Друзья, в среду мне удалось посетить научную ярмарку по когнитивной психологии «Неделя экспериментов». На ней можно было поучаствовать в разных экспериментах, которые проводили студенты. Причём если постараться, можно пройти практически все — на это даётся целая неделя.

Интересно было поучаствовать и пройти несколько из всего списка. Один эксперимент был связан с «ага-эффектом», другой — с прайминг-эффектом. Там были тестовые задания на обнаружение соответствия слов, а также нужно было отличать существующие слова от несуществующих.

Но больше всего мне запомнился третий эксперимент. На первом его этапе необходимо было сосредоточивать внимание на крестике в середине экрана. Суть в том, что перед тобой картина: в центре — крестик, а вокруг него — светлый круг. И весь фокус в том, что по мере фокусировки внимания круг исчезает. Этот процесс мне очень сильно напомнил состояние погружения в медитации. Колебания, создаваемые умом при сосредоточении, мешают как во время концентрации в эксперименте, так и во время фокусировки внимания на крестике. Когда я предвкушал растворение круга, когда появлялась взволнованность в момент, когда круг исчезал, — эти переживания мешали сосредотачиваться. И конечно, то же самое происходит и в медитации. Это удивительно: можно с помощью внешнего объекта и простого способа прорабатывать процесс внутреннего сосредоточения.

Ещё перед уходом волонтёры предложили сыграть в лотерею, в которой можно было выиграть стикер, головоломку, книгу и ещё пару вещей. Я вытянул бумажку с книжкой. Что интересно: книгу можно было выбрать из тех, что лежали на столе, а я как раз присмотрел одну ещё когда только пришёл.

В совокупности впечатления от мероприятия остались положительные. И ещё, конечно, интересно отмечать, как мой нынешний контекст изменил моё восприятие: термины, вопросы, само восприятие экспериментов — всё так или иначе вращалось вокруг буддизма.

Вот сама картинка с иллюзией. Она называется иллюзия "Исчезающие круги".

Не следовать жажде не означает отказаться от всего или обязательно уйти в монашество, чтобы не желать.
Это значит отпустить, не цепляться за то, что есть; увидеть и постичь всю глубину того, что происходит с тобой; довериться этому и позволить происходящему быть, делая лишь то, что от тебя зависит, идти лишь за намереньем.

В стоицизме это характеризуется познанием Логоса (разумного порядка вселенной) и принятием детерминизма — исполнением своей роли с полной самоотдачей. Ты делаешь только то, что в твоей власти, и не ждёшь, что мир будет соответствовать твоим представлениям. От нас не зависит, будем ли мы богатыми, известными, будет ли у нас счастливая семья. От нас зависят только наши решения, выбор, намеренья из которых создаются подходящие условия для благополучия в перспективе. Люди, события, удача — всё это от нас не зависит. Мы не решаем, какая возможность попадётся под руку, с кем удастся завязать отношения, а с кем нет, в ком мы вызовем доверие и уважение, а в ком нет.

И вот буддийское «так как есть», отказ от жажды и цепляния, и означает: видить непостоянство, страдательность и отсутствие самостности, и осознавать взаимозависимое возникновение, а это значит отпустить и учиться делать только то, что в твоих силах. Ведь всё переменчиво, непостоянно и взаимозависимо. Когда ты постигаешь это, то отпускаешь, доверяешься этому потоку и действуешь, исходя из тех сил, что есть у тебя здесь и сейчас — поскольку другого у тебя попросту нет.

Делать то, что от тебя зависит, в буддизме хорошо описанно и суммировано в Дхаммападе ( 183): «Воздерживаться от всякого зла, культивировать благочестие и очищать свой ум: таково наставление Будд».

С этим отпусканием мы и живём принимая жизнь такой какая она есть, стремясь к добру и осознанности, к процветанию и благополучию, но с помощью тех средств, что перед нами появляются. И в этом мы отпускаем жажду и цепляние, где есть покой и удовлетворённость там можно не испытывать чувственного желания и цепляния. Сохранить свой дух благо расположенным можно в любых обстоятельствах и ситуациях. О чем нам напоминает Марк Аврелий «Возьми меня и забрось, куда пожелаешь. И там я сохраню свой гений благорасположенным, т. е. удовлетворённым, если его состояние и деятельность будут отвечать свойственному ему строению».

Вот начался новый ретрит, в котором я буду в роли ведущего.

Всё больше и больше наблюдаю, как волнения становится меньше. Но всё же включаться в роль лектора сложновато. Заметил, что помогает предварительное общение о практике: ум встаёт в нужную колею, и проще потом рассказывать.

В последние дни моя медитация шла в очень хорошем сосредоточении — что удивительно, поскольку всё это время голова была занята мыслями. Много думал о своём пути, о Тайланде. В общем, о разном. Но по большей части я просто отмечаю изменчивость и непостоянство мыслей, из-за чего даже не хочется их как-то по-особому отмечать. И свойственная мне ранее рефлексия теперь кажется лишней.

Поэтому просто наблюдаю и смотрю, что получается.

Ретрит прошёл спокойно и размеренно.

По практике могу отметить, что медитация проходила местами средне, местами возникали помехи. Яркая и умиротворённая медитация была только один раз; в остальное время ум ощущался тяжёлым и вялым, а порой его захватывали мысли.

Интересно отметить, что во время одной из сессий ум пребывал в апатии, чувствовалась нехватка энергии. И тогда, чтобы взбодрить его, я решил воспользоваться памятованием о Будде. Я стал вспоминать, какими качествами обладал Будда, и это придало уму энергии, поскольку к сосредоточению добавилось размышление.


Здесь я вспоминал практику взращивания 7 факторов просветления, совет из Висуддхимагги, по поводу того, что если ум находится в сонливости и апатии, то не рекомендуется всвязи с этой помехой пытаться сосредотачиваться или созерцать, поскольку это как в слабый костёр для розжига добавить влажную траву. Поэтому в этой ситуации наоборот необходимо средство которое ум взбодрит и придаст ему силы подобно сухому хворосту для костра. А это исследование дхамм, памятование о Будде, Дхарме и Сангхе. Тоесть в некотором смысле активность ума, вместо пассивного наблюдения.

Что также стоит отметить: до ретрита медитация была в глубоком сосредоточении. В уме присутствовала ясность, умиротворённость, ощущался покой. Ум буквально приклеивался к дыханию, и нужно было прилагать усилие, чтобы закончить медитацию.

Но вот во время ретрита объект концентрации чаще казался плоским и отдалённым, воспринимался смутно. Ум если и концентрировался, то процесс этот был медленнее и не настолько глубок.

Но что сохранялось — так это понимание состояния. Словно я ощущал выбор: развивать ли ту или иную мысль, идти за этим цеплянием или не идти. И если приложить усилие или, наоборот, определённое расслабление, то можно мысль и чувство отпустить и вернуться к дыханию.

И вот такую осознанность я отмечаю последний месяц — вне зависимости от того, в каком состоянии находится ум сам по себе. Я стал замечать яркость, наполненность мыслей энергией для цепляния, тот интерес, который они вызывают у ума. И при этом в определённые моменты — возможность отпускать и возвращать ум к дыханию.

Правда, эта осознанность в большей степени присутствует только в медитации, когда нет такой динамичности событий и всё происходит только в уме.

Последние дни прошли в болезни, и вот только со вчерашнего дня стали возвращаться силы — болезнь начала отступать. Чувствую себя уже достаточно хорошо.

В основном приходят различные мысли. Каждый день что-то меняется. Но большую часть времени я утопаю в чувствах застоя и стагнации. Я словно забуксовал на месте и никуда не двигаюсь. Вроде учу язык, но понимания больше не становится; вроде практикую, но подхожу к практике формально.

Я остаюсь в ожидании возможности перелёта, и этот момент всё не наступает — только откладывается. Нужно всё готовиться и готовиться. Я уже теряю нить: к чему именно я готовлюсь? Для чего?

И мысль лукавая подступает: «А может, я и вовсе никуда не смогу полететь?»

Вроде цель есть, даже весьма конкретная — я готовлюсь к церемонии посвящения и поступлению. Но когда это произойдёт, какие сроки на подготовку — не понятно.

Вроде: «Делай то, что нужно, что необходимо — и будет тебе счастье». Но мысли всё время уводят в сторону, а рука тянется к телефону, к просмотру видео на YouTube.

«Каждый момент времени нужно проводить продуктивно, каждое мгновение должно приближать к цели». Но ресурсов словно и нет.

Ловя эти умонастроения, осознаю их и пытаюсь понять свои нынешние возможности. Что вокруг меня есть? Пытаюсь себя встряхнуть. Сейчас хорошая возможность для практики, изучения буддийской литературы и языка. Но в этом ли ответ?

Ум всё равно ждёт новостей, ждёт внешней встряски. Помню, как я обрадовался, когда возникла малейшая возможность каких-то изменений. Общаясь с одним русским монахом из Москвы, была идея встретиться с ним там, но и эта возможность растворилась. Я никуда не поехал. Никаких значимых изменений не произошло.

Может, это марафон, а не спринт? Всё дело в выносливости? Я не знаю.

И даже мысль приходит: а что, собственно, изменится, если я всё же улечу? Станет ли лучше? Будет ли по-другому?

Свойственная мне апатия снова даёт о себе знать, снова захватывает ум и мысли. Я утопаю и снова вхожу в спячку телефонного забвения. Практика становится пресной, а учёба — отстранённой.

Единственное, что есть — это понимание: каким бы ни был исход, буддизм останется со мной. За это время, пусть моментами практика и ощущается формально, она всё равно остаётся со мной. Как маяк, как ориентир внимательности, как прибежище в тишине медитации. Такой глубокий, сложный и разнообразный. Это то, что я хочу сохранить и пронести через жизнь. Это то, что изменило меня и так много дало.

Как легко потерять метку своей цели. Как легко растворяется намерение в пространстве чувств и желаний. Практически как сахар в тёплой воде. Без остатка. И вроде что-то явно изменилось, но уже и сложно определить на глаз.

Просмотры видео по космологии буддизма вернули мне ясность. А именно — напоминание, что ум — это и есть мир. Будда говорил именно об этом, рисуя картину мира, но — внутри нас. Отрывок из Рохитасса-сутты (СН 2.26):

«Друг, именно в этом самом теле, длиной [почти] в сажень, наделённом восприятием и сознанием, я провозглашаю мир, происхождение мира, прекращение мира и путь, ведущий к прекращению мира».

И вот эта мысль — как жар для сладкой воды: влага уходит, всё больше проявляя сахар.

Я ведь вступил на этот путь, чтобы работать над своим умом, воспитывать его и взращивать благие качества.

Всё, что человек собой представляет, — это его ум, его сознание. Греки называли это психеей, что перекочевало и в психологию, название которой означает «изучение души». Читта — ум. Мы — это наш ум, наша душа. Воспитание ума — это воспитание себя.

Но у этого нет дивидендов. Нет ежемесячной зарплаты и выплат. По крайней мере, я их не ищу. Хотя... благое состояние ума — вот что мне нужно. Оно само по себе даёт такую степень радости и покоя, которую нельзя достичь никакими материальными средствами. Благой ум приносит благо и в мир. Он созидает, помогает, сорадуется, прощает и остаётся спокойным и уравновешенным.

Постижение своего ума — великое благо, помогающее преодолевать трудности и препятствия как внешнего, так и внутреннего характера. Это прибежище, внутренняя защита ума. Возможно, когда-нибудь удастся сохранить кристаллы сахара (истины?) в чистоте, несмотря на трудности. Но пока путь продолжается.

Пожалуй, это и есть сам путь.

Спасибо вам, друзья, что читаете, что пишете добрые слова. Спасибо за вашу поддержку.

Друзья, вот и настало время нового ретрита. Время практики и созерцания.

На протяжении всего дня я понемногу готовился к ретриту, можно сказать, с осознанностью подходил к каждой задаче, которая стояла передо мной. Недавно начал учуться новому для меня способу надевать верхнее монашеское одеяние (чивару).

В такой методичной подготовке и ум находит опору и покой. Хотя, конечно, сказывается и наличие некоторого опыта в проведении ретритов — это тоже освобождает ум от лишних волнений.

Понемногу обращаюсь к японским хайку (короткие трёхстишия). Отмечаю, что они направляют ум на созерцательность.

Привожу в пример как раз одно из них:

Ива склонилась и спит,
И кажется мне, соловей на ветке —
Это её душа.

Ретрит прошёл в спокойном режиме. Тело и ум, конечно, работали интересно, обошлось без глубоких погружений.

Отмечал, как при возникновении даже мыслительных образов возникает чёткое ощущение в уме, что они абсолютно реальны и очень важны. Хотя это — абсолютная игра ума, но понимание этого приходит только после медитации. А во время — словно во сне, но только здесь ум пребывает в относительной концентрации.

Также отмечал, что ум просто не в состоянии прийти к внутренней тишине. Мысли возникали и возникали, образ за образом. Внимание то цеплялось за них, то снова переходило к дыханию. Тело так же ощущалось тяжёлым, что в том числе влияло и на ум. Хотя во второй день концентрация стала немного лучше, я всё больше отпускал это состояние и больше просто пребывал с ним. Поэтому практика в большей мере выстраивалась не на концентрации, а на наблюдении ума и забавном отмечании как мисли-образы воспринимаются как что-то реальное.

Пришла весна. Солнца стало больше, защебетали птицы, и воздух наполнился сладким весенним ароматом.

В это время просыпается ностальгия, возникает чувство надежды на что-то новое. Хочется больше гулять и наблюдать, как всё больше расцветает весна. Ветки вербы уже украшены белыми соцветиями, мимоходом так напоминающие зимнюю стужу.

Конечно, именно в такие минуты обращаешься к хайку, хотя в пору по такому случаю стоит и самому попробовать сложить подобный стих.

Солнце расходится теплом —
переменчив ветер прохладой —
ива надела серёжки.

Вот и начался ретрит. И здесь уже всё достаточно привычно.

Неделя прошла в затишье, и я всё подбирал слова — наверно, как выразить мысли, как подобрать слова.

В общем, эти дни я налаживал режим. В течение дня — совмещение домашних дел и учёба английского; вечером — обязательно прогулка, чтобы подумать и разгрузить мысли.

В связи с тем, что даты переезда так и нет и ясности в этом вопросе не предвидится, я стал обращать внимание на то, что есть. На то, что вокруг.

Отмечаю, что за это время здесь я научился многим вещам. Как это ни странно, но раньше я не особо умел варить крупу — всегда, когда готовил, обходился только пакетиком риса или гречки. Тогда как сейчас спокойно готовлю крупу.

И как это ни удивительно, но много также возможностей в практике и изучении буддийской литературы. Ведь пока я здесь, я уже прочёл несколько книг, многое узнал о практике, провёл много ретритов. В общем, мне есть чем заняться, и, по сути, я получаю много пользы и знаний, находясь здесь. Я уже не говорю о тренировке дисциплины в плане работ по дому.

Это большая ценность для меня, а перелёт отходит на второй план, поскольку цель — не столько в перелёте как таковом, сколько в возможности работать над собой, приобретать опыт и знания. А возможность полететь в Таиланд появится, когда я действительно буду готов и тогда, когда это будет нужно.

В этот вечер хотел бы поделиться созерцательным хайку от Мацуо Басе -

Посадили деревья в саду,
Тихо, тихо, чтоб их ободрить,
Шепчет осенний дождь.

***

Опала листва.
Весь мир одноцветен.
Лишь ветер гудит.

Ретрит прошёл в штатном формате, только вот в субботу вечером и до самого полудня воскресенья меня беспокоила головная боль. Что интересно отметить: головная боль не мешала практике медитации и меньше влияла на концентрацию, нежели недосып или усталость тела.

Во вторник ездил на флейтинг. Что важно отметить: я ощутил медитативную опору на дыхании — действительно смог концентрировать внимание на дыхании даже в непривычном положении. В двух предыдущих опытах концентрация присутствовала, но ясно фокусироваться на дыхании не получалось: ум то и дело ускользал то в мысли, то в телесные ощущения.

Каждое мгновение наполнено красотой, ведь оно такое, какое есть. Оно целостное и наполненное — и больше никогда не повторится. В бесконечность улетает каждая осознаваемая секунда. И этот момент, такой, какой есть, уже полон и завершён.

Желания и цепляния разрывают связь нашего ума с этим моментом, устремляя беспокойный ум в область несуществующего — только лишь иллюзорного. Мы создаём фантомы, ни в чём не уступающие тому мгновению, в котором мы присутствуем каждую секунду.

Но стоит только обратиться к настоящему моменту, посмотреть на него: что происходит вокруг? что происходит сейчас в моём уме? — и сразу же нащупывается опора. И бесконечная спираль мыслей перестаёт давить и тревожить; она больше не переполняет ум.

Прошло немало времени с тех пор, как я снова начал писать. Мысли вроде есть, но вот руки никак не доходили что-то написать.

Последние дни, а скорее даже последняя неделя... Что можно сказать?

Я виделся с друзьями. Мы дружим с 7 лет — даже не верится, что столько времени прошло, а мы всё ещё вместе.

Был на неформальном мероприятии, на котором познакомился с дост. Пелгье — она монахиня из традиции тибетского буддизма Гелуг.

Теперь вот начинается ретрит, и вроде всё идёт неплохо. Хотя, конечно, ощущение, словно я немного забуксовал. Мало времени уделяю изучению буддизма, мало действительно значимых осмыслений, которыми стоило бы поделиться. В основном — только бытовые дела и английский.

Хочешь не хочешь, а мысли о переезде так и возникают. И да, я там, где я есть, и это здорово, но не могу не отметить присутствующую тоску.

Отмечаю также в целом упадок сил — причём как физических, так и моральных. Сложно в последние дни находить время для всех дел. Как это обычно бывает: сначала получается войти в режим, но буквально через несколько дней, после внеплановых событий, приходится снова прикладывать усилия для возобновления прежнего ритма.

Поэтому на всё, что меня сейчас хватает, — это на поток отрывочных мыслей, о том о сём. Наверное, и последняя неделя прошла примерно с таким же ощущением: думал вроде о чём-то значимом, но в то же время — и нет.

Данная ситуация напоминает мне момент во время автостопа, когда уже проехал половину пути и намертво встал в одной точке — где-то в полях, огороженных забором. Примерно середина дня, поймать попутку никак не выходит, и остаётся только медленно и утомительно ступать вперёд, пока не представится случай.

Так как сегодня суббота, а значит, время хокку, и, думается мне, оно очень кстати к вчерашнему посту.

Кобаяси Исса: «Тихо, тихо ползи, улитка, по склону Фудзи вверх, до самых высот!»

Делать то, что должно, быть в потоке, в настоящем — умение, требующее от тебя понимания того, что сейчас необходимо. Необходимость понять, к чему сейчас тебя призывает жизнь: что тебе необходимо делать, для чего сейчас есть время, а для чего ещё не пришло.

И это не про желание, а про соответствие внешнего и внутреннего. Про аутентичность.

Делать то, что должно, значит осознать своё место в этот момент. Например, это как весной сажать картошку, чтобы осенью собрать урожай. Для других культур природа приурочила своё время, но никто не будет сажать картошку зимой — в таком случае она не даст урожая, и ростки не взойдут.

Это же применимо и к жизни. Например, я осознаю, что когда я поступил в магистратуру, жизнь поставила передо мной задачу найти работу. Я не должен был учиться так, как учился в бакалавриате, поскольку условия стали другими. Другой опыт и знания мне необходимо было приобрести. И что интересно: семена, которые ты сам пытаешься посадить в неподходящее время, не смогут взойти, как ни старайся.

Так и я не мог найти отношения, пока учился на бакалавриате, поскольку в тот момент мне было необходимо учиться, изучать свои эмоции и чувства, практиковать нравственность, налаживать социальные связи.

На какое количество страданий мы себя обрекаем, когда не видим задач, которые перед нами ставит жизнь, какие возможности именно сейчас перед нами есть — но вместо этого мы стремимся к тому, для чего ещё не пришло время.

Поэтому делай то, что должно, и будь что будет.

Друзья, пока еду на лекцию к досточтимому учителю Луангта Наронгсаку Кхиналайо. Хотел бы поделиться с вами хайку мастера Басë

- Тишина вокруг,
только звоном пронизаны камни — поют цикады…

Итак, друзья, поделюсь своими впечатлениями от встречи с досточтимым Луангта. Мне удалось побывать только в субботу.

Было достаточно много гостей. Отметил, что для многих это в какой-то степени был праздник — радостные лица, горящие глаза. Действительно, событие нетипичное: к нам очень редко приезжают монахи из Юго-Восточной Азии из традиции Тхеравада, да ещё с настолько хорошей организацией. Некоторые практикующие сначала были на встречах в Москве, а затем приехали в Петербург. Люди верят в своего учителя, и это вдохновляет. Мне не раз говорили, что это очень счастливая возможность — услышать Дхамму от учителя.

Формат был «вопрос — ответ». Люди садились перед учителем и задавали ему вопросы. Были вопросы по практике и по учению, но были и вопросы о том, как найти любящего человека, как обрести себя, как найти счастье и гармонию. Некоторые люди плакали, когда получали ответ или когда рассказывали о своей ситуации.

Было две беседы: одна в первой половине дня, затем перерыв и обсуждение в кругу, а после — вечером — вторая часть беседы. Круг вели приблеженные ученики Луангта кс ними можно было обсудить положения учения, спросить о том, что непонятно, или просто задать любой вопрос.

Учитель также, отвечая на вопрос, мог сказать, в каком состоянии сейчас находится ум у практикующего, какая у него аура. И некоторые люди спрашивали только о том, в каком состоянии сейчас их ум.

Уже вечером, во вторую часть лекции, на встречу пришёл Бханте Топпер Панньаавудхо — русский монах, основатель полезного и информативного сайта «Тхеравада.ру». Удалось и с ним познакомиться, и немного пообщаться, поскольку раньше я с ним не виделся.

Что касается самого учения из того, что я уловил и могу сейчас сказать: основной упор в практике делается на постижение того, кто видит, кто делает выбор. Нужно непосредственно постичь, что и этот «актор» тоже появляется и исчезает. Также в практике метты: начинать нужно не с самого себя, а с других — мы посылаем метту сначала им, а уже потом себе.

После утренней беседы я тоже подошёл к досточтимому Луангта, чтобы поздороваться и представиться. После знакомства он сказал, что мне нужно делать упор на практику нравственности и по возможности выбрать монастырь с серьёзной монашеской дисциплиной.

Также после прослушивания ответов учителя ко мне пришёл инсайт: мы так цепляемся за себя прошлых и ассоциируем себя с этим, определяем себя через прошлые поступки, прошлые реализации, выбор и действия. Тогда как на самом деле мы есть только здесь и сейчас, и «нас прошлых» нет. То есть если мы считаем себя плохими людьми, слабыми людьми, то на самом деле мы сейчас такими не являемся, поскольку нас сейчас определяет только наше цепляние за это прошлое.