Майкл Гоув. 6% Министр по вопросам окружающей среды - не самый престижный пост, но Майкл смог стать самым влиятельным человеком на этом посту в истории. Был министром образования в 2010-2013 году. Родился в Эдинбурге. Его неженатая родная мать поместила его в детский дом, откуда он был усыновлён Гоувами из Абердина (северная Шотландия). В юности работал колумнистом Press and Journal. До поступления в Оксфорд был очень недолго членом лейбористской партии. Сейчас колумнист Times. Такая, очень привлекательная success story. Был большим сторонником Брекзита и одним из основных лиц Vote Leave. Сильные стороны: большой сторонник Брекзита. Представляет округ Сари Хит, прямо к северу от округа Ханта и невдалеке от аэропорта Хитроу.

Андреа Лидсом 6%. После неудачной попытки стать премьер-министром в 2016 Андреа оправилась и лидером палаты общин. Активно выступала за Брекзит в 2016 году, довольно стабильно поддерживала Мэй большую часть её премьерства. Достаточно невыразительная карьерная член партии. Социальный консерватор. За неё: поддержка Брекзита, очень удачно выбранный момент выхода из правительства, мало врагов. Против - общая невыразительность.
Представляет Южный Нортгемптоншир (Восточный Мидлендс)

Саджид Джавид. 3%. Министр внутренних дел. Если британская мечта существует, то Джавид - прекрасное её выражение. Сын иммигрантов из Пакистана (его отец был водителем автобуса) Саджид закончил неплохой но непрестижный университет Эксетера. Долго работал в финансовой индустрии. Был назначен министром внутренних дел после скандала с жёсткой политикой по вопросам иммиграции. Экономический либерал. Сильные стороны: невероятная история, космополитизм. Слабые: поддерживал членство в ЕС в 2016, вырос в мусульманской семье (хоть и не придерживается сейчас никакой религии; часть партии довольно исламофобская). Представляет Бромсгроув (графство Ворчестершир, западный Мидлендс)

Из каждого утюга в Британии сейчас доносится плач по ушедшей от нас Терезе Мэй: ах, как она разревелась, как она мужественно держалась до конца, что за страшная судьба у двух женщин на "настоящем" британском престоле — у ТМ и МТ...

Желающие пообниматься с тори могут проследовать к этому видео Медузы — и на слёзы посмотрите, и подстрочник к видео почитаете.

Никаких "или", никаких "но". Впервые за очень-очень долгое время, женщина с Даунинг-стрит не кривила душой, не играла в игры, никаких баррикад из стола и дивана, никаких побегов в Брюссель на истребителе от своих же коллег по партии, никаких речей в церкви, никаких срезаний бюджетов у больниц, никаких попыток убежать в свой родной Мэйденхед, надеясь, что коллеги по партии не заметят.

Женщина, которая никого не любила и которая ни за кого не переживала, наконец-то политически мертва — и именно по финишу своей политической карьеры Тереза Мэй лила слёзы.

Закончились попытки доказать, что она не говорила то, чего говорила, что не имела в виду то, чего имела в виду, завершились планы отгородиться от всех вереницей выбрасываемых из окна министров и плотными стопками пакетов "Брекзит в 42-й редакции".

Ради тебя лгала Эмбер Радд, с которой вместе ты выдворяла людей, всю жизнь проживших в стране. Которую ты вернула на пост карманного министра. Ты довела до ухода из своей команды даже Андреа Лидсом, которая ради тебя покинула предвыборную гонку. Стаскивать тебя с трона приехал даже Гоув, который всего полгода назад объяснял всей стране, что премьер, конечно, работает хреновато, но кто же без неё будет противостоять Путину?

Ради тебя охрана зачищала сортиры на автостоянке. Из-за твоей необязательности люди прогуливали заседания кабмина как школьники прогуливают уроки.

Мы не видели твоих слёз, когда горела башня Гренфелл — и куда ты побоялась приехать, чтобы пообщаться с семьями погорельцев, дом которых сгорел из-за льгот, которые ваше правительство давало застройщикам и из-за плохих строительных норм, которые вы, жадные консерваторы, поощряли.

Через два года после пожара, жильцы так и не въехали в обещанные квартиры.

Мы не видели твоих слёз, когда Джереми, мать его, Корбин, описывал ситуацию с Джой Ворралл, 81-летней медсестрой, которая покончила с собой из-за того, что твой департамент труда и пенсий отказал ей в пособии. Ты смеялась на своём премьерском месте над "этими социалистами" — на что только эти черти изворотливые не пойдут, чтобы начать тратить деньги.

Когда Стефан Смит, весивший 38 килограммов, был вынужден ходить на судебные заседания прямо из больницы. Когда увольняли полицейских, резали штаты в больницах, когда выяснилось, что часть сотрудников правительства занимает на еду и ест в благотворительных столовых...

Когда все последние годы ты отказывалась тратить даже немного — разрешая при этом своим министрам летать к саудитам. Когда ты два года твердила о том, что ты очень мягкая женщина, при этом закатывая истерики своему кабинету и парализовав всю страну, залив Парламент эпоксидкой под названием "Брекзит: теперь это навсегда". Когда ты говорила о том, что ты не против компромиссов — не сдвинувшись ни на шаг со своей позиции с сентября прошлого года.

А нет, сдвинулась — за двое суток до своей отставки.

Ты довела своё нежелание освободить служебную квартиру до такого состояния, что я уверен, что сейчас у тебя по описи принимают стулья и люстры.

Она не страну оплакивала, не служение, не несделанные дела, она рыдала по своей грёбаной карьере.

Но ничего, эти слёзки утрутся — таким людям, как бы их не проклинали коллеги, положено находить места в Палате Лордов. В почетном президиуме корпорации. В благотворительном обществе. С такими людьми никогда не случается ничего по настоящему плохого — в отличие от нас, редакторов канала, и от читателей.

Восемь бездарных лет, сначала в МВД, на распиле бюджета и сокращении штатов — а потом премьером, которая все три года пробовала усидеть не на своём кресле.

Как сказала Никола Стёрджен, «если эта женщина хотела, подобно римлянам, упасть на свой меч, то она промахнулась, и упала на асфальт».

Убирайся.

Законопроекты отменяются, премьеры уходят, а память о них живёт в странных русскоязычных телеграм-каналах.
Прощай, вторая женщина-премьер, мы будем помнить твои пшеничные поля!

Вчера редакция получила много тревожных вопросов, не собираемся ли мы закрывать канал. Кто-то впервые задумался, как связаны зерновые культуры с премьер-министром.
Ответственно заявляем: нит, не дождётесь, не закроем никогда. А пшеница, ну... Ларчик просто открывался, запускаем радио "Ностальжи" в канале:

Однажды премьер-министра Великобритании Терезу Мэй спросили, какой из своих поступков в жизни она считает самым неприличным.
— Вы знаете, – сказала премьер после долгой паузы, – в детстве мы бегали по пшеничным полям и этим очень злили фермеров. Это было самое неприличное событие в моей жизни, клянусь королевой.

Понимаю, что не смешно, но это полностью описывает политическую жизнь Соединённого королевства: сначала невнятное бормотание или молчание, а потом дичайшая ересь, от которой хочется накрыться фейспалмом.

Всем привет, дорогие читатели!

После того как нас упомянул братский канал @foreign_office, наши пшеничные поля испытали приток желающих по ним пробежаться.

Вкратце — кто мы и что мы такое. В своё время, когда Терезу Мэй спросили, за какой свой поступок в жизни ей больше всего стыдно, то она ответила, что когда-то, в юности, любила с друзьями бегать по пшеничному полю соседнего фермера и топтать посевы. Репортёры удивились, телезрители удивились, политики усмехнулись, а в телеграме родился канал "Пшеничные поля Терезы Мэй" — про всё самое странное и красивое, что есть в британской политике, культуре и жизни. Про булаву, лежащую посреди Палаты Общин, про 34 бара в Парламенте, про сокращение числа безработных путём игры со статистикой, про то, что домашнего кота Джона Беркоу зовут "К порядку! К порядку!", про ирландскую мину, взорванную под школьным автобусом девочки, которая позже станет Арлин Фостер, лидером партии DUP, про то как Джереми Корбин варит домашний джем и не ест мяса, про Тильду Суинтон, которая на самом деле состоит в Коммунистической партии Великобритании, и про то, что Джейкоб Рис-Могг (это такой ультраправый олух из аристократичной семьи) назвал своего ребёнка Сикстус Доминик Бонифаций.

Мы любим социалистов, не любим налоговые льготы для крупного бизнеса, обожаем писать про то, что правительство в очередной раз проиграло, и очень часто постим по 12 материалов в сутки, если в британской политике происходит очень мощная заруба.

У нас есть несколько хэштегов: #продолжаемпрогазеты — когда-то мы давали краткий обзор для каждой из популярных британских газет: кому принадлежит, кто читает, чьей стороны придерживается (и обозрели почти всё, дошли даже до журналов);
#прополитическиепартии — кто заседает в британском парламенте, кто кого не любит и какие шансы у какой партии есть.

Ещё мы переводим книгу "Всё может стать только лучше: 20 лет беспросветной жизни лейбористского активиста" — про то как юный студент увлёкся политикой и следующие 20 лет жизни провёл в бесплодных попытках раздавать листовки и пикетировать авиабазы, пока не полысел и не обзавёлся брюшком — и только тогда его партия перестала позориться и выиграла выборы: но для неё мы хэштег ещё не придумали.

И да, конечно, мы вас всех любим, стараемся для вас и нам можно писать и задавать вопросы.

Не забываем поздравить дедушку Джереми с 70-летием!

Поздравительные открытки можно отправлять по адресу:

The Rt. Hon. Jeremy Corbyn MP, House of Commons, London, SW1A 0AA,

или

Jeremy Corbyn, Leader of the Opposition, The Labour Party, Labour Central, Kings Manor, Newcastle upon Tyne, NE1 6PA

Адреса дома Дж.К. в его родном Излингтоне мы вам не скажем, поскольку сами не знаем.

Есть только фотография — вот три этажа, с деревянной оградой и палисадничком.

Зловещий и ужасный лидер оппозиции живёт во вполне обычной квартирной трёхэтажке 60-х (надо понимать, что, по сути, весь подъезд — это одна комната, торчком одна над другой).

У соседей слева синяя дверь, у соседей справа — кованая рёшётка. Интересно, мешают ли им репортёры?

Перед тем, как мы заспамим вас новостями по поводу выборов в Европарламент, стоит обсудить судьбу зависшей над пропастью DUP.

Про эту удивительную политическую партию, которая в 2019-м году сочетает верность Короне, нелюбовь к независимым ирландцам, регулярное финансирование из Лондона и пикеты против теории эволюции, преподаваемой в школах, мы уже писали.

Но что же ждёт странный пакт ДЮП и консерваторов? Падёт ли на главную лояльную Лондону ирландскую партию ответственность за хаос в провинции?

Без большинства в Парламенте, и без возможности провести через него какую-либо особую сделку по Брекзиту, резко растут шансы у двух радикальных решений: никакого Брекзита или никакого договора с Европой.

В июне также заканчивается текущая парламентская сессия, которая и так тянется два года вместо одного — а это означает новую программную "речь королевы", которая должна описать планы правительства на следующий год. А это означает голосование по этой речи — и, по сути, голосование о поддержке правительства или об его отставке.

А это означает очередной раунд переговоров о возобновлении сотрудничества консерваторов и DUP — о том, чтобы вместе голосовать по бюджету, по Брекзиту, по вотумам недоверия. DUP всегда настаивала на трактовке "это договор с правительством, а не с Терезой Мэй" — что и позволило партии, взявшей 1 миллиард фунтов из бюджета, сначала отказаться поддерживать Мэй по финансовым вопросам, а потом и по вопросам Брекзита.

Очевидно, что если договор о сотрудничестве истекает, то за подписание нового североирландцы попросят ещё денег. И в качестве вишенки на тортике, пойдут разговоры о восстановлении самоуправления — которое было отозвано, когда Стормонт (местный североирландский парламент) дошёл до нерабочего состояния из-за развала союза DUP и Sinn Fein.

Вопрос в том, что поддержание консерваторов на плаву — это не та цена, которую хотят платить партнёры DUP по Стормонту. И не та цена, которую хочет платить сама DUP — в ситуации, когда тори очевидно разваливаются. Например, избрание кого-то типа Бориса Джонсона однозначно будет означать, что все разговоры о самоуправлении затихнут — да и вообще Борис известен своей страстью давить националистов, что опять же приводит нас к тому, что в Стормонте вспыхнут скандалы — а в скандалах будут винить DUP: это же вы протягиваете руку этому рыжему из Лондона?

В итоге, выбор тяжёл: либо ещё три года консерваторов у власти и подпитка деньгами, либо восстановленный Стормонт, самоуправление и нормальный диалог с прочими североирландцами.

При этом, если из консервативной партии в Парламенте из-за стиля руководства условного Бориса выйдут ещё два человека, то даже союз с DUP не поможет — блок потеряет большинство.

Поддержка Бориса в случае, если тот изберёт курс на "жёсткий брекзит" однозначно скажется на избирателях DUP — как и высечет искру недовольства во всех регионах Британии из-за экономических последствий — и может вовсе разрушить хрупкий союз Британии и Северной Ирландии, который только-только пару десятилетий как стал стабилен.

Все ругали DUP за взятку от Мэй. Но это не будет идти ни в какое сравнение с тем, как будут ругать DUP за решение поддержать Бориса Джонсона, например, зная, куда он может зайти.

Теория справедливого мира

Многие наши современники открыто или в глубине души разделяют теорию справедливого мира. Дескать, за каждое наше действие нас ждёт соответствующая расплата: зло в конце концов будет покарано, а добро вознаграждено.

Не буду писать, что сам думаю по этому поводу, а лучше расскажу одну поучительную историю.

Жил в Англии 16 в. один хороший парень. Звали его Ричард Рич. Закончил Кембридж, стал адвокатом, после чего перешёл на королевскую службу.

Поскольку король Генрих 8 был на тот момент ярым католиком, то Рич преследовал протестантов. Например, он лично пытал протестантскую мученицу Ann Askew и отправил ее на костёр.

Вскоре Генрих склонился к протестантизму и решил объявить себя главой церкви. Каждый его подданный должен был принести клятву, что король не только является главой церкви, но и всегда им был. Иначе - казнь.

Некоторые католики решили, что им остаётся одно - молчать. Не приносить клятву, но и не отрицать господство монарха над церковью. Такую линию поведения занял и кардинал Фишер.

Что же делать? Рич был парень сметливый и отправился к Фишеру в тюремную камеру. «Фишер, - говорит он, - король мучается сомнениями, не отразится ли его политика на спасении его души? Скажи ему по секрету, как христианин христианину, может ли он быть главой церкви?».

Фишер повелся и сказал, что не может - и это стало главным доказательством обвинения на его процессе. Ему отрубили голову, а Рич стал генеральным солиситором Англии и Уэльса.

В итоге Рич стал уважаемым человеком: лордом-канцлером, бароном, ну и естественно крупным землевладельцем. Даже восшествие на престол католички Марии не поколебало его позиции: он перешёл обратно в католицизм и принялся отправлять на костёр протестантов.

Потомки Ричарда Рича стали графами Варвик. Мне кажется, любые комментарии только испортят эту историю.

Хозяйке на заметку — эту и прочие истории про Ричарда Рича, Томаса Кромвеля и их пляски на лезвии ножа вокруг весьма несдержанного (что уж там — психически нездорового) короля Генриха VIII, можно прочитать, например, в книгах Кристофера Сэнсома ("Горбун лорда Кромвеля", "Тёмный огонь" и далее) или Хилари Мантел ("Вульфхолл" и "Внесите тела").

Дорогой редакции эти исторические романы весьма по нраву.

Из очередных мелких особенностей британской жизни — знаете, почему результатов по всей территории Шотландии ещё нет?

Потому что на территории шотландских Гебридских островов запрещено работать в воскресенье.

Вот и принялась часть избиркомов за работу только в понедельник.

Вообще история интересна тем, что показывает. как на протяжении XX века постепенно отмирали различные религиозные или общественные запреты, не дававшие супермаркетам или различным сервисам работать по выходным, потому что выходные дни традиционно посвящались служению Богу (та же аналогия, что и с отечественными запретами мыть/стирать в церковные праздники — ступайте в церковь, потратьте утро на духовное).

Сначала разрешили торговать в аэропортах: Shops (Airports) Act 1962. Потом Shops (Early Closing Days) Act 1965 — торгуйте, но недолго, и закрывайтесь рано. Потом разрешили аптекам... потом центрам садоводства...

В итоге парламентская комиссия Робина Олда в 1986 году выяснила, что нарушения этого закона были повсеместны — крупные сети торговали с заднего входа, в выносных палатках, а сами офицеры, которые должны были контролировать торговлю, вместе с жёнами шли закупаться продуктами и бытовой химией.

Тэтчер попыталась отменить ограничения на работу в воскресенье — но она ожидала, в основном, сопротивления лейбористов, опасавшихся принуждения к работе по выходным дням. А в итоге решающий удар нанесли сами богобоязненные консерваторы — целых 72 тори проголосовали против, нанеся поражение правительству 14 голосами.

В итоге закон о запрете торговать по выходным был отменён только в 1994 году: с двадцать седьмой попытки. Под запретом остались только магазины алкогольной продукции — им было запрещено торговать спиртным на Рождество и на Пасху.

А в Шотландии и в Северной Ирландии всё строже — полномочия по регуляции торговли были переданы Шотландской Ассамблее и Стормонту. Те в 2003-м году решили, что работа по выходным является необязательной: теперь практически любой работник может отказаться от выхода на работу в выходной без объяснения причин. На Пасху магазины работают, а вот найти открытый магазин на Рождество — большая проблема.

На Гебридских островах, которые упоминались в предыдущем посте, Свободная Пресвитерианская Церковь Шотландии обладает большим влиянием — и до 6:45 утра понедельника все торговые точки закрыты, а до 1994 года по воскресеньям свои услуги запрещалось предоставлять парикмахерам.

В Северной Ирландии специально сделан большой разрыв между утренними церковными службами и открытием торговли — по воскресеньям она начинается после часа дня.

https://twitter.com/sajidjavid/status/1133006317130518529

Новость не из разряда "ломающих", но хоть что-то.
Саджид Джавид официально объявил о намерении баллотироваться на пост премьер-министра. Сильные и слабые стороны товарища описал наш специальный корреспондент Павел немногими постами выше.

Чо, пацаны, #TeamSaj?

Ну и как всегда — тори получают наименьший процент в общенародном голосовании с 1832 года (года, когда маленький Рис-Могг впервые пошёл в Парламент!), но BBC и ITV опять обсуждают "кризис корбинизма".

1. Брекзит-пати Фаража: молодцы, сыграли свою карту "мы чётко знаем, чего мы хотим" — мы хотим Брекзита! Уровень в 31,6% даже превысил показатель ЮКИП-2014, когда фараджевская предыдущая любовь набрала 27.5%. Голоса в основном, набраны на бывших "красных территориях": угольно-промышленном поясе Кардиффа, городах типа Ковентри и Бирмингема. Отрыв в 11% от либдемов также показывает, что, возможно, сторонники выхода всё ещё представляют лакомую цель для агитации.

2. Либдемы — получили второе место, порадовались и за себя, и за того парня — в данном случае, за "зелёных". В 2014-м году партия пришла пятой — как сейчас консерваторы. Теперь, их яростная агитация против Брекзита, принесла им место №2 — простые решения работают, как и в случае Brexit Party.

3. Лейбористы — разочарование. Вместо того, чтобы определиться с позицией, лейбористы ещё с зимы практиковали тактику "недеяния" — и предпочитали говорить о социальных проблемах и справедливости. Сейчас, кажется, становится ясным, что монетка упала не той стороной — да, был шанс получить "серединное решение", но выпал иной шанс — упустить брекзитёров к Фаражу, а про-европейских социалистов — к либдемам.

За несколько дней до выборов лейбористы ещё набирали более приличные 20% — очевидно, за время финального отсчёта что-то пошло не так. Увы, к сожалению, пока кризис Брекзита продолжает терзать страну, избиратель не слушает ничего другого, и не интересуется ничем другим. Время сделать ставку — отколоть ли приличных брекзитёров от Фаража, или же стать магнитом для европейской молодёжи, состязаясь с либдемами?

4. Зелёные: всё отлично — забота об экологии удивительным образом легла в канву просьб остаться в Европе. На пять процентов больше, чем раньше, всё отлично, даже сказать нечего.

5. Консерваторы: ещё хуже ожидаемого, результат в одну цифру. Но, по крайней мере, очевидно, в каком направлении тори будут копать: в сторону Брекзита.

6. ChUK, Умунна и ЮКИП — ахаххаахахахахахахаххаха! И ради этого вы, ребятки, бросили лейбористскую фракцию, ради этого пятнадцать раз переименовывались? Жуть. Вашим мамам должно быть стыдно.

Ну а United Kingdom Independence Party окончательно растеряла все таланты и превратилась в пугалку для СМИ.