Сайт лейбористов прилёг, сообщает BBC

Стармер!

Что ж, это не стало сюрпризом

Победное видео записывалось, видимо, в самоизоляционном шкафу.

Набрал 56.2%, на три процента отстал от корбиновского рекорда-2015, но всё равно победил в первом туре. Внушительно.

Нас тут спрашивали, отвечаем: котятки, если человека избрали 56% людей с убеждениями и опытом политической работы, то это повод хотя бы поначалу доверять ему и не подрывать его авторитет – надеемся, что все последуют этому совету.

Корбинисты присягают, если что.

Моментум тоже.

Продолжаем панегирики.

Леваки по прежнему клепают отличные мемы.

Всем невероятный правый поворот в партии, посоны.

(это ирония, если что, за эти 10 обещаний году в 2015 его назвали бы коммунистом)

Дед сообщил, что он в самоизоляции отпуске, ключи под ковриком, фляжка во втором ящике стола, заначка от Макдоннела в первом томе "Капитала".

В своё время деда, кстати, пытались не допускать на заседания Парламента за "вызывающий внешний вид" — он ходил в твидовом пиджаке и в свитере.

— Что вы скажете о своём внешнем виде?
— Что Парламент не подиум для манекенщиц, не клуб джентльменов, не собрание банкиров, а место, где избранные депутаты представляют свои избирательные округа, где представляют интересы простых людей.
— Этот свитер вам мама связала?
— Да, а что? Идеален для зимней погоды. Я постоянно выскакиваю из здания, потому что мне нужно ходить на митинги и встречи.

Всё же в России пока не было такого человека, претендующего на власть и громыхающего в Парламенте, не снимая маминого свитера. :(

Ну что, вот мы и приехали. Штош, с 56% можно замахнуться на перемены, это мандат доверия. В первом же своём письме Кир Стармер попросил коллег по партии прекратить интриговать друг против друга.

Избирательная кампания началась ещё в январе и началась практически по-дружески: сразу же определились главные соперники, которые вовсе не выдирали друг у друга клочьев волос, а уважительно задавали вопросы в телеэфирах и всячески подчёркивали, что после удара киянкой по лицу от Бориса всем выжившим лейбористам стоит дружить, а не ругаться.

RLB влезла в привычное амплуа "Корбина-в-юбке", не успеевшее ещё остыть от выноса тела проигравшей выборы предыдущей наследницы, Лоры Пидкок. Стармер играл в технократа и мистического человека в строгом костюме, с завязками и прихватами из коллегии адвокатов и министерства юстиции. Лиза Нэнди собрала всех, кто не хотел, чтобы партией рулили лондонцы и хипстеры. Эмили Торнберри предлагала что-то не совсем отличающееся от остальных кандидатов. Остальные оказались крайне правыми и из гонки выбыли почти немедленно: как выяснилось, масс мембершип остался сильно корбинистским.

В связи с этим Кир Стармер немедленно увлёк в объятья и предложил пост заместителя Анджеле Райнер, подруге и предполагаемому "второму номеру" Ребекки Лонг-Бэйли — то есть в массовом сознании полевел процентов на 25. Джесс Филипс оставалась единственной, которая всю кампанию построила на решительном размежевании с кровавым наследием корбинистской диктатуры, почему так и не вылезла за пределы 5%.

"Моментум" не обиделся и в качестве противоракетного манёвра взял для RLB Ричарда Бургона — парламентария, больше всего по красноречию и элегантности напоминающего доброй памяти Василия Ивановича Шандыбина.

В феврале, впрочем, отношения чуть было не испортились — команда Ребекки Лонг-Бэйли обвинила Кира во взломе серверов лейбористской партии (все вспомнили выборы в США 2016 года?). То ли команда RBL, то ли команда Стармера слила кому-то телефонные номера сторонников лейбористов. Была даже подана официальная жалоба главному комиссару по цифровой информации, который, впрочем, ничего подозрительного не обнаружил.

В том же феврале из гонки выбыла Торнберри (умудрившаяся ляпнуть под запись про тупых северян, которые не понимают прогрессивных европейских ценностей), а все оставшиеся помирились — Кир объявил, что в случае его победы RLB и Нэнди получат по министерскому портфелю, а Ребекка рассказала, что на следующий день после окончания выборов они вместе с Лизой Нэнди напьются вдрызг в баре для девочек. Видимо, в связи с пандемией коронавируса, последний пункт придётся отложить.

Все молодцы, все энергичные и прекрасные кандидаты, все друг друга уважают, пьют чай, кушают конфеты...

Одновременно с сеансом дружбомагии, кампания наследницы Джереми Корбина стала пробуксовывать — RLB оказалась плохим оратором и не очень горящим внутренним пламенем пропагандистом: зато рассказала, что курила травку в Амстердаме. Из рациональных моментов в её исполнении был вброс на диспуте о том, что люди вовсе не голосовали против лейбористских идей, они голосовали против внутренней раздробленности в партии, которая обещала им это лучшее будущее — ребята! если вы обещаете улучшение условий жизни, то, может быть, вы хотя бы вокруг какого-нибудь лидера объединитесь, а?

Зато Кир Стармер, кажется, не читал правых лейбористов в твиттере, которые уговаривали его гильотинировать всех леваков и изгнать Корбина из партии — он быстро поднял знамя "рационального левого кандидата" и стал заигрывать с крылом корбинистов: мы любим Джереми, уважаем Джереми, нам нужно предложить тот же дух надежды, перемен и вовлечения общества в политику, который привнёс Джереми...

И тут логично задать вопрос: посоны, а если Кир Стармер умеет вращаться среди бумаг и юридических формул, может собрать вокруг себя команду и в целом не планирует выбрасывать левое наследие в воду, то зачем так упираться в лояльность именно RLB, если они там все друзья? В целом всё так и вышло. Серый юрист в сером костюме (кстати, он всё же из рабочей семьи и пол-жизни работал юрисконсультом для бедных), в итоге стал магнетизировать тех левых, кто просто хотел больше шансов на парламентских выборах.

Да блин. Давайте скажем прямо. RLB просто застенчивая. Если вы воткнётесь в неё в коридоре, то она не поздоровается, пока вы не поздороваетесь.

В итоге, кажется, ядро лейбористской партии послало наверх два сообщения: точка-тире, тире-точка. Первое: мы не хотим расставаться с корбинистскими принципами. Второе: мы хотим выигрывать выборы. Сохранить запал, прорваться в Парламент. Значит, оставив мелкий шрифт корбинизма, нужно изменить обложку. Судя по всему, масс мембершип совершенно не видит в этом взаимоисключающих параграфов, и опросы это подтверждают. Ядро партии сейчас составляют лица, которые: а) искренне и нежно любят Корбина б) кто был травмирован крушением "красной стены" в декабре 2019 в) кто смог поверить Стармеру и его обещаниям выиграть выборы, сохранив и одновременно изменив корбинизм. В конце концов, Джон Лансман, создатель "Моментума", как раз и готовил его к Жизни После Корбина — если Джереми уйдёт, то масса рядовых активистов должна стать Коллективным Корбином (у нас есть старое интервью об этом). Что ж, скоро узнаем.

Слава Богу, что когда-то очень давно, ещё Эд Милибэнд продавил реформу "один человек — один голос", забравшую решающее слово у узкого кружка парламентских лейбористов и заставившую кандидатов апеллировать к всем партийным без исключения — от Манчестера до Лондона. Если в 2015 и в 2016, когда его попытались свергнуть, Джереми был единственным левым кандидатом на тарелке с лейбористскими десертами, то сейчас, в 2020 году, его наследие заключается в том, что рядовой состав выбирал из разных сортов леваков: разве что Джезз Филипс могла бы считаться "блэристкой", но она и набирала в лучшем случае 5%.

Стармер, Торнберри, Лонг-Бэйли, даже Нэнди — по меркам 2015 года они все леваки. Стармер сам пишет в твиттер, что ему нужно "радикальное лейбористское правительство". Ей-ей, разве это предсказанный "правый Антихрист", который сожжёт сердца всех правоверных и бросит брошюру "Британский путь к социализму" в огонь?

"Я не хочу, чтобы меня называли корбинистом, а хочу, чтобы называли социалистом. Корбин был прав, когда начал борьбу с существующими порядками. Но мне не нужны татуировки с чужими именами на лбу, я думаю за себя."

Бизнесмены коррумпированы, общественная собственность нужна, социализм неизбежен, Стармер — наш рулевой, и другого пока не дано. Хватит уже драться, давайте делом займёмся, и подадим пример остальной Европе. Сейчас стоило бы выслушать план реформ, прежде чем начинать по ярлычкам определять, "к чьему роду-племени этот парень принадлежит".

Пусть уж лучше бывший министр тюрем станет нашим "пряничным Сталиным", который не костедробилкой и не массовыми расстрелами, а логикой и юридическим скальпелем заставит фракционизм и дробление на десятки сект утихнуть.

Повысим налоги для богатых, продолжим политику национализаций, обновим имидж партии, сохраним дела деда, не откажемся от того, что было написано в манифестах 2017 и 2019 годов.

На последних дебатах вышло вообще смешно: и Стармер и Лонг-Бэйли вообще согласились, что успешная партия должна стать "агентами по продаже социализма" — то есть все в глубине души понимают, что общество равенства лучше, чем общество неравенства, задача партийной машины только в том, чтобы аккумулировать ресурсы для разъяснения того, что новое общество достижимо только через левые экономические меры и социализм.

Дебаты проходили в Ливерпуле, поэтому Стармер сорвал аплодисменты, заявив, что "никогда не даст интервью листку Sun" — дескать, они ужасно оскорбляли Джереми Корбина, они преследовали нас до дверей наших домов, лезли в наши мусорные ящики. (И вот ещё один почтительный кивок в сторону левых сил в партии!). Ну, а про отношение к The Sun в Ливерпуле никому рассказывать не нужно.

В итоге выборы проходили ужасно предсказуемо: Стармер старался никого не злить и не вести себя как некоронованный принц, а его соперницы собирались на дебатах и внезапно выясняли, что спорить-то не о чем: вся троица согласна, что богатые и успешные должны платить больше налогов и помогать бедным и неуспешным, обсуждение закончено. Можно ли без шума и пыли доехать до титула? Можно. Самый максимум, который позволил себе сэр Кир Стармер — это намекнуть на то, что "политика 2019 года была верной, но перегруженной отвлекающими деталями". О, воистину, корбинизм сщмч. Джереми есть суть новое Священное Писание, трудовые массы — страж его, а сир Кир — пророк.

Все по долгу службы раскритиковали либдемов, напомнив, что декабрьские выборы были поддержаны этими мелкими жёлтенькими приспешниками буржуазии только в попытке набрать голосов, и согласились выдать деду 6 из 10, поблагодарив его за расширение электоральной базы, но вежливо намекнув, что доживать до следующих выборов они уже будут своим умом.

Проблемой RLB в этом году, в конце концов, стало то, что она не выглядит свежим кандидатом: Корбин в 2015 прорвался танковым клином именно потому что был искренними и ярким на фоне неотличимых от тори кандидатов вокруг, RLB же предлагает избирателям шестой год "искренности и яркости" подряд — в то время, как рядовой лейборист уже не прочь рационально поставить на те же левацкие идеи, но подаваемые не на эмоциях, а с холодным адвокатским расчётом. В конце концов, даже дед согласился с тем, что последний манифест был неплох, но просто задавил избирателей пулемётным огнём совершенно разных обещаний, не предложив Единого Великого Мессиджа, укладывающегося в одно предложение — ну типа Get Brexit Done.

В то же время кампания Стармера давила на одну кнопку: мы все устали от гражданской войны внутри, её пора прекратить, я буду роботом, я буду человеком с пустыми стеклянными глазами, который будет работать без устали, я никого не выгоню и всех сохраню. Избирательный штаб Стармера включал дикий сплав сотрудников: пиарщики первой избирательной кампании Корбина, Кэт и Саймон Флетчеры, очень "коммунистический" делегат от Моментума (!) Лора Паркер, и, с другой стороны, блэристы Морган МакСвини и Мэтт Паунд, помогавшие Лиз Кендалл в том же 2015 году бороться против Корбина. Половина советников Стармера с радостью бы закопала вторую половину в песочек, но каким-то образом они все работали вместе.

Корбин, кстати, сам понял, куда движутся льдины, и после изначально выраженной поддержки Ребекке, в выборы преемника больше не совался: не его дело мешать разбираться молодым. Стармер за это время раскритиковал свободный рынок, рассказал, что тот рушит человеческие жизни и чего, мол, он насмотрелся, пока был министром тюрем при Брауне.

Свободный рынок не работает как средство обогащения и улучшения жизни многих людей. Теория просачивания средств сверху вниз попросту не работает. Нам нужна другая экономическая политика, устраняющая неравенство и восстанавливающая социальную справедливость.

Ну что, встречайте нового супергероя, "Суперадвоката в красном трико, кандидата от народа".

Интересно, что своё первое обращение Стармер сейчас записывает в здании института механических и металлических работ в Манчестере — штаб-квартире Всебританского Конгресса Профсоюзов.

Моя кампания, мол, будет защищать радикальные лейбористские ценности. Мы придём к победе в 2024 году. Мы не будем отказываться от опыта тех, кто выигрывал выборы для лейбористов в двухтысячных, и мы не откажемся от той борьбы с бедностью, которую вёл Джереми Корбин. Я сражался за докеров, я сражался за шахтёров, я ночами работал адвокатом для тех, у кого не было денег.

Давайте будем едиными.

Всё, мы пошли плакать и обниматься с котиками. Не хватает ванильного мороженого и единорогов.

(немаловажно: last Labour governmenT, не governmenTS, то есть Браун, не Блэр.)

Не забывайте, если что, что Стармер юрист и зануда с блокнотиками. У него есть блокнотики и юридическое мышление. Это как плюс, так и минус: план, таблички в экселе, расписание и всё такое — но он может быть неимоверно скучным. То есть никакого полностью автоматизированного рок-коммунизма и Троцкого, толкающего речь на демоническом паровозе, скорее сухой питон перфекционизма на шее Бориски. Но скучный. Возможно, эффективный. Но не гальванизирующий. Увидим.

Ну и всегда есть шанс, что он съехал влево только, чтобы выбить RLB. Но пока кажется, что он не даст себе сесть на шею ни тем, ни другим.

Итак, я обдумывал это решение несколько месяцев и всё-таки его принял — я подал заявку на вступление в лейбористскую партию.

Да, сегодня случилось последнее, что меня побудило это сделать, но я сразу расставлю все точки над i: избрание Кира Стармера не было одним из "поворотных" для меня моментов. За всё время пребывания в Великобритании я искренне полюбил страну (наравне с Республикой Ирландия) и принял её как свой второй дом. Безусловно, в стране имеются проблемы: увеличение количества бездомных, урезание финансирования социальных служб, медицины и т.п. из-за политики консерваторов, но при этом я хочу приносить пользу стране и помогать чем только можно. И политика лейбористов мне всегда импонировала, хотя с эрой Корбина она уклонилась слишком влево. Не то чтобы я был против национализации жизненно необходимых сфер: ж/д компаний, почты, системы здравоохранения (NHS вообще лучшее, что было сделано в 20 веке), но меня коробили определённые моменты:
1) наличие в советниках сталиниста и брекситера Симуса Милна;
2) поддержка Чавеса;
3) слишком резкая национализация всего и вся;
4) метание партии туда-сюда с позицией по Брекситу и попытка усидеть на двух стульях
5) неумение решить проблему антисемитизма в партии. При этом я не считаю самого Джереми антисемитом, но и проблема не решалась.

И даже при всём этом я всё равно надеялся, что Корбин выиграет выборы в 2019-м. Увы, не получилось.

Примерно в это время я и переехал в Манчестер, где мэром являлся Энди Бёрнэм, который был сторонником старого лейборизма, но адаптированного под реалии 21 века. За время проживания в Манчестере я убедился, что именно подобный курс должен быть приоритетным, чтобы быть конкурентоспособными на следующих выборах — реформы и улучшения, которые он проделал в городе, меня поразили. Настолько, что порой я задумываюсь не уезжать из Манчестера, даже если будет финансовая возможность переехать в Лондон.

К чему это я? На мой взгляд, Стармер и Нэнди как раз те люди, которые если не точно таких же взглядов, то как минимум близок к ним. Поэтому избрание Стармера дало надежду на перемены к лучшему,

Мои ожидания от нового лидера:
1) решение проблемы антисемитизма. Причём твердо и чётко. Мне нравится, что Стармер готов нести личную ответственность, но нужны действия.
2) предоставление регионам больше власти. Бёрнэм, когда гонка за лидерство только началась, как-то сказал, что ему бы хотелось, чтобы мэров городов приглашали на партийные конференции, и я это поддерживаю.
3) не перегружать следующий манифест. По большей части, претензий к реформам манифеста-2019 лейбористов у меня нет (кроме резкой национализации всего и вся), но он был перегружен. К примеру, национализация интернета или сделать бесплатным высшее образование. Идеи правильные, но предлагать это прям сразу было неправильно — людей волновали zero-hour контракты, слабое финансирование регионов, игнорирование требований рабочих на Севере и исход молодых людей и рабочих мест оттуда, а не бесплатный интернет прямо здесь и сейчас. Насчет бесплатного образования — то же самое: идея правильная, но нельзя было с ходу предлагать сразу, необходимо было для начала либо снижать цены, либо предлагать больше грантов.
4) создать теневое правительство с представлением многих крыльев партии. Да, центристы имеются, но их голос можно и нужно уважать. Одними леваками и корбинистами не выиграть выборы. Нужны центристы (Джесс Филлипс/Иветт Купер), корбинисты (Лонг-Бэйли), левоцентристы (Нэнди) в одной команде. И, наконец, прекращать разлад среди рядовых членов партии.

Посмотрим, как всё обернётся в будущем.