Короткий прогноз и наше мнение:

- меньше сотни «против»: Борис спасён, революция задавлена.

- больше 133 «против»: начало конца. Это означает, что Борис выступил хуже, чем Тереза Мэй, когда у той полгода выбивали проект сделки по Брекзиту, а она всё не давала его посмотреть, тянула время и летала в Брюссель тайно договариваться. В таком случае Борис получит результат хуже, чем у той, которую он сам хладнокровно зарезал, раскачав ситуацию и подговорив уйти со скандалом ряд важных министров.

- больше 150 «против»: 40% твоих коллег по партии против тебя. Психологическая отметка «вот вам револьвер, вот вам пустой кабинет». А через две недели двое довыборов в округа Парламента.

Уехал из Вестминстера, не дожидаясь оглашения результатов.

ОСТАЁТСЯ.

Йес хи из.

За: 211
Против: 148.

41% против.

Официально всё, по правилам консервативной партии год его трогать нельзя, но Терезе Мэй в мае 2019 Брэди и компания пожилых тори просто сообщили, что правила-то и поменять можно, не доводи до греха.

Кровь в воде, акулы рыщут.

В декабре 2018 года Тереза Мэй удержалась на посту лидера консерваторов 83 голосами, со счётом 200-117.

Через шесть месяцев она объявила о своей отставке.

Джонсон остался благодаря 63 человекам (а люди ли консерваторы?).

Меньше, чем у Тэтчер в 1990-м.
Меньше, чем у Мэйджора в 1995-м.
Меньше, чем у Мэй.

Начинаем следить за делёжкой наследства и ножами в спину.

Борис Джонсон успел рассказать, что даже одного голоса было бы достаточно, чтобы он остался.

Нас репостнул аккаунт pizda123, это успех, теперь мы дипломированные специалисты political sciences.

Хорошей ночи всем.

Пишут, что мы все живём в компьютерной симуляции и что знак автобусной остановки знал результаты голосования задолго до.

Доброе утро.

У макроновских центристов 25.7% в первом раунде парламентских выборов во Франции, у Меланшона и его "Нового блока солидарности профсоюзов, экологов и социалистов" тоже 25.7%

У ультраправых сторонников Марин Ле Пен около 19% голосов.

Во Франции относительно странная система выборов, сконструированная так, чтобы не допустить ухода страны влево или вправо: выборы происходят по одномандатным округам, но в первом туре владелец места может определиться, только, если сразу наберёт себе более 50% голосов по округу.

(поэтому в первом туре обычно напрямую избираются считанные десятки депутатов)

В остальных случаях через неделю устраивается второй тур — и вот тут уже правые, увидев, что какой-нибудь левак почти победил, со скрипом зубов голосуют за центриста, равно как и наоборот: если ле пеновский фашист подобрался к креслу, то левые, конечно, поддержат макронистов против бритоголовых.

Таким образом, французская политическая система благодаря двум турам выравнивает сама себя и страхует себя же от перекоса в ту или иную сторону — поэтому у власти остаются Макроны.

По прогнозам, после второго тура, через неделю, центристы Макрона возьмут от 255 до 300 мандатов, а социалисты Меланшона — от 150 до 205.

Главный вопрос: смогут ли Макрон и его команда взять нужные 289 мест для большинства? Пока что кажется, что нет — и тогда президенту придётся решать, кого брать в коалицию: фашистов или леваков.

У Макрона и у Меланшона противоположные политические цели: Макрон обещал повысить пенсионный возраст с 62 лет до 65, Меланшон — понизить его до 60.

Часть своей предвыборной кампании Макрон посвятил кризису вокруг российского военного вторжения на Украину, в то время как Меланшон в основном обещал заморозить цены на сто самых важных товаров в стране, построить миллион государственных квартир и создать миллион новых рабочих мест.

О, у нас же тут месяц прайда 🌈.

Картинка в тему (спасибо @h4cks0c1ety)

Второй кусочек той же самой истории про Джонсона, кризис доверия и кинжалы в спину — в материале "Коммерсанта".

Почитать, как пробовали скинуть Терезу нашу Мэй можно тут и далее по порядку, дни были весёлые (ah, sweet sweet 2019).

Это было бы очень смешным, если бы этот дебил не разломал гигантскую систему активизма и низовых инициатив ради того, чтобы за три года не предложить ни одной свежей идеи и не родить ни одного выступления, которое было бы чуть привлекательнее несолёного пюре из брокколи.

Джон Мейджор тоже был скучным как тофу, но хотя бы умудрился влюбить в себя и свести с ума свою заместительницу.

Кирюха скукой убивает всё в радиусе светового года и по девять месяцев концентрируется, чтобы произнести фразу типа «мы совершим какие-нибудь перемены, которые будут необходимы... наверное...»

Впрочем, «Гардиан» настолько отчаялась...

(посыл простой: посмотрите, что у предыдущего дедушки получалось хорошо...)

Мда. Очень милая цитата, наверняка много кому понравится.

Во время войны всех объективных репортёров нужно расстреливать. - Илья Эренбург - британскому корреспонденту, 1942.

Cockett R. B. ‘In Wartime Every Objective Reporter Should Be Shot.’ The Experience of British Press Correspondents in Moscow, 1941– 5 // Journal of Contemporary History Vol. 23, No. 4 (Oct., 1988), pp. 515-530

Партия Макрона теряет большинство в парламенте Франции, если судить по экзит-поллам.

Даже больше: при удачном исходе для большинства ему не хватит даже альянса с «Союзом правого центра» – на одно кресло не достанет.

Если кто скучал: тем временем, деда опять сфотографировали в общественном транспорте – Корбин регулярно повторяет, что не откажется от «велосипеда и автобуса», потому что «иначе перестанет понимать обычных людей».