это просто прекрасное дополнение от подписчиков, я считаю! да мы все так считаем!

*редакция толпится у экранов*

Единственный и неповторимый Пальмерстон вернулся на службу в МИД!

Полгода назад обитатели Форин-офиса заметили, что изрядно пополневший Пальмерстон захандрил, а с передних лап посыпалась шерсть. Диагноз поставили неутешительный: ожирение и стресс. Сотрудники МИДа постоянно тискали кота, будили его и кормили кошачьими лакомствами без меры.

Пальмерстона отправили на лечение домой к заместителю главы внешнеполитического ведомства Саймона Макдоналда. В этот понедельник он сообщил, что котик снова счастлив и готов вернуться на службу. Сотрудникам выставлены жесткие условия:
- не трогать кота, предоставив ему самому решать, с кем общаться;
- не закармливать;
- будить Пальмерстона только в том случае, если он заснул в опасных местах: у дверей или на лестнице.

Коту также отвели ограниченную зону обитания, т.н. Зону Пальмерстона.
Коты — территориальные животные. Но чем больше ареал их обитания, тем больше стресс. Кроме того, чем старше кот, тем меньше места ему требуется, — написал Макдоналд.
Пальмерстон ловит мышей в МИДе с апреля 2016 года.

По состоянию на "прямо сейчас", Борис Джонсон является единственным лидером крупной политической партии, отказавшимся согласовывать время и дату интервью в прямом эфире BBC с Эндрю Нейлом.

Вернее — согласовавшим, посмотревшим остальные выпуски, и тут же забравшим согласие.

Его можно понять — Нейл паровозом проехался по Корбину, Свинсон и Стёрджен... зачем же подставляться, когда можно сказать "ой, мне мама звонит, некогда разговаривать"?

Но вообще, редакция официально хочет заявить, что мало того, что Борис — тори, так он ещё и цыплёнок. Мы очень надеемся, что редакция BBC проявит характер и задаст все скандальные вопросы пустому креслу с табличкой "Борис Джонсон сегодня не пришёл" — предварительно проанонсировав это на всю страну. У Channel 4 же получилось с ледяными скульптурами...

Если что — сегодняшним вечером пытке на сковородке подвергнется Найджел Фарадж.

Так, интересно, кажется, что бибисишники разъярены: вот этот вот ролик будет повторяться в прайм-тайм, пока Джонсон не придёт на эфир, или не наступит день выборов.

Interview challenge, прямо как Ice Bucket Challenge!

"Ещё осталась одно несделанное дело. Борис Джонсон. Премьер-министр. Мы в течение нескольких недель пытались договориться с ним о дне интервью. Ничего не вышло.

Никакой телеканал не может заставить премьер-министра придти на интервью. Но в течение десятилетий интервью с теми, кто претендует на высший пост правительства, было традицией предвыборной кампании. В прайм- тайм, под взглядами населения всей страны мы изучали наших политиков, допрашивали их, призывали их к ответу. Так функционирует демократия.

Мы всегда ожидали, что политические лидеры будут участвовать в этой процедуре. Они участвовали. Год за годом, каждый из них. Кроме одного. Кроме Бориса Джонсона.

Ещё не слишком поздно. Вопросы готовы, они "стоят в духовке", как любит говорить мистер Джонсон о Брекзите. Вопросы касаются доверия — этого важного качества для любого политика.

Почему же на протяжении всей его карьеры, как журналиста и политика, его преследовали обвинения в том, что он нарушает обещания? Почему многие называли его нечестным? Почему это не всегда были враги, а иногда даже и близкие друзья и соратники?

Разумеется, интервью будет посвящено предвыборной программе консерваторов. Можно ли доверять Борису Джонсону, когда он обещает нанять 50 000 новых медсестёр для нашей NHS — когда 20 000 из этого числа уже работают на срочных контрактах? Разве перевод на постоянную работу считается за найм нового сотрудника, мистер Джонсон?

Можно ли доверять Борису Джонсону, когда он обещает построить 40 новых больниц — но только 6 заложены в бюджет до 2025 года, а остальные будут вводиться в строй вплоть до 2040 года? Почему об этом не сказано в агитационных материалах?

Может ли он правильно рассчитать бюджет — когда его министр финансов объявляет, что "с учётом инфляции запланированные траты в £34 миллиона будут равны £20 миллионам?"

Почему Борис Джонсон обещал DUP, своим союзникам по парламентской коалиции, что Британия никогда не пойдёт на границу с Евросоюзом по Ирландскому морю — а затем стал отрицать, что давал такие обещания?

Также мистер Джонсон заявляет, что он всегда выступал против политики "экономии средств", которой придерживались Кэмерон и Мэй. В студии BBC мы приведём статистику его голосований в Парламенте и спросим его о ней. Мы спросим и о роспуске Парламента — которого, как он обещал, не должно было быть.

Мы бы очень хотели задать премьер-министру Борису Джонсону все эти вопросы перед выборами. Но мы не можем. Потому что он согласился придти к нам, а потом отозвал своё согласие. Вопросы о доверии не будут заданы, поскольку он не хочет приходить в эту студию.

Нет никакого закона, нет Верховного Суда, который мог бы заставить Бориса Джонсона встать наравне с прочими политиками и ответить на вопросы BBC. Нет прокурора, который бы привёл мистера Джонсона в эту студию.

Но премьер-министр Соединённого Королевства Великобритании и Ирландии должен не бояться говорить с Дональдом Трампом, Владимиром Путиным, Си Цзиньпином.

Мы уверены, что он не побоится придти сюда и провести всего полчаса со мной."

Вы понимаете, в насколько странное время вы живёте, когда бывший консервативный премьер Джон Мэйджор (1990-1997) призывает не голосовать за консерваторов, чтобы не допустить Бориса Джонсона к власти.

Когда бывший лейбористский премьер Тони Блэр призывает не голосовать ни за тори, ни за Корбина, а выбирать самые "центристские и умеренные варианты".

Когда бывшие "правые лейбористы" Айвэн Льюис и Крис Лесли (Льюис, если что, бывший министр иностранных дел, и исключён из партии за изнасилование секретарши), агитируют голосовать за Бориса Джонсона и против лейбористов, поскольку "так Корбин быстрее уйдёт из партии".

До выборов осталось пять дней. В отчаянной попытке сократить восьмипроцентный разрыв, лейбористы опять запускают вирусную рекламу в соцсетях.


[2015]

— Я буду голосовать за Дэвида Кэмерона. Нельзя позволить этим левакам захватить наше правительство.

[РЕФЕРЕНДУМ, БРЕКЗИТ, ОТСТАВКИ]

[2017]

— Да, с Кэмероном неудачно получилось. Но мы должны сплотиться вокруг Терезы Мэй, ведь нам нужна только стабильность, подумайте, что будет, если Корбин...

[БРЕКЗИТ, ОТСТАВКИ, ПОЖАРЫ, ВЫБОРЫ, ХАОС, БРЕКЗИТ, БРЕКЗИТ, БРЕКЗИТ]

[2019]

— Парни! Я знаю, что с Кэмероном и Мэй вышло как-то совсем очень плохо! Но ведь если не Джонсо...
— Заткнись. Мы голосуем за лейбористов.

(кстати, сегодня вечером вторые — и последние дебаты Джонсона и Корбина лицом к лицу на ITV)

Тем временем, на Севере у лейбористов дела обстоят не очень — хотя на юге страны голоса либдемов падают в копилку тактического голосования за лейбористов (наша последняя надежда остановить БРЕЕЕЕЕЕЕКЗИИИИИИИТ!), на противоположном конце страны партия находится на грани потери 20 или 30 округов из-за слишком "проевропейской" позиции — людям не нравится ещё один референдум по Брекзиту, люди не особо любят эту непонятную евробюрократию, люди не ездят по работе в Париж, но люди не готовы сразу вот пойти и проголосовать за ненавистных тори. И тут как раз полезен промежуточный Найджел Фарадж, как раз для разочарованных Джонов с шахты или завода...

Как бы агитаторам из Momentum не хотелось пробиться сквозь толстый, толстый слой споров лишь о Брекзите, и завести разговор об экономике, о преобразовании общества, об образовании и детях — у них просто не выходит.

В общем, тори как набрали рывком +8% за счёт подарка от Фараджа, так и развиваются.

И одновременно, новость из лагеря той самой Brexit Party: Найджел Фарадж исключил из партии трёх человек из Европарламента — Аннунциату Рис-Могг (сестру того самого нашего всего, Джейкоба), Лэнс Форман и Люси Хэррис — за их критику нежелания Фараджа просто поднять лапки и свалить.

Аннунциата вчера рассказала Пачку Ужасных Историй, согласно которым на одного переманенного лейбориста приходится два-три консерватора — и что Фарадж доиграется, и позволит оппозиции отменить Брекзит и пропихнуть большевиков в правительство.

Сам Фарадж просто и без особых эмоций рассказал, что "в партию пробрались идиоты, которые будут уволены" — и что без него Борис ничего не выиграет, поскольку на Севере Brexit Party оттягивает у лейбористов "от 10 до 20 процентов!".

А ведь ещё летом, Милкшейк, казалось, что ты вырастешь в большого политика, который сможет гнуть свою линию наравне с тори... но, как кажется, Найджел с радостью обменяет все эти амбиции на (как поговаривают!) рыцарский титул этой зимой в качестве персонального подарка от (угадайте какого) премьер-министра.

В конце концов, Найджел сам решил не выставляться на выборы как кандидат в депутаты. Зачем какие-то идеалы, зачем зарплата в сорок тысяч фунтов, когда куда больше можно заработать, даже не влезая (или вовремя исчезая) в избирательную кампанию?

Дорогая редакция только что отправила свои новогодние поздравления в Лондон – вы можете последовать нашему примеру, приобретя за полтинник обычную почтовую открытку и марки в отделении Почты России и написав...

The Rt. Hon. Jeremy Corbyn MP, House of Commons, London, SW1A 0AA, UK.

... или же To: The Right Honorable Борис Джонсон, и дальше всё то же самое.

Пожелайте им там всем чего-нибудь.

12 декабря в Великобритании парламентские выборы. Вчера на матче в Борнмуте выездной Коп оказал свою поддержку лейбористам, вывесив баннер, призывающий отдать свои голоса за рабочую партию. Мэр Лондона Садик Хан, являющийся болельщиком «красных» и членом лейбористской партии, в Твиттере отметил перфоманс гостевой трибуны Ливерпуля: «Ещё одна причина, почему я люблю ЛФК. Вперёд, «красные»!

Итак, в пятницу, 13-го, около полудня уже станет очевидным, как партии пережили ночь выборов и кто станет или останется премьером Соединённого Королевства Великобритании и Северной Ирландии.

Занесите этот пост себе куда-нибудь в закладки, и вы никогда не забудете, за чем следить в ночь с четверга на пятницу.

Десять вечера по Лондону, час ночи в Москве: закрываются избирательные участки, и СМИ получают право публиковать результаты экзит-поллов. По крайней мере, в течение часа или полутора все будут обсуждать примерные расклады. Помните, что экзит-поллы могут быть обманчивы: да, им зря не верили в 2015 году, когда они показывали неожиданный взлёт тори и падение Милибэнда и их же 'Мэйское' отступление в 2017, но на выборах 1992 года те же экзит-поллы показывали, что Нейл Киннок может заранее бронировать себе место на Даунинг-стрит — а к утру выяснилось, что большинство у консерваторов Мейджора.

Полночь в Лондоне, три ночи в Москве: прибывают первые результаты по округам — традиционно, Ньюкасл и Сандерленд соревнуются, кто первым объявит своего избранника в Парламент (это предмет особой гордости в обоих городах). Скорее всего, первые результаты придут из округов, где у лейбористов есть уверенное преимущество. Но — хоть тори и неспособны сбросить лейбористов в округах Ньюкасла и Сандерленда, рост или падение числа голосов за консерваторов может оказаться первым сигналом к тому, как пройдёт ночь.

Час ночи в Лондоне, четыре ночи в Москве: устоит ли Большая Красная Стена? Должны начать массово поступать результаты из северных округов Англии: традиционно голосуют за лейбористов, недовольны вторым референдумом, соблазняются Brexit Party Фараджа. Все результаты соцопросов показывают, что лейбористы готовы потерять множество мест на Севере, политологи предсказывают или крушение левых сил в рабочих регионах, или возможность традиционного избирателя всё же передумать у избирательной урны и остаться с Корбином. Тори, берущие места на Севере, означают, что стратегия Джонсона и Фараджа оправдалась: такие крепости лейбористов как Седжфилд, Уокингтон, Дарлингтон, Лей и Вест Бромвич могут впервые с 1930 годов уйти к тори.

Три ночи в Лондоне, шесть утра в Москве: ситуация по Англии в целом становится ясной, начинают приходить результаты из Шотландии. Шотландия очень важна для Бориса Джонсона — консерваторы там висят на волоске, и у тори есть два варианта: компенсировать потери шотландских мест типа Ангуса и Абердина бывшими лейбористскими креслами "красной стены", или же наоборот, выдрать только пару кресел у лейбористов южнее, но сохранить свои двенадцать тартановых округов. Шотландские лейбористы просто сражаются за выживание — почти все их места вроде Мидлоушена и Глазго уходят, судя по прогнозам, шотландцам (Корбин не будет особо расстраиваться, лучше ШНП, чем Джонсон). Приходят новости и из Уэльса — там разгорелась битва всех против всех — либдемы, лейбористы, валлийцы и тори бьются за Рексэм, Клид и Брэкон с Рэднорширом.

Пять утра в Лондоне, восемь в Москве: считают Лондон и прибрежный юг страны. К этому моменту подсчитанные округа уже окрасили политическую карту страны в свои цвета и мы все должны уже понимать, кто будет править страной, и на каких условиях — комфортное большинство или цепляние за пару мест превосходства? Лондонская молодёжь грозится пеервернуть всё тактическое голосование — либдемы могут отобрать места у тори, а лейбористы могут приманить либдемов в своих округах и отстоять их. Огромное население Лондона делает битву в райончиках столицы совершенно непредсказуемой.

Десять утра по Лондону, час дня в Москве: досчитываются последние округа и Северная Ирландия — именно поэтому преимущество в какие-нибудь три кресла может или испариться, или возрасти до более или менее комфортных десяти.

Вопросы ночи:
— смогут ли хоть какие-то перебежчики к либдемам от консерваторов и лейбористов (Люсиана Бергер, Чука Умунна, Филипп Ли) пережить ночь выборов и остаться в Парламенте?
— потеряет ли Доминик Рааб, министр иностранных дел, своё кресло от Ишера и Уолтона?
— не увидим ли мы величайшей драмы в истории: Борис Джонсон теряет своё парламентское место от Аксбриджа и Саут Руслипа?
— бывший лидер консерваторов в 2000-х, Ян Дункан Смит рискует проделать тот же трюк в Чинфорде и Вудфорд-Грине
— последний оставшийся настоящий шахтёр в Парламенте, "болсоверский зверь", 87-летний Деннис Скиннер (на фото) может не переизбраться впервые с 1970 года: Болсовер разорван между историческими симпатиями к лейбористам и подавляющим отвращением к Евросоюзу (80% жителей проголосовали за выход из ЕС).

Скиннер настолько прославился своими принципами, что к его 85-летию поклонниками был снят документальный фильм (дорогая редакция давно переводит субтитры к нему, скоро-скоро закончим) — совершенно невероятный рекорд пребывания в Парламенте без перерыва с 1970 года, с 17 лет работал в шахте близ Честерфилда, а все выступления представляют собой бешеный комок ярости, обличающий с трибуны тех, кто не платит налоги, кто живёт в богатых домах, кто не рубил уголёк и не испытывал задержек заработной платы...

При этом Денниса обожают даже противники — уходящий на пенсию Black Rod жал ему руки и жалел, что не будет больше присутствовать при том, как Деннис нарушает церемонию открытия Парламента республиканскими выкриками с мест — ну а многие тори честно пытались зазвать его пообедать с собой. Скиннер не принимает зарплату депутата, живёт на профсоюзную пенсию, и, как говорит, "дважды победил рак только благодаря бесплатной медицине".

Ну и — он за право на аборты, за однополые пары, за опыты со стволовыми клетками...

Хороший трейлер — здесь.

Сам фильм доступен здесь, на Vimeo (с английскими субтитрами).

Мы связались с представителями Shut Out The Light, и получили от них копию субтитров во внешнем файле для перевода — и разрешение на некоммерческое распространение фильма о Деннисе Скиннере среди русскоязычной аудитории.

Впрочем, try English, if you dare — и помогите авторам: за $4.92 можно получить право на трое суток просмотра ленты, за $9.85 — скачать его себе навсегда (без субтитров, для получения версии с субтитрами пишите на info@shutoutthelight.co.uk).

Читатели, спасибо вам за народное творчество!

Пришло время немного поговорить о либеральных демократах и их позиции на этих выборах.

Самое смешное, что сейчас, когда либдемы набирают в соцопросах от 9 до 11 процентов, все уже забыли, что именно они были главными инициаторами проведения новых выборов — партия небезосновательно надеялась получить новые места в Парламенте, и вместе с ШНП практически поставила Корбина перед фактом: или соберись, тряпка, и проголосуй, или выборы всё равно будут, поскольку мы нажмём на кнопку вместе с тори, а тебя запомнят как труса.

Сейчас у Джо Свинсон есть время забиться в угол и немножко поплакать: на последних встречах с избирателями они уже просто извиняется за обещание "стать премьером" и "выиграть больше трёхсот мест". Даже главный предвыборный слоган "давайте просто пошлём нах;% Брекзит!" уже изменился на "да, если что, то мы тоже поддерживаем второй референдум".

На уверенность либдемов повлияли успехи на майских выборах в Европарламент — партия набрала 19% и выиграла 15 новых мест (всего стало 16 — прежние либдемы были представлены всего одним депутатом), став второй после фараджевской BP (которая захапала себе аж 30% и 29 мест). Многие могут небезосновательно ткнуть пальцем в то, что на евровыборы ходят только "евроизбиратели" — фараджистам было что доказывать окружающим, а вот лейбористы и тори забили на ненужные выборы в казалось бы, ненужный после Брекзита парламентский орган. Но разгром был страшным: лейбористы набрали только 13%, а "мэйские" консерваторы вообще сползли на пятое (!) место, потеряв 15 кресел и оставшись с неполными девятью процентами.

Ближе к осени надежды партии были обновлены избранием в качестве главной фигуры Джо Свинсон — вполне себе молодой и уверенной, и, как выяснилось позже, сварливой и эгоистичной. К кризису вокруг роспуска Парламента либдемы подлетели как главные конкуренты лейбористов за... право поконкурировать с тори. Обе оппозиционных партии набирали по 20-22% в опросах, и периодически толкались локтями не столько с Борисом Джонсоном, сколько сами с собой.

Осень прошла под лозунгом "не дайте Корбину влезть на трон" — когда над Борисом завис топор судебного решения о неконституционности роспуска Парламента, то в стране началась форменная драка за право его заменить. Дед в красных трусах настаивал на том, что он тут второй по значимости. Удивительно, но ему поддакивали беглые консерваторы, уверенные, что если слетевшего с катушек Борю не остановить, то он тараном снесёт все остальные законодательные столбики, протащит хард-Брекзит, а к декабрю траванёт Елизавету и коронуется как канцлер Борис Палпатинович. Но Свинсон упорно твердила, что оба хуже — и что Корбин вообще антисемит и брекзитёр, посему и должен уйти, лейбористы должны сменить вывеску, поцеловать ручку, и тогда, мол, мы вместе поборемся с Джонсоном.

Время прошло, кризис миновал, Борис увидел, что никто стрелять в него из "Авроры" не собирается, и осмелел. Всё намекало на то, что заклинивший механизм можно расклинить только всеобщими выборами и рестартом Парламента в новом раскладе и в новой численности партий. Свинсон ликовала и ожидала последнего рывка наверх, к статусу "приличной оппозиции Бориса". Выборы должны были зафиксировать новое возрождение либеральных демократов, до того затоптанных в грязь тактическим союзом с консерваторами после выборов-2010 (в Великобритании все помнили, как либдемы ради пары министерских постов помогли тори протащить непопулярные экономические и социальные реформы). Молодые избиратели должны были сплотиться вокруг оранжевых евросоюзистов.

И тут что-то пошло не так. Рейтинги начали пикировать вниз.

С одной стороны, в Парламенте фракция разжилась лишними 7 депутатами за пару месяцев, дорастя до 19 мест. С другой стороны, пришедших перебежчиков надо было усадить на почётное место и обслужить по-царски — что, например, означало, что им выдадут хорошие округа для выборов, а кого-то из "старых" либдемов толкнут локтём в сторону. При этом не сделать этого тоже было невозможно из соображений престижа, иначе к вам никто больше не эмигрирует....

В итоге, кажется, избирателей разозлили как попытки перетянуть оппозиционные корону и одеяло на себя, так и постоянные уступки партийным новичкам — конечно, поступок мистера Ли, пересаживающегося к либдемам посреди речи Бориса, в памяти запечатлелся, но не настолько же, чтобы потом выстилать перед ними всю партию ковриком.

Вся политическая программа партии, в итоге, сводилась до определённого момента именно к отрицанию Брекзита — Свинсон объявляла, что даже переговоров вести не будет с любой другой политической силой, которая не поклянётся первым делом отозвать статью 50, отвечающую за процесс выхода из Евросоюза. Вроде бы также партия обещала позаботиться о медицине и общественном транспорте, но в целом агитация била именно в вопрос Брекзита: Корбин не может определиться, Борис брекзитёр, вперёд, "мягкие" лейбористы и тори, приходите к нам.

Избиратели не согласились. Выяснилось, что на ток-шоу зрители в зале желают, в основном, задать один и тот же вопрос: жалеет ли Джо Свинсон о том, что будучи в правительстве с 2010 по 2015 года, голосовала за те законы тори, которые сейчас так осуждает? Джо пыталась упереться. Потом, когда за спиной оказалась стенка, начала извиняться.

Бичевание продолжилось и в эфире у Эндрю Нила (куда Борис Джонсон не хочет приходить) — Свинсон не смогла ответить на вопросы "почему вы грохнулись в рейтингах?", "подадите ли вы в отставку, если не станете премьером или не наберёте 300 мест, как обещали?" и "а может быть, лучше было всё-таки строить коалицию?".

Из каких-то внятных обещаний либдемы выдали только гарантии повышения минимальной зарплаты на 20%, изменения в трудовом кодексе, ужесточающие ответственность за тяжелые условия труда и право на больничные и выходные для работников на "zero contracts" (это когда выходишь работать, если есть заказ сегодня).

В попытке набрать очки, либдемы сыграли в проанглийские настроения и заявили, что при них-то никакой независимости Шотландии не будет. Помогло не особо. Что плохо, так это то, что лейбористы, кажется, переоценили угрозу со стороны либдемов — а со стороны тори недооценили. Сейчас антибрекзитёрские — и антиджонсоновские голоса разделены, пока Борис счастливо всосал и почти переварил Фараджа.

Очень сильно ударили по рейтингам Свинсон и странные интервью, которые её коллеги давали в середине предвыборной кампании — что между Корбином и Джонсоном они выберут Джонсона, и вообще, мечта либеральных демократов — парламент, где у консерваторов нет большинства, и где в обмен на коалицию с либдемами сначала тори, а потом и леваки гильотинируют своих лидеров и избирают стильных, модных, молодёжных центристов. Мечты, мечты...

В какой-то момент даже прозвучала фраза о том, что с Джонсоном можно договориться о коалиции в обмен на референдум по Брекзиту (который вполне официально предлагают в качестве программы-минимум лейбористы).

Осознав всю глубину морального падения, Свинсон в последних выступлениях (слава Богу!) хотя бы чётко сказала, что любые переговоры с тори будут только через её труп, и что тори в стране не любит вообще никто, кроме избирателей тори. За неделю до выборов-то самое время — проанализировав твиттер-аккаунты партии, легко придти к выводам, что против конкурентов-корбинистов из оппозиции либеральные демократы агитировали чаще, чем против официального правительства Бориса Пфеффелевича Джонсона.