BREAKING NEWS: Саджид Джавид, бывший канцлер, бывший министр внутренних дел и министр здравоохранения при Мэй и Джонсоне сказал, что бессмысленно идти на следующие выборы.

Опросы общественного мнения, по словам Financial Times, говорят, что консерваторам пиздец. Они настолько оторвались от своей избирательной базы, что не представляют и не репрезентируют никого, бедные ультраправые высокооплачиваемые ублюдки с гарантированными почётными отставками в правлениях банков и гэмблинговых контор.

И никакого Get Brexit Done на горизонте, чтобы их спасти...

Как сделать всё ещё хуже...

Рис-Могг утром: считает сторонников абортов «культом смерти» и требует запретить аборты в UK.

(и с удовольствием говорит, что да – забанить даже для случаев изнасилований, инцестов и медицинских рисков для матери)

Рис-Могг вечером: признается, что инвестировал кучу денег в противозачаточные таблетки.

«Это не что-то во что бы мне хотелось инвестировать как католику, но как глава инвестиционного фонда Somerset Capital я должен следовать принципу выгодности и прибыльности для акционеров и инвесторов... Тем более, что в Индонезии это совершенно законно...»

Рис-Могг инвестирует в кринж и кирпич, который просится в руку.

Нас спрашивают, "а как и каким термометром меряют убеждения населения и убеждения депутатов от политических партий и каким образом ставят точки на политических координатах?"

Отвечаем старым своим репостом: про большое исследование 2020 года о том, насколько различаются позиции депутатов и людей, которые за них голосуют.

(тут и тут, а подробный разбор всех страниц и тезисов можно найти в нашем мегатреде на 13 постов: смотреть начинать здесь и дальше здесь и здесь... и далее, просто крутите вниз...)

Какие-то такие исследования, думаю, проводятся и сейчас.

Ещё одно очень интересное исследование общественного мнения (привет, @mcrepostworld, @KommersantUK, @iwia1917 и @electionallawyers).

Где на карте политических убеждений находятся по три составных части каждой политической партии:
— члены Парламента
— активисты-сторонники
— простые люди, которые голосуют за эту партию

На диаграмме, видно, что депутаты-тори свято верят в то, что частный бизнес, если дать ему свободу, предоставит сотрудникам самые лучшие условия. Ни активисты, ни избиратели консерваторов в это не верят.

Аналогично и с выражением "для всех один закон, для богатых и для бедных" — депутаты в Вестминстере находятся в световом годе от своих же избирателей по вере в эту максиму.

А вот у лейбористов излом: активисты куда левее и депутатов и рядовых избирателей. 500-600 тысяч активистов не совпадают по взглядам с теми, кто традиционно за лейбористов голосует, и не совпадают по взглядам с парламентским куском.

Интересно, что у лейбористов это всегда приводит к гражданской войне, а у тори — нет.

Если вкратце: представители консерваторов в Парламенте куда правее по политическим взглядам, чем их избиратели и даже чем их активисты.

(и что, как ни странно, депутаты-лейбористы по трём из четырёх вопросов тоже правее, чем их избиратели)

Зато леваки-депутаты куда левее по вопросам не экономическим, а "нравственным" — рядовые лейбористы и тори почти единогласно сходятся в том, что "британские ценности надо уважать", "преступников надо сажать", но верхушка левой партии пропагандирует как раз иное — "уважать не надо, сажать не надо, мир, стыд, антипатриотизм, все дела".

Выходит ли из этого, что "официальные" леваки правы там, где не надо, и левы там, где не надо? (а тут привет @kamilkazani и @sublimeporte, again)

Полный текст (в pdf) можно посмотреть тут.

Оригинал же этого графика, показывающего, насколько тори-консерваторы живут в выдуманном ультраправом мире, можно найти в этой статье Financial Times.

Золотой фонд канала, платиновый, напоминаем!

Ну а что вы нам сделаете, запретите штоле? ;)

Время пришло, начинаем о Сунаке рассказ. В декабре в Великобритании очередные довыборы, в округе Стретфорд и Урмстон – Кейт Грин попросилась на пенсию из парламента, и учитывая, что это округ лейбористский, можно было даже не заглядывать в утренний твиттер, чтобы предсказать: лейбористы победили с каким-нибудь жутким перевесом, ну там процентов в тридцать. Или шестьдесят.

Почему консерваторам так плохо? И правда ли, что их ничто не спасёт?

Экономические, идеологические, демографические и прочие причины разваливают и раскалывают сейчас «партию власти» в Великобритании. Кажется, что консерваторы, растерявшие не только свои принципы (это метание между открытым либертарианством и умеренным социальным консерватизмом в стиле «все мы британцы в одной лодке»), но и утерявшие хватку (бесконечные склоки, утечки в прессу и нападки на своих же) обречены. Так ли это?

Крупные фигуры в партии приходят на телеэфиры только чтобы рассказать, что сопротивление бесполезно, и, судя по масштабу бегства депутатов Парламента из консервативной фракции в частную жизнь, в бизнес, в консультанты и авторы книг – разгром может быть и побольше, чем проигрыш Джона Мейджора Тони Блэру в 1997 году, вот тори и стараются найти запасное место работы заранее. Что было у Мейджора? Мейджор к 1997 году уже почти преодолел последствия «чёрного вторника» и обрушения курса фунта, продавил через свою фракцию Маастрихтские соглашения с Евросоюзом, ВВП начал наконец-то расти, начали расти зарплаты и поползло вверх количество собственников жилья. Казалось бы, померший тэтчеризм с человеческим лицом был перезапущен при помощи кардиостимулятора, лейбористы с Кинноком проиграли в 1992, можно было расслабиться – а на самом деле, начиная с 1994 года, Блэр вёз консерваторам 30, 40 процентов отрыва – и что бы те не делали, «новые лейбористы» получили большинство в 179 мест.

Сейчас у консерваторов сменилось трое премьеров за четыре года, Брекзит оказался дурно воняющей субстанцией, инфляция превысила 10%, а консервативный премьер Сунак вынужден поднимать налоги – неслыханное дело. Реальные заработные платы совершенно незначительно, с поправкой на инфляцию, выросли с 2010 года – за 12 лет торжества тори лучше не стало никому, и даже класс собственников жилья и средний класс скорее сморщился, чем продолжил расти. Не всё из этого явно следует из провальной политики консерваторов, Брекзита, их попыток зарубить топором собственную экономику или собственное население, но даже самым яростным любителям финансового или социального консерватизма сложно показать на какие-то британские достижения или успехи после 12 лет непрерывного пребывания тори у власти.

Девяностые годы были временами относительного торжества и превосходства правых идей. Тони Блэр выиграл, пообещав британскому крупному бизнесу «мирное сосуществование с лейбористами и сохранение антипрофсоюзных законов», правым политикам – «неизменность завоеваний Тэтчер», а среднему классу – возможность приватизировать квартиру и купить машину. Блэр и лейбористы конца 90-х обещали не повышать налоги, ужесточить Уголовный кодекс, следить за поведением молодёжи и одновременно – подкинуть зарплат врачам и учителям. Сейчас, после провального либертарианского эксперимента Лиз Трасс, фраза про свободный рынок и свободу среднего класса вызывает только тошноту и отвращение. NHS, социальные службы, транспорт и система образования требуют немедленного ремонта, консервативное правительство взорвало какую-никакую стабильность Брекзитом, который взбесил совершенно всех, и патриотов, и либералов, буквально всё в стране требует дополнительного финансирования, пока Юкеша содрогается в забастовках (которые, что удивительно, не вызывают ненависти общества – скорее, ответы, собранные соцопросами, звучат как «ну да, а как им ещё выбивать себе зарплату?»).

В общем, после страшной усталости от 12 лет партии власти заметно, что в отличие от 90-х, речь о сохранении «тэтчеровского консенсуса» больше не идёт.

Это всё ещё объясняется тем, что молодёжь, студенты, послевузовские профессионалы и наёмные сотрудники в возрасте лет до 45 радикально сдвинулись влево. Во время разгромных для левых выборов 2019 года, за противоречивого Корбина проголосовало больше британцев в возрасте до 45 лет, чем за Блэра в таком же победно разгромном 1997-м.

Борис Джонсон вытащил кролика из шляпы и затормозил разгром: фокус с голосами пенсионеров и GET BREXIT DONE обеспечил «чудо девятнадцатого года». Это больше не работает. Если ты не пенсионер, то в современной Британии ты злой как чёрт на весь мир. Кризис недвижимости, безумно высокие коммунальные счета, невозможность до старости и смерти выплатить образовательные и жилищные кредиты, показательные ответы чиновников в стиле «никто не просил вас рожать» просто толкают всех навстречу левым – или навстречу ультраправым, наподобие Фаража. Когда у тебя нет даже личной собственности и шансов её приобрести, ты начинаешь думать о том, чтобы повесить кого-то на фонаре.

Тори также и не умеют работать с национальными меньшинствами. Индусы, пакистанцы, ирландцы, шотландцы, валлийцы, даже бывшие осевшие в Великобритании немцы и французы – никто из них не любит про-брекзитовскую пропаганду «английской исключительности», особенно когда богатые потомки скоторговцев и банкиров типа Сунака, Пател и Джавида говорят, что это нормально, когда их родители проникли в страну и закрыли за собой дверь – а вот именно вас нужно депортировать и вы виноваты в проблемах нации. 56% электората говорят открыто, что выход из ЕС был ошибкой – и лишь 22% оппонируют им и говорят, что Брекзит сработал как надо, или что стоило играть ещё жёстче.

Борис Пфеффелевич обещал избирателям, что сразу после выхода из ЕС будут проведены массированные реформы, которые покажут национальным окраинам, как лучше стало жить. Которые покажут избирателям с Севера, что они больше не брошены и не забыты, и что политики столицы перестали думать только о Лондоне и о богатом юге. В итоге тори солгали всем и провели три года, вонзая ножи друг другу в спину, назначая идиотов на замену идиотам, обманывая полицию и распивая ящиками шампанское, подписывая контракты для друзей – чтобы друзья заработали на ковиде. Не было сделано ничего. Те патриотические работяги, которые поехали на спецоперацию проголосовали за Джонсона в 2019 году, теперь считают, что им солгали и что Корбин был лучше.

Так или иначе, Британия дышит грозой. Огромная часть общества десять или пятнадцать лет считает, что это самое общество больно и поломано. Что-то фундаментально неправильно, что-то грязное и мерзкое таится в стране, политиках, государстве, в общественных институтах, социалке, уличной жизни и культуре. Они хотят вернуть эту землю себе. Они в отчаянии хотят избавиться от вороватых, лживых и некомпетентных.

В 2016-м это отчаявшееся большинство проголосовало за Брекзит, в попытке хоть что-то изменить. В 2017-м – за Корбина (и Трампа в США). В 2019-м – за Бориса Джонсона. Джонсон был их барабанщиком, левофланговым, флагоносцем, обещавшим «покончить с юристами и политиками и get Brexit done», а оказался алкоголиком, который изменял жене.

Теперь «бунтующее большинство» дезертирует от тори. Неважно, придут ли они к современным обезжиренным и беззубым лейбористам. Важно, что они ищут, к чему бы приложить свои руки и голову — не Стармером единым. Важно, что накануне Нового Года консервативная партия Великобритании в отчаянии смотрит на дно своей собственной могилы.

Стретфорд, конечно, даже публиковать смысла нет.

Так, ну и Брайану Мэю дали рыцарский титул!