дописать прошу,
эти строчки я сожгу

останется пеплом наш теплый сад,
но не выжгу тебя из сердца никогда
сгорят слова — сгорю и я
и все равно любя тебя

схвачу за руль я колесницу
туман мигом обгоню
пусть мир сгорит — мне не привыкать
я пеплом стала, но всё еще люблю

но скажи мне словами:
«ты любима, нужна, останься»
не держи меня в тумане
расставь всё в планах и местами

не молчи, туман поглотит
те слова, что я так ждала.
колесница моя догорает —
я прошу тебя сказать.

сплетаем души в любви,
или то, как боимся признаний —
слова, что жгут изнутри
мы прячем в своём молчании

я знаю: ты тоже знаешь,
что между нами — огонь
но мы его не называем,
боясь обжечь ладонь

и в этом немом слиянии
есть странная красота,
когда ты со мной засыпаешь —
в ней есть теплота

а что будет, если я решусь
вслух имя огня назвать?
согреемся — или сгорим мы,
так и не смея узнать?