Напоминаю, что в эту пятницу 19 декабря в 19:00 в Библиотеке поэзии (ул. Барболина, 6) пройдёт презентация книги Фомы Акиньшина «Чумка». Автор со свойственным ему косноязычным красноречием постарается рассказать о том, как эта книга была написана, о погоде в Москве, почему важно писать письма друг другу и т. д.

Регистрация на мероприятие доступна по ссылке:

https://na-kolenke-zin.timepad.ru/event/3698647/

Благодарю всех причастных!

Уроки малости. О книге «Чумка» Фомы Акиньшина

В ноябре 2025 в издательстве журнала на коленке вышел дебютный сборник малой прозы Фомы Акиньшина — «Чумка. Письма и рассказы». О нём — Алексей Чипига, Настя Кукушкина, Олеся Мамоник, Степан Самарин.

https://na-kolenke-zin.ru/?p=2402

Оч. 2

Проезжая по трассе Обход Богородицка, мимо деревни Алексеевка Тульской области, вам ничего не остаётся, кроме как заглянуть в придорожное кафе-гостиницу «Левша». Хмурые междугородние автобусы приезжают сюда на двадцатиминутную остановку. Сонливые водители в ряд размешивают пластиковой мешалкой в бумажном стаканчике трёхводновый кофе. Пассажиры спешат посетить платную уборную, гремя заранее заготовленной мелочью в кармане. Затем, чуть погодя, заходят в буфет. Все немного торопятся, стряхивая с себя сонную одурь, толком не понимая: двадцать минут, это много или мало? Выныривая из мешков под глазами, они осматривают ассортимент буфета. Время здесь застыло, и беляши исполнены аромата пыльных и забвенных дорог начала столетия. Опять-таки вам ничего не остаётся, кроме как взять такой вот объятый теплом микроволн беляш и наспех перекусить, забыв прихватить пару салфеток, которые где-то точно лежат, да только сами продавщицы забыли где, и не вытереть толком маслянистые провинциальные губы и ехать с ними до самой конечной. И вот, покончив с полуночной трапезой, вы обнаруживаете, что прошло только семь минут; автобус никуда не торопится, остывая в зимней прохладе, и жить, кажется, ещё придётся очень долго. Как правило, все молчат в эти минуты, осторожно выдыхая дым из прокуренных ртов. В воротники пропахших сном пуховиков задувает тульским вьюжным ветром, и случайные пассажиры совершенно расстаются с теплом, глядя в то, что зовётся простором, поросшим тонкой снежной крошкой, что одновременно длится и пребывает в безлюдном спокойствии. Потуже подвязывая овечий тулуп, Николай Семёнович подходит ко мне, протягивая кулёк с беляшами, и говорит: съешьте ещё, пожалуйста, пока теплые. Заманчивое, дорогой мой, дело – дорога. Будете в Орле проездом, обязательно заходите ко мне, а пока нам в разные стороны. Ну, даст Бог, свидимся!

Вот и ушел столоначальник, и автобусы подмигивают в готовности продолжать долгий путь, и пассажиры, уже не так торопясь, по очереди садятся по местам, не отводя глаз от простора, который так ловко вытряхнул из головы всё пустое и недолговечное.

22 декабря, Обход Богородицка, -10°, темно.

28'12'25

Мои итоги года. Ужаленная, ужалившая пчела. Без яда лишилась содержания. Решил сообразить, на пальцах показать, как устроено это время, раскатал губу пока думал, линзы выпали из оправы и покатилсь по Яузской; Якуты-близнецы в камуфляже спали на Комсомольской, между мышью и хорьком, в день я проходил тысячи шагов и на каждом ждал чуда. Не терпится её встретить, Я и Чудо.

09'01'26

14'01'26

Моя хорошая подруга Катя сделала макет книжки в качестве своей аттестационной работы.

Получилось невероятно, друзья. Зацените!!

Внутри проза Фомы Акиньшина, стихи Вари Росоловской, Сережи Калашникова ну и мои.

Фома Акиньшин & Андрей Сахаров

«Бар "Дом престарелых"»
Vol. 2

///

а мы неосторожны, как расстроенные скрипки, говорим ему: мужик, ты чего? почти в унисон. он достает из кармана платок и вытирает им края губ, я еще больше убеждаюсь в его мудрости, он говорит нам: и не такое бывает. и уступает дорогу.

///

За гремучую доблесть грядущих веков я взял глагол и выпил


• Vol. 1

андрею, андрею, фоме, деду

Ты его
её, забылся.
наши
как мёртвые
взор,
посуда,
Пусть повисли
мешкает
мимо. Лошадь отпрянула
не умеем не
видим так
сидят, двое мужчин,
Без распалённых слов,
цепь,
вечер
местность,
приметы
Земли. тень
наших
за дверью,
— на долю секунды.

Действительно так. Буду рад вас видеть!

дебютный сборник малой прозы Фомы Акиньшина «Чумка. Письма и другие рассказы», вышедший в ноябре 2025 года в издательстве журнала на коленке, за короткий срок, как бы это ни казалось удивительным, стал бестселлером независимого книжного магазина Чехов и компания.

18 февраля в 18:00 в Чехове и ко состоится творческий вечер Фомы, на котором автор, если верить анонсу, «поделится текстами, мыслями и ответит вам — читателям его»

регистрация

05'02'26

Хиддекель, или откуда мы произрастаем. Или как тихо умирает человек. Ровесник Неба и Земли, прожив с лишним девять сотен лет, закрывает глаза. Мой милый Всеотец, ты дал имена вальсу и чечётке, всем реликтовым деревьям, всем мелочам в моём кармане. Где пропадал ты, когда сонными глазами Господь недосчитался твоих сыновей? Ведь ты, кажется, был первым, кому пришлось сказать: неправильно старикам хоронить сына. Сказать, не обижайся на папу, он тоже живёт свою первую жизнь. Что сыновья и внуки нашлись подарить тебе на день рождения? Первые в браке, это вы с Евой стали называть свою свадьбу рубиновой и алмазной, может потому что никто из ваших потомков не задержался в любви. Это правда, что ваши шалость и риск ещё больше укрепили ваш союз? Может, тогда вы и влюбились по-настоящему, когда устыдились своей наготы. Испугались и улыбнулись друг другу; теперь у нас есть секрет, один на двоих.

У порога Тигра, неподалеку от Эдема, на девятьсот тридцатом году жизни, ты прилёг у корней смоковницы и сказал херувиму с пламенным мечом, ты сказал, кажется, что-то такое:

– А помнишь, как ты меня гонял?
– ...
– Ну да, работа такая...

И как можно было столько прожить, знать все имена, а значит и будущее, знать каждого приходящего в эту жизнь, и быть первым младенцем, всегда заново всё открывать. Удивляться сыновьям, ведь они познали то, о чем тебе было известно лишь понаслышке: Злой Рок, Смерть, Убийство, Недовольство, Несчастье, Досаду



Но прежде чем вернуться в прах, он повторяет слова своих мудрых потомков, он говорит, кажется, Адам говорит:

УБЕЙТЕ МЕНЯ НАКОНЕЦ
или:
УБЕЙТЕ, ДАЙТЕ МНЕ ТИШИНУ

или просто:

Господь пастырь мой, я ни в чём не буду нуждаться

Большое спасибо Дарии Солдо и Владимиру Коркунову за публикацию!

Сегодня в «Ленте» представляем отрывки из дебютной книги малой прозы Фомы Акиньшина «Чумка» изд-ва «журнала на коленке», презентация которой состоится уже скоро: 18 февраля в 18:00 в независимом книжном «Чехов и компания».

Это книга «писем мёртвому другу», «рассказов о зверях и крохотных мелочах», сочинявшаяся, по словам автора, «на бегу, кубарем по старомосковским улицам и вертоградам окраинных спальных районов».

Неподалёку от скамейки экзаменуются оперные мыши, строем повисшие на липовой веточке, долго тянут ноту, синицы перебивают их на полузвуке, делают замечания и просят продолжить на том же месте. И ты, пожалуй, тоже экзаменуешь меня, маленькая синица на левом плече, за это я жалею бедных мышей и себя. У меня есть полное имя, но это не помогает понять, ты проверяешь меня на слабость или причиняешь вред?


Как отмечает Настя Кукушкина:

Фома собирает эти крупиночки, маленькие всполохи, на которые он в конце концов поднимает глаза. И мы излечиваемся от болезни контрастов мегаполиса, от сутолоки жизни тем, что прислушиваемся к нему. Риторический приём – говорить тише, чтобы аудитория превратилась в слух. Эта маленькая книжка превращает нас, забывших, что быть живым – значит собирать пылинки на плащи вечных скитальцев, в слух.

Завершает подборку небольшое интервью с автором.

— В первую очередь «Чумка» ценна для меня письмами: благодаря этим двенадцати посланиям стало возможным выразить те мысли и чувства, которым не находилось места в других художественных формах, — и в некотором смысле спасти себя. Мне не хотелось говорить, озвучивать их вживую или в переписке с близкими, и в то же время я нуждался в диалоге, в мыслимом адресате. Хотелось одновременно и жаловаться, и радоваться, и сплести из своего быта сказку, раздумать и выдумать заново (обыкновенно пишут стихи, чтобы высказать что-то подобное, но я, к счастью ли, к сожалению, не поэт), чтобы получатель не так тосковал во время чтения. С этих пор я навязчиво рекомендую всем хоть раз написать письмо, неважно кому: близкому, незнакомцу или кому-то неведомому! Поверьте, оно стоит того!

Прочитать публикацию полностью можно по ссылке.