Консервативный электорат очень консервативен.

Всё так.

Из другой серии местных заголовков.

Прощай, наша любимая британская сардина, мы навсегда запомним твои 44 дня в качестве министра бизнеса и энергетики

Алекса, поставь Common People by Jacob Rees-Mogg

Итак, Лиз Трасс не усидела, Лиз Трасс шлёпнулась в грязь.

Как так вышло, что премьер-министр Великобритании ушла в пике стремительнее, чем Титаник под воду?

Почему так не сгорел на работе Джонсон в 19-м году, хотя у него был неработоспособный парламент и Брекзит на носу? Что она сделала не так?

Очень велик соблазн ответить нецензурно: допустили до власти либертарианку с упёртостью и рыночек и Банк Англии пошли по пизде со свистом, а там и всё остальное в обвал пошло, и поэтому Трасс зарезали ножами в спину свои же.

Но так мы пропустим величайший карнавал 2022 года: документалку о том, как все свои проблемы предыдущее правительство Британии создало себе само. Итак, смотрите: история одной дезинтеграции.

Трасс пришла на фоне кризиса стоимости жизни: в то время как все в Великобритании затронуты ростом цен, наиболее существенно он затрагивает людей с низким доходом. Стоимость продуктовой корзины и коммунальных счетов растёт куда быстрее, чем доходы домохозяйств, а зарплаты, по сути, из-за политики бюджетной экономии, austerity, по сути, не выросли аж с 2007 года, последнего года перед перманентным финансовым кризисом.

Всё это стало грозить социальной нестабильностью: про забастовки докеров, юристов, дальнобойщиков, почтовых работников и требования повышения расценок для госслужащих мы писали, вдобавок к этому государство до последнего отказывалось регулировать цены на коммунальные услуги (во Франции государство спешно национализировало Electricite de France — крупнейшую энергогенерирующую компанию страны). И это при том, что национализацию британской сферы ЖКХ готовы поддержать, собственно, от 62% до 68% избирателей консерваторов.

Как всегда, руководство консервативной партии упорно стреляло себе в ногу — почётный председатель партии Джейк Берри на радио успел объяснить, что если цены выросли, то нужно либо меньше жечь электричества, либо найти себе более высокооплачиваемую работу. Цены на продукты к сентябрю взлетели на 17% в сравнении с январём (макароны вздорожали на 60%, чай на 65%, подсолнечное масло на 70%, хлеб на 40%, молоко на 30%, помидоры и кофе на 20%, сыр, лук и яблоки — на 10%) — но тут умерла королева Елизавета и всё приморозилось.

С чего начала Трасс? С попыток воплощения своей "платформы" в консервативной партии — платформы, которая привела в ужас страну и в восторг — остальных партийцев. Низкие налоги, высокий экономический рост.

Министр финансов Квази Квартенг состряпал документ, согласно которому страна должна была:
- много занимать
- понижать налоги для богатых (прогрессивка в 45% для доходов свыше 150 000 фунтов в год обрубалась)
- подоходный налог для всех понижался на 1%
- а налоги на социальное страхование с физлиц, наоборот, повышались
- также правительство отменяло пошлины на куплю и продажу недвижимости
- для банковского сектора отменялось правительственное ограничение на годовые бонусы и "золотые парашюты" управленцам
- и тори обещали запретить забастовки в зимнее время

Это всё можно было обозвать каким-нибудь очередным "биллем №645", но правительство Трасс решило хайпануть и назвать пакет мер — "мини-бюджетом". Всё, что содержит в себе слово "бюджет" обычно обсуждается всей страной и бабушками на лавочках особенно.

В общем, "мини-бюджет" подействовал на страну как любезно подсунутый под нос пищевой контейнер с разогретой в микроволновке детской рвотой. И ведь никто не просил называть это мини-бюджетом и никто не просил вываливать это всё в один день.

Фунт стерлингов грохнулся до исторического минимума, некоммерческие организации или убыточные бизнесы возопили о том, что урезание налогов им никак не поможет — им нужны вливания и помощь, а не скинутые процентики, счётная палата заявила, что бюджету грозит дефицит, а клерки Банка Англии на срочной пресс-конференции орали матом на правительство и выкидывали в трубу миллиарды фунтов, пытаясь стабилизировать рынок государственных облигаций.

Ах да. Профсоюзы заявили, что населению они рекомендуют просто не оплачивать счета.

Гайдаровские реформы начались.

И гайдаровские реформы продлились 12 дней.

Через две недели Лиз Трасс с синяками под глазами и шрамом на щеке вышла к прессе и заявила, что погорячилась и что старшие товарищи на неё повлияли и больше она не будет.

При этом все эти эти недели Лиз утверждала, что учение Тэтчер всесильно, потому что оно верно и вообще никто никуда сворачивать не будет. А налог на прибыль будет низким, чтобы поток инвестиций в страну помогал семьям сводить концы с концами. Да, примерно вот так и сказала.

В итоге Квази Квартенг срочно вылетел с саммита МВФ только чтобы объявить, что всё вертается назад, посетовать на камеру о том, что, видимо, Трасс сможет недолго оставаться премьером... и получить героическую отставку.

Трасс же бодро отклонила все обвинения в раздолбайстве и посетовала, что рынок, дескать, был просто не готов к такому решительному "мини-бюджету". В отчаянии она развернулась на сто восемьдесят градусов — и отменила и снижение налогов для Очень Хорошо Зарабатывающих Британцев, и повысила налог на прибыль до 25%.

Журналисты не могли пропустить такого шоу и вцепились в неё как акулы: мол, а что вы отмените дальше, и почему мы вообще должны вас слушать, вы же ничем не управляете?

Главным вопросом внутри партии тори оказался следующий: Квартенг как минфин вообще-то с самого начала сопротивлялся безумному плану, почему всю вину на себя берёт он один? Рейтинги тем временем продолжали рушиться.

Трасс дошла до того, что не выходила из правительственных кабинетов, чтобы не попадать под прицел телекамер — вместо неё на раунды вопросов премьер-министру и заседания отчётных комитетов ходили то Пенни Мордонт, то прочие лица из числа переднескамеечников.

Дело стало ещё хуже, когда в эфире BBC Трасс попросили рассказать, какие разногласия возникли между ней и Квартенгом: посинев, премьер-министр выдавила из себя что-то вроде "...я уверена, что я поступила правильно... я уволила министра финансов, потому что он объявил о моих планах, но рынок с ними не согласился..."

Ей напомнили, что за сутки до этого она обещала, что Квази Квартенг никуда не уйдёт. Лиз Трасс промолчала.

Лейбористы объявили в Парламенте специальное слушание по вопросу отставки министра финансов — и Трасс снова прислала вместо себя Пенни Мордонт. Мордонт объявила, что Трасс нездорова и не сможет присутствовать, поэтому на все вопросы об экономике вместо премьера ответит она — только для того, чтобы Трасс всё же появилась в зале заседаний, а недоумевающая Пенни продолжила отвечать на вопросы вместо неё.

Назначенный на пост министра финансов новенький Джереми Хант, по сути, расписался в том, что целиком отменяет всю программу трассовских реформ. Партия с треском летела в пропасть — газеты начали спорить, продержится ли Лиз дольше, чем забытый в холодильнике вилок салата, а заднескамеечники начали шептаться в газетах, что Лиз "предала всю свою платформу, на которой избралась".

В данном случае Лиз столкнулась с объективной реальностью и сама же оказалась виновата в том, что объективная реальность тверда и холодна.

В последние вечера своего премьерства Трасс попробовала спастись, заявив, что, да, она допустила ошибки, но уже исправила их — только чтобы следующим в радиоэфир поступил звонок слушателя, интересующегося, что же премьер исправила, если его платежи по ипотеке выросли (как и у пяти миллионов семей).

Одновременно подъехал похоронный оркестр в лице соцопросов — консерваторы отставали и пока что отстают от лейбористов на сокрушительные 30%. Партией власти в стране недовольны практически все.

За что можно только похвалить британское общество — в тот момент, когда разражается национальный кризис, лидера не принято поддерживать. Лидеру следует проломить голову за то, что он до такого довёл и пригласить нового — который обеспечит приличный уровень жизни. Цареубийства в британской политике закодированы на века вперёд.

Партия в итоге полностью потеряла управление: часть партийцев ненавидели Трасс за то, что она мямля, часть — за то, что рейтинги обещают им потерю мест в округах, а часть — за проваленные обещания их партийным донорам и спонсорам из большого бизнеса. Премьер-министр билась на сковородке, а огонь всё разгорался.

Люк под ногами повешенной раскрылся в среду, 19 числа. Министр_ка МВД Сьюэлла Браверман разослала правительственные документы с личной почты кому-то из фракции. Документы, которые оказались секретными правительственными планами по высылке незаконных мигрантов в Руанду (в тексте Браверман признавалась, что "мечтает вышвырнуть всех с островов в море или в Африку"), тут же утекли в прессу.

Сьюэллу немедленно уволили, газеты заподозрили, что настолько жёсткие планы по борьбе с мигрантами являются рекламной кампанией Браверман перед отставкой самой Трасс — и что утечка была запланирована заранее — но неприятности на этом не кончились.

В этот же день в Парламенте Трасс не смогла дать никакого ответа на вопрос, будет ли её правительство придерживаться "тройного замка над британскими пенсиями" — принципа triple lock, защиты пенсий от инфляции — Джереми Хант объявил, что индексации выплат пенсионерам не будет, Трасс поспешила сказать, что всё проиндексируют и тут же замялась.

Хаос нарастал.

Сунак высказался в духе "экономика Лиз Трасс оторвана от реальности". Гоув упрекнул премьера в том, что "ей надо бы взять выходной и освежить голову".

За сутки до своей отставки Лиз успела заявить о том, что не сдаётся и поведёт партию на новые выборы. Реальность ударила её сковородкой по голове: премьер объявила, что вечернее голосование по по вопросу о добыче нефти методом фрекинга станет вопросом о доверии правительству. Всем тори разослали открытки с подчёркнутой тремя линиями фразой о том, что они обязаны голосовать за Британию, за родину, за премьер-министра, за свободный рынок.

Затем главный кнут партии, Уэнди Мортон, накануне голосования встала и сказала, что не знает, является ли сегодняшнее голосование обязательным. Бюрократы партии развернулись и спешно исчезли в коридорах Вестминстера — уточнить инструкции. Премьер_ки нигде не было видно. Ходили слухи, что вся администрация партии подала в отставку.

На голосование по фрекингу премьер не пришла (фрекинг прошёл, но часть старожилов партии не подала голосов). По словам присутствующих, в холлах для голосования происходили спонтанные драки: викторианский вампир Джейкоб Рис-Могг орал на коллег и пытался за лацканы пиджаков затащить их поодиночке в нужное лобби для голосования. Никто не понимал, что происходит.

Лейбористы издевательски попросили провести расследование по поводу насилия в коридорах. Смеяться сил больше не было. Часть консерваторов плакала. Заместитель Мортон вышел под телекамеры и брякнул: I'M FUCKING FURIOUS AND I DON'T GIVE A FUCK ANYMORE.

Наутро на Даунинг-стрит приехали Брэди, глава процессуального комитета в партии, Тереза Коффи, заместительница премьера и тот самый Берри-который-просто-зарабатывайте-больше, почётный председатель партии.

Через два часа перед Даунинг-стрит поставили маленькую трибуну для выступлений. Лиз Трасс торжественно опустилась в гроб — как самый ненавидимый политик страны: 77% опрошенных твёрдо и чётко заявляли, что не любят премьера.

В итоге Трасс очень быстро построила и сама же разобрала карточный домик "нерегулируемой рыночной экономики".

Крики "наконец-то! наконец-то! настоящий Консервативный Бюджет!" очень быстро сменились воплями полнейшего ужаса.

План Квартенга называли "рыночным", "смелым" и "революционным".

Всего через неделю этот же бюджет в этой же самой прессе назвали "свиным ухом". Как итожила Таймс, "потрясающий по самоуверенности прыжок с широко распахнутыми глазами обернулся победой земной гравитации и громким шлепком".

Трассономика и Брекзит мертвы. За сорок пять дней Лиз Трасс и её министры не могут похвастаться вообще ни одним положительным фактом, не говоря уже о мёртвой королеве.

Рухнуло и развалилось же всё настолько быстро, что этому попросту нет аналогов в британской истории. Трасс убила и отравила целую секцию британских правых — безумцев, уверенных, что Хайек и Тэтчер чего-то стоят, уверенных, что стоит только отменить регуляции и снизить налоги, как инвестиции и импровизация самых богатых тут же преобразят политику и экономику.

Рейганомика порвалась, как и рейтинги консерваторов. Лиз Трасс и её команда попробовали использовать в качестве бюджета страны либертарианский памфлет в неразбавленном виде.

Отмена лимита бонусов для менеджмента компаний, снижение налогов на прибыль, отмена прогрессивки на сверхбогатых. Всё во имя "рынка" и "роста". Ещё и сбор за продажу недвижимости уберём, а забастовки запретим. Дух Айн Рэнд вырывается из могилы и летает над шпилями Вестминстера.

Упало и разбилось и в землю закопалось, и все пальцами тычут и смеются.

Вы понизили налоговую ставку — и ипотечные платежи тут же пробили потолок.

Рынки и Банк Англии содрогнулись и синхронно выдали: вы чё творите-то, уроды? Фунт упал. За ночь Великобритания стала страной, от которой инвесторы пытаются держаться подальше.

Теперь эти мечты о trickle-down economics будут носить на себе табличку "провальный эксперимент Трасс" — и пусть остаются в политическом аду.

(ну разумеется, если убрать все регуляции, если снизить налоги, если разрешить бонусы, то ожившая экономическая активность начнёт проливаться золотым дождём на тех, кто снизу, да? да? если разрешить Сити и большим корпорациям брать столько, сколько они захотят, они же оздоровят экономику? степень воздействия таких идей на страну оказалась сравнима с ударом кувалдой.)

В планировании бюджета Трасс помогал Либертарианский институт Великобритании, IEA.

Вот он, ваш консервативный бюджетный подход.

После осени 2022 года любой, кто заикнётся о рыночных реформах, начнёт проповедовать точку зрения Института Катона или идею снижения налогов, должен будет сначала отстирать большое пятно с названием "мини-бюджет".

Эксперимент провалился, и, если всё пойдёт хорошо, экспериментаторы уйдут в небытие, и никто не забудет и никто не простит.

В 2012 году Лиз Трасс, Доминик Рааб, Прити Пател и Квази Квартенг вместе написали книжку "Британия Освобождённая": британцы, мол, тупы и нелюбопытны, пенсионный возраст нужно поднять, вэлфер отменить, гарантии государства порезать, экономические регуляции скинуть.

Ожидание: консерваторы переживают за британский народ и желают ему благополучия. Пропуская вечерами пару пинт пива в пабе и поздравляя футболистов.

Реальность: оторванные от жизни топ-менеджеры лихорадочно пишут книги о том, какие британцы ленивые и насколько лучше впахивают на фабриках в Бразилии и Индонезии.

...совершенно случайно, книжка также агитирует за уничтожение государственной солидарной медицинской системы и переход к частной медицинской модели с целью сокращения часов простоя по болезни и повышения ответственности за своё собственное личное здоровье.

Wow, what a shocker.

Ну вот, мы все посмотрели, что случится, если 45 дней рулить по этому прекрасному самописному учебнику.

Ну что же, не прошло и трёхсот лет после битвы при Плесси, а британское правительство уже возглавил потомок выходцев из Южной Азии. Больше всего хочется воскресить Уинстона Черчилля, показать ему Риши Сунака на Даунинг-стрит, а потом наслаждаться реакцией старого расиста. Но в общем и так хорошо.

Родители Сунака хоть и являются панджабцами, но родились в Восточной Африке - отец в Кении, мать в Танганьике. На африканском побережье индийцы появились с незапамятных времён, но массовая миграция началась в последние годы XIX века, когда британцы начали в африканских колониях железнодорожное строительство. Численность индийской общины достигла пика к началу 1960-ых гг. Индийцы играли ключевую роль в экономике, поэтому их отношения с африканскими националистами складывались не очень просто. В Танзании Джулиус Ньерере постепенно выдавливал уроженцев Южной Азии с ключевых позиций, в Уганде Иди Амину вообще якобы приснился Аллах и повелел изгнать индийцев из страны, конфисковав всё их имущество. И из Танзании, и из Уганды, и из Кении уезжали в основном в бывшую метрополию. Впрочем, сейчас обиды остались в прошлом - и для Кении, и для Танзании, Индия является главным торговым партнёром.

Пока в Великобритании обсуждают политические перспективы, народ в Южной Азии задаётся главным вопросом - а какой же он всё-таки касты? Тут точно сказать не возьмусь, Сунак всё же делал политическую карьеру в Лондоне, а не в Панджабе, афишировать собственную кастовую принадлежность ему не было надобности. Но ряд заслуживающих доверия изданий сообщает, что семья Сунаков происходит из кхатри.

Кхатри это весьма интересное сообщество. Весьма влиятельная панджабская торговая каста, впрочем, занимались не только торговлей, но и государственным управлением, а при необходимости неплохо воевали. Есть кхатри-индусы, а также кхатри-мусульмане и кхатри-сикхи. Гуру Нанак и все последующие руководители сикхской общины происходили именно из кхатри. Также известные кхатри это болливудское семейство Капуров и экс-премьер Индии Манмохан Сингх.

Часть подписчиков всё же продолжает удивляться Риши Сунаку, занявшему пост главы британского кабинета. Помилуйте, индийцы в британском парламенте - это, можно сказать, скрепа. Первым депутатом-инидйцем стал в 1892 году Дадабхаи Наороджи, один из отцов-основателей Конгресса. Избирался он в Лондоне, обошёл своего оппонента-консерватора всего на несколько голосов. В парламенте зороастриец Наороджи получил право присягать не на Библии, а на Авесте - благо до этого барон Лайонел Ротшильд уже создал прецедент для депутатов-нехристиан.

Ну а секретарём Наороджи в парламенте был молодой студент из Бомбея Мухаммад Али Джинна - будущий основатель Пакистана.

Джон Макдоннелл, марксист и теневой министр финансов в потенциальном правительстве Корбина не удержался и написал статью: "Все думали, что я и Корбин обрушим фунт. В реальности это сделала Трасс и её фанатики рынка."

1. мы знали, что рынки остро отреагируют на приход к власти в Великобритании левосоциалистического правительства.
2. у правых идеологов рыночной экономики, как мы видим, никакого плана вообще не оказалось.
3. недвижимость? подорожала. пенсии? под угрозой. общественные сервисы типа государственной медицины или общественного транспорта? влипли в ещё более безвыходное положение, фунт упал, нагрузка на бюджет ещё более выросла.
4. я (Макдоннелл) присутствовал на конференции лейбористов в 1976 году, когда Дэвид Хили с радостью объявил о новом займе МВФ, который должен был поддержать британскую экономику после падения фунта. Условия были следующие: ограничение зарплат в промышленности, контроль над профсоюзами, повышение процентов по вкладам и сокращение бюджетных расходов. Это стало той ступенькой, с которой слетело правительство Каллагана три года спустя — и пришла Тэтчер.
5. эти воспоминания терзают меня и по сей день, и когда у лейбористской партии под нашим руководством был шанс взять власть, я закладывался в том числе и на непредвиденные обстоятельства, в том числе и на обрушение курса фунта.
6. на протяжении всего периода 2017-2019 года я, как теневой министр финансов, должен был готовиться к возможным досрочным выборам и должен был готовиться к руководству министерством финансов. мы рассматривали в том числе и сценарий обрушения фунта. лично я в него не верил, но я ожидал хаотичного поведения рынка после выборов.
7. я регулярно встречался с банкирами из Сити и представителями бигтеха. я ужинал с ними и изучал, какой будет их реакция на победу лейбористской партии. да, я честно анонсировал повышение налогов на сверхбогатых и программу по национализации. но, с другой стороны, мы были готовы сотрудничать с малым бизнесом, а иностранным инвесторам предоставлять концессии и предприятия в совместное управление.
8. какой вывод я сделал? да, банкирам не нравится программа лейбористской партии. но ещё больше им не нравятся хаос и неопределённость. если они знают точно, какая у вас программа и что вы собираетесь делать, они могут скалькулировать цену взаимодействия с вами и успокоиться. когда вы не знаете, что делаете, тогда начинаются проблемы. пока вы просто делаете то, что заранее обещали, то бизнес не будет саботировать вашу программу, насколько бы левой она не была.
9. я встречался с Марком Кэрни, тогдашним главой Банка Англии, предоставлял ему нашу партийную программу и просил написать отзыв. перед выборами 2017 и 2019 года я встречался с Томом Сколаром, постоянным заместителем казначея, поскольку он со стороны аппарата правительства должен был заранее ознакомиться с нашим новым бюджетом. лейбористские бюджеты проходили через счётную палату, поскольку нам в целях агитации было важно доказать, что наша программа реальна и наши расходы полностью соответствуют средствам, которые можно извлечь при помощи налогообложения.
10. удивительно, что это оказались не "фанатики марксизма", а "фанатики свободного рынка", те, кто сокрушил фунт и вверг британскую экономику в кризис. сорокалетний либеральный экономический эксперимент провалился, консерваторы об этом знают и Квартенг вместе с Трасс вместо попытки спасти его лишь продемонстрировали, насколько реальный бизнес и инвесторы бегут от дерегулированной экономики.
11. главной проблемой правительства стало даже не фанатичное следование рыночным принципам, а нежелание придерживаться какой-то твёрдой программы, заранее объявлять о своих шагах, советоваться с профессионалами, и дать Сити время на ознакомление со своими планами.

12. если какие-то умные головы у консерваторов не развернут партию вспять, что маловероятно, то нас всех ожидают два года — до следующих выборов — медленного переползания от кризиса к кризису, с постоянным ухудшением экономических условий, с усилением разделения по уровню жизни в обществе, с массовым недовольством, возможно, перерастающим в бунт и в свержение правительства.

Британцы, возможно, не согласятся с моей идеологией или с лейбористской программой моего времени, но я не хочу, чтобы кто-то мог упрекнуть нас в неспособности управлять страной или в недостаточной подготовленности и компетентности.

Моя команда и я сам были готовы начать управлять Великобританией с первого дня после выборов.

Я надеюсь, вы простите меня за то, что мы — в отличие от некоторых — готовились и оценивали риски.

Вообще, если вспоминать финансовую политику, которая планировалась при Корбине, то удивительно, насколько заранее лейбористы тогда анонсировали и свой будущий бюджет и все свои планы налоговой реформы.

Цель была именно такой — подготовить рынок и Сити к огосударствлению экономики и левым реформам.

- партия не ожидает, что все будут рады повышению налогов или борьбе с оффшорами
- партия ожидает, что вскоре после выборов будет создан общенациональный круглый стол, куда будут приглашены представители профсоюзов, рабочих коллективов, отраслевые делегации, граждане городов, которые вместе с представителями бизнеса и банковской сферы будут участвовать в ревизии финансовой политики
- лейбористская партия ожидает, что целесообразно публиковать финансовые или налоговые планы как можно раньше, поскольку это позволяет убедить всех, что у вас нет скрытых карт в рукаве и что вы действительно проводите именно ту политику, которую обещали
- лейбористское правительство чётко понимает, что оно собирается потребовать у бизнеса при трансформации страны в демократическое эгалитарное общество
- и чётко понимает, что оно готово предоставить промышленности и банковской сфере взамен, например, помощь в экспорте в Европу или разделение инвестиционных рисков или организацию совместных разработок и исследований или создание государственного инвестиционного банка
- Сити может инвестировать в высокотехнологичное производство или в научные исследования, но не в недвижимость
- более честное и более справедливое общество совместимо с высокими темпами экономического роста
- etc etc etc

(и так далее и так далее — двадцать абзацев, описывающих общественный контроль над экономикой и новые условия существования бизнеса и банковской сферы)

Либертарианский институт Великобритании, оказывается, глубоко разочарован Лиз Трасс и её использованием советов от IEA — равно как и отказом от "мини-бюджета" Квартенга.

Один из руководителей IEA, Кристиан Нимитц даже опубликовал тред в твиттере, где рассказал, что падение правительства Трасс было вызвано, по его мнению, "дрейфом британской элиты влево".

Также стало известно, что один из спикеров IEA, Пьер Лемье, ранее консультировавший Лиз Трасс, в своём блоге на сайте Фонда Либертарианства рассказал, что "Трасс... нельзя считать либертарианкой... нельзя говорить о том, что она дискредитировала либертарианские идеи, поскольку они не были воплощены в Великобритании..."

Таким образом, как это ни ужасно... но Лиз Трасс... тоже левак!

Это что же получается, появился канал про французскую политику?