regulus. for me

why would you do this to me, louise glück, why would you do this to me

вообще из-за этого поста я начала писать что-то очень длинное, куда попал юкио мисима, вирджини депант, жан-поль сартр, основные принципы экзесинцианизма, rape fantasies, pee kink, персик из cmby и бдсм-фильм babygirl, but the fear of being perceived as weird got the best of me and i decided to stfu

spent several minutes on booktok and got so mad i almost blacked out

все жалуются на ту сторону буктока, где все читают одни и те же пять книг, но я считаю, что «интеллектуальная» сторона буктока чаще гораздо хуже. эти люди скорее умрут, чем признаются, что им понравилась популярная книга и выдумывают самые тупые причины, чтобы «отменить» популярных авторов. сегодня я узнала, что они отменили оушена вонга за то, что он…… заплакал……. оушен постепенно становится второй ханьей янагихарой: в якобы продвинутых, интеллектуальных пространствах они — способ для людей наконец куда-то вылить свой расизм, мизогинию и гомофобию

могу смотреть только видео джека эдвардса и как брендон сандерсон подписывает огромные стопки книг ❤️

ещё давно видела пост foursaints про статью на дебютный роман оушена вонга «лишь краткий миг земной мы все прекрасны», написанную белым критиком. foursaints очень точно отметили тенденцию белых критиков сразу же отказывать азиатским авторам в способности намеренно нарушать правила литературы. и оушен вонг, и ханья янагихара критикуются за «нереалистичность» своих работ. почему-то именно в реалистичности белые мужчины видят главное достоинство литературы, и никому из них в голову не приходит, что и оушен вонг, и ханья янагихара намеренно сделали свои произведения нереалистичными в некоторых аспектах. у белых мужчин-писателей всегда есть benefit of the doubt: критики изначально предполагают за их странным на первый взгляд писательским выбором какой-то скрытый глубокий смысл, но небелым писателям в этом отказывают: любой их нестандартный креативный выбор тут же расценивается как ошибка.

критик, статью которого разбирали в своем посте foursaints, обвиняет оушена вонга в его нереалистичных, странных и сбивающих столку метафорах и образах. глядя на них, критик приходит к гениальному выводу, что оушен вонг просто плохо владеет английским языком. следующими подвергаются нападкам некоторые персонажи-злодеи в романе вонга, которые кажутся критику слишком плоскими и слишком злыми (нереалистичными). на самом деле в своей статье критик демонстрирует фундаментальное непонимания творческого проекта оушена вонга. «лишь краткий миг земной мы все прекрасны» — это роман о травме. это роман о том, как травма изменяет восприятие реальности. реальность в этом романе должна быть странной и сбивающей столку, потому что такой она кажется ребенку с травмой. потому что он не воспринимает мир таким, какой он «есть на самом деле». «лишь краткий миг земной мы все прекрасны» написан как письмо матери автора — это сразу предполагает глубоко субъективный характер произведения. это воспоминания писателя, а наши воспоминания ненадежны, и это роман и демонстрирует. мы помним вещи не такими, какими они были на самом деле. мы видим наших детских обидчиков как абсолютных злодеев, наш мозг не может дать им никакой «глубины» и «реалистичности». ко всему прочему, буквально на первых же страницах романа оушен вонг говорит, что будет разрушать привычные правила литературы: «i am writing because they told me to never start a sentence with because. but i wasn’t trying to make a sentence — i was trying to break free». следующее предложение начинается со слова «because». помимо того, что тут вонг дает всем критикам, которые умеют читать, понять, какого рода произведение перед ними в вопросах «правильности» романа, он также определяет «лишь краткий миг земной мы все прекрасны» в другом важном аспекте. это не касается темы этого поста, но я очень люблю этот момент, поэтому мне захотелось его упомянуть. мемуары вонга — не просто о травме, они о поколенческой травме, и, начиная предложение с «because» на первых страницах романа, он говорит: эта история (эта травма) началась не с меня. «because» означает середину предложения, присутствие чего-то «до», и хотя оушен вонг может рассказать только свою часть истории, он предупреждает, что его история — только отрывок (часть предложения) общей истории, истории его семьи и травмы, которую они перенесли в другое поколение.

в конце статьи критик также начинает безосновательно нападать на личность оушена вонга, с чем часто встречаются небелые авторы, и что я многократно видела в статьях про произведения ханьи янагихары.

«маленькую жизнь» также часто обвиняют в нереалистичности, но это произведение никогда не должно было быть полностью реалистичным романом. ханья янагихара намеренно гипербелизирует страдание и счастье в своем романе. возможно, это выглядит нереалистичным, но в тоже время из-за этого роман чувствуется реальным (тут мне в голову приходит фраза джонатана литтелла «я стремился не к реалистичности, а к правде»). «маленькая жизнь» — одно из немногих произведений, которое заставило меня почувствовать, будто я по-настоящему прожила чужую жизнь. и это произошло именно из-за настолько яркого контраста страдания и счастья, из-за таких экстремальных эмоций — это заставляет тебя ощущать происходящее на таком уровне, на каком ты воспринимаешь реальность. этот контраст самого ужасного и самого прекрасного и есть наша жизнь. потому что мы воспринимаем то, что происходит с нами, как самое ужасное и самое прекрасное.

несмотря на некую гиперболизация, всё происходящее в романе могло произойти в реальной жизни. и меня поражает, как многие критики утверждают, что многократное насилие над джудом совершенно нереалистично. в то время как в реальности жертвы насилия ОЧЕНЬ часто сталкиваются с ним несколько раз за жизнь. когда белые мужчины обвиняют роман в нереалистичности, нередко они имеют в виду, что роман не отображает их реальность. они не понимают, что насилие зачастую не происходит спонтанно: случайно выбирает себе жертву и следовательно навряд ли упадет на одного и того же человека несколько раз. на самом деле насилие случается систематически. определенные группы населения уязвимы для насилия, и поэтому оно случается с ними снова и снова. такова наша реальность.

и я закончу этот rant цитатами из набокова и оскара уайльда, критикующими саму идею, что хорошее искусство должно быть реалистичным.

«мэнсфилд-парк» — это волшебная сказка, но ведь по сути все романы — сказки. стиль и материал джейн остен на первый взгляд кажутся устарелыми, ходульными, нереалистичными. это, однако же, заблуждение, которому подвержены плохие читатели. хороший читатель знает, что искать в книге реальную жизнь, живых людей и прочее — занятие бессмысленное. в книге правдивость изображения человека, явления или обстоятельств соотносится исключительно с миром, который создан на ее страницах. самобытный автор всегда создает самобытный мир, и, если персонаж или событие вписываются в структуру этого мира, мы радуемся встрече с художественной правдой, сколь бы ни противоречили персонаж или явление тому, что рецензенты, жалкие писаки, именуют реальной жизнью.

литература родилась не в тот день, когда из неандергальской долины с криком: «волк, волк!» — выбежал мальчик, а следом и сам серый волк, дышащий ему в затылок; литература родилась в тот день, когда мальчик прибежал с криком: «волк, волк!», а волка за ним и не было. <…> глядите: между настоящим волком и волком в небылице что-то мерцает и переливается. этот мерцающий промежуток, эта призма и есть литература.
литература — это выдумка. вымысел есть вымысел.

назвать рассказ правдивым значит оскорбить и искусство, и правду

.

— набоков, «лекции о зарубежной литературе»

единственные настоящие люди — это те, кого никогда не было, и если писатель опускается до того, чтобы брать своих персонажей из жизни, то следует, по крайней мере, сделать вид, что они придуманы, а не хвастаться тем, что они списаны.

наличие персонажа в романе объясняется не тем, что люди такие, какие они есть, а тем, что автор такой, какой он есть

. в противном случае, роман не есть произведение искусства.

— оскар уайльд, «упадок лжи»