«почему бы не сделать героинь более женственными, чтобы девочки знали, что не обязательно быть мужественной, чтобы спасти мир». целевая аудитория жанра героических приключений — это не дети, которые спасают мир в буквальном смысле, а дети, которые хотят найти утешение в борьбе с трудностями и несправедливостью, с которыми они сталкиваются. и один из самых распространенных видов несправедливости, с которым сталкиваются многие девочки (и те, кого общество считает девочками), — это навязываемая женственность

я *называю представителей утопического социализма*
мама: откуда ты это знаешь?
я, которая увидела эти имена в секс-сцене в фанфике по гринделдору: я не помню

думала над тем, как когда мужчины говорят, что им нравится политика, они обычно имеют в виду, что им нравится геополитика (читать новости), а когда женщины говорят, что им нравится политика, они имеют в виду политологию и политическую философию; и поняла, что вот она — разница в том, как про политику в своих фэнтези-мирах пишут джордж мартин и робин хобб (у робин хобб много разных политических режимов и устройств, которые интересно разбирать и исследовать; у джорджа мартина — война и кто у кого какую землю отобрал)

читаю «crudo» оливии лэнг (потому что какой-то прекрасный человек в анонимке сказал, что мой канал напоминает им её книги <3), и этот роман переполнен информационным шумом: новостные заголовки непрерывно взрезают повествование о жизни писательницы.

кэти начинала с одержимостью следить за притуплением собственных чувств, за тем, как новостной цикл лишает ее способности действовать, превращает ее в сонного кита, выброшенного на берег.

этот параграф в особенности напомнил мне видео-эссе «social media vs democracy» — исследование скрытых методов пропаганды в социальных сетях. обычно мы говорим только о дезинформации и fake news, но совсем необязательно врать, чтобы искажать чужую картину мира.

любая пропаганда ложь, даже когда говорят правду.
— джордж оруэлл

благодаря социальным сетям кто угодно может делиться какой угодно информацией, и, с одной стороны, это хорошо для демократии (потому что она в теории эффективнее решает социальные проблемы, чем авторитарные режимы, именно за счет того, что население передает правительству информацию). но, с другой стороны, из-за того, что кто угодно может делиться какой угодно информацией, ее становится слишком много (что мы прекрасно можем почувствовать в «crudo», где новости и посты в социальных сетях просачиваются в самые интимные моменты жизни главной героини), и человеческий мозг не может всю ее обработать.

существует два основных ответа на информационную перегрузку:
1. learned helplessness (выученная беспомощность) — когда ты не можешь обработать всю информацию, которая к тебе поступает, поэтому просто перестаешь пытаться. люди могут становится безразличными к новостям (потому что кто знает, где правда?); в этом состоянии и пребывает кэти в приведенном отрывке. иногда поток новостей делает людей тревожными и более доступными для манипуляции.
2. selective exposure — когда ты ограничиваешь потребление информации только той, что подкрепляет твою уже сформировавшуюся точку зрения. selective exposure очень полезна для соцмедиа платформ: когда все разделены по категориям, легче скармливать людям таргетированную рекламу. алгоритмы платформ только подкрепляют selective exposure, отрезая пользователей от контента, который им «не интересен» (и часто постепенно подводя людей к всё более радикальному контенту, потому что он привлекает больше всего взаимодействия).

правительствам не нужно врать и распространять fake news, чтобы заниматься пропагандой: им достаточно заполнять соцсети огромным количеством противоречащей информации, чтобы подтолкнуть людей к learned helplessness и selective exposure. например, в 2017 году выяснилось, что правительство китая регулярно нанимает людей, чтобы те постили в социальных сетях (китайское правительство пишет около 448 миллионов постов в год), и в этих постах почти никогда нет лжи. большинство постов выпускается во время восстаний, террористических атак и тд. каждый раз, когда у людей может появится желание выйти на улицу и начать протестовать, правительство пишет кучу постов о позитивных вещах, которых оно достигло, или даже просто о нейтральных фактах — о всём, что отвлечет людей от реальных проблем и заставит их чувствовать апатию и безразличие из-за бесконечного потока информации

«она хотела никогда больше не говорить ему плохого слова, хотя с ней случалось такое раза по два в день, особенно когда она была голодная или усталая. как научиться владеть собой?
потом в машине они дурачились,
обсуждали свои три желания, и она сказала, что загадала бы, чтобы люди во всем мире перестали злиться, — вот вам и сорок лет, где былой гонор.

<…>

люди, которые не злятся, новая печальная мечта. не важно, заваривала ли она чай, не важно, сколько ваз с цветами она переставляла с места на место, она причиняла ему боль, она не могла сдержаться, срывалась как сумасшедшая. она никогда не знала, чего хочет, но сейчас, 3 сентября 2017 года, она была уверена, что только мира. она поставила фарфор на шкаф. пусть всё просто остается как есть. не умирай. дай мне время осознать, что любовь больше, чем я».

«crudo» оливия лэнг

сегодня вспоминаю фанфик living in border lines и фразу оттуда «само молчание — то, о чем отказываются говорить или то, что запрещено называть, осмотрительность, которая требуется от говорящих, — это не столько абсолютный предел разговора, другая сторона, от которой он отделен строгой границей, сколько элемент, функционирующий наряду с тем, что говорится, и дополняющий его», и как же хорошо эта идея о тишине как части разговора вписывается в историю о скорби как части любви. мне очень нравится, как автор_ка смог_ла окрасить профессией главного героя (лингвистикой) всё повествование, так, что даже структурно рассказ напоминает основные части эссе

black sisters

sick of people ignoring the fact that of all hp characters albus dumbledore is the one with the coolest and the gayest style

уже в который раз за последнее время слышу аргумент: «я этого не понимаю! и я не обязана в этом разбираться» от людей, оправдывающих свою ненависть или бездействие там, где пригодилась бы их помощь. лесбиянка говорит: «если я часть лгбт-сообщества, это не значит, что я поддерживаю всех, кто в нем находится. я не понимаю всех этих небинарных и трансов, и я не обязана в этом разбираться! если честно, я поддерживаю радфем в их взглядах на трансов!». то есть она «не разбирается» в вопросе транс-персон, НО поддерживает трансофобию? знаменитости с большим влиянием говорят: «я не разбираюсь в политике, я не знаю, что происходит в палестине, и поэтому не буду привлекать внимание общественности к этой проблеме. я не обязана всё это знать!». они не разбираются в вопросе, но, хотят они этого или нет, своим молчанием они поддерживают геноцид в палестине.

я считаю, что и в первом и во втором случае, эти люди обязаны разбираться в вопросе. намеренное невежество может быть формой насилия. философы тед хондерич и джон харрис писали, что помимо позитивного насилия — того, что мы осознанно совершаем, — существует также негативное насилие — то, чему мы осознанно позволяем произойти. осознанное избегание информации о проблемах в мире, по их мнению, входит в негативное насилие.

у лесбиянок есть права только благодаря помощи транс-людей, боровшихся с ними бок о боком, а теперь, когда насилие в сторону транс-людей растет с каждым годом, лесбиянка решает, что она не обязана ничего об этом знать и помогать им. права транс-людей и геев с лесбиянками всегда были и всегда будут неотрывно связаны — гендерная идентичность первых и сексуальная ориентация вторых подрывают патриархальные институты, которым необходимо четкое распределение гендерных ролей (в эти роли входит влечение к противоположному полу). как только правые политики уничтожат легальное существование транс-людей, они уничтожат легальное существование однополых отношений. вы можете не разбираться в проблемах других людей в вашем сообществе, но скоро эти проблемы станут вашими собственными.

знаменитости не просто «не разбираются в политике», они осознанно решают не делать ничего, когда происходит геноцид. то есть они осознанно позволяют ему продолжаться.