Ничего другого он заявить просто не мог. Вы можете представить любого чиновника в Чечне, который пробует напиток под брендом Адама Кадырова и говорит: «Фу, какая гадость»?

Вопрос у меня здесь в другом: многие вспомнили, что Рамзан Кадыров выступал против энергетиков. Он публично заявлял, что это плохой продукт и употреблять его неправильно. Это была его позиция.

И вдруг это все отменяется, и Рамзан Кадыров публично пробует энергетик. Довольно странно наблюдать, как глава Чечни забывает о каких-то принципиальных вещах, о которых сам говорил.

Рамзан Ахматович иногда любит всех поучать, как надо жить. Мы все помним его давнее интервью Тине Канделаки, где он даже размышлял по поводу того, как женщина должна быть одета.

Мы можем соглашаться с этим мнением или нет. Но, по крайней мере, понятно, что у человека есть набор принципов, от которых он не отступает.

Но теперь, когда мы видим историю с энергетиками, возникает закономерный вопрос: может быть, есть еще какие-то моменты, которые артикулировались Кадыровым как принципиальные, а потом могут стать непринципиальными?

Есть еще уточняющий вопрос от гражданки Российской Федерации: я правильно понимаю, что на банке еще будет надпись «халяль»?

А то у нас периодически появляются девушки, которые на камеру очень громко возмущаются, что им в пиццерии не отвечают: халяльные это продукты или нет.

Я думаю, что государство в достаточной мере борется с коррупцией сейчас. У нас очень большая страна, за всем уследить невозможно. Насколько я вижу, сейчас идет ужесточение в этой работе. И эта динамика мне нравится.

Я просто наблюдаю за тем, что происходит не в Москве, а в Екатеринбурге. И мне нравится, что там происходит. Начали очень сильно следить.

Конечно, задержания есть, но, я думаю, после задержания ничего не меняется. Просто приходят новые люди, которые также коррупционеры. То есть, по факту, задержания есть, но это не влияет на обстановку в целом.

Их настолько много, что я стараюсь не забивать голову, потому что повлиять на это никак не смогу. Могу выделить известный случай, наверное, с Тимуром Ивановым.

С конкретными примерами коррупции я пока не сталкивался в своей жизни. Если бороться с коррупцией, то надо вводить какие-то определенные меры, какие-то ограничения для чиновников. Мне кажется, у них слишком много полномочий. Это неправильно и непрофессионально. Особенно, когда ты работаешь на государство.

Общее отношение в обществе такое: коррупция — неотъемлемая часть. Нужно жестче наказывать за вымогательство взяток, наказывать тех, кто дает и привык решать вопросы именно так. Это комплексный мир с негативом и позитивом. Но конечно, коррупция в нашем обществе присутствует.

Коррупция – это предательство. Если вина чиновника, это двойное преступление: он не просто ворует, но и совершает преступление. Тот, кто дает взятку, получает какие-то выгоды. Человек, который торгует должностью, торгует властью — это действительно максимально жестко должно наказываться.

Не сказал бы, что это предательство Родины, это в первую очередь предательство себя в долгосрочной перспективе. Потому что один дал взятку, другой дал, и потом все это пойдет под откос рано или поздно.

Коррупционер действует в своих интересах, для него, может быть, нет понятия Родины, есть понятие его жизни, его семьи. Он заботится больше о себе, чем о государстве, о стране. И я говорю не только про Россию, так во всем мире. Это, скорее, эгоизм.

Я прямо ему скажу — ты дурак. Зачем тебе это?

Тут нужны конкретные примеры. Если человек, допустим, пересек двойную сплошную, никому не навредил, дал взятку, по факту это преступление. И его могут посадить. Но это не настолько плохо. А если человек на стройке парка в Москве и наворовал деньги себе на дачу — вот это плохо.

Если среди таких людей окажутся мои близкие, я не стану с ними общаться. Получается, они ограбили людей, которые пришли бы в тот парк. Но мне 17 лет, я еще не настолько взрослый, чтобы давать взятки. И у меня еще не было таких ситуаций.

Однажды в Египте я дал взятку, когда меня остановили без прав. Коррупция – это нехорошо в долгосрочной перспективе. У каждого человека есть желание защитить близких. Но если речь идет об уголовном преступлении, я будут все делать исключительно в рамках закона.