«Молодость жива» театра «Тру», площадка «Узел»

С творчеством Настасьи Хрущевой и Александра Артёмова я познакомилась еще в 2019 году на спектакле «Фунт мяса» в Большом драматическом театре. Тогда все важные знакомства и открытия случались в стенах БДТ. Затем был театр «Тру», их «Горемычные танцы» на какой-то очень андеграундной площадке и даже книга «Неприятные тексты», о существовании которой в домашней библиотеке я вспомнила только вчера. А потом они как-то совсем пропали из моего поля зрения или круга интересов и появились только весной этого года с приходом в мою жизнь «Узла».

Спектакль «Молодость жива» впервые увидела сейчас, в обновленной сценической версии. И это именно тот театр «Тру», открывшийся мне несколько лет назад. Абсолютная темнота, которую не хочется нарушать ни малейшим огонечком из зала, когда не видишь не только сидящих рядом людей, но и собственных рук. Кажется, существуешь только ты, голоса, появляющиеся в проблеске редкого света силуэты и музыка. Одного художественного приема хватает на всю постановку. Он только всё глубже и глубже погружает в атмосферу и историю, повествование которой циклично и хаотично одновременно. Несмотря на практически полное отсутствие визуального - это красиво! Эстетика создается путем треска костра, слабого свечения, ярких вспышек и дыма.

А еще, я очень люблю баян. Особенно в руках Володи Розанова. Хотя его, сидящего высоко в зрительном зале, никто не видит (да и сам он там ничего не видит), но именно звучание баяна воздействует на моё восприятие ярче всего. Надо ли говорить, что знаю я Володю по труппе БДТ? Но это причина не особого отношения, а символизм единения во времени и пространстве. И соединились все эти люди, весь мой зрительский опыт за прошедшие несколько лет в одной точке - в «Узле». В месте, которое так неожиданно возникло в моей жизни, и без которого я уже не представляю этой жизни дальше.

«Это Бритни, бич!» Никиты Славича, площадка «Узел»

Множество форм позволяет говорить художнику со зрителем разными способами. Один из них - форум-театр, примеров которого на театральном ландшафте Санкт-Петербурга, при беглом взгляде, практически не существует. Спектакль Никиты Славича берет главные законы жанра, а в основу помещает социальные проблемы, поднимаемые еще недавно популярной певицей Бритни Спирс в своей автобиографической книге.

Главная особенность форум-спектакля – активное участие зрителей как в высказывании мнений по дальнейшему развитию событий, так и непосредственный выход на сцену и апробация вариантов поведения персонажа в предложенной ситуации.

С какого ракурса рассматривать эту постановку? Если как разговор на социально-значимые темы через призму жизни поп-дивы и поиск ответов на свои вопросы – важно и нужно. Если как эксперимент-знакомство с театральными формами – отличный способ расширения горизонтов. Тем более, что каждый спектакль точно не похож не предыдущий, и можно ходить сколько угодно раз, подключаясь или оставаясь сторонним наблюдателем. Если как значимый продукт театрального искусства – возникают сомнения.

И тут у меня, человека, впервые встретившегося с этим жанром, но привыкшего смотреть на спектакль с позиции его художественной ценности, возникает диссонанс. «Это Бритни, бич!» начинается с видеопроекции, переносящей нас в атмосферу реальной жизни и творчества Бритни Спирс, в которую, спустя время, входит живым планом Мария Григорова, «сама Бритни», продолжая танец уже на сцене. Легко считывается визуальная отсылка на её начало карьеры в «Клубе Микки Мауса», которая затем еще и проговаривается текстом. Журналистка берет интервью, кратко посвящая зрителя в биографию молодой певицы и её роман с Тимберлейком. Действие останавливается, и выходит ведущий – сам Никита Славич.

С началом всего форумского как будто бы заканчивается всё художественное. Актеры становятся актерами, разыгрывающими ситуации из жизни, управляемые идеями зрителей, а Никита – Никитой, взаимодействующим с залом, передающим его предложения и заполняющим возникающие паузы.

Мы рассматриваем в разных вариациях несколько ключевых вех, актёры изображают поочерёдно Джастина и отца - Роман Михащук, мать, журналистку и медсестру - Алла Еминцева, делая их практически одной краской и с отсутствием характерности.

Динамика спектакля периодически падает, есть время и желание заглянуть в телефон, а способы удержания внимания модератором часто повторяются схожими темами. Повторяются и драматургические приемы повествования жизни Бритни – снова через пересказ журналистки известных фактов на интервью. И только в конце, выбрав из зала девочку на роль второй Бритни, текст, звучащий изнутри и со стороны одновременно, работает интереснее.

Спектаклю словно не достает энергии, помогающей выстраивать не только диалог, а удерживать темп на протяжении двух часов, балансируя между сценой и зрителем.

«Моцарт и Сальери» Александры Толстошевой, экспериментальный проект «Опыты драматических изучений», БДТ им. Г.А. Товстоногова

Непростительно долго я игнорировала этот спектакль, а сейчас хочу посмотреть ещё и ещё раз. Тем более, пока не закрыли на ремонт Каменноостровский театр. И вам советую. Правда билетов, разумеется, давно нет.

«Моцарт и Сальери» - пример хорошего игрового театра. Самым неизменным тут остается работа художника, а внутри максимально общей режиссерской застройки - импровизация двух актеров и одного музыканта. Моцарт Андрея Феськова, Сальери Павла Юринова и Володя-Саша Володи Розанова существуют в общем пространстве со зрителями, разрешая нам много вольностей, обычно запрещаемых в театре, и реагируя на любые звуки и реплики.

Можно даже уходить. Но это так себе опция, потому что покидать зал совсем не хочется. Согласно программке, спектакль не имеет фиксированного времени. Судя по отзывам на первые показы - так и было. Но на сегодняшний день, спустя почти год со дня премьеры, продолжительность остановилась на двух часах и трех повторяющихся кругах разыгрывания пьесы Пушкина.

Да, сюжет и текст одной из маленьких трагедий Александра Сергеевича исполняют трижды. С разными акцентами, музыкальным сопровождением, повторами и сменой интонаций, шутками, порой меняясь репликами. Но слова классика остаются неизменными. Начинается каждый круг с игры в шахматы, где вместо привычных фигур - конфеты, фантики и безделушки. При этом каждый ход отбивается молотком о рельсы, основной компонент сценографии, так что лучше не приходить с головной болью.

Комедийное создается прямолинейным символизмом. При слове «гамма» Володя играет гамму на пианино, при слове «змея» Павел достает веревку из кармана, а при слове «правда» - газету «Правда», на реплику Андрея «незапный мрак иль что-нибудь такое» в зале гасят свет. И в этом спектакле все иллюстрации, приправленные игрой с текстом, работают на иронию и общую концепцию. А на радость театралам добавляются злободневные внутритеатральные шутки про «Холопов», Гергиева и Курензиса. Комична или случайна - разница в цвете витаминок, играющих роль яда, и окрашивающих «отравленный» напиток в ярко-жёлтый цвет в первом круге, и оставляя его бесцветным в последующих.

Разнообразный музыкальный ряд от классики до эстрады добавляет и содержания, и юмора, и пространства для импровизации. Автор музыкального оформления спектакля Володя Розанов становится полноправным его сценическим участником. Не только привычно работая с музыкальными инструментами, но и становясь нескрываемым намеком на самого Пушкина, отыгрывая отношение, импровизируя с залом и даже имея свой небольшой текст. Так Володя из мультимузыканта оркестра БДТ может стать актером драматического театра.

«Моцарт и Сальери» - постановка не для однократного посещения благодаря неповторяемости реакций как со стороны артистов, так и зрителей. В игровом театре хорошо обоим участникам процесса - отрыв и свобода актеров, наложенная на включенность публики, становится залогом успеха этого чудесного спектакля.

«Без поводка» Льва Северухина, ДРАМ.ПЛОЩАДКА

Появление «Без поводка» - самое логичное, что могло случиться на сцене ДРАМ.ПЛОЩАДКИ. У них есть стопроцентный козырь - Стас Шапкин. И было бы странно держать его долго в рукаве, не делая моноспектакль.

Не знаю, в чем заключается секрет создания Стасом образов, - в таланте, мастерстве или трудолюбии, - но сегодня он один из немногих актеров петербургской сцены, умеющий быть разным от спектакля к спектаклю. Чтобы оценить диапазон, рекомендую начать с «Камеры обскура» и «Двенадцатой ночи, или Что угодно», а потом уже посмотреть «Без поводка». И это будут три (даже гораздо больше) разных человека. Здесь же Стас при помощи всего лишь голоса и интонаций играет одномоментно до четырех персонажей. Не используя при этом костюмы и нарочитую пластику тела.

«Без поводка» - моноспектакль от лица собаки в жанре стендап. Значит, не обойтись без разогрева. Блоха, в луче прожектора, открывает вечер шутками, что логично в стендапе, и просьбами выключить телефоны, что логично в театре. С этого и начинается объединение двух вселенных, с очевидным доминированием театральной.

Главный, и единственный живого плана, герой - беспризорный пес, очень верящий, что вот сегодня, сейчас, точно-точно его заберут домой. Самая заветная мечта уже исполнялась, и не единожды, но каждый раз хозяева возвращали его обратно в приют. А он всё равно верит и продолжает любить человека. Ведь «люди - это смысл». И зрителям дает поверить в то, что их самая заветная мечта может исполниться.

Режиссер Лев Северухин начинает со стендапа, но быстро уводит Стаса в привычный драматический и, немного, театр кукол. Сценография Елены Левиной минималистична и частично заменена видеопроекцией. Высокотехнологичная кормушка и некоторые элементы мебели переданы компьютерными рисунками. Из реальных декораций, появляющихся на время, - робот-пылесос, кресло хозяина и огромный мяч, служащий образом и любви, и надежды на дружбу. Уют пространству придает плюшевый занавес, в который хочется укутаться, плюшевые стойки микрофонов и даже плюшевая бутылка для воды. Такое трогательное обрамление истории одного живого существа, сюжет которой далеко не единичный на этой планете.

Смещая оптику с восприятия мира человеком на попытку угадать, о чем думает и мечтает собака, драматург Лиза Кузовникова подсвечивает другую сторону ситуаций. И когда робот-пылесос размазывает по комнате театрально-пенные «продукты жизнедеятельности», и когда мы слушаем истории про погрызанные вещи, аллергии и испорченный секс хозяев - на все эти ситуации смотришь под новым углом. Правда, возможно, «проблема не в собаках, а в людях, которые их не воспитывают». Эта цитата идет лейтмотивом спектакля, только в отрицательной коннотации. Звучит она из уст хозяина-куклы, решившего воспитывать самым жестоким способом. И тут Стас уже выступает в роли кукловода, не снимая костюма собаки. Помимо битья током и кастрации новый хозяин рушит главное - лопает мяч, в который так хочется поиграть. Лопает воздушный шар надежды и мечты. И снова пёс оказывается на улице.

Драматургически спектакль выстроен легкими волнами радостей и разочарований, но настолько сильна в нем открытость и доверие к этому миру главного персонажа, что эмоциональные качели не набирают обороты, а плавным движением маятника двигаются из одной стороны в другую и, разумеется, останавливаются в счастливой финальной точке. Или намеком, но не однозначной уверенностью, на долгожданное счастье. И можно снова играть в мячик и надеяться, что вот он - твой человек, ведь внутреннее добро всегда сильнее зла, так стремящегося вырваться наружу, но обязательно побежденного.

«Это монолог собаки, изучающей человеческую жизнь» - говорит режиссер. А мне весь спектакль казалось, что это монолог человека, пытающегося посмотреть на жизнь глазами собаки. Мы можем только догадываться об их мыслях и чувствах. Но то что мы, люди, их смысл - известно точно. И «проблема не в собаках, а в людях, которые...» не могут так любить.

Очень увлекательно подслушивать впечатления людей на выходе из театра. Зритель часто сталкивается с противостоянием «ожидание/реальность» при просмотре «классических» афишных названий в «современном» режиссерском прочтении. Совет «посмотрите хотя бы фотографии до покупки билетов» не работает или игнорируется.

При знакомстве с новыми театральными формами случается ещё более любопытный эффект - непринятие/отторжение/расстройство/гнев/разочарование - самый разнообразный спектр эмоций, чаще всего негативных.

Я тут пишу диссертацию просто интересуюсь. А можно ли зрителю как-то подготовиться к таким столкновениям? И могут ли театры ему как-то в этом помочь? Что могло бы быть вашей «соломкой» в открытии новых горизонтов искусства?

Неактуальность - моё второе имя. Когда весь город и даже часть Москвы уже опубликовали и забыли, у меня было освобождение от физкультуры я сидела дома с температурой. Экспериментальным путем доказано -  когда болеешь, резко разучаешься писать. И даже театр не любишь. Но это всего лишь побочный временный симптом. Всё нормально, просто показалось. Так что сегодня рассказываю про уже всеми рассказанное - лабораторию абсурда в «Узле».

Про лабораторию абсурда на площадке «Узел»

Театр уникален своей неповторяемостью - это живой организм, в котором каждый следующий спектакль не может быть полностью похож на предыдущий. Театральная лаборатория уникальна вдвойне - в таком виде эскиз спектакля можно увидеть только один раз в жизни. Тем ценнее и важнее быть очевидцем рождения искусства.

Лаборатория абсурда - это очень насыщенные пять дней, проведенные на площадке «Узел» и в кластере АТС.

Всё началось с лекции поэта, переводчика, преподавателя Калининградского филиала РГИСИ Сергея Самойленко о современной французской драматургии. Помимо новых имен и сюжетов зарубежного театра абсурда поговорили об авторских правах, и, конечно, о заработке на переводах.

А завершилось самым ожидаемым событием последних лет - круглым столом «Битва поста и рецензии» при участии театральных критиков и блогеров. Только никакой битвы не случилось. Был содержательный и очень дружественный разговор. Кто-то профессионально, кто-то любительски, но все когда-то поняли, что не представляют свою жизнь без театра, и каждый сегодня даёт ему то, что может. А уж он точно дает в ответ очень многое. Иначе бы мы тут все не собрались и не проговорили вместо планируемых двух часов три. Быть спикером в такой компании и на таком уровне - абсолютно новый для меня опыт и большая честь. Всё записано, смонтировано и сохранено в истории Петербургского театрального подкаста. Кто не смог прийти и еще не послушал – запись тут.

Ну и, конечно, главные события лаборатории – режиссерские эскизы. У меня есть любимчик, но видеть в репертуаре «Узла» хотелось бы многих. Любопытное наблюдение – в четырех работах из пяти продукты, прописанные вскользь авторами французской драматургии, становятся полноценными участниками эскизов.

«Видеоклуб» Фёдора Федотова. Режиссер вносит в выбранный материал гораздо больше абсурда, чем закладывал автор, и делает комедию положений ярче и любопытнее. А свекла становится действующим лицом почти наравне с гориллой.

«Строители империи» Дениса Черемисинова. Использование харизмы Дмитрия Рыжова становится одновременно и успехом, и эксплуатацией образа учениками одного мастера. Стильный и масштабный эскиз, приправленный ноткой ностальгии лично для меня (и, возможно, еще кого-то), осознавшей происхождение песка, покрывающего всю сцену. А продуктовый герой – апельсины, добавляющие яркой краски лаконичной по цветам сценографии.

«Последняя лента Крэппа» Марселя Смердова и «У театра». Не буду скрывать свои предпочтения. Для меня это самый продуманный эскиз и практически готовый спектакль. Интеллектуально красиво Марс решил передать абсурд через запись на диктофон жестового языка глухих, а бытовые звуки становятся практически отдельным персонажем изначальной монопьесы. Банан продолжает неофициальную гастрономическую традицию лаборатории.

«История коммунизма в рассказах для душевнобольных» Романа Муромцева. Единственный эскиз, который я не видела, но, судя по обсуждению, он стоит роста в полноценный спектакль. Будем ждать, чтобы познакомиться. Тут все говорили про борщ, и он правда соучастник процесса.

«Тесный простор» Екатерины Августеняк и арт. группы м_у_т_а_ц_и_я. Самый абсурдный эскиз абсурдистской лаборатории. На нем закончилась игра с продуктами, зато случилась игра со зрителями. Перед началом нам выдали талончики с номерами, и мы по очереди заходили в зрительный зал, получая письмо со штампом. А дальше был текст Беккета и больше вопросов, чем ответов.

Мне кажется, самое важное в этой лаборатории, даже не сами эскизы, которые будут доделываться и превращаться в спектакли, а возможность общего диалога на протяжении всех пяти дней. Помимо лекции и круглого стола каждый вечер после показов были обсуждения с авторами. И снова практикующие деятели театра и зрители в едином пространстве могли говорить о своих чувствах и мыслях, анализировать и делиться впечатлениями, обмениваться открытиями и задавать вопросы. И когда искусство рождается вот так рядом, вот так совместно, тогда еще острее ощущаешь, почему мы тут все когда-то поняли, что не представляем своей жизни без театра.

Незначительный концерт #2 от mader nort на площадке «Узел»

Именно в Рождество и именно здесь я начинаю свой новый театральный год. «Узел» - моё открытие 2025-го, и хотелось вместе вступить в 2026-й.

Я не подводила официальные итоги в конце декабря, но он точно стал театром года и по количеству встреч, и по масштабу влияния на способы восприятия искусства, и по открытиям новых личных высот и горизонтов.

За девять месяцев работы площадки я прошла путь от первого знакомства и осознания «я ничего не понимаю в театре» через «наверно больше не пойду» до практически еженедельного «давно не была, соскучилась, срочно едем». Теперь в зрительских кругах меня называют амбассадором «Узла», а я не спорю - это по любви.

Незначительный концерт от mader nort обьединил в себе всё лучшее, что можно встретить в этом месте - творческую элитарность, авангард, академизм, андеграунд, интеллект, озорство, вкус, юмор, музыку, слово, танец и, что очень ценно именно в этот вечер, душевность, тепло и новогоднее настроение. Казалось, прошло не почти три часа, а мы только встретились и давайте ещё как можно дольше побудем в этой атмосфере.

Надеюсь, это станет ежегодной традицией рождественских вечеров в «Узле», и мы сможем так интеллектуально уютно начинать каждый год и точно знать, где и с кем встретимся 6 января.

«Джинжик» Яны Туминой, театр «Открытое Пространство»

«Будьте предельно внимательны к тому, что вам покажут» - говорит голос помимо привычного «отключите телефоны». А дальше начинается то, к чему невозможно быть невнимательным, потому что отвести взгляд некуда, да и невозможно.

Спектакль основан на реальных событиях, произошедших в Бразилии в 2011 году – пожилой мужчина среди мусора на побережье океана находит пингвина, спасает его, и на долгие годы они становятся настоящими друзьями. Эта история очень подходит режиссерскому почерку Яны Туминой и превращается в трогательный спектакль.

Немного реальных предметов и целая вселенная, созданная Кириллом Маловичко и Машей Небесной. Не хочу знать, как это сделано технически, и пусть то, что мы видим, останется просто волшебством театра. Как сильно я не люблю на сцене видеотрансляции, также сильно обожаю слияние высококлассной работы видеохудожника и живого плана. Тут, конечно, живой план прикрыт маской, а пингвин - кукла, но сочетание этих трех элементов дают полное погружение в свой мир.

Яна Тумина полностью убирает мимику с человека, прикрывая маской с добрым, но фиксированным выражением лица. Только руки и приглушенные звуки становятся инструментом выражения эмоций. А у невероятно милого пингвина, созданного Кирой Камалидиновой, кажется каждое перышко живет и двигается. За ним невозможно перестать наблюдать с улыбкой.

В очередной раз я вспомнила про свою недавно открытую любовь к театру кукол и магии их сценического существования. Это очень хороший спектакль для посещения с детьми (возрастной ценз 12+), хотя на нашем показе были почти все взрослые. Он из категории «говорить с ребенком неназидательно о важном на высококачественном театральном языке», что редко, а от того еще более ценно.