Forwarded from Outsiderville | Аутсайдервиль 👁🗨
На экспозиции «прозвучат» работы более 30 «жителей» «Аутсайдервиля», уже признанных представителей аутсайдер-арта из всех уголков России и некоторых стран зарубежья. В рамках выставки, приуроченной к исторически значимому XVIII Съезду психиатров (проводится раз в 5 лет, начиная с 1887 года), запланирована программа мероприятий, которые будут анонсированы отдельно.
Несмотря на привязку к Съезду, кураторы выставки отнюдь не ставят перед собой медикалистские задачи, а, напротив, намеренно уводят музейщиков и докторов вместе с общественностью от увлечения патографией и «клинической картиной» — к погружению в самоценные выдающиеся полотна художников, получивших высокую оценку как экспертного сообщества, так и широкой публики.
Аутсайдер-арт (в том числе работы многих художников «Аутсайдервиля») давно получил международное признание, попадает на мировые ярмарки и биеннале, размещается на торгах Christie's и в лучших музейных коллекциях. Пожалуй, популярность этого феномена — один из самых мощных институциональных прорывов прошлого десятилетия: от нью-йоркской «Глоссолалии» в MoMA до «Документы» и Венецианской биеннале. Эти авторы (представители outsider art и art brut) вызывают огромный интерес не только в мире искусства, но и у общественности. Поэтому в задачи «Аутсайдервиля» входит поддержка резидентов проекта, создание инструментов их материальной независимости, а также профессиональное продюсирование в таком неоднозначном российском арт-истеблишменте.
Адрес: Санкт-Петербург, Арт-центр «Пушкинская-10», корпус B, 2 этаж (вход с Лиговского пр., 53), галерея «Рабочий стол»
Режим работы: ср-пт: 16:00 - 20:00, сб-вс: 12:00 - 20:00, пн-вт: выходной
* При создании афиши использована работа Давида Цинко-Молевого "Без лица".
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
отпускаю немного своего рнбишного хипхопчика на собственные биты
обложка от https://vk.com/club239360429
площадки https://lmnd.link/sfrp
обложка от https://vk.com/club239360429
площадки https://lmnd.link/sfrp
Чтобы постичь нереальное, проникнуться им, его надо постоянно держать в уме. Настанет день, когда вы ощутите, увидите его, и тогда нереальным станет все, кроме этой нереальности, которая одна только и делает жизнь терпимой.
Эмиль Чоран
Solo dolore
Замечаю, что боль может мощно раскрывать глубины человека. Она обнажает и ему не отвертеться от встречи с реальностью, от встречи с самим собой. В этом столкновении есть два развития событий. Первое - это уход в самообман, второе - дружба с освобождающей болью.
Спасенные sola fide иногда пренебрегают болью, потому что вера для них стоит выше остального. А сколько нужно пережить боли, чтобы наконец принять эту боль и успокоиться? Похожа ли вера на самообман, если она перенаправляет реальность боли в область метафизического? В самом деле, святые, избравшие путь боли через самоотречение, похожи на спасенных болью, но чего-то тут не хватает. Жгучая боль реальности, обезвоживающее организм упадничество существования ощущает, наверное, смелый человек и честный, хотя это может ощущать и любой другой, но честный проанализирует боль. Признать, что эта боль присутствует - есть уже большой рывок вперед (хотя о каком «вперед» это большой вопрос). Тонуть в самообмане и болеотречении это застрять в оазисе пустыни постапокалиптического мира.
Замечаю, что боль может мощно раскрывать глубины человека. Она обнажает и ему не отвертеться от встречи с реальностью, от встречи с самим собой. В этом столкновении есть два развития событий. Первое - это уход в самообман, второе - дружба с освобождающей болью.
Спасенные sola fide иногда пренебрегают болью, потому что вера для них стоит выше остального. А сколько нужно пережить боли, чтобы наконец принять эту боль и успокоиться? Похожа ли вера на самообман, если она перенаправляет реальность боли в область метафизического? В самом деле, святые, избравшие путь боли через самоотречение, похожи на спасенных болью, но чего-то тут не хватает. Жгучая боль реальности, обезвоживающее организм упадничество существования ощущает, наверное, смелый человек и честный, хотя это может ощущать и любой другой, но честный проанализирует боль. Признать, что эта боль присутствует - есть уже большой рывок вперед (хотя о каком «вперед» это большой вопрос). Тонуть в самообмане и болеотречении это застрять в оазисе пустыни постапокалиптического мира.
Мне открывается, что святые, да и вообще религиозные люди, сходны с блаженными, в том смысле, как это понимают в России. Верующие не от мира сего. Вера - это легальный способ сойти с ума и остаться чистым (без диагноза в карточке у психиатра). Если так подумать, то сколько больных вообще существует? Их очень много… может поэтому мне близки экстремального уровня фанатики типа монахов и мистиков, что они тоже отлетевшие и страдают по раю также как и я страдаю по небытию? Наверное. Блаженный на психбольничной койке отличается от святого тем, что его раскусили и поймали, вскрыли. А сколько мистических галлюцинаций испытывали святые и испытывают до сих пор разные верующие? Пора бы уже в МКБ ввести новые болезни, например: галлюцинаторный синдром религиозного содержания, хроническая меланхолия по раю, социофобия с элементами монашеской аутизации и т. п. В самом деле, блаженный - это человек, который живет и существует чем-то нереальным, выдуманным, тем самым находит спасение для себя в этих иллюзиях. Как радостно за блаженных, ведь у них есть картинка освобождающая, нереальная, не здешняя, не от мира сего… метаюсь между карательным подходом и благоговением: выписать всем типичный нейролептик или причислить к лику святых…
Те люди с альбома,
Что часто у меня дома,
Говорят о чем-то знакомом,
Что помнил когда-то,
Но сейчас — нет.
Со старых снимков
Люди блюдут свои нимбы —
С другими делиться им бы
Тем, что узнали
О том, где свет.
Те люди с альбома,
С грустного фотоальбома
Моей памяти, призраки монохрома,
Говорили одно,
Но сейчас — иное.
Те люди с альбома
Поняли бы любого,
Риторически заколдован
Собеседник. И их
Всегда — двое.
Те люди с альбома,
С грустного фотоальбома
Моей памяти, отзвуки монохрома,
Умирают во мне
Тяжестью лет.
Что часто у меня дома,
Говорят о чем-то знакомом,
Что помнил когда-то,
Но сейчас — нет.
Со старых снимков
Люди блюдут свои нимбы —
С другими делиться им бы
Тем, что узнали
О том, где свет.
Те люди с альбома,
С грустного фотоальбома
Моей памяти, призраки монохрома,
Говорили одно,
Но сейчас — иное.
Те люди с альбома
Поняли бы любого,
Риторически заколдован
Собеседник. И их
Всегда — двое.
Те люди с альбома,
С грустного фотоальбома
Моей памяти, отзвуки монохрома,
Умирают во мне
Тяжестью лет.
Forwarded from Механика звука
Это полноформатный альбом из цикла «Маргиналий», заметок на полях повседневности, цель которых — сделать само время, которое обычно воспринимается как нейтральная сцена для драмы жизни, чувственно воспринимаемым с его неоднородностью и шероховатостью, осуществить процесс хронохромии, дать времени цвет. Течение музыкального времени соотносится в этой музыке с переливом гармонических цветов и оттенков, а также с другими перцептивным качествами — легкости или тяжести, остроты или гладкости, сладкости или горькости и так далее. В этом смысле время здесь не является пустым и лишенным собственного смысла промежутком между событиями: оно само становится материалом, чем-то, что можно ощущать, различать, расслаивать и рассматривать как сложную поверхность или многомерный объем, чем-то, у чего есть своя собственная фактура.
Эта музыка записывалась на протяжении нескольких лет. Самые ранние пьесы записаны в 2024 году, самая поздняя — в мае 2026 года. Как обычно, композиции не выражают каких-то жизненных историй, не выражают меня, скорее они представляют собой процесс дистанцирования — от собственной личности, от собственной биографии и обстоятельств, в которые мы все брошены. И, быть может, в этом их непосредственная связь с биографией — эстетический эскапизм как условие выживания является всегда следствием обстоятельств, внешних и внутренних, и их красноречивым свидетельством. Таким образом, жизненность этих пьес — в их удалении от жизни, а их способность сообщать что-либо — в том, что они не мыслятся как речь в строгом смысле этого слова.
Пьесы выполнены в стиле абстрактного импрессионизма — это попытки передать впечатления самой возможности впечатления, абстрагируясь от всякой реальной истории, образа, атмосферы или эмоции, делая акцент на самостийном, независимом и самодостаточном характере музыкального царства. Если традиционный импрессионизм обычно фиксировался на передаче впечатления от объекта — света, вещи, пространства, то абстрактный импрессионизм сфокусирован на самой возможности впечатления, которое еще не связано ни с каким конкретным объектом или процессом. В некотором смысле, этот подход можно обозначить как практическая музыкальная феноменология, изучение, нащупывание форм и структур сознания и восприятия с помощью импровизации.
С точки зрения внутреннего устройства, это один из самых разнообразных моих альбомов — здесь есть и баллады, и импрессионистская пьеса, выражающая мое почтение Равелю, и тяготеющий к атональности вальс, и полубарочная-полуклассицисткая композиция в духе К.Ф. Э. Баха. Пожалуй, эта музыка достигает доступного для меня на данный момент предела сложности, оставаясь, на мой взгляд, вполне прослеживаемой и разборчивой.
«Маргиналии» — это музыка не о том, что произошло, происходит или может произойти, не о существующих объектах и сложных взаимоотношениях, а о темпоральном измерении, о длении объектов, событий, отношений, сборок, которое, как кажется, при внимательном рассмотрении обретает собственное существование, не привязанное к существованию объектов. Объекты в рамках традиционной метафизики рассматриваются первичным и базовым слоем существующего. Возможно — и это главный вопрос, которым я задаюсь, когда пишу «Маргиналии» — что время, хронос, можно мыслить как нечто независимо существующее вне зависимости от событий, которые его наполняют.
Отдельная благодарность Илье Карпушкину за фотографию для обложки альбома! Илье Черткову — за поддержку, советы и бета-прослушивание! И Леле Сальниковой за постоянную поддержку, без неё этот альбом был бы невозможен!
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM