the world without queer people never existed and never will

все годовщины (и расставания) бартилусов происходили в одном и том же ресторане “cheesecake factory”, где май тай стоит три доллара. пара, которую постоянно выгоняют с мероприятий (включая детский вечер нарциссы и коачеллу) за самые кинематографичные ссоры у всех на виду, во время которых барти размахивает их телефонами, а регулус обвиняет его в том, что он спит с почтальоном. барти лишил регулуса девственности в старшей школе на заднем сиденье своей черной тойоты и отпускал слишком много неприличных шуток, связанных с тестами на беременность, после чего ему пришлось две недели ходить в школу в дурацких солнцезащитных очках, потому что сириус поставил ему фингал под каждым глазом

“crimson rivers” regulus is my favourite because i will see an edit like that and think: oh my sweet gentle boy who writes sad poetry and keeps dried flowers in his dairy

a little (or not so little) rant about moral grayness of regulus in “only the brave” and regulus in “choices”. регулус из “only the brave” и регулус из “choices” – два самых известных морально серых главных героя в фандоме, но отношение к ним совсем разное. регулуса из “otb” обожают все, чего точно нельзя сказать о реге из “choices”, но мне последний всегда будет нравиться больше. и именно за то, что его по-настоящему сложно любить. главное отличие между ним и регулусом из “only the brave” в том, что регулус из “otb” – крутой. он могущественный волшебник, он умен, он саркастичен, он совершает ужасные поступки, но либо ради тех, кого любит, либо ради мести – обе причины, которые читатели обычно готовы простить. а регулус из “choices” – просто напуганный мальчик. в нем нет ничего выдающегося. всё, совершаемое им насилие, никогда не делает его могущественным и привлекательным. этот момент в “choices” я особенно люблю, потому что то, как герои предстают «горячими», когда совершают насилие в “otb”, меня раздражало, если честно. насилие в “choices” всегда просто омерзительно и жалко, и соф не боится показывать все его самые отвратительные стороны, смотреть в лицо тому, что такие люди как пожиратели смерти делают на самом деле. мотив для большинства поступков регулуса в “choices” – это не любовь и не месть, это страх. и в этом нет ничего красивого, ничего романтичного. написать такого героя, и всё равно заставить его полюбить – настоящее искусство. такому персонажу, как регулус из “otb” легко понравиться читателю, насколько бы морально серым он ни был, и поэтому он меня не восхищает (хотя я всё равно люблю его!). а регулус из “choices” настолько живой: соф без приукрашивания показывает, каким действительно становится человек в таких условиях. регулус из “otb” для меня – привлекательный герой, регулус из “choices” – живой ребенок, которого хочется прижать к груди. и да, он ребенок! один из моих любимых моментов в “choices” – все герои действительно ведут себя на свой возраст, и ты всегда с ужасом понимаешь, что они только подростки (чего опять же я бы не сказала о героях в “only the brave”). следовать за регулусом из “choices” – это быть запертым в голове очень напуганного мальчика и бесконечно блуждать по лабиринту его иррациональных мыслей, так что тебе самому начинает казаться, что выхода (выбора) нет, хотя умом ты понимаешь, что он есть. эта работа вызывает почти клаустрофобоное чувство (я пыталась забросить её читать десять раз, потому что это было слишком тяжело), но какая же она сильная

и ещё: я искренне не понимаю, почему у многих людей в фандомах такая логика: персонаж, убивавший и пытавший людей, – морально серый, сложный герой, которого можно простить; подросток, поцеловавший кого-то, будучи в отношениях с другим человеком – падший на самое дно герой, которому никогда не будет прощения («автор хотел показать противоречивость своих героев, но зашел слишком далеко»…)

в последние дни меня преследует эта сцена. “she cut my hair“, эта фраза так больно бьет, потому что она такая детская и живая: мы видели все те ужасные вещи, которые происходят с регулусом дома, и какие-то волосы не должны иметь значения, но они значат очень много. он всё ещё мальчик-подросток, ему всё ещё хочется красивую прическу. и когда тебе напоминают, что в таких отвратительных условиях растут такие же дети, как ты, это невыносимо

нам сегодня на прозе надо было придумать, каким персонажем был бы буратино в романтизме, реализме, классицизме и тд. и я пришла к выводу, что буратино в романтизме – это монстер франкенштейна

«некоторые люди не заслуживают искупления». искупление – это не то, что человек заслуживает, это то, что человек делает. искупление – это выбор начать жить другую жизнь, стать лучше, совершать хорошие поступки вместо плохих и стараться искупить вред, который ты причинил. и кто-угодно может (и должен) сделать этот выбор, в любое время, в независимости от того, что он совершил. мы не можем изменить прошлое, но мы можем выбрать, кем быть в настоящем и будущем. это совсем не о том, что мы «заслужили»

мне почему-то неловко выкладывать это на основу, так что пускай будет здесь

«кровавая комната» анджела картер (9/10)

«кровавая комната» – сборник сказок шарля перро, переписанных анджелой картер на новый лад. по словам самой писательницы, она занимается «демифологизацией»: картер рассматривает мифы и сказки как факторы, влияющие на процесс «создания» женщины; она называет их «выдающимися выдумками, предназначенными для того, чтобы сделать людей несвободными». в своем переложение сказок анджела картер обнажает их идейную подоплеку, показывает, как они учат девочек покорности и страху, а затем позволяет своим героиням самим вершить свою судьбу – вырваться из предначертанной для них патриархальной истории. в отличие от довольно безличной оригинальной манеры рассказывания сказок, текст картер погружает нас в голову главной героини: мы проживаем знакомый сюжет, но на этот раз через призму индивидуального (женского) восприятия.

сказки анджелы картер – это не просто революционные для своего времени (и до сих пор) истории о женщинах и женской сексуальности, и о том, как те подавляются мужчинами; это также невероятно красивые, странные, пугающие, мрачные, парою отвратительные образы; оригинальные и остроумные сюжеты (сказки далеко не всегда поворачивают в ту сторону, в которую вы ожидаете); и просто великолепный текст (в некоторых сказках у меня было желание выделить в цитаты каждое предложение).

каждый раз, когда на лекции в очередной раз упоминается ии, я вспоминаю этот пост

сейчас будет очень много текста. я захотела поделиться своим мнением на счет изображения абьюза в семье блэков в фандоме, но пост получился таким большим, что я решила разбить его на три части

¹ физическое vs психологическое насилие

я устала от того, что в подавляющем большинстве фанфиков описание абьюза в семье блэков заканчивается на «вальбурга пытала круциатусом своих детей», потому что зачастую это просто довольно ленивое письмо. очень легко показать весь ужас абьюза, если написать, что родители буквально пытают своих детей. но это также быстро становится невероятно скучным и избавляет авторов от необходимости прописывать все нюансы психологического насилия в отношениях детей и родителей. физическое насилие (тем более на таком уровне) просто и понятно – до каждого дойдет, что в семье всё очень плохо после фразы «она пытала меня круцио». психологическое насилие гораздо сложнее заметить и описать, но именно поэтому оно для меня в разы интереснее. изображение психологического насилия на таком уровне, что читател_ница сможет почувствовать весь его ужас – настоящее писательское испытание и то, чего мне не хватает в фандоме.

более того, за этим нежеланием людей писать психологический абьюз без физического прослеживается довольно популярная идея о том, что только физический абьюз – по-настоящему ужасен, что он – крайняя форма абьюза. но психологический абьюз может быть таким же ужасным, а для кого-то и ужаснее. уже не говоря о том, что в физическом насилии со стороны близкого человека, как правило, основную роль играет именно психологический элемент – наибольшее страдание приносит не физическая боль, а унижение и осознание того, что человек, который должен был тебя защищать, нападет на тебя.

и, если честно, я редко вижу, чтобы автор_ки изображали последствия выбранной ими настолько экстремальной формы насилия как пытка настолько же экстремальными. круцио в гп – вещь, сводящая людей с ума.

² изображение абьюзеров

а теперь к самой вальбурге, запускающей непростительные заклятия в своих детей, – мне бы очень хотелось увидеть её кем-то большим, чем бездушным монстром, не испытывающим никакой любви к своим детям. во-первых, когда мы изображаем вальбургу не как карикатурную злодейку, а как живого человека (а не один человек не абсолютно плохой во всех сферах своей жизни), текст опять же просто становится в разы интереснее. возможно, фандом гп (хотя это проблема существуют далеко не только в нем) перенял от исходного материала это жесткое деление людей на плохих и хороших, и поэтому у нас, по большей части, существует только два образа родителей: совершенно плохие (вальбурга и орион) и совершенно хорошие (юфимия и флимонт). оба образа в таком виде становятся невероятно скучными. что довольно любопытно, как правило, в тех редких случаях, когда родителям позволяют отходить от этой жесткой дихотомии, право на моральную сложность и неоднозначность получают мужчины. если кто-то из ужасных блэков в глубине души и любит своих детей – это орион (например, в “choices”). если кто-то из идеальных поттеров и совершает ошибки – это флимонт (как в “kill your darlings” и в “pathological people pleaser“). женщинам быть живыми людьми не положено (и да, вечное изображение юфимии как идеальной матери (каких в жизни не бывает) – такая же мизогиния как и отказ вальбурге в человеческой противоречивости).

во-вторых, и это то, что по-настоящему выводит меня из себя, многие люди почему-то считают, что изображение абьюзеров как сложных, многогранных личностей, способных как на доброту и любовь, так и на насилие, – это романтизация абьюза, и писать такое вообще нельзя. но я уверена, что подобное изображение, наоборот, очень важно и нужно (и гораздо больше вреда наносят как раз эти злые картонки на месте абьюзеров). люди ненавидят изображение абьюзеров как живых людей, потому что на несколько минут они вынуждены жить в той сложной эмоциональной реальности, в которой жертвы абьюза живут годами. как я писала выше, реальные люди почти никогда не бывают совершенно бесчувственными воплощениями зла. они – противоречивы, иногда они добрые, а иногда злые, они любят тебя, но они делают тебе больно. абьюзеры могут любить своих жертв, и изображение этой любви – не романтизация. наоборот, оно передает очень важную мысль: любовь не оправдывает насилия. жертвы часто не уходят из абьюзивных отношений как раз потому, что думают, что абьюзеры их любят, поэтому, по-моему, гораздо нужнее не образ абьюзеров, не способных на любовь, а идея о том, что любит абьюзер тебя или нет не имеет значения. они всё ещё делают тебе больно, и любовь не может этого исправить.