Вообще, письмо Амбер Радд — пожалуй, самое жёсткое из всех писем "перед отставкой", которые канал видел за все эти годы.

— Премьер — "политический вандал".
— Никаких усилий по переговорам с ЕС не ведётся, и премьер "вводит всех в заблуждение".
— атака на демократию и демократические институты государства, всё такое.
— вышвыривание из партии 21-го почтенного "сенатора" за одну ночь стало последней каплей
— партия захвачена ультраправыми, которые склоняются к союзу с Фаражем (ага, а до этого все писали, что лейбористы захвачены ультралевыми, которые склоняются к союзу со Сталиным)
— никто из министров правительства не получает никаких объяснений по поводу курса правительства и следующих шагов премьера, на всех совещаниях Доминик Каммингс, советник Бориса, выступает вместо Бориса и повторяет, что "события следующих недель удивят всех и заставят всех умолкнуть".

При этом нужно, конечно, сказать, что бывший министр труда – страшный политический флюгер, куда ветер, туда и она. При Мэй дружила с Мэй, потом проклинала её, потом радостно поддерживала Бориса, сейчас сами видите.

Душеполезная и приятная история на каждый день.

В 18-м и 19-м веках в Шотландии, и в низинах, в английских графствах существовала непростая, но нужная профессия — чужие грехи на себя брать. И нет, делалось это не в суде, а на похоронах, и звался такой человек sin-eater, "пожиратель грехов".

И, конечно, в стране-родине капитализма, в отличие от Балкан, Италии и Баварии, всем этим занимались специально обученные люди, знающие про разделение труда. Это у континентальных варваров брать на себя грехи могут только родственники, а на родине паровых машин и механической прялки "Дженни" поедание грехов стало профессией.

Приходите вы, специально обученный человек, съедаете хлеб, и громко кричите — всё, обмен совершился. Вам дают немного серебряной монеты и выгоняют взашей. Ещё вас никто не любит, и молодёжи неофициально разрешено плевать в вас на улице, кидаться камнями и грязью, да и живёте вы на выселках. Разумеется, с каждым новым обрядом к вам относились всё хужи и хуже — как к живому сосуду грехов и совершенно потустороннему существу.

Ясное дело, что подобным ремеслом промышляли, в основном, инвалиды и нищие. Профессия передавалась по наследству, причём это ещё и порицалось церковью — как ересь и способ поощрять греховный образ жизни, надеясь, что за ломоть хлеба все проблемы с вас снимет соседский Джонни.

"Грехоед" входил в дом, где в гробу лежал покойник, брал ковригу хлеба, разламывал ее и распределял куски на мертвом теле, как на столе. На труп также ставили чашу с вином или, скорее всего, элем, и серебряную монету как плату за услуги.

Сначала все выходили из комнаты или дома, оставляя "пожирателя грехов" наедине с покойным. Вероятно, поэтому не сохранилось свидетельств о том, какие манипуляции и заговоры применялись во время этого ритуала, и применялись ли они вообще. Известно только, что хлеб съедался, вино или эль выпивались, а монета шла в карман к профессионалу. По завершении обряда, "поедатель грехов" издавал дикий и страшный вопль, который символизировал всю тяжесть, обрушившуюся на него вместе с грехами постороннего человека.

Когда тело вынесено из дома и возложено на погребальную телегу, члены семьи приносят буханку хлеба и подают ее "грехоеду" над трупом, а вместе с нею и большой кубок, наполненный пивом, которое он выпивает тут же, и шестипенсовую монету, в связи с чем он ipso facto принимает на себя все грехи усопшего и освобождает его душу от посмертных скитаний.

Из письменных источников известно, что для этой цели обычно использовался какой-нибудь "старый сэр", которого постоянно приглашали "поедать грехи" усопших. Такие "старые сэры" находились повсюду, где бытовало это суеверие. Вспоминая о "старых сэрах", "поедавших грехи", епископ Кеннет из Херефордшира писал: "Мне кажется, что пережитки этого обычая до сих пор существуют в Эмброусдене (графство Оксфорд), где на любых похоронах могильщики всегда получают кекс и бутыль вина, выпивают его одним духом, а потом сообщают, что душа усопшего отошла легко и свободно".

Так вот это мы к чему. Правительству Бориса Джонсона срочно нужен грехоед. Чести и хвалы никакой. Пинков и палок много. Обязанности: съесть горький хлеб оппозиционной коалиции, отпустить душеньку Бориса на покаяние, за полтора месяца договориться с Евросоюзом, выслушать нотации о том, что всё сделано не так.

Последний известный поедатель грехов, Ричард Манслоу, умер в 1906 году.
Судя по всему, на эту возрождающуюся роль утверждён добрый самаритянин Джереми Корбин.

Сама душа Бориса Джонсона, кажется, окончательно покинет правительственное тело сегодня, если королева подпишет "билль Бенна". Останется только зомби с остаточными болевыми рефлексами — не ездить в Брюссель (ну, живые мертвецы же не могут пересекать текущую воду).

Пожалуй, самый странный итог того, что Борис Джонсон так яростно ищет досрочных выборов, чтобы продавить свой вариант Брекзита — это то, что октябрьскую конференцию лейбористской партии Корбин будет встречать в ранге премьер-министра страны: обойдя и выборы, и внутренний конфликт между "старыми", "новыми" и "молодыми старыми" лейбористами.

Медвежьи размашистые жесты Бориса привели к прямо противоположному результату — Борис невероятно близок к тому, чтобы стать самым короткоживущим премьером в истории Соединённого Королевства, а Джереми внезапно стал иконой Парламента — когда альтернативной являлся "буйный Борис", то центристы начали срочно искать союзников. Оказалось, что социалисты и рациональны, и договороспособны, и вообще младенцев не едят.

Джонсон своими жестами только скрепил коалицию, которая всё лето отчаянно ругалась и была близка к развалу, своими чистками в консервативных рядах он убедил даже сторонников Терезы Мэй, что лучше уж "красные" в коалиции, чем демагоги и националисты на спидах.

После этих речей о том, что "он готов нарушить закон", "воля Парламента нарушает волю народа" и "лучше он умрёт в канаве, чем полетит в Европу" Джонсон и его правительство оказались опасно близки уже не просто к осмеянию, а к нормальному такому иску в Верховный Суд страны — и вытекающему отсюда тюремному заключению.

В то же время, наш "красный дед", вероятно, ещё раз трогает себя за бороду — в 2015-м году он даже не хотел становиться кандидатом в лидеры лейбористов, и его пришлось сильно уговаривать, чтобы в бюллетене была представлена "традиционная левая" фигура.

Как шутили в тот год:
— Джереми Корбин: "старый" старый лейборизм
— Лиз Кендалл: "старый" новый лейборизм
— Энди Бёрнэм: "новый" старый лейборизм
— Иветта Купер: "новый" новый лейборизм.

Поскольку запрос на остановку перекрашивания в мягко-консервативные цвета был огромен, то результат голосования вы уже знаете. Заднескамеечник, неудачник, друг Советов и криптокоммунист уже пятый год возглавляет Официальную и Верную Оппозицию Правительству Её Величества.

В этом невероятном парламентском кризисе всё слилось в один туго закрученный клубок: двадцать лет приватизаций и экономии на собственных гражданах, странная десятилетка Блэра, который вроде бы вернул лейбористскую партию к жизни, ценой отказа от её традиционных ценностей и ценой постоянного вранья на пресс-конференциях вместе с продолжением курса Тэтчер-Мэйджора, война в Ираке, деиндустриализация и обнищание на северных территориях, британский национализм и евроскептицизм, вырывающиеся из глубинки, вполне себе нормальная викторианская классовая война Рис-Могга против всех, наконец.

Все призраки, похороненные с конца Холодной Войны, вернулись. И они очень голодны.

В этот понедельник желание, чтобы премьер поехал и договорился с Брюсселем, станет официальным английским законом. Премьер уже готов его не исполнять — угрожая союзом с Фаражем или же выводом на улицы сторонников — в ответ на "толпы Моментума, перекрывающие проспекты".

Отказ от власти и переход в оппозицию — последний шанс правительства не сесть коллективно в тюрьму. И последний шанс вручить отравленный скипетр власти противникам — пусть те сами вытаскивают страну из бездны, пока можно будет "поиграть в Корбина" — яростно критиковать любые их шаги, требовать выборов и проклинать антинародный парламентский режим.

Сегодня Борис Джонсон намерен вывернуться наизнанку, чтобы уговорить Консервативную партию проголосовать за... вотум недоверия самой себе. От такой подначки отказаться нельзя: в отличие от голосования за досрочные выборы, голосовать за сохранение Бориса нельзя (хоть нам всем и нравится наблюдать, как власть рубит сама себя на кусочки).

Это значит — 14 дней на формирование нового правительства. Это значит — если не успеть, то Борис остаётся и.о. и сам выбирает дату выборов — которую он сочинит таким образом, чтобы обвинить в срыве Брекзита именно оппозицию.

Это значит: приди, Джим Рейнор. Старик Конфуций. Оби-Ван Кеноби. Дедушка Ленин. Гэндальф Формзэмени Нотзэфьюэвич. И молча поправь всё.

Вот забавный график того, насколько накалялась ситуация в Парламенте за последние 10 лет.

Это график частоты использования спикером Беркоу его любимого повода призвать к порядку: если кто-то позволяет себе выкрики с места без разрешения.

Фраза «...chuntering from sedentary position» – которую можно перевести как «кто там на задней парте разговаривает?!?!», в последние годы стала употребляться невероятно часто.

Королева Великобритании Елизавета II утвердила билль о продлении срока переговоров с Евросоюзом в случае угрозы выхода без сделки.

Правительство подтвердило, что Парламент будет распущен на перерыв в заседаниях, начиная с сегодняшней ночи. Спикер Беркоу собирается сделать специальное заявление.

Оппозиция возмущённо твитит, что Джонсон решил распустить Парламент девятого, а не одиннадцатого (просьба королеве о роспуске содержала две даты), чтобы в среду не давать под присягой показаний о переговорах с ЕС и причинах роспуска Парламента.

Breaking: оппозиция (которая давно уже не оппозиция, а большинство в Парламенте) ставит два вопроса на голосование:

– Министры правительства должны этой ночью принести клятву в том, что обязуются подчиняться закону, Парламенту, и в частности, последнему «биллю Бенна».

– Парламент просит королеву разрешить рассекретить и опубликовать служебную переписку советника премьер-министра Каммингса, и прочих министров правительства, включая их переписку в вотсаппе, телеграме и фейсбуке.

И ещё раз – Парламент просит правительство присягнуть публично, и одновременно просит рассекретить переписку министров и советников в соцсетях. Полное ощущение следствия по делу о государственной измене.

BREAKING: Спикер Беркоу объявил, что покидает свой пост после 31 октября.

Короче, он обещал жене и детям завязать – и он завязывает. Если до 31 числа октября месяца случатся досрочные выборы, то он уйдёт сразу. Если нет, то он всё равно покинет пост 31 октября.

«До 31 октября этому Парламенту нужен опытный и нейтральный спикер. Затем пусть выберет себе нового. Я был здесь 22 года, десять из которых председательствовал.»

https://www.bbc.co.uk/news/uk-politics-49639828

А теперь смотрим, как Беркоу аплодируют стоя обе стороны парламента и не плачем, нет, не плачем.

Конечно, лишний раз стоит напомнить, что ещё в апреле консерваторы считали Беркоу «ненастоящим» спикером, и угрожали лишить его поста и не пустить в Палату Лордов (все спикеры, по традиции, получают место там, даже если лгали или присваивали чужие деньги, были такие прецеденты).

А вчера тори объявили, что не считают Беркоу «своим» (можно было подзабыть, что Беркоу вообще-то консерватор по партбилету) и выставят против него соперника в его округе (https://www.theguardian.com/politics/2019/sep/08/tories-contest-speaker-john-bercow-seat-breach-convention-andrea-leadsom-brexit), чего обычно делать крайне не полагается.

Сейчас, наверное, это всё забыто, хотя из консерваторов всё ещё яростно аплодировали только заднескамеечники, большие шишки угрюмо молчали.

Сейчас форварднём наш старый пост в память о парне.

Так, и снова всем привет.

Спикер парламента Джон Беркоу вчера, оказывается, официально объявил, что никуда в отставку не уйдёт, консерваторы могут подавиться, буллить и давить он продолжит, и вообще.

Ай'м стэйин эз Коммонс спикер, покидать кресло в момент развала страны — безответственно, брекзитёры могут злиться сколько им влезет, я продолжу всё разруливать и помахивать своим гигантским процессуальным кодексом!

Чем отметился Беркоу в нашем канале?
— постоянно зудел, что премьер не уважает Парламент
— не показал красную карточку Корбину, когда тот назвал Терезу "дурой"
— признался, что его кота зовут [ДАННЫЕ УДАЛЕНЫ]
— троллил всех антибрекзитёрской наклейкой на машине, утверждая, что это наклейка и машина жены, у нас в стране равноправие, вы фашисты!
— не ходит в одном и том же галстуке дольше одного дня
— допрыгался до лютой ненависти от бывших коллег по консервативной партии и полуподпольного анонса, что скорее солнце упадёт в Темзу, чем этот хам получит рыцарское звание или место в Палате Лордов на пенсии...
— рассказал, как и зачем всех троллит
— совершил ФАТАЛИТИ, кинув через колено Терезу, когда она попыталась довести всех до смерти своим проектом Брекзита — причём сослался на прецедент от 1604 года, записанный в кодексе
— грыз яблоко и поил всех кофе
— послал валентинку ненависти Трампу
— работает на своём месте уже 10 лет, причём два раза переизбирался общим голосованием Палаты Общин

В общем, наш парень, совершенно безумный, скользящий на доске по гребню волны — или по поехавшей крыше Вестминстер-холла.

А вообще он действительно следит за соблюдением норм, законов, правил, работой клерков и секретарей — и чтобы эти 644 достопочтенных в зале с зелёными скамейками не поубивали друг друга.

Парламент, большинством в 9 голосов: 311 против 302, постановил рассекретить и опубликовать правительственные документы, касающиеся выхода без сделки, а также всю рабочую документацию и переписку целого ряда правительственных чиновников, включая чаты в фейсбуке, телеграме, вотсаппе, личных почтовых клиентах, а также смс-переписку с рабочих и личных мобильных телефонов:
— Доминика Каммингса, специального советника при премьере Борисе Джонсоне
— Хью Беннета, пресс-секретаря
— Никки да Косты, руководителя юридической службы аппарата премьер-министра
— и ещё шести чиновников правительства

Предписывается изъять и предоставить парламентской комиссии всю переписку и документацию сроком с 23 июля, хранящуюся в кабинетах и на устройствах этих лиц — причём уже к 11 сентября. Дамы и господа, сдавайте телефоны и ноутбуки, пальцеприжимочная при Парламенте начинает работу.

Правительство протестует и заявляет, что это "беспрецедентное решение" нарушит право на защиту персональных данных и новую европейскую конвенцию GDPR.

Вчерашнее, затянувшееся далеко за полночь, последнее заседание Парламента перед навязанными 36-дневными каникулами, завершилось очередным скандалом.

Вот видео того, как завершалась парламентская сессия.

Как только правительство в лице нескольких министров подтвердило, что всегда подчиняется закону, на трибуну тут же забрался Борис Джонсон, и заявил, что в Брюссель просить отсрочки он не поедет. На резонный вопрос "а как же закон, который прямо заставляет вас это сделать?" Борис ответил, что есть вещи выше закона, а во вторых, он поедет не об отсрочке просить, а договариваться о сделке, и он всем клянётся, что Британия покинет Евросоюз 31 октября.

И тут же Палата Общин превратилась в раскалённый ад, где одни кричали о том, что вторая половина состоит из трусов и подлецов, которые не хотят всеобщих выборов, а вторая половина кричала о том, что правительство состоит из трусов и подлецов, которые нарушают закон и постоянно лгут о том, что сделают, чего не сделают, и что в такой ситуации идти на выборы, пока не будет ясно, что отсрочка есть и дату 31 октября проскочили — преступно.

В итоге в конце сцепились уже все со всеми: Джонсону припомнили шесть проигранных голосований за первые шесть дней, постоянные заявления на телекамеру о том, что он не будет исполнять закон, которые перемежаются его же словами в Палате Общин о том, что он всегда исполняет закон, странные свидетельства его коллег в судах, в общем, припомнили всё.

А тут и распускаться пора пришла, the Black Rod приехал. Беркоу толкнул речь о том, что он сыграет свою роль и распустит Парламент, хотя и понимает, что это чудовищная уловка, а депутаты оппозиции ломанулись садиться к нему на колени — воспроизводя сцену из 1629 года, когда Карл I попробовал распустить парламент, но не смог этого сделать, так как Спикер физически не смог выйти из Палаты Общин, будучи завален телами, которые на нём лежали.

Часть депутатов вооружилась плакатиками и дружно перекрикивала посланника королевы, не давая ему зачитать обращение к депутатам, а лейборист Расселл-Мойл держал Беркоу за пиджак.

Всё закончилось тем, что Беркоу вышел в Палату Лордов, прослушал речь Black Rod'a, мониторы мигнули и сменили картинку на зелёную с надписью Parliament Prorogued. Сильно поредевшие скамьи правительства опустели, а оппозиция осталась сидеть в зале и петь Red Flag, Scots Wha Hae и валлийскую Calon Lân.

Наконец, в три ночи по Лондону, или в пять утра по Москве, разошлись и они. Все пожали руки Беркоу, который тоже пообнимался со всеми уходящими и отправился спать.

Полицейское оцепление в Дерри, Северная Ирландия, вчера забросали коктейлями Молотова. Также в Дерри было обнаружено и обезврежено самодельное взрывное устройство.

Дорогая редакция затрудняется сказать, какой по счёту в этом году данный инцидент в Северной Ирландии, но, кажется, пятый.

Лейбористы выпустили промо-ролик, где под угрожающий рокот барабанов объясняют, почему выход без сделки опасен для Британии, и почему нельзя устраивать выборы до 31 октября.

Читатели пишут, что ютуб ограничил доступ к видео с беспорядками в Палате Общин при проведении церемонии отправки парламента в отпуск – всё так :(

Вот вам новая ссылка.