Что лежит в основе любых информационно-психологических операций?

Когнитивная война против нас: объясняет проект Русский ковчег

Источник.

Подписаться на Третий фронт

Третий фронт рекомендует. Что почитать?

«Личность и общество» Георгия Грачева

Автор разбирает угрозы информационно-психологической безопасности для человека и общества. Книга показывает, как манипулируют сознанием через СМИ, рекламу и политику, и предлагает систему психологической защиты — от самозащиты до коллективных мер. В книге собраны конкретные алгоритмы противодействия, основанных на психологии и социологии.

Книга станет особенно полезна медиааналитикам, психологам, журналистам и всем, кто так или иначе изучает дезинформацию и фейки.

Подписаться на Третий фронт

Чернобыль-86: как в СМИ формировали нарратив о катастрофе

40 лет назад случилась самая крупная техногенная катастрофа ХХ века. Последствия Чернобыльской аварии ощутимы до сих пор. Но как об этом писали советские СМИ в момент ЧС?

Молчание как инструмент контроля (26–28 апреля). В 1:23 ночи 26 апреля на четвёртом блоке ЧАЭС происходит взрыв. Эвакуация Припяти начинается лишь в 14:30 следующего дня. Первые сутки в эфире и газетах — полная тишина. Попытка избежать паники и взять паузу доя оценки масштаба последствий нарушена иностранными СМИ - именно они сообщают о катастрофе первыми.

Переход к минимизации (28 апреля – 14 мая): тишина сменяется дозированной информацией. Первое сообщение ТАСС звучит сухо и выверенно:

«На Чернобыльской АЭС произошёл несчастный случай. Один из реакторов повреждён. Принимаются меры по ликвидации последствий»

Ни слова о взрыве, пожаре, радиации или эвакуации — только образ управляемого инцидента.

1 мая газета «Правда» и программа «Время» транслируют киевскую демонстрацию. Это был символический акт замещения. Вместо тревожных новостей о катастрофе — образ единства, радости и полного доверия к власти. Фактически, людям говорили: «Если бы было опасно, разве разрешили бы демонстрацию?»

6 мая «Правда» публикует статью «Коммунисты, вперёд!», где собкоры рисуют портреты героических ликвидаторов — без технических деталей аварии, но с акцентом на мужество советского человека.

Взятие контроля над нарративом (после 14 мая). Генсек СССР Михаил Горбачёв впервые обращается к народу по центральному телевидению — через 18 дней после взрыва.

«Товарищи! Произошла страшная авария… Мир впервые столкнулся с такой силой… Мы благодарны международному сообществу за помощь, но советская наука справится. Виновные понесут ответственность».

Это не просто речь, а стратегический манёвр. Горбачёв перехватывает информационную повестку у западных СМИ, задаёт рамки дискуссии и переводит фокус с провала на единство народа и ответственность. Выступление становится поворотным моментом — от отрицания к управляемой открытости.

В августе 1986 года на конференции МАГАТЭ в Вене Валерий Легасов, главный конструктор Минсредмаша и глава правительственной комиссии представляет 400-страничный доклад с ранее секретными данными: хронологию аварии, дозы радиации.

«Мы обязаны говорить правду» — заявляет он.

Его материалы позволят разработать стандарты безопасности, спасая будущие поколения.

В 1987 году в журнале «Новый мир» выходит статья «Чернобыльская тетрадь». Ее автор — Григорий Медведев, инженер-атомщик. Это был один из первых текстов, в котором детально описывалась хронология ЧС, ошибки персонала, конструктивные особенности реактора. Публикация стала возможна благодаря новой политике гласности.

Эти этапы показывают вызовы кризисного информирования и путь от к большей открытости и гласности. Чернобыль стал катализатором перемен в вопросах освещения аварий и катастроф.

Подписаться на Третий фронт

Дезинформация

1. Распространение (в прессе, по радио и т. п.) ложных или намеренно искажённых сведений с целью ввести кого-либо в заблуждение, обмануть.

2. Ложные сведения, распространённые с целью обмана кого-либо.

Отличие от фейка: дезинформация — это процесс введения в заблуждение, а не только ложный факт.

#Медиалектика

Подписаться на Третий фронт в МАХ